DethEnd
12 июля 2018 г., 21:49
— Тебе ничего не можно доверить! — Сквизгаар вырвал факел из рук норвежца.
Тот даже не пошевельнулся — с каким-то детским восторгом в глазах Вортуз смотрел, как разгорающийся с каждым мигом огонь подбирается к задней части пока что ничего не подозревающего Нэйтана.
— Блять, — это швед пытался поставить факел на место. Но чёртова горящая палка никак не вставала в металлическую подставку. В конце концов, она упала на пол, заставив соло-гитариста отскочить от моментально загоревшегося сена под его ногами.
Тем временем вокалист почувствовал странное тепло. А секунду спустя запахло жареным — во всех смыслах.
— Аааа!!! — во весь голос заорал Эксплоужен, словно медный бык. — Сквиз, ты где? У меня сейчас яйца поджарятся!
Сквизгаар вдруг осознал, что совершенно не помнит, куда сунул ключи. Лихорадочно зашарил по карманам — ничего.
— Сквизгаар, неси уже ключи, ёб твою мать!
— Э… Я не может их найти…
Нэйтан взревел ещё громче и беспорядочно замотал головой, пытаясь расшатать колодки — заказал, называется, орудие для фиксации попрочнее! Токи, наконец-то осознав, что они натворили, начал старательно изображать пожарную сигнализацию, отбежав от эпицентра событий на безопасное расстояние. А дым и огонь продолжали наполнять каземат…
Втроём под громкие вопли и мат им всё-таки удалось освободить Нэйтана — вместе с верхней доской, раскачав её и нечеловеческим усилием выдрав гвозди — на что только не способны люди перед лицом опасности, а уж дэтклоковцы — и подавно… Тот моментально рванулся вперёд, путаясь в спущенных штанах. С размаху вокалист впечатался в дверь — вместе с колодками он не мог вписаться в проём. Подгоняемый одногруппниками и безудержным желанием жить, он кое-как выбрался из помещения и побежал боком вверх по лестнице. Гитаристы последовали за ним. Пока им удалось отловить Эксплоужена, который начал спринтерский забег по подземельям Мордхауса уже без штанов; пока удалось открыть замок ключом, который всё-таки в итоге нашелся в заднем кармане Сквизгаара, все уже благополучно забыли о пожаре. А когда вспомнили, в подземелье начали один за другим спускаться клокатиры-пожарные. Поэтому Нэйтан первый покинул место происшествия — не хотел вновь быть обнаруженным без штанов при загадочных обстоятельствах, особенно занудой-менеджером.
***
Прошла неделя. Нэйтану ещё долго предстояло спать на животе и сурово хмуриться, садясь на любимый диван. Но, несмотря на это, жизнь группы продолжалась, и однажды Чарльз вновь напомнил дэтклоковцам о необходимости репетировать. На очередной репетиции всё с самого начала пошло не так. Токи опять витал в облаках, абсолютно не слушая, что творят его руки. — Блять, Токи, да что с тобой такое? Эта партия совсем из другой песни! — фронтмен решительно направился к ритм-гитаристу с намерением как следует встряхнуть его. Тот, очнувшись и завидев прямо перед собой вокалиста, с криком ужаса отскочил назад, споткнулся и эффектно упал в обморок, задев головой барабаны. В студии наступила гробовая тишина — лишь тихо качались и позванивали тарелки на установке Пиклза. — Чё это он? — с искренним непониманием спросил ударник. — Какого хуя все на меня-то вылупились? — рявкнул вокалист. Он схватил лежащего без чувств Токи и принялся усиленно реанимировать его. — Воды, бля, принесите! Воды под рукой ни у кого не оказалось — пришлось взять виски. Нэйтан набрал полбутылки в рот и плеснул пострадавшему в лицо. Тот, почуяв знакомый запах, радостно распахнул глаза навстречу суровой реальности. Увидев хмурое лицо «спасителя», Токи резко побледнел и попросился выйти. Больше он и не возвращался. Остальные тоже расползлись по своим делам, сославшись на возмутительное отсутствие столь необходимой ритм-гитары. В студии остались лишь Нэйтан и Мёрдерфейс, который снова запутался в ремне басухи и предсказуемо-раздражённо дёргал его. — Не жадалашь что-то репетиция, — начал он. — Угу, — кивнул Эксплоужен, изо всех сил стараясь казаться вежливым и дружелюбным. — А Токи так и не может оправитьшя… — Угу. — Жнаешь, как вшё это подейштвовало лищно на меня… «Начинается…» — с тоской подумал фронтмен и закатил глаза. Басист всё говорил и говорил, а Нэйтан всё кивал с мыслью «когда ж ты, бля, заткнёшься уже?!» Устав стоять, он присел на первый попавшийся усилитель, подозрительно защёлкавший под пятой точкой. Вокалист напрочь потерял нить запутанного повествования одногруппника, когда тот резко схватил его за плечи. — Ты чё? Мёрдерфейс, глядя на одногруппника сверху вниз, с небывалым пафосом взвешивая каждое слово, произнёс: — Я. Требую. Вожмеждия.***
— Сквизгаар, это, конечно, не моё дело, но тебе не кажется, что Токи в последнее время стал какой-то ебанутый? — спросил ударник. — Того и гляди опять начнёт творить какую-нибудь опасную хуйню. Сквизгаар, лениво теребящий гитару, кивнул. — Я, кажется, знает, что нужный делать. Его просто нужен похорошее выебать. — Чё? — вытаращил глаза Пиклз. — Не дэтот смысл, — снисходительно ответил Сквигельф. — Я поимеет в виду, ему просто нужен много девочка. Ударник понимающе заулыбался. В тот же вечер он притопал к комнате Токи и постучал в дверь. Норвежец долго не открывал — он вышел только после того, как на его двери стали исполнять партию из песни «Crush the Industry». — Чего надый? — Это… Токи, выходи, у нас тут для тебя сюрприз. — Ваувии, я любит сюрпризы! — обрадовался норвежец. Он с улыбкой позволил завязать себе глаза платком и пошёл вперёд. После недолгого пути его остановили, сняли повязку с глаз и распахнули дверь перед ним. — Что дэто? — опешил Токи. — Это сюрприз. Комната, полная шлюх, — пояснил ударник. — Оттрахайте его хорошенько! — крикнул он двум десяткам путан самой разнообразной наружности. Оказавшись в комнате, Вортуз предпринял робкую попытку сбежать прочь. Но ему крепким пинком под зад дали понять, что пренебрегать такими подарками нехорошо. В двери проскрежетал ключ. Токи явственно почувствовал, как по его спине бежит капелька пота. — Ну, привет, сладкий, — проворковала одна из нимф, облизнув лиловые губы.***
В дверь Сквизгаара вновь постучали — застенчиво, но достаточно громко. Воспринимать этот стук спокойно швед уже не мог. Со вздохом отложив гитару, он сказал: — Входить. Это был Токи — весь в синяках, царапинах, засосах и губной помаде. Он еле держался на ногах, но широко улыбался. — Ик! — Дэто всё, что ты иметь сказать? — Сквизгаар… ик!.. Я, кажется, перестать быть гей… — О’кей, — Сквигельф пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным. — Всё? Вортуз кивнул и исчез за дверью. Соло-гитарист лёг на кровать (наконец-то на свою!), широко раскинул руки и вздохнул полной грудью — словно тяжелый валун свалился с плеч. Теперь он сможет спать спокойно…***
Нэйтан в полном одиночестве сидел в гостиной и яростно набивал рот жвачкой, даже не утруждаясь снять с неё обёртку. Чувства, испытанные вокалистом всего полчаса назад, смешались в его голове в дикую тёмную массу, назвать которую можно было лишь одним словом — «пиздец». Глаза Эксплоужена тупо таращились в пустоту, а челюсти двигались всё быстрее и быстрее. Наконец, удовлетворившись результатом процесса, вокалист откинулся на спинку дивана и глубокомысленно начал надувать гигантские пузыри. Внезапно раздался оглушительный, словно взрыв, хлопок — это лопнуло очередное его творение. И тут же Нэйтан услышал прямо за спиной страшный, леденящий кровь, душераздирающий стон: — Аааиыыу! — Ёб твою мать! — Эксплоужен аж подпрыгнул от испуга, а затем осторожно оглянулся... — Фу, бля, это ты! За диваном оказался не кто иной, как Пиклз, мирно спавший до недавних пор на полу в куче бутылок. — Валяешься тут, пугаешь, — продолжал ворчать Нэйтан. — Тоже мне, нашёл аттракцион. — Аттркцион? — выдохнули ему в ухо. «О, вискарь», — пронеслось в голове Нэйтана. Тут его крепко обхватила за шею веснушчатая рука, а в щёку упёрлось горлышко пустой бутылки. — Чуваак, прокатить тебя… на бутылочке?***
Прошло ещё несколько недель, и череда страшных событий постепенно стала забываться теми, кто хоть что-то помнил. В один прекрасный вечер металлисты решили отдохнуть с истинно дэтклоковским размахом — для разнообразия разбомбить с вертолёта свои собственные темницы, где томились сотни заключённых. Нэйтан привёл на это изысканное развлечение свою новую девушку по имени Нэнси - после заслуженного "возмездия" лидер группы решил начать поиски возлюбленной сначала. Та весь вечер улыбалась нарисованными губами и прыгала от радости, тряся бюстом, когда бомбы достигали цели. Не отходя от вокалиста, Нэнси то и дело бросала взгляды на остальных дэтклоковцев — но те, следуя негласному соглашению, усиленно делали вид, что её не существует. Очередная бомба выпала из люка и стремительно просвистела вниз. Крыша здания прямо под вертолётом разлетелась во все стороны крупными осколками. Девица вновь запрыгала и захлопала в ладоши. — Подождите, — вдруг сказал басист, — а это, шлучаем, не офиш Офденшена был?.. Металлисты, не сговариваясь, посмотрели вниз. Их лица из беззаботных стали сурово-озадаченными. — Бля, — озвучил общую мысль вокалист, — теперь он нас точно выебет.***
— Я нашёл! — радостный и гордый донельзя Мёрдерфейс вошёл в гостиную с флешкой в руках. — Шамый пиждетшовый фильм в мире! — Да ну? — недоверчиво спросил ударник. Басист глянул на него с нескрываемым возмущением. — Вечно ты момент ишпортишь! Так чё, я вштавляю? — Давай, давай, — лениво отозвались с дивана металлисты. В последнее время им было совсем нечем заняться — после того, как менеджер запретил абсолютно все развлечения с оружием, жизнь группы стала какой-то серой и непривлекательной. Даже Нэйтан не приводил новых пассий, с тех пор, как расстался с последней - как свидетельнице вопиющего бесчинства, ей пришлось стереть память о том знаменательном вечере, после чего оказалось, что их, в общем-то, больше ничего и не связывает... На экране телевизора показалась ничем не примечательная заставка. Послышался треск — это кто-то в предвкушении растерзал пакет с чипсами. Затем на экране появились комната с незатейливым интерьером и двое мужчин. — И где экшн? — спросил Пиклз. Долго ждать не пришлось. Со следующих кадров ребята поняли, что за «экшн» их ожидает. — Фу, блять! Ёбаные педики! — громче всех голосил Уильям, пока развеселившиеся коллеги тыкали в него пальцами. — Это же пиждетш какой-то! Кто-то запустил в телевизор бутылку. От этого он незамедлительно грохнулся на пол, и изображение погасло. Токи мечтательно вздохнул. — А я бы посмотреть, что будет дальше. А ты, Сквизгаар? — он пихнул сидящего рядом соло-гитариста локтем. Сквигельф ничего не ответил. Но в глубине его голубых глаз в этот момент можно было прочитать явственное «бляяяя…»
