Багровое лезвие: Отродье зла

      Сорок два — ничем не примечательная цифра, не несущая в себе никакого скрытого смысла или замудренного послания откуда-то там свыше. Но черт возьми, сорок два... сорок два человека погибло той ночью. Два четных числа превратились в ужасную цифру, которая оставалась четной при любом их действии, хоть ты умножь, хоть отними или прибавь, они образуют четное число, прямо так и кричат о трауре! Джефф убил всех. Он убил абсолютно все семьи на той улице, где погибли его сын и жена. Забегая наперед, скажу о том, что дома и комнаты здесь больше не продавались и не сдавались, этот район был опечатан и в скором времени был перестроен, как вы думаете во что? Через полтора года эта земля была отведена под кладбище, где перед входом располагалась массивная плита с именами тех людей, которые погибли той ночью за убийство девчонки и ее сына, их имен на плите не было.

Пять месяцев назад. Судная ночь.

      Малышка вновь открыла глаза и потерла висок пальцем, за эту и ту ночь она просыпалась по три раза и четыре раза, и все из-за буйствующих людей на улице. Ей запрещалось выходить из комнаты до утра, так как убийца все еще не был пойман, и испытывать удачу на себе было слишком рискованно. Но головная боль была настолько сильной, что терпеть ее не казалось возможным. Девочка запустила босые ноги в мягкие тапочки и подошла к двери, ведущей в коридор. Тихо. Родители тоже участвовали в ночном беспределе. От ребенка ничего скрывать не стали и рассказали все как есть: рассказали об убийстве Блэйз и ее сына. Люди в этих краях вообще меры не знают да и плевать на то, что девочке всего восемь, на улицах же праздник! Правда малышка все никак не могла его прочувствовать. Она проскользила по деревянному покрытию на полу прямо к лестнице и оглянулась на приоткрытую дверь комнаты родителей. В доме стояла мертвая тишина. Девочка спустилась по лестнице вниз и остановилась у окна. Хоть прошел целый день, но остатки того дома все еще дымились. Малышку передернуло от ужаса, она представила, как под обломками лежат два обгоревших тела, и они вот-вот оживут и выползут из-под завала. Она задернула штору и прошла на кухню. Не включая свет, она нашла в верхнем ящике коробку с таблетками, выбрала нужную и запила ее водой. Какое-то время она стояла в тишине и размышляла над происходящим.Бедные люди! — думала она. В голове ребенка всплывали один за другим более благоприятные возможные исходы той ночи, великое исцеление больных и злых людей, общественное прощение убийц и их раскаяние в своих действиях, свадьба с погибшим Дэмиеном Вудсом — редкостным красивым мальчиком, полным благородных порывов и немалыми талантами во многих направлениях, включая музыку, верховую езду и даже готовку. Сын легендарного убийцы шел нога в ногу со славой отца, но их расхождение почти во всех качествах лишь усугубили отношение общества к ребенку. Люди боялись, что все это замысловатая уловка мамаши с целью протолкнуть сына поближе к людям, вот он и заплатил за свою искренность... А ведь он мог предотвратить многие убийства и возможно даже изменил бы отца, но спасибо вам, добрые люди, за помощь, уважили! Мысли девочки прервали шаги наверху. Кто-то из родителей тоже не мог уснуть и сейчас направляется к ней. Девочка вымыла стакан и прошла к лестнице, вдруг замерев у ее нижнего основания. С лестницы на нее смотрела высокая крупная фигура, тяжело дыша, и перекручивая в левой руке какой-то предмет. В темноте девочка не могла рассмотреть лица человека, да и одежда на нем была темная, так что фантазия ребенка дала трещину под давлением подступившего страха и волнения. Мужчина уверенными тяжелыми шагами спускался к ней, а она была не в состоянии даже пошевелиться, лишь громко сопела и поджимала руки к груди. Когда человек подошел к девочке максимально близко, она вдруг очнулась и хотела закричать, как ей в мозг через нижнюю челюсть вонзили нож насквозь, кончик которого чуть вышел из черепушки. Джефф с силой дернул тело девочки, но нож не проходил. Тогда он принялся перекручивать им прямо в ее голове, зло скаля зубы от злости. Кровь стекала по его руками, с шеи девочки, ее одежде прямо на пол, и вскоре под ее телом и под его рукой образовались две кровавые лужи, которые по мере наполнения соединились в одну крупную. Джефф поднял ногу и буквально столкнул тело с ножа в эту самую лужу, брызги от которой попали на его грязные ботинки на тяжелой подошве. В доме вновь воцарила мертвая тишина. Убийца делал работу тихо, разве что прикладывая чуть больше труда и сил на проникновение в дома. Он не испытывал привычной ему эйфории от убийства, не чувствовал разрастающегося экстаза, завершение которого он получал в руках своей покойной малышки, ради которой он убивал сегодня, он вообще будто перестал чувствовать. Ему все время чудилась Блэйз, стоявшая в углу комнаты, и укоризненно качающая головой на его действия. Как ему хотелось кинуться в этот угол и забиться в истерике. Один раз он так и сделал, правда он залился безумным смехом, не прощупав рукой девушку, и вернулся добивать жертву обратно. Он закрыл Сантану в подвале дома первой убитой семьи, велев сидеть тихо и даже не подавать признаков жизни до его возвращения. Сантана не стала сопротивляться, подметив значительные перемены в поведении отца. Первой семье повезло меньше всех. Он застал девочку подростка на диване в гостиной, затолкал ей в рот какую-то грязную тряпку и снял скальп с ее головы, срезав после этого половину мозга. Эту половину он закинул в духовку и сожрал после того, как добил мать девчонки, получающей в этот момент удовольствие в своей комнате от фаллоимитатора. Джефф заглушил ее крики подушкой и изрезал ей всю вагину ножом, перемолов им весь низ живота изнутри. Тогда-то он и увидел силуэт Блэйз впервые, точнее даже не увидел, а почувствовал будто она подошла к нему сзади и легко обвила его широкую талию своими слабыми обожженными руками. Джефф приоткрыл рот и вдохнул через него запах крови, прикрывая глаза. Ночь начинала пьянить его рассудок, который и так нуждался в лечении. За эту ночь он выругался вслух лишь дважды, один раз порезав себе колено по неосторожности, второй раз врезавшись в стену, где якобы стояла Блэйз        — Жалкие слабые твари! Вы все — мерзкие ничтожества передо мной, все как один отвратные свиньи, потроха которых я выпустил! Все сдохните. Вы все сдохните, суки ебаные!       Пфф, если «Пятницу 13-е» и снимали исходя из каких-либо событий или больной фантазии, то ее автор явно свидетель этих событий. Джефф закончил с последней семьей довольно изощренно, набрав ванну горячей воды и утопив в ней весь младший состав семейства, среди которого был пятимесячный Билли. Убийце было плевать на возраст, плевать на дееспособность и пол жертвы, никто из них не сделал ничего чтоб остановить ублюдков, попавших в его сына пулей. Сантана сидела напротив печи и смотрела на догорающий в ней мусор, шляпа Адриадо Элисальде лежала рядом с ней. Девочка чувствовала себя настолько опустошенной без брата, что ей казалось будто внутри нее ничего нет, если она кинется в этот огонь, то оболочка сгорит довольно быстро. Девочка потерла руки от холода и поежилась.        — Мамочка, братик, не оставляйте меня одну, мне холодно и страшно... мамочка, вернись пожалуйста, я больше никогда не буду убивать, я обещаю! — она прижала холодные руки к заслезившимся глазам и тихо всхлипнула. Дверь над лестницей открылась, и Сантана замерла от волнения. Мама вернулась чтоб защитить ее от отца и людей! — Мама! — девочка поднялась с пола и подбежала к лестнице прямо как та девочка, и также как она Санта увидела Джеффа.       Что почувствовала Санта, поняв, что мама больше не придет помочь ей, никогда не расчешет золотые волосы и не наорет на Джеффа за его меры воспитания? Ей хотелось плакать, долго и безудержно придаваться отчаянию настолько глубоко, насколько способен ребенок ее возраста, но под пристальным взглядом отца она не смела выполнить и долю желаемого. Джефф махнул дочери рукой, приказывая тем самым следовать за ним.

Семь месяцев спустя

      Не проходило и дня без убийств и преследования, их поймали словно акулу на крюк и вели на нем повсюду. В то время как Джефф думал о возможности уйти от погони, Санта доедала свой скудный паек и думала будет ли что поесть завтра, ведь их дорога нередко растягивалась на несколько дней и завершалась максимум на пару часов в каком-нибудь забытом городке, в котором слова «одеколон» и «гигиена» применялись разве что в шутливой форме, но никак не в физической. Затем снова в дорогу. Джефф постепенно приходил в себя, хотя и держать себя в руках также крепко как руль получалось довольно сложно, учитывая всю шаткость их положения и дни без сна, еды и туалета, в конце концов! Он давно смирился с уходом этих двух людей, но никак не хотел отказываться от ощущения, что Блэйз его не оставляет, что следит за ним оттуда, где ему ее не увидеть и не услышать, но вот девушка спустит с него шкуру за любую попытку навредить их дочери, да и себе тоже. Вечер сменялся на ночь, по бокам от дороги постепенно мелькали слабые огоньки, а чуть дальше жилые дома, бары и круглосуточные магазины. Сантана с надеждой в глазах посмотрела на отца, она хотела есть, да и он тоже устал, погони не было видно уже больше двух дней.        — Пожалуйста, папа, давай остановимся! — она вцепилась хваткими пальцами в запястье отца, обращая на себя его внимание.       Джефф устало вздохнул и тихо выругался в маску, как же она становится похожа на свою мать! Он остановил машину возле магазина и осмотрел вывеску, придержав за руку девочку.        — Давай без херни, набирай что хочешь и быстро в машину, я скоро буду! — он сунул ей в руки заряженный пистолет и надел на ее голову шляпу, подтолкнув к выходу.        — А куда ты? ― не унималась девочка.        — Куда? Поссать! — он вышел из машины, хлопнув дверью, и направился в бар.       Сантана проверила заряжен ли пистолет и вошла в магазинчик под веселый звон колокольчика. Магазинчик был небольшой, метров двадцать в зале, но все имелось. Она подошла к полке с хлебом и собрала с прилавка самые свежие булки, затем сложила все в корзину и набрала питьевой воды на пару дней, не удержавшись от искушения, Санта закинула в корзинку пару пакетиков с конфетами и любимые чипсы отца, в надежде хоть как-то его ободрить. Взгляд ее остановился на сувенирной полке. Девочка не спеша подошла к ней и затаила дыхание от увиденного, за стеклом на нее смотрела мама, много-много мамы! В начале Санта подумала что спятила, но изображение Блэйз было на тарелках, кружках, ее имя было выведено на чехлах для телефонов, даже обычная кукла Барби была переделана под девушку: с окрашенными темными волосами, фиолетовыми глазами, в белой рубашке и черной юбке-шортах, под которой всегда находились метательные ножи, как помнила Санта. Девочка провела пальцем по стеклу и дрогнула, едва не закричав, увидев рядом со своим лицом клоуна. Мужчина выпрямился в полный рост и засмеялся, увидев реакцию юной покупательницы. Он был ростом ниже Джеффа, приблизительно метр восемьдесят с чем-то, короткой редкой бородой в белой краске как и лицо, лысой крашеной головой и голубыми губами, такие же и круги вокруг глаз, с чуть протянутыми линиями под ними. Его грим выглядел так, будто был нанесен минимум неделю назад, с грязноватыми разводами и пятнами пыли, широкие штаны висели на подтяжках, на белой грязной майке, Сантану затошнило от одной мысли о последнем принятии ванны им. Он с улыбкой рассмотрел девочку с корзинкой и чуть нагнулся к ней.        — Понравились игрушки?        — Да... ― не стала врать девочка.        — А знаешь ли ты кто эта леди? — он кивнул на витрину, где изображение Блэйз мелькало чаще чем на телевидении.        — Да — во второй раз проговорила девочка, но уже более уверенно.        — И знаешь наверное, что с ней сделали? — в его голосе прозвучала едва уловимая грусть, которая сразу сменилась все той же улыбкой.        — Да, знаю. Но что она делает здесь? Разве вы не знаете, что запрещено высмеивать мертвых? — она возмущенно скинула шляпу с головы, и та повисла на веревочке на шее Санты.       Мужчина выпрямился и засмеялся, демонстрируя свои пожелтевшие зубы. Он потрепал малышку рукой по волосам и шумно выдохнул, слишком артистично и наигранно мотнув головой.        — Ну что ты, мисс, какое право я имею? Наоборот, я восхищаюсь этой девушкой. — он медленно подошел к витрине и открыл стекло, демонстрируя вещи на полках, Санте требовалось немало усилий сдержаться и не заплакать от горя — Блэйз Хэмминг, Молли Блэйзен, Блэйз Вудс, сколько имен потребовалось этой девушке, чтоб оттянуть свою судьбу? Восхитительная, талантливая и такая несчастная. Пожалуй, самое невинное чудовище на свете.       Санта едва не выпустила пулю в лоб клоуна за такие слова, но предпочла дослушать умника хотя бы за то, что он единственный поклонник ее матери.        — А ведь она настоящая звезда. Сколько денег было проплачено ее поклонниками и единомышленниками за взятки полиции.       Санта дрогнула и с непониманием уставилась на него. В голове девочки сейчас бушевало торнадо вопросов, задав которые, она выдаст их с отцом.        — У нее были единомышленники?        — Ну конечно! — он особенно растянул центральную гласную — Ее замечательная жизненная позиция только воодушевляла на борьбу с этими зажравшимися хлюпиками в городах: « Борись или умри! ».        — Хах, это вы о моем отце, скорее всего... ― она словила на себе непонимающий взгляд клоуна и поспешила исправиться ― он тоже так всегда считает.        — Порою борьба становится большим чем надобность, она перерастает в потребность, смысл и стиль жизни. Как бы люди не пытались измениться, не мечтали жить спокойно, огородить своих близких и себя от этого им не удастся, в чем мы лишний раз убедились на примере этой дамы. А ты знаешь, кто был ее избранником? У такой правдолюбки за всю жизнь был только один мужчина, знаешь кто? — он выпрямился и выжидающе осмотрел сосредоточенное лицо ребенка.        — Кто?        — Пф, ты так не шути со старым капитаном Болтсномом! Знать Блэйз — значит знать Джеффа убийцу и наоборот! Эти двое являются легендой этих мест, знала бы ты сколько шуму наделала смерть Блэйз Хэмминг и ее сына Дэмина....        — ДэмиЕна, его звали Дэмиен. — Санта растерялась от собственных слов и отвернула возмущенное лицо от клоуна, сжав корзинку с едой пальцами.       Капитан Болтсном о чем-то подумал и сосредоточенно осмотрел шляпу на спине девочки. Он подцепил ее пальцем и потрогал материал, оценивающе кивая головой.        — Какая у тебя хорошая шляпа, настоящая кожа, видимо кто-то из твоих знакомых оказался шибко щедрым.       Сантана одернула шляпу назад и подошла к кассе, с трудом отвернувшись от лица матери. Она водрузила корзинку на прилавок и выжидающе посмотрела на подошедшего мужчину. Болтсном деловито поправил бантик на шее и сложил руки перед собой на стол, приготовившись обслужить клиентку.        — Сколько с меня за это?        — Ровно одиннадцать долларов, мисс. Оплачивать предпочитаете наличными?        — Разумеется — девочка достала из кармана рубашки несколько мятых купюр и протянула их в белую руку Капитана, он принял деньги и вложил на их место куклу, ту самую с прилавка, Санта едва не выронила ее от неожиданности, но смогла найти в себе силы удержать мини-маму.        — Я видел как ты смотрела на нее.        — У меня нет денег на нее. — с болью в сердце она протянула куклу обратно человеку не потому что хотела куклу, а потому что иначе это чувство боли и ностальгии будет медленно разъедать малышку изнутри, но куклу клоун не принял, продолжая настаивать на своем.        — Тебя наверное ждут уже, не заставляй клоуна краснеть за твое поведение, Санта.       Чувство благодарности к этому человеку переполнило ее изнутри, и малышка улыбнулась старику, потянув на себя пакет с едой и куклой. Она вернулась в машину к отцу, который готов был ввалиться в чертов магазин с минуты на минуту за свое ожидание, и они тронулись дальше. Сантана сжала куклу в руках, прижала ту к груди и почему-то только сейчас она вспомнила одну вещь: она не называла клоуну своего имени.