Дневник Яндере

    23 апреля, понедельник.     С утра по радио предупредили об опасности землетрясения, и я, как и все мои соотечественники, проигнорировала это сообщение: мы привыкли к неспокойному поведению литосферных плит в нашем районе. Куда больше меня волновал семпай и мои планы на его счет. Дни шли, а я так и не приблизилась к нему ни на шаг. Правда, мне удалось втереться в доверие к Ханако, и семпай даже назвал меня «другом семьи», но это не одно и то же. Я не хотела быть другом. Мне нужно было называться любимой, единственной, его женой, его духовным товарищем... Мне было мало просто здороваться с ним каждый день, проходя мимо. Я не желала удовольствоваться дружбой с его сестрой. Я жаждала большего. И эта неделя должна была стать переломной в наших судьбах. Я всегда добиваюсь той цели, что поставила перед собой, целенаправленно продвигаясь по выбранному пути. Упорство и решительность вкупе с, я надеюсь, неплохими интеллектуальными данными и стратегическим мышлением всегда давали нужный результат, так почему сейчас должно стать иначе? И потому я вошла во внутренний дворик , твёрдо вознамерившись поговорить с семпаем и обменяться с ним чем-то более значительным, чем приветствие. Я сделала несколько шагов по направлению к фонтану и в недоумении остановилась: любви всей моей жизни не было на месте, только Ханако сидела на бортике, лениво листая страницы одной из книг брата. Что произошло? Где он?! Его сумка стояла здесь же, у ног сестры, да и роман, что он читал, свидетельствовал о том, что семпай пришел в школу, только по какой-то причине изменил своему привычному порядку вещей. Я подошла ближе и, улыбнувшись, села рядом с Ханако. – Как прошли выходные? – я решила начать издалека. – Как обычно, Аяно-чан, – сестра семпая махнула рукой и захлопнула книгу. – В воскресенье Таро ушел в библиотеку и проторчал там весь день. Как оказалось, он встретил там свою одноклассницу – ты, скорее всего, её знаешь, это президент клуба любителей мистики. Они разговорились, и эта Ока-сан... Кажется, так... Так вот, эта Ока-сан договорилась с ним, что он поможет перенести в помещение её клуба новые стеллажи для книг. – Надо же, – я подняла брови. – Значит, он сейчас как раз этим и занимается? – Верно, – кивнула она. – В том кружке трое парней, а этой ведьме вдруг зачем-то понадобился именно мой брат! Можешь себе представить? Мне кажется, она неровно дышит к нему, хотя... Я могу и ошибаться. – Может быть.., – протянула я, стараясь не показать шока, который испытала. – Пожалуй, я схожу на разведку и посмотрю, что там творится... – Хорошо, – Ханако снова раскрыла книгу брата. – Только смотри, не разозли там никаких духов! Я посмеялась, сделав вид, что ничего забавнее этой в высшей степени идиотской шутки не слышала, и направилась в сторону двери, ведущей в секцию клубов. Кружок любителей мистики располагался справа и являл собой мрачную комнату, выдержанную в темно-лиловых и иссиня-черных тонах. Пентаграмма на полу, свечи, муляж человеческого черепа и кривой дамасский кинжал довершали этот сомнительный антураж, который лично мне напоминал шатер гадалки-шарлатанки. Семпай вместе с членами клуба мужского пола занимался расстановкой стеллажей. Он сам поднимал довольно тяжелый деревянный предмет мебели и ставил его вплотную к стене, так, чтобы и справа, и слева было по три комплекта полок. Остальные мальчики из кружка работали тройкой: они были не такими сильными, как мой семпай. Девчонки же расставляли на полках книги, до этого стопками высившиеся прямо на полу. Я вошла внутрь и с улыбкой предложила помощь. Президент клуба – мрачноватая старшеклассница с синяками под глазами и жутковатой прической – чуть не захлопала в ладоши, заметив: – Было бы здорово. Я не думала, что тут будет так много работы! И я присоединилась к работе, поставив сумку на пол. Со мной рядом возилась девочка, учившаяся со мной в параллельном классе, её звали Супана Чуру, и я без труда смогла разговорить её. Чуру-чан оказалась незаменимым источником информации. Она с удовольствием рассказывала о том, как они вызывали демонов, как устраивали вечера ужасов с выключенным светом и жуткими страшилками, как общались с призраками... О своей президентше, которая крутилась вокруг семпая, регулировавшего полки, она говорила только хорошее, подчёркивая, что Руто-семпай искренне верит во всё мистическое, и именно это обеспечивает стабильность их клуба. Я впитывала каждое слово, понимая, что мне может пригодиться любая деталь, даже самая малозначительная. Президент этого шабаша оказалась моей очередной противницей, и у меня не было выбора, кроме как устранить её. Но как? Старшеклассница смотрела на семпая влюбленными глазами и делала вид, что помогает ему, хотя, на самом деле, скорее, мешала. Он же, будучи хорошо воспитанным молодым человеком, не отгонял её, терпеливо слушая эту чушь про духов и Белтайн и ещё ухитряясь вежливо улыбаться. Он мой герой. Я бы ударила её топором по голове уже после первой же фразы. У моей нынешней соперницы был неприятный надтреснутый голос и манера говорить, растягивая слова. Она носила черные рукава и чулки с узором под паутину, а также колье с пауком. Я не хотела принимать её всерьёз, но... Но семпай с охотой слушал всю ту муть, что она ему втирала, и вовсе не казалось, что ему неприятно. Президент клуба мистики рассказывала о ведьминских обрядах в Средние Века, а семпай был большим любителем того периода времени... Вот и ответ. У двоих таких разных людей нашлось что-то общее... Но ненадолго, уж я-то позабочусь. Пока я помогала Чуру-чан с книгами, на глаза мне попался один том, который назывался «Общение с духами». Одна из страниц представляла собой сложенный в несколько раз плакат, который оказался подобием бумажной версии доски Уиджи, только вместо романдзи он был расписан значками хираганы. Тут присутствовали и слова «да» и «нет», но указателя – вещи, обычной для подобного – не имелось. – Я могу взять почитать эту книгу? – спросила я, показывая том Чуру-чан. – Конечно, – откликнулась она. – Может, после этого ты тоже увлечешься миром непознанного. Это вряд ли. Я спрятала книгу в сумку, получила свою порцию благодарностей за помощь и быстро ушла из этого вертепа: у меня появилась идея. Заторопившись вверх по лестнице, я даже споткнулась от волнения, но быстро восстановила равновесие. Я твёрдо знала, что собираюсь сделать, пусть это и шло вразрез со всеми моими убеждениями. Каким человеком легче всего управлять? Разумеется, тем, кто искренне верит во что-то. Мой отец исповедовал буддизм, мама же всегда отличалась абсолютно атеистическими взглядами, предпочитая жить совсем без религии. Папа постоянно водил нас в храм, думая, что сможет привить нам свою веру, но не получалось: мы с восхищением хвалили убранство, порядок, неторопливую традиционность, царившие там, но так и не прониклись идеями Гаутамы. Я никогда не верила ни в привидений, ни в духов, ни во что-либо сверхъестественное, считая, что эта чушь годна лишь для городских страшилок И вот теперь... Теперь я собираюсь пойти против всех этих принципов. Я поднялась на третий этаж со скоростью ракеты и, облокотившись на стену, отдышалась: мне нужно было много сил для того, чтобы претворить в жизнь задуманное. Я зашла в ту самую темную уборную и встала напротив той самой стены, где на фотографиях отображалась девочка-призрак. Что ж, пришло время отринуть скептицизм и принять её существование как факт. Встав на колени, я вытащила из сумки книгу из клуба любителей мистики и, раскрыв том, развернула страницу со значками хираганы. – Доброе утро, – я склонила голову. – Мне бы хотелось пообщаться с тобой. Пожалуйста, используй это. Сначала никакого ответа на мою просьбу не последовало, и я почувствовала себя по-дурацки, сидя на коленях на холодных плитках перед книгой об общении с духами... Когда я уже собралась встать и уйти отсюда, на полу внезапно возник круглый голубоватый огонек, будто кто-то направил сюда фонарик. Кругляшек света перешел на бумажное подобие доски Уиджи и начал блуждать по значкам слоговой азбуки. Я внимательно следила за ним глазами, стараясь ничего не упустить. «Я чувствую в тебе кровь той, что убила меня». Что за глупости? О чем толкует этот призрак? Какая кровь? Я поморщилась: так и знала, что возникнут трудности! Но сдаваться я не собиралась. Только не сейчас. – Чем я могу тебе помочь? – громко спросила я, глядя туда, где, насколько я помнила, должно находиться лицо привидения. На сей раз тишина царила добрых пять минут, но я терпеливо ждала и чуть не вскрикнула от радости, когда огонек снова начал прыгать от одного слога к другому. «Способ даровать мне покой существует, но он труден и опасен. Почему ты хочешь сделать это для меня?». – У меня свои мотивы, – сложила руки на коленях. – Можешь считать это благотворительностью. А теперь расскажи, что нужно делать. Кружок света задрожал и сразу же начал блуждать по бумаге. «В жертву должна быть принесена другая душа. Я должна вселиться в оружие, которым будет совершено жертвоприношение». – Отлично, – я улыбнулась и свернула плакат с хираганой. – Где-то на территории школы я, кажется, видела бродячую кошку... А ещё я попрошу помочь одну старшеклассницу – она президент клуба любителей мистики. Спрятав книгу в сумку, я вышла из уборной и глубоко вздохнула: правильно ли я поступила, ничего не потребовав взамен? С другой стороны, что мне может предложить это бесплотное создание? Я и сама смогу прекрасно решить все свои проблемы; до сих пор я с этим прекрасно справлялась. И с этими мыслями я поспешила на уроки.