Бесявый

      Несмотря на ожидания, утром молния не ударила в мою задницу и в адскую бездну я не провалился, едва успев коснуться пятками прохладного пола. Если бы не раздражение, которым я, кажется, вконец замариновался еще во сне, то ощущал я себя вполне сносно. Ладно, даже немного хорошо.       Только вот расслабленность быстро слетела с остатками сна, вместо себя позволяя растекаться внутри напряжению и гадким мыслишкам. По ощущениям, проснулся я позже обычного - в выходные дело позволительное, - и, судя по неясным шумам за дверью, никто больше не спал.       Первым порывом было отсидеться в комнате, но я быстро откинул эту идею, решив не вести себя как трусливое чмо. Вместо этого, поменяв нижнее белье со сцепленными зубами, я натянул на себя треники и, мрачно пыхтя, покинул спальню.       Кинув взгляд на вешалку в коридоре, я не обнаружил на ней маминой куртки. Значит, она все еще не вернулась от какого-то Василича, к которому вчера ушла на ночь. Хорошо. Костина куртка, наоборот, на месте. Ладно.       Кинув взгляд в сторону кухни, откуда доносилось негромкое звяканье посуды, я изучающе посмотрел на закрытую дверь ванной комнаты. После бурных ночей душ первым делом лез принимать Миша. Отлично.       Нацепив на лицо самое свое недружелюбно-равнодушное выражение, я спокойно появился на кухне с ноутбуком в руках. Взъерошенный Костя в одних съехавших сильно низко трусах стоял возле чайника, дожидаясь, пока закипит вода. При моем появлении он оглянулся, почесывая поясницу, и вопросительно выгнул брови. Я сделал вид, что совсем не смотрел на его линию позвоночника, садясь за стол и ставя перед собой ноут.       Парень не стал расщедриваться на приветствие, как обычно, видимо, еще злясь за разбитое лицо. Я не стал настаивать, играя в игнор не хуже его. Чайник, наконец, вскипел, и Костя, налив себе кофе в кружку, из которой, вообще-то, всегда пил я, он сел напротив. - Что, даже чаю себе не нальешь? - первым не выдержал парень тяжелого молчания между нами.       Я не ответил, не отрывая взгляда от экрана. Костя, хмыкнув себе под нос, отвел глаза. Дождавшись, пока он поднесет кружку ко рту, чтобы сделать глоток, я со злорадством нажал на плей, предварительно отмотав на середину порно-ролик, заботливо найденный мной пятью минутами раньше.       Перебивая шум воды, доносящийся из ванной комнаты, кухню наполнили характерные влажные звуки смачного отсоса. Я с непроницаемым лицом продолжил смотреть в экран, краем глаза замечая, как застыл напротив Костя.       Жаль, я надеялся, он хотя бы немного подавится своим ссаным кофе и умрет.       Тем временем парень медленно поставил кружку на стол, вперившись в меня пронзительным взглядом. Не взглянуть на него в ответ было сложно, но я стойко держался, отстранено наблюдая за порно. Костя недобро прищурился, задышав громче. - Серьезно? - бросил он с деланной невозмутимостью.       Вместо ответа я лишь добавил громкости, перебивая парня звуками шлепающихся о влажные губы яиц. Костя замешкался, но, надо отдать ему должное, быстро взял себя в руки, не пытаясь сбежать и продолжая пить кофе, который явно так и норовил пойти не в то горло. Но, каким бы скучающим ни старался выглядеть парень, я-то видел сковавшее его плечи напряжение.       Самому мне было не легче: я еще и видел, что происходило на экране, но ради мести решил потерпеть. К тому же, похоже, полет фантазии у парня зашкаливал по всем параметрам, потому что с каждой новой секундой он становился все насупленнее и насупленнее.       Я едва не пропустил момент, когда дверь ванной комнаты открылась, выпуская оттуда накопившийся жар и замотанного до груди в голубое махровое полотенце Мишу. Резко выключив ролик, я закрыл вкладку, а следом и вовсе крышку ноута, хватаясь за спасительный стакан с холодным чаем, который остался еще со вчерашнего дня стоять на столе.       Зашедший Миша, похоже, не слышал компрометирующих звуков, но зато сразу отметил царившее на кухне напряжение. - Э-э, уже завтракаете? - протянул он не слишком уверенно, поглядывая на нас.       Сделав глоток чая, я впервые поднял взгляд, встречаясь глазами с Костиными. Тот все еще щурился и, поерзав на месте, скрестил ноги для надежности. Зная, что так он прячет возбуждение, я подавил в себе желание оскалиться, отзеркаливая его позу, чтобы брат не заметил никаких лишних бугров. - Ага, - хмыкнул я пренебрежительно, все еще не разрывая вызывающего взгляда.       Костя молча поджал губы, нехорошо вздергивая бровь.       Этот раунд остался за мной.

***

- А ты знал, что агрессивные гомофобы в наибольшей степени гомосексуальны?       Сжав губы и скрестив руки на груди, я упрямо продолжил смотреть, как зомби раздирают жутко орущего мужика, мечтая, чтобы на месте того оказался любимый парень моего брата. Тот со скупой заинтересованностью все еще читал что-то на планшете на другом конце дивана. Помолчав, он вскинул глаза, одарив меня оценивающим взглядом и констатировал: - Ты у нас агрессивный гомофоб. - Ты можешь заткнуться нахер? Я не слышу нихера, - бросил я раздраженно, не вытерпев, и сделал звук погромче.       Костя, взглянув на меня поверх планшета, что-то промычал, с нейтральным лицом перенося звуки разрываемой плоти. Несмотря на мою слабую надежду, он все же снова решился открыть рот: - Латентная гомосексуальность характеризуется... - Я тебе сейчас пульт в жопу засуну, - грубо перебил я его, краем глаза уловив, как Костя молча вскинул внимательный взгляд. - Если ты не заткнешься, - добавил я немного погодя еще более мрачно.       Парень, кажется, немного задумался о чем-то. Сухо уточнил с бесстрастным лицом: - Глубоко? - Да. - Насколько глубоко?       Потеряв остатки и без того скудного терпения, я повернул лицо к Косте, выразительно глядя на него. Расстояние между нами было неважным, я мог с легкостью пнуть зазнавшегося козла по роже пяткой, но жизнь того, похоже, так ничему не научила, потому что отступать он не был намерен. - Ты, блять, издеваешься, - сообщил я.       Костя вскинул правую бровь. - Я не включаю тут порно. Грязный прием, ты в курсе? - Не ебет, - снова отвернулся я с хмурой рожей. - Если мы будем играть по твоим правилам, я сейчас тоже мог бы включить гей-порно, - на экране случилась какая-то заварушка, и Костя на несколько минут замолчал, тоже заинтересованный этой сценой; чуть позже он добавил: - И мы бы смотрели о зомби под гей-порно.       Я не успел отреагировать на это заявление и даже мало-мальски представить такую картину - положение спас Миша, который, возникнув в проеме, поморщился. - Господи, что за хрень? Ян, сделай потише, пока у мамы инфаркт не случился.       Тяжело вздохнув, я убавил неохотно звук. Брат, весь при параде, удовлетворенно кивнул и взглянул на Костю. - Ну что, пойдем?       Тот, помедлив, поднялся на ноги, отложив планшет на диван и молча скрывшись с глаз. Краем уха прислушиваясь, как парочка собирается в коридоре, а затем уходит, я покосился на планшет, но так и не взял его в руки. До конца серии я угрюмо продумывал в голове спор с Костей, совсем немного жалея, что у меня нет возможности проиграть его в реальности.

***

      В целом, будни мои проходили всегда скучно и обыденно, а вся выносящая хрень происходила именно тогда, когда я сталкивался с Костей. Как человек, который не любил размышлять о пространственной хрени, я на подсознательном уровне избегал подобных мыслей, но в конце концов даже мне пришлось заметить очевидное.       Рядом с Костей постоянно происходили всплески паранормальной гомосятской херни. Объяснить по-другому я это не мог.       Очевидно, ни у кого из нас не было настроения в тот вечер в среду, потому что ветер задувал за шиворот, как собака, а еще мы снова потрепали друг другу нервы последние несколько наших встреч. Неудивительно, что презрительно сплюнуть себе под ноги при виде выходящего из моего подъезда Кости в дебильной гандонообразной желтой шапке было естественной реакцией для меня.       Как оказалось, Костя моими широкими приветственными жестами не проникся, и это стало последней каплей, судя по его зверскому лицу.       Этот сукин сын затащил меня за шиворот в мой же подъезд. Я мигом встрепенулся, и всплеск адреналина приготовил тело к предстоящей драке, но вместо этого Костя грубо прижал меня к холодной даже сквозь куртку стене, крепко стискивая пальцы на груди. В тусклом свете подъездной лампочки его лицо казалось устрашающе застывшим. - Как же ты меня заебал, - процедил парень сквозь зубы. - Взаимно, - прорычал я, безуспешно дернувшись. - Че тебе, блять, надо? Отпусти.       Разумеется, Костя не отпустил. Прижал еще крепче, до синяков, заставив скривиться от неприятной давящей боли. Приблизив свое лицо еще ближе к моему, заставив меня ненавидяще притихнуть, он прищурил глаза и выплюнул: - Я в курсе, что ты неровно ко мне дышишь. Злобный трах в задницу - так ты этого хочешь?       Я даже замер на мгновение, в искреннем замешательстве вылупившись на парня. Заявление было настолько абсурдным, что голос пропал, не желая участвовать в этом дерьме. - Думаешь, я не замечал, как ты на меня смотришь? - продолжил Костя тем временем тем же взбешенно-спокойным голосом. - Уже представлял, как я отсасываю тебе? - Ты вконец охерел, что ли? - все же обрел я способность заново дышать и говорить. - Убери от меня, блять, руки!       Косте пришлось постараться, чтобы удержать меня на месте. В процессе я смазано заехал кулаком по его виску, но без особых успехов, потому что гад прижал меня еще крепче, и я с ужасом осознал, что наши бедра крепко прижаты друг к другу. - Думаешь, я не встречал таких, как ты? - зашипел парень мне в лицо, я мог почувствовать его дыхание на своей щеке. - Зубастые провокаторы вроде тебя только и ждут, пока их крепко трахнут в задницу, проходили уже это. - Да ну отъебись от меня! - все же вывернулся я из его хватки, ощущая как бешено колотится сердце.       При хорошем раскладе следовало набить уроду морду, но расклад был не хорошим, и у этого озабоченного дебила явно поехала крыша, так что я отпрянул от него в сторону лестницы. - Больной, блять, - бросил я на прощание, запыхавшись, и торопливо исчез на лестничном пролете.       И вовсе я не сбежал. Стратегически отступил. В замкнутом пространстве с педиками драться - себя не уважать.       До квартиры я добрался в считанные секунды, а то, что руки дрожали, - так это все еще адреналин во мне бушевал, и ключи я уронил специально, чтобы убедиться, что местный гомо-маньяк не собирается устраивать тут кровавую бойню. Только запершись изнутри у себя дома, я смог перевести дыхание.       Так, блять. Что это, вашу мамашу, только что было? Долбаный очкодер моего брата домогался до меня?       Я нервно рассмеялся и, скинув ботинки и лишь успев расстегнуть куртку, без стука ввалился к Мише в комнату. Тот валялся на кровати, судя по характерным звукам, играя в какую-то игрушку на планшете. - Ты должен порвать с Костей! - выпалил я, все еще слегка задыхаясь и проводя рукой по колючему ежику волос.       Миша вопросительно оглянулся на меня, выгнув бровь до тошного знакомо. - С чего на этот раз? - отозвался он с плохо замаскированным раздраженным скепсисом и снова вернулся к игре. - Он... - с энтузиазмом начал я, но тут же запнулся. - Он, это...       Нет, ну как я мог сказать, что этот полудурок в своем воспаленном мозгу решил, что я сплю и вижу, как он меня таранит в задницу?       Вместо этого я, не сразу сориентировавшись, все же нашелся: - Он изменяет тебе, во.       Ради такого Миша даже снова оторвался от игры и, кажется, продул уровень на время, одарив меня взглядом еще более недоверчивым, чем до этого. - Правда? - протянул он, на что я активно закивал как болванчик. - Ну и с кем? - C... с... ну, с этой, как его, - облизнул я сухие губы, судорожно пытаясь придумать хоть что-нибудь, но в конце концов отмахнулся. - Блять, да не знаю я, с бабой какой-то, они в машину вместе садились, я вот, мимо проходил и... - снова махнул я рукой, ожидающе уставившись на Мишу.       Тот с легким раздражением полуприкрыл глаза. - Да, врать ты так и не научился, - резюмировал он и отвернулся. - Но хорошая попытка. Можешь съесть мой йогурт за это.       Я в панике уставился на затылок брата, все еще лихорадочно соображая, как бы быстренько убедить его бросить опасный балласт за пределы нашей территории. Миша, уже очевидно раздраженный, шикнул: - Ян, свали, хватит мне в задницу дышать, бесишь.       Помявшись, я скорбно поджал губы и, чувствуя поражение, все же вышел из спальни брата. Тот вдогонку мне кинул: - И йогурт мой не ешь.       Я только досадно цыкнул себе под нос, встав напротив зеркала и напряженно уставившись своему отражению в глаза, совершенно не зная, что мне, вашу мать, теперь делать.