Дневник Яндере

    14 мая, понедельник.     Чем ближе лето, тем подлиннее эмоции. Я не помнила, из какого стихотворения была эта строчка, но понимала, о чем хотел сказать поэт: с каждым днем мои чувства к семпаю росли и крепли. Казалось, уже невозможно любить сильнее, но каждый раз я опровергала это, расправляясь с очередной соперницей. Но теперь, когда я снова победила, можно было отдохнуть от планов и схем по уничтожению противниц и начать, наконец, сближаться с самим объектом моего обожания. Я решительно прошла через школьные ворота, намереваясь провести весьма полезный и плодотворный день в компании моего будущего супруга (и, к сожалению, его в высшей степени инфантильной сестры). Я прошла во внутренний дворик и резко остановилась: на бортике фонтана сидела одна Ханако. В отличие от всех предыдущих ситуаций, у её ног не стояла его сумка, а рядом не лежал один из его любимых рыцарских романов... Ужасное леденящее чувство ужаса, гнездившееся в сердце и медленно распространявшееся по всему телу, как инфекция, молнией пронзило меня: с моим любимым что-то произошло? Он заболел? Почему он не пришел? Я сделала несколько глубоких вдохов, мысленно заставив себя успокоиться: сначала нужно удостовериться... Подойдя к Ханако и поклонилась. Она подняла голову и просияла, вымолвив: – Привет, Аяно-чан. – Привет, – я через силу улыбнулась. – А почему ты одна? Где твой брат? Первоклассница передернула плечами. – Их классная руководительница – Кахо-сенсей, – начала она, – была вынуждена поехать на Кюсю... Не знаю точно, что там случилось, но сейчас весь класс Таро знакомится с временной заместительницей. Слава богу! С семпаем всё в порядке! – Ты её видела? – безразлично спросила я, присаживаясь рядом. – Только одним глазком, – Ханако хихикнула. – Честное слово, она больше тянет на стриптизёршу, чем на учителя! У неё вырез чуть ли не до пупка, юбка такая короткая, что вполне может служить поясом... В общем, вид у неё ещё тот... Но я так поняла, что она будет с нами только неделю, во всяком случае, так завуч сказала Таро. Я нахмурилась: мне не понравилось то, что я услышала. А сестра семпая продолжала щебетать, обсуждая новое лицо у нас в школе, семейные дела преподавателей и своих одноклассников... В общем, вела себя, как нормальная школьница. Я же получила шанс поразмышлять об этом. Я сама не понимала, почему новости о новой учительнице так взволновали меня: в конце концов, что с того, что она одевается провокационные? Это же вовсе не означает, что она попытается отнять моего любимого человека... Да и вообще, может, она просто предпочитает такой стиль. А отношения между учеником и преподавательницей, во-первых, незаконны, во-вторых, существенно подточат репутацию школы, которая и так пострадала из-за медсестры. Но взглянуть на эту секс-бомбу явно не помешает... Улыбнувшись Ханако и сказав ей, что мне нужно зайти перед занятиями в библиотеку, я направилась на третий этаж. К сожалению, двери класса 3-2 были плотно закрыты, и я попыталась слегка отодвинуть одну из створок. Увы, новая учительница, которой я даже не видела, заметила это и громко проговорила: – Немедленно закройте дверь! Я, вздрогнув от неожиданности, быстро отскочила, и створка захлопнулась. Я судорожно вздохнула и прижала руки к груди, молясь, чтобы ни преподавательница, ни ученики класса семпая меня не заметили: мне не нужны были разговоры за спиной. Мне так и не удалось взглянуть на учительницу, даже наоборот: я чуть было не опозорилась, чуть было не привлекла к себе нежелательное внимание... Я решила всё-таки сходить в библиотеку (на тот случай, если Ханако вдруг вздумает искать меня там), взяла там сборник стихов и до восьми утра читала их, сидя за деревянным столом и подперев щеку рукой. Красивые и романтичные строки не производили на меня никакого впечатления; я просто пробегала их глазами... В восемь утра я, поставив книгу на место, заторопилась к себе в класс. На уроках я изо всех старалась слушать внимательно, но у меня попросту не получалось: мои мысли то и дело возвращались к той таинственной замещающей учительнице, которую мне так и не удалось посмотреть. Едва дождавшись большой перемены, я ринулась на третий этаж и, преодолев два пролёта, резко остановилась. И что дальше? Допустим, я загляну в класс 3-2, но это не сыграет мне на руку, привлекая ко мне внимание: естественно, старшеклассники захотят знать, что я делаю в чужой аудитории... Я бросилась сюда, не подумав... Странно, обычно я всегда планирую свои действия, мне не свойственна такая порывистость. И я приняла единственно правильное решение в этой ситуации: сиганула в ближайший туалет и начала ждать. Многие из учеников уходили на обед в кафетерий – он располагался на втором этаже между классами моей параллели. Там они либо покупали себе еду, либо, сидя за столиками, ели бенто, принесенные из дома. Семпай обычно спускался к фонтану – во время обеда там мало кто бывал, только лишь самые рьяные любители свежего воздуха. Они вместе с сестрой медленно кушали свои ланчи и беседовали. Очень малый процент предпочитал обедать прямо в аудитории, и, насколько я помнила, таких в классе 3-2 не было. Я рассчитывала подождать семь-десять минут – этого времени вполне хватит, чтобы ученики покинули класс и разошлись по своим делам, а я бы смогла хотя бы одним глазком посмотреть на новую преподавательницу. В девять минут второго я решила, что можно уже вылезать из своего укрытия: все наверняка успели пройти. Я вышла из уборной и осмотрелась. По коридору справа не было никого, а по тому, что шел прямо, я различила медленно движущиеся фигуры: члены компьютерного клуба любили обедать напротив мониторов. Отлично. Путь свободен. Я прошла ещё несколько метров и вздохнула с облегчением: дверь класса 3-2 была раскрыта настежь! Подкравшись поближе, я осторожно заглянула внутрь... Увиденное заставило меня обомлеть. Замещающая учительница и вправду была такой, как описала Ханако: глубокое декольте, короткая юбка, туфли на каблуках... Но не это привлекло моё внимание. Она стояла перед семпаем, который, покраснев, отвел глаза в сторону, и томным голосом тянула: – Я могла бы давать вам частные уроки... Вы один из самых лучших учеников школы, и вам необходимо держать марку... Я отступила на шаг и пошла прочь, держась за стену. Мои руки тряслись, ноги подгибались, а дыхание сбивалось... Мне хотелось вцепиться в шею этой хищнице и сдавить со всех сил, чтобы она умерла прямо сейчас, немедленно! Я с трудом сошла по лестнице и вернулась в свой класс. Безвольно упав на стул, я стиснула свои пальцы и постаралась успокоиться, но не могла: сердце колотилось, как сумасшедшее... Неужели, у меня снова появилась соперница? И ещё какая... Она не любила семпая. Она просто желала соблазнить его. Видимо, захотелось свежего мяса: судя по стилю одежды, эта стерва была далеко не монашкой. И самое страшное состояло в том, что её грубая, животная тактика могла сработать: в конце концов, даже самые лучшие из мужчин подвержены тому, что могут легко повестись на легкодоступную женщину. Я опустила голову на скрещенные руки, силясь взять себя в руки. Ничего страшного, Аяно: ты побывала и не в таких переделках! Вспомни всех своих предыдущих соперниц: ты справилась с ними! Разве эта дама полусвета в чем-то лучше? Нет, конечно, нет. Никто не сможет любить семпая сильнее, чем я. Похоть всегда слабее любви. Я распрямилась и глубоко вздохнула. Сердце перестало колотиться так отчаянно, но в душе всё равно полыхал адский огонь: я смертельно ненавидела новую замещающую учительницу, хотя даже толком не знала её. Мои мрачные думы прервал звонок на урок, и я, словно очнувшись ото сна, начала медленно доставать из сумки тетради и учебник. Всю оставшуюся часть дня я досидела с трудом: всё было как в тумане, и слова педагога совершенно не отпечатывались в моей голове. Я была абсолютно уничтожена и деморализована; никто из предыдущих противниц не производил на меня такого эффекта... Как только прозвучал сигнал окончания уроков, я, немедленно собравшись, покинула школу первой: мне было необходимо побыть одной и подумать... Я не помнила, как добралась домой, – настолько эта учительница занимала мои мысли. Разговор с родителями помог мне успокоиться. Мама сказала, что они снова разминулись со своим знакомым, и теперь им придется ехать в Огайо. Папа попросил меня быть осторожнее и не переутомляться в школе... Что ж, они всегда могли восстановить гармонию в моей душе... К сожалению, очередной план так и не приходил мне в голову, хотя стоило поторопиться. Но я была настолько уставшей, что просто не могла думать. Я решила пока отступить и отложить активные действия на завтра и с этими мыслями отправилась спать.