Тыгрыски

Каждую ночь одно и тоже. Оливия, которой тоже не очень спится - слышит стоны, а иногда сдавленный плач. Стоит под дверью, которую Енох запирает изнутри. Он не хочет, чтоб ему помогали. Не может смотреть кому-либо в глаза... *** Каждую ночь ему снится Джейкоб со стрелой арбалета, только не в животе, как было на самом деле, а в сердце. Каждую ночь за долбаных четыре месяца. Еноху снится мертвое окровавленное на месте раны тело. И отчаяние накрывает волной. От чувства вины никуда не деться. "В отличие от тебя я не мажу!" А Енох и не промазал. Он просто так глупо и непростительно ошибся и стрелял не в того. Не узнал, не отгадал... Ему все время, даже не во сне, чудится кровь на руках. *** За столом все это время каждый раз тишина и неловкие переглядки между воспитанниками. Особенно между Енохом и Эммой. Эмма не ненавидит. Эмме смертельно, невыносимо жаль мальчика, оставшегося в будущем... о котором им сейчас ничего не известно. И смертельно жаль сходящего с ума от всей боли, тяжело хрипло дышащего Еноха - дыхание хорошо слышно в этой тишине, повисшей над всеми... А Енох снова ничего не ест. И сидит с пустым, совершенно пустым взглядом. Наконец, он вскакивает из-за стола. - Ты ничего не поел! - строго звенит голос мисс Сапсан. - Я не голоден! Я хочу лишь свежего воздуха! - отчаянно хрипит Енох сквозь стиснутые зубы. Он и правда уже несколько дней ничего толком не ел - кусок в горле не лезет. В груди будто перекатывается какой-то шарик. Его качает, он едва держится на ногах, опираясь о стены. Еноху хочется умереть от слишком сладкого, холодного, терпкого родникового воздуха. Что вполне возможно. Ведь он теперь еще сильнее, чем раньше - походит на мертвеца. Тело будто накачано гелием и ничего не весит из-за этой жуткой усталости и слабости - интересно, так ли себя ощущает Эмма всю жизнь?.. Препоганое чувство... Кто-то кричит вслед, зовя обратно к столу... Он оглядывается, но ничего не отвечает, одновременно хватаясь за ручку двери и открывая резко... Двери в новом доме открываются вовнутрь. Так что собиравшийся в этот миг постучаться Джейкоб Портман, радостно и взволнованно как ребенок пружинящий на подошвах ботинок, от неожиданности покачивается вперед. И удивленно охает. Заставляя Еноха обернуться к двери наконец-то. - Ты... жив, - глуповато и шокированно произносит О'Коннор и чуть правда не умирает на месте от холодного осеннего воздуха и разрастающегося внутри пламени счастья. Джейкоб безумно и радостно сверкает глазами, с щемящей щенячьей радостью. Кивает часто, как болванчик. И протягивает руку... Он тоже не может ничего сказать. Он тоже задыхается от радости. Енох хватается за запястье Портмана обеими руками, жадно поглощая глазами... Джейк не выдерживает - ему не по себе от того, что у О'Коннора в глазах появились слезы и непонятный страх... Он обхватывает, обнимает Еноха так крепко как вообще может... Но тот слишком ослаб, а Джейк запинается о собственные ноги - и они вдвоем падают на пол... А затем в глазах Еноха резко гаснет свет, и они закрываются, потому что некромант потерял сознание... *** В себя он приходит только ближе к позднему вечеру. Джейк сидит рядом и тревожно вглядывается. Это напоминает о происшествии с простудой. Енох моргает и смотрит в потолок, а потом снова на Джейкоба... - Это... действительно так? Ты здесь? - едва слышно спрашивает О'Коннор, нервно кусает губы. Джейк яростно кивает, приближается... наклоняется и накрывает искусанные бледные губы своими, обеими теплыми ладонями держась за лицо Енноха... Потом отстраняется и целует в лоб. О'Коннор слышит частое прерывистое дыхание. Видит испуганно блестящие слезами глаза. - Глупый Гризли! Ты зачем извел себя голодом? А если бы я вернулся позже? - срывающимся голосом спрашивает наконец Джейк с мягким укором. - Из... вини... я уже не знал, можно ли вообще на что-то надеяться... *** Целых три дня Джейкоб доставал тем, что пичкал малыми порциями, кормя хоть чем-то. Это бы уже начало раздражать, если бы Еноха не потешало серьезное выражение физиономии Портмана. Ни дать ни взять мамочка. Похлеще мисс Сапсан. От него вообще не отвертишься. Но Енох хотел кое-чего другого. Да и вполне уже более или менее окреп. После очередной ложки ненавистного тыквенного супа он не выдержал. Схватил Джейка за руку, потом за воротник футболки и подтянул к себе нос к носу: - Хватит бульонов! Я голоден... до тебя, - выдыхает в лицо, запускает пальцы в отросшие порядочно темные космы и настойчиво впивается поцелуем-полуукусом... Ведомый этим прикосновением, Портман отставляет миску на тумбу, на миг отстраняется чтоб вдохнуть воздуха... Потом уже через миг оказывается на краю кровати, сам тянется за поцелуем... Сунув руки под полосатую футболку Тыгрыски, Енох случайно нащупывает длинный шрам. И тут же замирает, начиная панически дышать. - Все в порядке, Гризли... Эй... смотри в глаза, - шепчет, берет за подбородок и заставляет повернуться снова. Еноху дурно. У Еноха кружится голова от очередного приступа вины. - Ты же видишь, чувтвуешь - я здесь, - бормочет Портман едва уловимо. - Моей жизни ничего не угрожает. Это было и прошло!.. - обхватывает все такими же тощими руками. Енох кивает. Енох произносит: - Тигр Джейки... Тыгрыски... ты совершенно непонятный и странный... как тебя угораздило выжить?.. Джейк только фыркает тихо и мягко. Енох закрывает глаза и тянется за следующим поцелуем...