Река времени

      Что было дальше?       Как в старой доброй сказке наши герои жили долго и счастливо. Тейт показал Вайолет свой музей. У самой двери перед внутренним взором мужчины промелькнули неосознанные эротические фантазии, связанные с молодой хранительницей его дома, и он подумал, что придется оправдываться, почему у него работает такая красотка. Встретила их, конечно же Мойра. Тейт, увидев ее в истинном виде, мысленно посмеялся над старым Лэнгдоном, который переродился чуть больше суток назад. Вай, тепло поздоровавшись со своей старой домработницей, вихрем влетела в холл.       Она радовалась, как ребенок. А Лэнгдон был счастлив, что этот дом больше никому не причинит вреда. Они вдвоем гуляли по комнатам, целовались по углам, как подростки. На втором этаже, в своей бывшей комнате, Тейт и Вайолет немного задержались, как в старые времена, да. Тейт даже подумал, что будет нелишним поставить в этой комнате огромную кровать, для музейных целей, конечно же. А так же с предвкушением подсчитал, сколько в этом доме горизонтальных поверхностей, которым можно найти еще не одно применение.       В выходные Лэнгдон познакомил Вай со своим другом и его женой. Джон и Алекс были ей очарованы. А когда узнали, что она художница, вообще не хотели отпускать, все расспрашивали и расспрашивали, пока Тейту это не надоело, и он не вытащил звонко смеющуюся Вайолет из столь гостеприимного дома. Вытащил буквально — на руках.       Через неделю Тейт отвез Вайолет в отель, названный ее именем. Они изучали старинное здание с интересом первооткрывателей, гуляли по коридорам, восхищаясь интерьером, созданным сотню лет назад одним их самых неоднозначных людей XX века — Джеймсом Патриком Марчем. Вай и Тейт были в таком восторге от этого места, что остались на целую неделю, пару дней из которой даже не выходили из номера.       Рождество они провели в тесном дружеском кругу. Алекс и Джон уже давно не шутили по поводу Хейден, да и она, увидев, как ее босс и Вайолет Хармон ("Надо же, где он только подцепил дочь Бена", - подумала она) смотрят друг на друга, тихо отошла в сторону.       В начале января Тейт пришел к Вай на выставку (вдохновение она так и черпала в доме-убийце, особенно на втором этаже, спасибо Лэнгдону) и сделал предложение. Как это было? Мероприятие проходило под открытым небом, и две железные птицы пронесли над художницей и посетителями огромный баннер с текстом «Ты выйдешь за меня». Не с вопросом, нет, это было бы слишком нормально для них обоих, на полотне было УТВЕРЖДЕНИЕ. А разве Вайолет могла ему отказать?       Тейт пережил несколько не очень приятных минут при знакомстве с родителями Вай. Он ощущал неловкость из-за того, что было в прошлом (которого не было фактически, но в его-то памяти хранилось), а они — из-за того, что будущий зять почти их ровесник. Но его отношение к Вайолет, то, как он смотрел на нее, ловя каждое движение, каждый вздох, все сгладило. Их любовь словно освещала лица обоих, что не могли не заметить Бен и Вивьен. И когда молодая пара покинула дом Хармонов, хозяева даже не стали их обсуждать, они просто обнялись, искренне радуясь за дочь и ее возлюбленного.

***

      Тейт и Вайолет поженились, и через положенный срок миссис Лэнгдон родила чудесного малыша со светлыми волосами и черными, как ночь, глазами, который радовал свою семью с первого дня своей жизни. Тейт хотел назвать его Билли Дин в честь медиума, которая сделала так много для спасения их душ. Вайолет долго сопротивлялась — ее сердце принадлежало Курту Кобейну и просто требовало назвать ребенка в его честь, но все же Тейт нашел пару-тройку убедительнейших аргументов, и Вайолет, утомленная и разомлевшая, все-таки согласилась на компромисс. Малыша назвали Дином. Дин Лэнгдон — звучит звонко, как льдинки.       Картины Вай пользовались большой популярностью, а птицы авиакомпании Тейта — надежностью.       Их семья была счастливой и процветающей. А какой она еще может быть, если он и она пронесли свою любовь сквозь время и не потеряли друг друга во всех вариантах жизни?       Хотелось бы сказать, что через много-много лет полюбившиеся нам герои умерли в один день, но тогда это будет грустная сказка.       Поэтому я не буду настолько далеко заглядывать в их будущее, а просто напишу слово       К О Н Е Ц.