Crazy maza fucking love

      — Да я актёр по жизни! — громко и с улыбкой на лице крикнул Арсений.       — Ты мудак по жизни! — сквозь зубы процедил Антон и повернулся, чтобы выйти из гримёрки.       — Вы чё тут орете? — в комнату заглянул Позов.       Антон уже вышел в коридор и, крепко сомкнув челюсть, двинулся к выходу из павильона.       — Шаст, не веди себя, как малолетняя истеричка! — крикнул вслед Арсений.       — Окей! — это максимум, что мог сказать Антон.       Дверь хлопнула.       Чиркнула зажигалка. Шумный вдох. Антон сидит напротив окна, в голове роятся тысячи мыслей: «Попов мудло… как же хорошо дома… надо что-то приготовить, потому что хочется есть… не забыть бы, что завтра на съёмки надо приехать на полтора часа раньше…, а Попов мудло…». Все мысли сводились в итоге к одному. Антон ещё раз шумно вдохнул горький дым и на секунду представил, как его лёгкие заполняются дымом, почти так же, как непонятное чувство к Арсу, которое заполнило его всего, полностью, до краёв… Шастуна передёрнуло то ли от того, что он представил свои лёгкие, то ли от того, что вновь подумал про НЕГО. Антон затушил сигарету и залил в себя горячий кофе. Запить сигареты крепким кофе — высшая степень «вредности». По сути, вся его жизнь состоит из этой «вредности»: завтракает он сигаретами и кофе, обедает фастфудом, вечером предпочитает выпить пару стаканов виски (это только чтобы почувствовать себя «мажором», а так и коньячелла заходит нормально). Но главная вредная хрень в его жизни — это Арсений Попов. Да-да, тот самый голубоглазый коллега по цеху, который уже длительное время ведёт себя с Шастуном как-то не так, как со всеми. И вот сегодня Антон решил: «Сколько можно? Пора бы решить все это!». Он зашёл в гримёрку и чётко, будто репетировал не раз эту фразу (так и было на самом деле), сказал: «Арс, я нравлюсь тебе?».       — Ну, в принципе, да! — не поднимая глаз и улыбаясь, сказал Арсений.       — Я серьёзно, — Шаста уже начала напрягать эта идиотская улыбка (хотя кого он обманывает, когда Арсений улыбался, у Антона где-то в области груди захватывало дыхание).       — Чё ты хочешь от меня услышать? — Попов поднял свои голубые глаза на друга.       — Я хочу сказать, что меня откровенно подзаебали эти полунамёки с твоей стороны, а ещё больше меня подзаебали все те, кто говорит и пишет в интернете вот эти истории, где мы трахаемся на каждом углу, когда на самом деле мы даже не целовались ни разу. Это самое обидное.       — А ты бы хотел? — произнёс Арсений с такой интонацией, что любая портовая шлюха позавидовала бы уровню пошлости этой подачи.       — Ты больной? Арс, это реально уже не смешно. Ты хапаешь меня за руки, пялишься постоянно на меня, намекаешь на что-то.       — Да я актёр по жизни! — громко и с улыбкой на лице крикнул Арсений… Продолжение вы знаете.       Подведя некий итог в своей голове и резюмировав, что Арсений Попов — это худшее, что могло с ним произойти, Антон включил телевизор и настроился на то, чтобы отвлечься от этих мыслей. Пощёлкав пультом и не найдя ничего интересного, он решил остановиться на ТНТ, порой там бывают даже годные сериалы. Шла очередная серия сериала «Ольга», Антон залип, потому что считал Яну Троянову одной из самых выдающихся актрис современности, поэтому с удовольствием посмотрел пару серий. Сериал закончился, Антон выключил телевизор, лёг на пол и вновь стал прокручивать в голове все свои мысли. Когда он, достаточно популярный среди девушек парень, любимец всех малолеток от тринадцати до восемнадцати лет, втюхался в мужика. Есть ли опыт? Безусловно. Крепкий алкоголь, молодость и безрассудность позволяют Антону с гордостью заявлять: «В моей жизни было всё! Я молодой, и хочу этим пользоваться!». Правда, дальше перепихона (уж простите за бедность речи) это никогда не заходило, что с девушками, что с парнями. А тут этот… вроде взрослый мужик, даже семья есть, а ведет себя, как четырнадцатилетний школьник… Антон закрыл глаза и буквально сразу начал проваливаться в сон. Тишину нарушил звук вибрации телефона. Антон поднялся на локтях, дотянулся до телефона, посмотрел на экран: «Вспомни про дерьмо…».       — Привет! Как дела? — как всегда весело спросил Попов.       — Ещё не родила, — выпалил Антон.       На том конце провода раздался смешок: «Шаст, я не понимаю, как ты с такими шутками ещё не звездишь в «Кривом зеркале»?       — Чё хотел? Великий шутник.       — Я просто переживаю за твоё моральное состояние, — уже более серьёзно сказал Арсений.       — У меня всё хорошо, нечего за меня переживать, за себя переживай!       — как обиженный ребенок произнёс Шастун.       — Утю-тю. Кто это у нас там обиделся? — вновь засмеялся Арс.       — Чтоб ты понимал, я в трубку тебе показываю фак! Придурок! — как-то беззлобно произнёс Антон.       — Слушай, ну сходи в бар развейся, я правда переживаю, — вновь серьёзно сказал Арсений.       — Слушай, сходи в жопу. Развейся. Переживальщик.       — Опять звучит как предложение, — рассмеялся старший импровизатор.       — Пока. Шутник, — Антон отключился.       Бросив телефон на диван, он подумал, что почему-то даже не обиделся на Попова, хотя мог — за такие-то дебильные шутки. Если звонит, значит, правда беспокоится. Антон слегка улыбнулся и решил, что достаточно уже на сегодня этих любовных переживаний. Принял горячий душ, врубил любимые песни и завалился спать. Очевидно, парень ошибался, что на сегодня это всё…