Дневник Яндере

    1 июня, пятница.     Первый день лета встретил меня утренним туманом, через который пробивались неуверенные лучики солнца. Из-за этого на улице было прохладно, но это не тревожило меня: мне было, о чём печься, помимо капризов погоды. Сегодня я должна была взять финальный аккорд своего плана, расставив всё по местам, и меня это беспокоило. Обычно я расправлялась со своими противницами наверняка, и уже к пятнице знала, что они мне больше не помеха. Этот же случай был совершенно особенным, потому что основывался целиком на человеческом факторе – величине в высшей степени непостоянной. Ханако могла повести себя так, как я запланировала, учитывая качества её характера, привычки воспитание... А могла и нет. И это меня нервировало. Я с успехом справилась с восемью непростыми противницами, каждая из которых была непохожа на предыдущую и последующую. Я подбирала к ним подходящие тактики, и они практически никогда не давали сбоев. Но тут речь шла о семье семпая, о его сестре, с которой он сдувал пылинки. Если ей хоть что-то не понравится, то о моём постепенном вхождении в семью Ямада можно будет забыть. Окончательно и бесповоротно. Тут ошибиться мне было нельзя. Если в предыдущие разы я могла бы что-то подправить, то с Ханако одна-единственная промашка равнялась атомному взрыву. Иными словами, лёд, по которому я ступала, был тонким, как никогда. Я переобулась и направилась во внутренний дворик, решив не откладывать решение проблемы. Как и ожидалось, Ханако с семпаем были там, сидя на бортике фонтана и мирно беседуя. Я набрала полную грудь воздуха и решительно пошла вперед. Мы обменялись привычными приветствиями, и я, обратившись к младшей из отпрысков Ямада, серьёзно вымолвила: – Я могу поговорить с тобой наедине? Семпай тут же поднялся, чтобы отойти, но я удержала его, заявив, что лучше мы с его сестрой отойдём куда-нибудь, где поменьше народа. Заинтригованная первоклассница направилась за мной. Мы поднялись на крышу, и я увела её за вентиляционную надстройку. – Ханако, – начала я. – Ты очень нравишься мне. Ты милая, добрая, очень общительная девочка, и мне доставляет огромное удовольствие общаться с тобой. Ты моя подруга, и потому мне важны твои чувства, твоё мнение. Я могла бы не начинать этого разговора, но именно потому, что ты значишь для меня так много... Я сделала паузу и посмотрела в сторону, глубоко вздохнув. Правильно, Аяно: чуть трагизма не помешает. Пусть она переварит всё то, что только что услышала, а потом можно переходить и ко второй части... Сестра семпая во все глаза глядела на меня. Она пока не понимала, что происходило, но инстинктивно чувствовала, что не стоит сейчас что-либо переспрашивать или прерывать меня. – Никогда в своей жизни я ещё подобного не испытывала, – продолжила я. – Когда я только увидела его, моё сердце пропустило удар а потом зашлось так, что я с трудом смогла устоять на ногах. С первых минут, как увидела его, я поняла: это и есть то самое чувство, о котором пишут поэты, которое превозносят романисты, о котором слагают баллады. Я полюбила. В первый и последний раз в своей жизни, и я готова на всё, чтобы сделать своего единственного избранника счастливым, если только обстоятельства мне позволят. – Всё это, конечно, очень интересно, Аяно-чан, – помолчав, ответила Ханако. – Но к чему такая секретность? – Дело в том, – я стиснула пальцы, – что человек, о котором я говорила, – это Таро, твой брат. Сбросив эту бомбу, я опустила голову и сосчитала до четырёх – стандартная театральная пауза. – Я не считала себя вправе начать бороться за его сердце, не поставив тебя в курс дела, – снова заговорила я. – Я же знаю, как сильно ты его любишь. Кроме того, я не хочу причинять тебе боль, вот... Я надеюсь, ты поймёшь меня и мои чувства, дав своё своеобразное благословение. Выдав эту тираду, я снова потупилась и зажмурила глаза. Итак, я это сделала! Теперь от меня ничего не зависит. Ханако молчала, и эта тишина действовала мне на нервы. Прошло десять секунд, двадцать... Всё. Это провал. Я обречена. Я сжалась в комок и задрожала. И тут на моё плечо опустилась ладонь. – Я понимаю тебя, Аяно, – мягко вымолвила сестра семпая. – Знаешь, я дала слово, что не подпущу к брату ни одной девушки, но, если на то пошло, и он имеет право на личное счастье, а ты... Ты спасала мне жизнь, и не один раз, а дважды. Ты помогала мне, выслушивала меня и поддерживала в самые тяжелые времена. Я считаю, что если кто и имеет право быть с Таро, то только ты – такая хорошая и добрая. Я вас благословляю и даю слово, что не буду мешать вашим отношениям, а, когда придет время, с удовольствием приму тебя не только как подругу, но и как его невесту. У меня внутри вспыхнула сверхновая, и я сжала зубы, чтобы не закричать от восторга. Что делают в такие минуты? Конечно, тактильный контакт! Я порывисто обняла Ханако, и она похлопала меня по спине. Всё обошлось. Я смогла! Я сделала это! Весь оставшийся день я ходила, как в полусне, не забыв, правда, пообедать с семпаем и его сестрой. Очередная высота была взята, и с понедельника я готовилась начать новую жизнь, полную любви, нежности и красоты.