Я - мое личное чудовище.

Домой мы добрались затемно, и практически одновременно с нашим возвращением пошел дождь. Я сидела в кресле, которое мой квартирант притащил и поставил в зале. Сидела и вслушивалась в шум дождя за окном, которому вторил шум воды, льющейся в ванной. Погруженная в темноту, комната освещалась только светом луны и одинокого фонаря за окном, квадрат света отчетливо вырисовывался на полу. Тени ласкали стены, переливались в водных потоках на оконном стекле. Я слушала дождь. Скрип двери вывел меня из прострации и силуэт квартиранта заслонил оконный проем. Саша стоял возле окна, не решаясь сделать первый шаг. Я смотрела на него, откинувшись на спинку кресла и расслабив свое тело, мне совершенно не хотелось двигаться. Квартирант вздохнул и, приняв решение, сделал шаг к моему убежищу. Я закрыла глаза, то, что парень стоит рядом, чувствовалось всем телом. Пусть Инга говорит, что все чувства во мне притупились, что это дает мне способность смотреть на все происходящее как-бы со стороны, теперь так не получалось. - Аня, - голос парня прошелся по моему слуху, тело отозвалось легкой дрожью предвкушения. Воздух качнулся, обдавая меня запахом свежести и шампуня. Открыв глаза, я обнаружила квартиранта стоящим на коленях возле моих ног. Его кожа все еще блестела от капелек воды, волосы были влажными и растрепанными. Свет, проливаясь через окно в комнату, рельефно обозначил стройное, прикрытое только полотенцем на бедрах, тело. Саша коснулся руками подлокотников кресла и потянулся ко мне. Его губы коснулись моих легко, только чуть-чуть обозначая поцелуй, говоря: "Я даю тебе выбор. Я приму любое решение". Мое сердце пропустило удар и разогналось с новой силой. Не получив отрицательного ответа, сосед коснулся моих ладоней и положил их на свои плечи. Он повел мои руки вниз по своей груди. Я слегка притормозила его движение и парень убрал свои руки. Он молча смотрел на меня и, стоя на коленях, ждал. Своим обостренным зрением я видела, как бьется жилка на его шее, как капли воды медленно стекают по его коже. Желание слизнуть эту влагу с его груди стало непреодолимым. Зверь шевельнулся внутри меня, но не стал всплывать на поверхность. Сейчас и здесь он был не нужен. Он только наблюдал. Скользнув руками по плечам парня, я приблизила к нему свое лицо, и Саша потянулся к моим губам. Руки сами собой не дали ему это сделать и, взяв парня за подбородок одной рукой, второй я провела по пульсирующей жилке, считывая такт ее биения. Отвернув лицо парня в сторону, я губами коснулась его шеи. Кончиком языка прошлась по бугорку приподнятой венкой кожи и втянула ее в рот, слегка прикусив. Саша издал стон переходящий во всхлип. Этот звук заставил моего зверя напрячься, из горла вырвалось рычание. Отпустив лицо парня, я провела ладонями по его груди, заводя руки ему за спину и, обхватив за талию, приподняла вверх, усаживая его себе на колени. Прильнув к его груди, я отчетливо услышала биение сердца и, чуть отстранившись, продолжила слизывать капли воды с кожи. Немного помедлив и взглянув на лицо парня, я коснулась языком его соска, Саша вздрогнул всем телом. Мои руки опустились на закругление его спины, охватывая упругость ягодиц. Полотенце уже давно задралось вверх, совершенно не препятствуя моим маневрам. Саша стал расстегивать пуговицы на моей блузке, одновременно ерзая по коленям и стараясь втянуть меня в поцелуй. Справившись, наконец, с пуговицами, он провел ладонями мне по бокам и, скользнув руками под расстегнутую блузку, коснулся пальцами обнаженной груди. Бюстье на мне сегодня не было и ему не пришлось возиться еще и с этими застежками. Я подняла к нему свое лицо, и руки парня скользнули мне за спину, прижимая тела друг к другу. Плотно, нежно и безмолвно. Тяжесть парня ощущалась коленями и, слегка разведя ноги, я позволила ему опуститься ниже, почти соскользнуть и упереться коленями в подлокотники кресла. Саша протестующе застонал. Это меня отрезвило. Высвободив руку, я сгребла его волосы в горсть и, пользуясь ими, как опорой, вздернула парня с колен. Света для моих глаз хватало, чтоб рассмотреть выражение его лица. Глаза парня были распахнуты, губы полуоткрыты. В его глазах не было боли или страха, только бесконечное терпение и жажда. Я отпустила его волосы столь резко, что парень, покачнувшись, стал падать на пол. Ища опору, он ухватился за мою руку, так и повиснув на ней, беззащитный, полностью открытый. - Не прогоняй… - тихим шепотом пронеслось во тьму. Я закрыла глаза и, подавшись вперед и подхватив его одной рукой под спину, соскользнула с кресла, аккуратно опуская свою ношу на ковер. Желание увидеть его полностью и целиком, всплыло из глубины подсознания внезапно. Открыв глаза, я стала рассматривать то, что так хотело увидеть мое истинное "Я". Пятно лунного света чуть передвинулось за время нашей возни, и теперь парень лежал именно на нем. Освещенный только этим странным свечением, он лежал, чуть приподнявшись на локтях. Зверь шевельнулся в сознании. "Наш…", - пронеслось в мозгу, отчетливо впаявшись в накатившее желание. - Перевернись… - мой голос был хриплым и срывался на привычный тембр рыка. Саша выполнил просьбу, плавно перекатившись на живот, открывая мне вид на четкую гладкость спины. Полотенце, каким-то чудом еще державшееся на бедрах, осталось лежать в стороне, открыв лунному свету спрятанное под ним. Повернув голову набок, Саша смотрел на меня тем же спокойно-желающим взглядом, полностью доверяя и доверяясь. Чудовище ходило нервными кругами под поверхностью сознания, терлось меховым боком о нервные окончания, желая присоединиться к происходящему. "Ну уж нет, Зараза! Теперь только я, ты в прошлый раз повеселилось и хватит! Я ведь тебе память оставлю, я - не ты". Тихий рокочущий смех прошелся волной по сознанию, выдавая обрывки картинок-воспоминаний. Я мотнула головой, пытаясь вытеснить из себя эти видения. "Ты хотела вспомнить, так вспоминай!" - зверек явно веселился, приоткрывая мне завесу памяти. "Нет, дорогуша, я и сама знаю, что мне хочется". Затолкав полог видений на их законное место, я встала над парнем на колени, оседлала его ноги и прильнула губами к коже. Свои руки я поставила по обе стороны от его тела и касалась его только губами, слегка прижимаясь к нему грудью. Его запах уже стал родным, хотя и будоражил своей свежестью вперемежку с терпкой горчинкой. Я пролизала дорожку от плеча до плеча, попеременно прикусывая и дуя на места укусов. Саша завозился подомной и я еще больше придавила его к полу своим телом. Парень судорожно вздохнул, и это освободило какой-то спусковой механизм в моем сознании. Я укусила его в основание шеи, парень чуть пискнул, и я укусила его сильней. Парень дернулся, и мы зубы прихватили кожу, пуская кровь, не сильно, но звереныш внутри меня припал на передние лапы, урча от удовольствия и сливаясь со мной, требуя большего… Я удовлетворенно хмыкнула и, загоняя свое "Я" обратно, пошла дальше. Покрыв спину парня следами своих зубов, я отстранилась и, сидя на нем верхом, оглядела поле своей деятельности. В свете луны кровь казалась темной. Даже слегка выступая на поверхности кожи, она составила сюрреалистическую картину. Мелкие ранки и темные следы от зубов выглядели, как цветы с еще не распустившимися или полуоткрытыми бутонами. Саша шевельнулся и я обратила внимание на его тяжелое дыхание, не от боли, как мне сразу показалось, а от желания. Желания, чтоб я завершила начатое. - Уверен? - я прильнула к его обнаженной спине и прошептала прямо в ухо. - О, боже. Да! - слова слетели с губ парня как стон, с придыханием. Мою ухмылку некому было видеть. Сняв, наконец, уже перепачканную в крови блузу, я почувствовала воздух голой кожей. Плюнув на надетые джинсы, все равно снимать их было некогда - потом, я продолжила спуск по его телу. Теперь я не кусала, оглаживая не помеченные зубами участки кожи, я целовала их и спускалась все ниже и ниже… Дойдя до конца линии спины, где она уже не была таковой, а переходила в холмики ягодиц, я остановилась. Саша протестующе поддался за моим отстраняющимся телом. Тихо хохотнув, я слегка шлепнула его ладонью, побуждая вернуться в исходную позицию. Сашка захныкал, как ребенок, у которого отняли конфетку, и заелозил по ковру. Когда он немного успокоился, я, легонько надавив на его ноги, заставила парня развести их пошире и двинулась вниз, кусая, зализывая и метя принадлежащее нам тело, подбираясь к той точке естества, которая была зажата между телом парня и ковром. Чудовище опять подало голос, замурлыкав, разнося дрожь по всему телу, оно хотело лизнуть его туда, прокатав на языке бархатную тяжесть. Но я ему не доверяла. Одна часть моего разума твердила: "Вы единое целое и не сделаете парню ничего плохого", другая спорила и напоминала, что в прошлый раз чудовище осталось бесконтрольным и я мучилась незнанием, изводя им свой мозг. Уже поставив метки по всему телу парня, я не была уверена и не могла ручаться за наше спокойствие. Желание волнами омывало тело и тугим узлом сводило мышцы. Но сейчас не было простого занятие сексом, сейчас устанавливались рамки и границы… границы доверия. Я провела руками по внутренним сторонам бедер парня, побуждая его резко выдохнуть, готовясь к неизвестному и… Повела свои губы в обратный путь, не тронув того самого, заветного. Саша выгнулся, застонав, и попытался перевернуться на спину, я зарычала и он только нетерпеливо двинул бедрами, тихонько хныкнув. Мой язык пробежал по тонкой перемычке кожи позади мошонки, и он вскрикнул. Всосав кожу, втянув ее в рот и слегка придержав зубами, я протиснула свою руку между парнем и ковром, запуская ее спереди и беря в ладонь напряженную плоть. Отпустив нежную кожу и напоследок поцеловав упругую попку парня, я позволила ему приподняться и сесть ко мне на колени. Притянув к себе и охватив его свободной рукой поперек груди, я уткнулась губами в Сашкино ухо и, покусывая его мочку, выдохнула, дав свободу своему рычанию. Вибрация прошла по всему телу парня, и моя рука подхватила извечный ритм - вверх, вниз, вверх, вниз… Наращивая темп и даря свободу сдерживаемым желаниям, и когда они густой теплой волной излились из содрогающегося тела, я обняла Сашу, плотнее притянув к себе и шепча ему на ухо: - Мой мальчик. Мой…