Чокнутый мир

       Меч был слишком длинным, чтобы ткнуть им прямо в сердце. Мне пришлось резать наискосок. Лезвие довольно легко вошло в меня. И боль была совсем не такой, как я себе представляла. Она была густой, если можно так выразиться, и горячей, и я сразу поняла, что уже ничего не исправишь. У меня никак не получалось вдохнуть воздух, я закрыла глаза и подумала: «Скорей бы все закончилось». Но я все чувствовала и чувствовала эту горячую боль и подумала, что, наверное, промахнулась. Потом я подумала, странно, что меч вошел так легко, там ведь должны быть ребра. Я боялась пошевелиться или открыть глаза, и это состояние все тянулось и тянулось. Я чувствовала себя очень несчастной. Наверное, только мне так трудно быстро умереть. Я неудачница, чего еще ожидать. Сейчас еще я выживу и останусь парализованной калекой. Черт побери! Ну почему все так?        И вдруг все изменилось. Все мои ощущения поменялись на противоположные. Вместо тупой жгучей боли я почувствовала холод внутри себя и прохладное дуновение снаружи. Во рту я чувствовала вкус крови, тем не менее, во мне произошел какой-то прилив бодрости. Я открыла глаза и увидела себя.       Себя, стоящую напротив, и взирающую на себя, стоящую на коленях, с торчащим в груди мечем, одной рукой вцепившуюся в него, другой упирающуюся в землю, пропитанную моей кровью.       Так это сон, - я почувствовала разочарование, - Значит, я все еще не сделала это, Всего лишь сон.       Другая Я, взялась руками за рукоять и одним движением вынула из меня меч, так легко, словно мое тело было из желе. И в одно мгновенье я вся стала сгустком невыносимой боли, в глазах у меня все плыло, и я смутно слышала, как другая Я что-то мне говорит, но не могла ничего понять. Хотя слова были мне знакомы, я напрочь забыла их значение. «Теперь все», - подумала я, но в этот момент, Я, стоящая напротив, вонзила меч себе в грудь, точно туда, где недавно он был у меня, и я мгновенно стала совершенно здоровым человеком, без малейших следов ранений. Зато девушка-двойник рухнула на колени и приняла совершенно умирающий вид. Она подняла голову и с трудом произнесла: «достань его». Теперь я отлично понимала, что она говорит. Я поднялась с земли, чувствуя блаженную легкость во всем теле, и увидела, что мы находимся в какой-то холмистой местности. Без малейшего волнения я подошла к Я, и достала из нее меч. Она тяжело задышала.       - Теперь ты. Иначе я умру.       «Какой неприятный сон», - подумала я, послушно протыкая себе грудь. Другой Я сразу полегчало.       Я поняла, смысл в том, что когда одна из нас пронзает себя, другая исцеляется, я приняла это как должное, и не удивлялась.       - Послушай, нам лучше куда-нибудь двигаться, возможно, мы найдем кого-то, кто сможет нам помочь, - сказала другая Я.       - Кто ты? – с трудом выговорила я.       - А ты что не видишь? Я это я, я это ты.       - Как тебя зовут?       - Разумеется так же, как и тебя. Слушай внимательно! Я достану из тебя меч, отойду подальше, к тем холмам и проткну себя, потом ты достанешь меч и пойдешь туда, где виднеются кусты.       Я с трудом старалась запомнить, что она мне говорит.       - Ну, начали!       Это было безумие. По очереди совершая самоубийство, мы шли по жаркой холмистой местности. Было бы очень странно встретить здесь кого-нибудь. Но ведь это был лишь сон. Пронзая себя в очередной раз, я подумала, что когда проснусь смогу повторить это без малейшего волнение, я уже чувствовала себя экспертом в этом деле.       - Никогда еще такого не видел! Позовите Диониса!       Голос раздавался из-за моей спины, но я не могла развернуться с мечем в груди, чтобы посмотреть. Другая я подошла и остановилась передо мной, озабоченно глядя на что-то, происходящее позади меня. Я слышала приглушенные голоса и шаги. Кажется, несколько человек шли к нам.       - Это люди. Как всегда ищут способы избежать покоя, - сказал кто-то.       Вскоре с двух сторон меня обошли, и остановились позади девушки-двойника, несколько странных существ. На самом деле они были не просто странные. Если бы я ни была уверена, что это сон, я бы, наверное, поседела от удивления.       - Люди. А мы как раз к вам, - сказал кто-то у меня за спиной, - Ваше поселение далеко?       - Послушайте, - обратилась к подошедшим моя копия, - мы только что здесь оказались. Мы ничего тут не знаем, и не понимаем, где находимся, но, может, вы сможете нам помочь. Нам приходиться по очереди заталкивать в себя этот меч, потому что таким образом мы исцеляем друг друга. Я не знаю, почему так происходит, но хотелось бы прекратить это. Может быть…       - Так-так, - перебил ее голос, и его обладатель наконец-то возник в моем поле зрения. Это был симпатичный юноша, правда с каким-то придурковатым выражением лица, замотанный в серые лохмотья, - вот оно что, - обращаясь сам к себе, он наклонил голову и с интересом посмотрел на меня. Я хотела бы сказать ему что-нибудь, но внутри у меня все булькало и хрипело.       - Обычное раздвоение личности, - продолжал юноша, - как говорят врачи, «шизо френ».       - Я так и думала! – воскликнула девушка-двойник.       - Кстати, я в этом эксперт! – объявил юноша, - Так что вы там делаете с этим мечем? – спросил он у моей копии. Она в ответ вытянула меч из меня и погрузила его в свое тело. Я откашлялась, поднялась на ноги и сказала: «Здрасте», - оглядывая прибывших. Посмотреть было на что. Юноша в лохмотьях был одним из немногих людей, среди этой компании. Остальные были сказочными существами. Я читала про них. Выше пояса люди, а ноги козлиные и на голове рожки. Черти. Значит, это не сон, я попала в ад. Это то, что ожидает самоубийц.       Один странный тип, пузатый коротышка, сидел верхом на осле и отхлебывал из бутылки. Судя по его красному лицу и блуждающему взгляду, в бутылке было спиртное. Тут были лошади с мужскими торсами, и прекрасные, прозрачные, как приведения, девушки. Вся эта компания источала веселье. Все улыбались, перебирали копытами, пританцовывали, прозрачные красотки смеялись журчащим смехом.       Девушка - двойник издала какой-то звук, и я подошла к юноше, который, держась рукой за подбородок, внимательно смотрел на мою копию:       - Нельзя ли сделать что-нибудь? – неопределенно поинтересовалась я.       - Больше не протыкай себя мечем! – шепотом сказал он, - Подожди немного, она умрет, а с тобой все будет в порядке!       Кажется, девушка-двойник это услышала. Сначала она посмотрела на юношу, потом на меня.       - Но, это я сильная сторона личности, а она – слабая. Я должна остаться, - с трудом прохрипела моя копия.       - Вот суть вашей проблемы! – важно объявил юноша, - Противостояние! А ведь вы – один человек! Надо жить в мире с собой. Ты сильная, - обратился он к проткнутой девушке, - Ты должна защищать ее и оберегать. А ты, - он посмотрел на меня, - Ты немного труслива, но у тебя доброе сердце. Не давай ей разрушать все на своем пути. Договоритесь между собой, и все будет в порядке.       - Трудно договориться, когда один из нас постоянно в таком состоянии, - я с тревогой смотрела, как глаза девушки-двойника теряют осмысленное выражение.       Юноша в лохмотьях, не спеша, подошел к ней и медленно-медленно вытянул меч. Причем, в тот момент, когда последний миллиметр стали покинул тело, никакой раны и в помине не было.       - Это я оставлю себе, - юноша ловко прицепил мой меч к своим лохмотьям. Я не стала возражать и помогла девушке подняться на ноги.       - Можешь звать меня Махт, - сказала она.       - Ладно, - согласилась я.       - Кстати, я – Дионис, - многозначительно сказал юноша, и широко махнув рукой, добавил, - А это – моя свита.       Один из козлоногих подошел к нам, и, поклонившись, представился:       - Пан. Любезнейший кавалер в этом обществе. Если выберете мою компанию, не пожалеете! Ведь всем известно, что поэты – лучшие любовники, - и он широко улыбнулся.       - Первый раз слышу! – холодно отрезала Махт, которая ближе меня стояла к Пану, - Так куда вы идете? – спросила она Диониса.       - Мы идем к людям. Сдаваться в плен, - ответил он.       - В плен? – удивилась я.       - Идет война между богами и людьми. Но она скоро должна закончиться. А мы идем сдаваться в плен людям, - объяснил Дионис.       - Так вы значит, на стороне богов, - догадалась Махт. Дионис выпрямился и принял высокомерный вид, не подходящий к его лохмотьям.       - Я и есть бог! – сказал он.       - Ха! – вырвалось у Махт.       - Что такое? – удивился Дионис.       - Боги не ходят по земле! – уверенно заявила Махт, - Они сидят на небе или где-то там еще!       - Так и есть! – согласился Дионис, - Боги на Олимпе. И после того, как вернул свою мать к жизни, я тоже присоединился к ним. Я много-много лет провел с ними. Но это невероятно скучно! Это не по мне. Поэтому я снова спустился к людям и путешествую со своей свитой.       - Так твоя мать богиня? – полюбопытствовала Махт.       - Нет, - терпеливо отвечал Дионис, - но мой отец - Зевс.       - А мне он приходиться дедушкой! – вставил Пан.       - Значит, вы родственники! А так не похожи! – удивилась Махт.       - Нет, нет! – объяснил Дионис. По большому счету все боги - дети или внуки Зевса, но родство у нас считается по утробе. В частности, моя мать умерла до моего рождения, и мой отец родил меня из своего бедра, поэтому, он мой единственный родственник, не считая моих детей.       - Что? Что за бред! – Махт была возмущена, - Родил из бедра! Да кто тебе поверит!       Дионис выглядел растерянным:       - Но об этом все знают. Спроси любого из моей свиты!       - Я думаю, что они все такие же чокнутые, как и ты! – шепотом заявила Махт.       - Но я ведь исцелил тебя! - отчаянно воскликнул Дионис.       - Вроде бы да, но я ведь не знаю, что в этом месте обычное дело, а что – нет. Мы ведь обе исцеляли друг друга по очереди!       - Это совсем не то, - вздохнул Дионис, - Я бог веселья и вина. Я могу создавать вино.       - Так это ты спаиваешь этого старикашку! – Махт укоризненно покачала головой. Дионис обернулся, ища, о ком она говорит.       - Это не старикашка! - возразил он, - Это Силен! Он мудрец!       - Просто пьяница! - уверенно сказала Махт.       «Закрой ты уже свою пасть! – подумала я, - Зачем злить этих сказочных существ».       - Так что там, насчет плена?       - Как я уже говорил, - недовольным тоном изрек Дионис, - Мы идем сдаваться в плен к людям. - То есть, вы считаете, что боги проиграют войну?!       Дионис вздохнул и покачал головой.       - Я не сомневаюсь, повезет богам! – звонко воскликнул Пан, - Ото всех скрываясь, мы идем к врагам! – шепотом добавил он, оперся копытом о камень и, вскинув руку в небо, торжественно завершил, - В гости без подарков, с жаждой перемен, радостно и ярко мы сдаемся в плен!       - Зачем же вам сдаваться в плен, если ваши побеждают? – недоуменно спросила Махт.       - Поэтому мы и хотим поскорее сдаться в плен, пока наши еще не победили, - объяснил Дионис, - Люди не так уж плохо обращаются с пленными богами. А еще среди них много красивых женщин, и у них есть хорошее вино.       - Ты ведь сам можешь создавать вино, - удивилась я. - Милая, между моим, мгновенно сотворенным, вином и вином, заботливо приготовленным людьми, колоссальная разница! – снисходительно объяснил Дионис.       - Но ведь, если боги победят, все и так достанется вам?!       - Не совсем так. Все поделят между собой старшие боги, которые, как и ты, считают, что раз я могу сам создавать вино, мне ни к чему вино людей. А женщин и подавно заберет себе Зевс.       - Понятно, - сказала я, хотя на самом деле все показалось мне очень запутанным.       - Пойдемте с нами! – радушно пригласил Пан.       Махт вопросительно посмотрела на меня, я пожала плечами. Почему бы и нет. Раз все равно не ясно: умерла я, сплю или брежу.       Так началось мое путешествие с этой странной компанией. Постепенно я освоилась здесь. В общем-то общество было довольно приятное. Я узнала, что Дионис – на самом деле бог вина. Его мать была обычной женщиной, но отец – самый главный из богов, которых, оказывается, существует множество. Пан постоянно заигрывал с Махт, а она пресекала это в весьма грубой форме, нисколько не боясь разозлить это существо, которое тоже было богом.       Однажды я спросила у Диониса:       - Почему началась эта война?       - О, как обычно. Гибрис, - небрежно ответил он.       - Гибрис?       Дионис высокомерно взглянул на меня:       - А с тобой такое не случалось?       Я энергично замотала головой, хотя не могла быть абсолютно уверена, что со мной не случался этот загадочный «гибрис», способный развязать войну. Бог неприятно скривился, и выражая всем своим видом отвращение, произнес:       - Из-за того, что боги к ним снисходительны, люди посмели возомнить, будто их существование имеет какое-то значение.       Выглядел Дионис так, как будто его сейчас вырвет, и в целях собственной безопасности, я решила не напоминать ему о том, что он наполовину человек.       Позже мне разъяснили, что нельзя быть богом наполовину, но тогда я еще не очень хорошо разбиралась в генетических особенностях богов.       Кстати Махт наотрез отказывалась признавать, что ее окружают боги.       Каждый раз, когда Дионис упоминал о своей божественной сущности, на ее лице появлялось выражение, означающее: «Ну, вот, снова его заносит». Дионис, несомненно замечал ее гримасы, но ничего не говорил. Зато постоянно выкидывал всякие фокусы: то превращал, всю окружающую нас воду в вино, то заставлял цвети жалкие сухие кустарники, попадающиеся нам на пути, а однажды даже превратился в льва.       - Ну циркач, - бормотала себе под нос Махт. Поначалу я боялась, что такое поведение достанет Диониса и он нас прогонит, но похоже, его упрямство моей сильной стороны скорее забавляло, нежели злило. И вскоре я перестала обращать внимание на их стычки.       По ночам это странное общество устраивало веселые оргии, в которых мы с Махт не участвовали. Не хочу на нее наговаривать, но, кажется, даже Махт пугали эти бешеные ночные обряды. Насколько я поняла, все происходящее устраивалось в честь Диониса. По крайней мере, все восхваляли его, и пили нескончаемое вино, которое било прямо из земли. Козлоногие существа скакали через костры, а прозрачные девушки водили хороводы.       Мы с Махт уходили подальше и долго не могли заснуть, слыша их крики и смех. В итоге, по утру, мы вдвоем были уставшими и помятыми, а все остальные источали свежесть. Дионис и остальные бросали на нас загадочные взгляды, но не предлагали присоединится. Мы, конечно и не согласились бы, но, честно говоря, мне казалось, что если бы они пригласили нас, это бы означало, что мы официально приняты в их безумное сообщество. А пока, мы оставались чужими.       К вечеру третьего дня мы добрались туда, куда собственно и направлялись – к поселению людей.       У ворот нас встречали семеро примитивно вооруженных людей, и старик, которого я про себя назвала шаманом. Его наряд был ярким и нелепым, и посох, на который он опирался, был увенчан человеческим черепом. Навстречу этому пугалу шагнул Дионис, тоже с посохом, только вместо черепа сверху была сосновая шишка.       - Приветствуем вас, люди, - глядя куда-то в даль, молвил Дионис. Старик в ответ поклонился, остальные неуверенно зашептались.       - Если я не ошибаюсь, - проскрипел старик, - сам Дионис явился нам.       - Ты не ошибаешься, - улыбнулся Дионис.       - С добром ли ты пришел к нам, или со злом?       - Я хочу насладиться вашим гостеприимством, - ласково сказал Дионис.       - Наглость – второе счастье, - тихо сказала Махт. Старик, похоже, подумал то же самое. Он некоторое время оторопело молчал, затем все же шагнул в сторону и снова поклонился:       - Добро пожаловать в Город.       Дионис гордо прошествовал мимо встречавших, и уверенно зашел в следующие ворота, за которыми, собственно и начинался город. Мы все пошли следом за ним.       Это было удивительное зрелище! Город встретил нас таким благородным свечением (если можно так выразиться), что у меня захватило дух. Все дома были абсолютно белыми. Изрезанные причудливыми узорами и подпираемые колоннами, они выглядели сказочно. Одежда немногочисленных жителей, попавшихся мне на глаза, тоже была белой. Что контрастировало с их смуглой кожей и темными волосами. На самом деле, одеждой это можно было назвать с большой натяжкой. Кусок хлопковой ткани – вот чем местные жители прикрывали свою наготу. А вообще то, скорее эти накидки служили защитой от солнца, так как у некоторых женщин была прикрыта лишь одна половина груди. Но это выглядело естественно и невинно. Словно в таком светлом городе нет места стыду и греху.       Зелень здесь была такой яркой и сочной, как будто каждый листок только что появился на свет. Ярко синее небо, словно было создано именно и только для этого города. Даже воздух был наполнен каким-то сиянием.       Все это явно было по вкусу нашей козлоногой компании, ибо лица их озарялись такими блаженными улыбками, что мне даже стало не по себе.       Дионис уверенно вышагивал впереди. Мы шли следом. Жители заинтересованно рассматривали нас. Несколько ребятишек подбежали к Дионису, дотронулись до его лохмотьев и радостно визжа, убежали прятаться за спины своих матерей. Дионис улыбнулся им своей пьяной улыбкой, и тут я поняла, что и Дионис и его свита отлично гармонируют с этим городом и его обитателями. А мы с Махт не подходили ко всему этому. Но что бы там я ни думала, никого, ближе этих существ у нас сейчас не было. И поэтому мы шли себе и шли, пялясь по сторонам и наслаждаясь видом буйной растительности, которая с каждым шагом становилась все буйнее. И я готова была поклясться, что когда мы заходили в город, он был белым, а теперь стал зеленым. А когда гроздья винограда стали нависать над нами со всех сторон, и прямо из под ног пробивались ростки, заставляя спотыкаться, я поняла, что это Дионис фокусничает.       Позади нас уже собралось с пол - сотни человек, и все они восторженно ахали и улыбались во весь рот. Старик, впустивший нас в город, с озадаченным видом осмотрел гроздь винограда, легшую ему прямо в ладонь, и обреченно улыбнулся виновнику растительного сумасшествия:       - Я надеюсь, пребывание у нас доставит вам радость.       - О, несомненно! – ответствовал Дионис.       - Прошу вас, располагайтесь в этом доме, - старик указал на тропу, под тенью деревьев ведущую к нашему новому жилищу. Пан какими то витиеватыми стихами выразил то ли благодарность за гостеприимство, то ли пожелание и впредь быть обслуженным по высшему уровню. Старик откланялся и поспешно удалился, а мы гуськом пошли к дому.       Дом был, не то, что моя квартирка, в той реальности, где мы жили с Даниэлем, или мне все это снилось, я уже не была уверена. В общем, дом был здоровенный, хоть и одноэтажный. Во дворе, представьте себе, был бассейн, выложенный яркой мозаикой. Мозаичный же был и пол в доме, выглядело это шикарно! Дом, кстати состоял из двух огромных и двух крохотных комнат. И, еще помещение, которое было вроде как, вестибюлем. Оно было грубоватое и там на стенах рос мох. Здесь Селен (спитого вида, толстый старикашка) оставил своего осла. Мы с Махт заняли одну из маленьких комнат, компания с Дионисом расположились в большой. Комнаты были почти пустыми: несколько лавок с подобием матрасов, вазы, кувшины, драпировки на стенах и все. Вторая большая комната была чем-то вроде столовой, там был широкий, низкий стол и лавки. Перед тем как ложиться спать, мы все собрались там. Служанки (кстати, в доме были две служанки, появляющиеся из второй маленькой комнаты, только, когда они были нужны) принесли еду, Дионис наколдовал вина.       Было весело. Пан и подобные ему существа смешно танцевали, громко стуча копытами. Кентавры, с умиротворенным видом, лежащие у стола, широко улыбались, и я заметила, что у них очень большие, по сравнению с людьми, рты. Прозрачные девушки, нимфы, красиво пели о чем-то далеком и прекрасном. Дионис подпирал стену, положив посох себе на колени. На лице его блуждала пьяная улыбка, и комната все больше зарастала виноградом.       Я наконец-то нормально поела и предвкушала спокойную ночь, надеясь, что для ночных оргий компания выберется на природу. Махт что-то говорила о том, что неплохо бы завтра испробовать этот замечательный бассейн во дворе. Под цокот копыт (которых не имели только Дионис, мы с Махт, прозрачные нимфы и служанки) я стала засыпать, галдеж компании так славно убаюкивал, а речь нимф, похожая на журчание или шелест, казалась мне колыбельной. И я было совсем провалилась в сон, как гармония была нарушена хриплым покашливаньем.       Все умолкли. В дверях комнаты с нерешительным видом стоял старый, но крепкий мужчина, с длиннющей седой бородой.       - Извините, - тихо сказал он.       - Что случилось? – Дионис не то чтобы нахмурился, но его придурковатое выражение лица стало более жутким.       - Извините, - повторил седобородый.       - Так, - совсем уже сурово сказал Дионис.       - Я кузнец, - поспешил объяснить старик.       - Уже лучше, - проворчала Махт.       - Что тебе нужно, кузнец? – высокомерно изрек Пан, уперев руки в бока и нетерпеливо постукивая копытом.       - Э-э, тут такое дело, - кузнец нерешительно взглянул на Диониса, видно, его смущало, что все таращатся, и он предпочел бы поговорить наедине. Но Дионис вопросительно взирал, и не думая выходить из-за стола.       - В общем, у меня три дочери, - выражение лица у старика было такое, что я сразу поняла: он хочет, чтобы Дионис превратил его дочерей в вино! Или что-то в этом роде. Дионис тяжело вздохнул, кажется, он догадывался, о чем пойдет речь.       - Я был бы очень благодарен тебе, если бы ты…       - Понятно, понятно, - перебил его Дионис, - а они хоть красивые?       Кузнец заулыбался и даже стал выглядеть не так робко.       - А то! Стал бы я, если бы нет. Это же такое дело! Как бы я посмел.       - Хорошо, я приду, - Дионис помахал рукой в сторону выхода.       - О! Благодарю, тебя! Прошу принять мой скромный дар, - старик сделал знак, и служанки внесли кувшины с вином. Кузнец раскланялся и вышел, бормоча слова благодарности. Веселье тут же возобновилось. Подаренное вино явно пришлось по вкусу Дионису, он с блаженным видом смаковал его и жмурился от удовольствия.       - А чего он хотел? – не вытерпела Махт. Дионис медленно повернулся к ней и, по-моему, в его ухмылке было что-то ироничное. Хотя, может, мне показалось.       - Кузнец хотел, чтобы у его трех дочерей, - Дионис нарочно растягивал слова, - были дети от бога. От меня, - уточнил он. Махт нахмурилась. «Ну промолчи хоть раз, нарванная сука», - подумала я.       - Послушай, Дионис, - начала с поучительным видом эта дура, - Мы все признаем, что ты гениальный фокусник. Твой талант неоспорим, - лицо у Диониса вытянулось, - Но прекрати, пожалуйста, называть себя богом! Это чересчур! Есть предел твоему самомнению?!       Дионис, оперся на свой посох. Он поднялся и, нависая над Махт, а заодно и надо мной, рявкнул:       - Я бог!       Мне, кажется, никогда еще не было так страшно. Я чуть не обделалась. Воздух вдруг стал ледяным и меня заколотило. Дионис в три больших шага вышел из комнаты. А эта идиотка еще крикнула ему вслед: «не обижайся». Все вокруг смотрели на нас. Одна из нимф участливо поинтересовалась:       - Ты не боишься, что он нашлет на тебя безумие?       Махт ничего не боялась, у нее просто напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения. О, как я жалела, что не сделала так, как посоветовал мне при нашей первой встрече Дионис, и не лишилась этой ужасной половины, а заодно и неприятностей, связанных с ее присутствием.       Пол - ночи мы ругались, в конце концов, она согласилась извиниться перед Дионисом, но все равно продолжала твердить: «Он не бог! Он не бог!»       На следующий день, я уговорила Махт (честно говоря, я сказала, что придушу ее, если она не согласится) добыть рецепт приготовления вина. Я надеялась что такой шаг смягчит гнев Диониса.       Мы шли по городу и спрашивали у встречных как найти седобородого кузнеца. Все отвечали нам примерно одно и то же: «Кузнец в городе только один - одноногий и без бороды». В конце концов, мы решили пойти к этому кузнецу, он то, скорее всего, знает, кто еще занимается кузнечным делом.       Кузница находилась в центре города рядом с большим красивым фонтаном. Кузнец действительно был без бороды, с одной ногой и довольно молодой.       - А, так это мой тесть! – сказал он, услышав, что мы ищем седобородого, - Только он уже этим делом почти не занимается, возраст, знаете ли. Но, найти вы его можете дома, - и одноногий с готовностью рассказал, как пройти к дому седобородого.       - Какой милый человек, - умилялась Махт по дороге, - И только из-за того, что у него одна нога, он вынужден терпеть такое отношение.       Я не совсем понимала, что это она плетет, но больше меня заботил вопрос, согласится ли седобородый дать нам рецепт своего вина.       Седобородый сидел в саду у своего дома и курил трубку. Увидев нас, он заволновался.       - Что-то случилось?        Только я собралась его заверить, что все в порядке, и мы хотим попросить его кое о чем, как эта чекнутая налетела на старика.       - Как вам не стыдно! Ведь, этот милый человек в кузнице, муж одной из ваших дочерей, которых вы собрались свести с Дионисом!       - И что? – старик опешил.       - Но ведь это ужасно! – орала Махт, - Если у человека одна нога, это еще не значит, что он не может делать детей собственной жене.       - А я разве говорю, что не может? У них с дочерью двое прелестных ребятишек!       - Так зачем же вашей дочери изменять своему муже с Дионисом?       - Изменять? – старик рассмеялся, - Какая же это измена? Большая честь иметь ребенка от бога. Мои зятья рады будут воспитывать детей Диониса.       - Зятья? – удивилась Махт.       - Да, все мои дочери замужем, - со спокойным достоинством заявил седобородый.       - Ничего не понимаю, - растерялась Махт, - И что, все ваши зятья верят в то, что Дионис – бог?       - Что ты хочешь сказать, дочь моя? Все знают, что Дионис – бог. Махт схватилась за голову:       - Что за чекнутый мир? Нет, вы все же хорошо подумайте, - не унималась она, - Это противоестественно, не стоит так поступать!       - Что сделано, то сделано! – твердо сказал старик, кажется, вопли Махт его достали.       - Как сделано? – удивилась Махт, - Уже?       - Да. Этой ночью Дионис приходил к моим дочерям. И я не понимаю что вам за дело до этого?        Махт выглядела расстроенной, хотя я, как и старик, совершенно не понимала причины ее заинтересованности в этом деле. Воспользовавшись тем, что она растерянно замолкла, я наконец-то взяла слово:       - Уважаемый, у нас к вам просьба.       - Излагайте, - кивнул старик.       - Научите нас делать вино, - решила я не тянуть кота за хвост.       Старик задумчиво покрутил в пальцах трубку. - Это не очень выгодно для меня, - справедливо заметил он. Я была готова к такому ответу.       - В замен, вы получите ОСОБОЕ расположение Диониса, - нагло соврала я.       Старик глубоко задумался. Он некоторое время молча поглаживал свою бороду. Потом отчаянно вздохнул и хлопнул себя по колену.       - По рукам!       Кажется, удача была на моей стороне. К вечеру мы добыли все, что было нужно для виноделия. Чудом не разбив ничего из глиняной утвари, мы подошли к дому. На пороге стоял Дионис. Он стоял, опершись на свой посох, как будто ждал кого-то. И мне показалось, что ждал он именно нас. Наглая дура, Махт, молча прошла со своими кувшинами мимо него.       - Что это? – спросил Дионис у меня. Я перехватила свои емкости поудобнее, и попыталась дружелюбно улыбнуться.       - Мы подумали, что ты будешь рад, если сможешь сам готовить вино, так как люди.       - Вот как, - равнодушно произнес Дионис, глядя куда-то, в даль, - Что ж, посмотрим, что у вас выйдет.       «Значит, он не собирается этим заниматься» - подумала я. Чего я, в конце концов, ожидала? Что он станет скакать от радости?       - Отнеси это, и вернись сюда, - все так же равнодушно велел Дионис. Я так и сделала.       - Сейчас ты пойдешь к кузнецу, - Дионис протянул мне длинный узкий сверток, - Скажешь, я хочу, чтобы такие были у всех, кто пришел со мной.       - Ладно, - согласилась я.       - Кузница находится, - начал Дионис.       - Я знаю, - перебила я. Он наконец-то изволил взглянуть на меня. Посмотрел, но не спросил, откуда я знаю, где находится кузница. Только протянул мне маленький кожаный мешочек.       - Заплатишь ему.       Я вернулась назад уже на закате. Одноногий кузнец не захотел взять деньги. Он развернул сверток, внимательно осмотрел мою катану, и сказал, что заказ будет готов через две недели.       Когда я вернулась, все сидели за столом.       - Через две недели будет готово, - я протянула Дионису мешочек с деньгами, - не захотел взять.       - Тогда, оставь себе, - щедро предложил Дионис. Я удивилась, но потом подумала, что богу деньги ни к чему, а мне, может, пригодятся.       Я села рядом с Махт, и подтянула к себе блюдо с остатками птицы.       - У меня нехорошее предчувствие, - тут же зашипела мне на ухо Махт.       - С чего бы это? – разозлилась я. Махт с каждым днем раздражала меня все больше. Возможно, я бы смягчилась, если бы она дала мне спокойно поесть, но не тут то было. Идиотка больно схватила меня за руку и заставила наклониться к ней. Как будто в этом гомоне нас мог кто-то услышать.       - Днем, когда нас не было приходил старейшина, - сообщила мне Махт, - Он дал понять, что мы – пленники, хоть с нами и вежливо обходятся. И намекнул, что Дионис должен помочь людям выиграть войну.       - Ну и что? – не поняла я с чего она распереживалась, - Дионис же сам говорил «мы идем сдаваться в плен». Так какие проблемы?       - Пока проблем нет, - не унималась Махт, - Их ПОКА нет. Но точно будут! Дионис собирается тут жить, как король, и никому не будет помогать в войне. А когда это станет ясно, в этом доме нас всех и сожгут живьем!       - Что за чушь! – отмахнулась я, - Обуздай свою фантазию и дай мне спокойно поесть. Тебе еще предстоит попросить у Диониса виноград.       - Ничего я не собираюсь у него просить! – огрызнулась наглая тварь. Чего и следовало ожидать.       Ночью у нас в доме была оргия. Оказалось, что мы на самом деле пленники и покидать город нельзя. Так что козлоногая компания предавалась веселью прямо дома. Эта ночь была кошмарной. Я думала, с ума сойду от этих звуков. Когда под утро, наконец, мне удалось уснуть, мне снились потные кентавры и Даниэль с Ипси, скачущие на них верхом.        Утром Махт выглядела ужасно. Я подумала: «боже, неужели и я так выгляжу, как девяностолетняя старуха». Она с мрачным видом носила в дом виноград. Я некоторое время молча наблюдала за ней, потом не выдержала:       - Я же говорила, попроси у Диониса, зачем обрывать с улицы?       Махт проигнорировала меня. Я покачала головой и отправилась искать Диониса.       Бог вина спал посреди комнаты, в обнимку со своим посохом и на лице его была дурацкая ухмылка. Голову он положил на осла, у копыт которого похрапывал Селен. Возле стены в странных, неестественных позах спали кентавры. Голоса нимф и остальной парнокопытной братии доносились с улицы. Судя по всплескам воды, они резвились в бассейне.       Из комнаты служанок прицокал Пан. Он выглядел довольным.       - Спят, как убитые, - прокомментировал он, - Ты что-то хотела?       - Хотела попросить у него виноград, - кивнула я на Диониса. Пан усмехнулся:       - Попробуем раздобыть, - он взялся за конец посоха и осторожно потянул.       - Что? – спросил Дионис, не открывая глаз.       - Нам нужен виноград, - объяснил Пан. Дионис зевнул и повернулся на другой бок.       - Достаточно? – спросил он. Стена позади меня была густо увита виноградом. Крупные гроздья тяжело свисали с еще зеленых лоз.       - Да, спасибо, поспешно ответила я, прикидывая, как быстрее все это перенести в нашу комнату, где мы расставили посуду.       - Давить лучше в деревянном корыте, - сонно сообщил Дионис. И я вдруг подумала: с чего я взяла, что он не знает, как делать вино.       К полудню угол нашей комнаты был заставлен емкостями с будущим вином. Я надеялась, что мы все сделали правильно и через некоторое время Дионис получит вино, а Махт – прощение.       Но Махт беспокоили совершенно другие вещи.       - Послушай, у тебя еще остались те деньги, что дал Дионис, - спросила она, - Хорошо бы вложить их в дело. Нам надо подумать о своем будущем. Не можем же мы постоянно таскаться с этой компанией.       Вот я ни разу не задумывалась о таком. Ведь до сих пор непонятно где мы находимся, почему и для чего. А она уже думает обосноваться тут и подзаработать. Я искренне не понимаю, как Махт может иметь что-то общее со мной. Мы абсолютно разные. С Ипсилон у меня гораздо больше общего. И я думаю, то, что Даниэль полюбил в Ипси, есть и во мне, только, наверное, лежит снизу и никому не заметно.       - Ну и в какое же дело мы вложим эти деньги? – спросила я.       - В обыкновенное, - огрызнулась Махт, - Не откроем же мы автозаправку! Будем давать деньги в кредит.