Путь

      Спустя пару недель Винтерфелл стали покидать и северные лорды, засидевшиеся в замке. Рассыпавшись в извинениях, Винтерфелл сначала покинули Амберы, следом уехали и Мормонты. Получив весть из Белой Гавани, в которой требуется обязательное присутствие лорда Вимана для заключения торгового союза, из Винтерфелла удалились и Мандерли, напоследок пригласив погостить в своем замке и новоиспеченных супругов. Амелии было немного неловко отказываться, но она не горела желанием пока узнавать Север еще ближе: достаточно и занятий с мейстером Лювином, обещавшим помочь ей рассмотреть историю каждого крупного дома, присягнувших Старкам.       Когда Винтерфелл прекратил напоминать муравейник, леди Хайтауэр наконец вздохнула с облегчением. Немногим северянам пришёлся по душе союз Старков с южанами, но никто не выказывал неодобрения лорду Эддарду Старку. Единственными, кто открыто поддержал этот брак, как ни странно, были Мандерли, несмотря на амбиции лорда Вимана породниться со Старками. Но от оценивающих взглядов Амелии было не скрыться. Лорды предпочли бы северянку для будущего Хранителя Севера, а не девицу из вассального Дома Простора, пускай и богатого. Узнав о беспокойстве Амелии, мейстер Лювин лишь понуро покачал головой и любезно напомнил, что и нынешняя леди Старк была из южных краёв, но Хайтауэр сразу же возразила, что Речные Земли ближе к Винтерфеллу, чем Старомест. И леди Кейтилин была дочерью грандлорда.       — Миледи, лорд Эддард поступил довольно мудро, что женил своего наследника на девице не из северного Дома: многие лорды хотели бы породниться со Старками — Карстарки, Мандерли, Мормонты, да даже Риды. Если бы кто-то из них и породнился с грандлордом, то это означало бы возвышение над другими, что негативно повлияло бы на внутреннюю политику Севера. А так лорд Эддард заручился поддержкой Тиреллов, которые имеют тесные отношения с Вами. Не стоит забывать кое-что: Вы являетесь тёткой Уилласу Тиреллу и сестрой его матери.       Больше после этого разговора к этой теме они не возвращались, но мейстер Лювин охотно делился своими предположения по поводу возможных союзов и причинами их заключения. Амелия любила проводить время в компании мейстера, поглощая всю информацию, которую он ей предоставлял. Мейстер Лювин однажды дал согласие на то, что бы леди Старк составила ему компанию в сборе трав.       Но большую часть времени Амелия любила проводить время в библиотеке, где облюбовала подоконник в дальнем конце от входа. Вот и сегодняшний день не стал исключением — Хайтауэр сразу же после завтрака направилась в читальню, где устроилась в своем убежище. Буквально после получаса проведенного времени в библиотеке, Амелия насторожилась, когда скрипнула дверь, и послышался стук каблуков. Был слышен звук перелистывания страниц и тихое бормотание. Хайтауэр вскрикнула, когда заметила какое-то движение из-за полок.       — Призрак, — позвал Джон, торопясь на услышанный крик. Завернув за угол, Сноу увидел перепуганную Амелию, закутанную в шкуры, и рядом с ней лютоволка, который выжидающе смотрел на нее, легко возя хвостом по полу.       — О Боги, он сильно Вас напугал? — Амелия глубоко вздохнула и подняла выпавшую из рук книгу.       — Совсем немного, — холодно ответила она, поднявшись с подоконника и расправив своё платье.       — Извини, я был уверен, что в такое время в библиотеке никого нет, поэтому и позволил Призраку сопроводить меня. — Джон выглядел действительно расстроенным и виноватым, хотя никакой провинности не было. Амелия, немного отошедшая от испуга, устыдилась своего резкого ответа.       — Прости за резкость, — девушка положила на подоконник книгу, которую до этого крутила в руках, и присела на корточки перед зверем. Призрак принюхался и ткнулся мордой в протянутую ладонь, и леди Старк счастливо улыбнулась и смело погладила лютоволка.       — Немного странно наблюдать, что он так легко принял Вас, — озвучил свои мысли Джон, наблюдая за своим питомцем и женой брата.       — Абсолютно нормальная реакция — я пахну Серым Ветром, — и это была правда: лютоволк, если был не с Роббом, то ходил хвостом за Амелией, будто охраняя и показывая кому она принадлежит, — как бы это сейчас не прозвучало, но я часть его семьи. — Джон широко улыбнулся и тоже присел, чтобы потрепать Призрака по голове.       — На самом деле это, правда, удивительно, что лютоволки приняли Вас довольно тепло, ведь Вы чужая. — Амелия на миг замерла и неловко поднялась на ноги, Джон не мог же знать, что магия тянется к магии, но леди Старк напряглась. — Я не это имел в виду. — Джон поднялся следом.       — Вы правы, я здесь чужая.       — Вы сейчас немного лукавите: Винтерфелл уже Ваш новый дом и он будет принадлежать Вам, когда мой брат станет Хранителем Севера.       — Очень большая ответственность, и мне бы не хотелось сейчас об этом думать. — Пробормотала Амелия, опуская глаза. — Удивительные создания, эти лютоволки.       — Вы правы, — Джон с нежностью глянул на Призрака, — это большая удача иметь такого друга.       — Робб не упоминал, как Вы нашли лютоволков, может быть, Вы поведаете мне об этом?       — Мы в лесу нашли мертвую лютоволчицу, она погибла с оленьим рогом в горле.       — Чудовищная смерть. — С сожалением в голосе произнесла Амелия. — Знаете, это чистое везение, что лютоволков оказалось такое же количество, как и детей лорда Старка.       — Я не Старк. — Резко отозвался Джон, по его лицу пробежала тень грусти и обиды.       — Знаете, признаюсь я и Вам — я тоже. И никогда не стану, пускай и вышла замуж за Вашего брата. А Вы Старк, несмотря на то, что Вы сами себя заклеймили.       — Сложно забыть, когда каждый день тебе об этом напоминают.       — Мой отец всегда говорил мне, что не фамилия причисляет тебя к Дому, а поступки, воспитание и кровь, — улыбнулась Амелия, глядя Джону в глаза. — Вы признанный сын лорда Эддарда, Вы лучший и ближайший друг Робба Старка, Вы являетесь частью этой семьи и глупо это отрицать. — Джон задумчиво отвел взгляд, осмысливая то, что было сказано леди Амелией.       — Я думаю, что мне уже пора вернуться в свои покои, чтобы закончить картину для леди Сансы.       — Могу ли я на нее взглянуть?       — Обещаю, что ты будешь одним из первых, кто увидит мою готовую работу.       — Спасибо, леди Амелия, — Хайтауэр кивнула и, подхватив шкуры и книгу, обошла Джона и тихо покинула библиотеку.       Сноу присел на подоконник, где ранее сидела Амелия, и выглянул в окно — у Южных ворот собирались крестьяне, желающие аудиенции у лорда Старка. Робб, как наследник лорда Эддарда, должен был обязательно присутствовать при нём. Джон, когда решил заглянуть в библиотеку, хотел лишь с пользой скоротать время, но судьба распорядилась иначе, подкинув ему пищу для размышлений. Призрак положил лапы на ноги Джона, выпрашивая ласку.       Несмотря на свои слова, сказанные Джону, Амелия направилась не в свои покои, а в Богорощу, где облокотилась спиной о могучий ствол страж-дерева. Богороща нравилась Хайтауэр намного больше септы, которая будто своими стенами давила на нее. Да, в Богороще было мрачно и немного жутко, но величественные деревья будто укрывали тебя от внешнего мира, давая свободу и жизнь. Здесь буквально все было пропитано ею. Леди Старк из кармана домашнего платья достала письмо, пришедшее из Староместа. Печать была вскрыта еще в покоях, но вот с текстом письма Амелия решила ознакомиться после. Раскрыв свернутый пергамент, Хайтауэр принялась вчитываться в ровный и размашистый почерк Малоры.       Сестра писала, что в Старомест они добрались пять дней назад; мать, уставшая после поездки, с легким недомоганием слегла, но мейстер уверяет, что волноваться не о чем. Малора не забыла упомянуть и о Вайло, которая, после отъезда Амелии, проводит много времени в ее покоях. О лорде Лейтоне сестра писала, что он планирует построить еще кораблей, но о планах отца Амелия знала из их переписки. Хайтауэр еще раз перечитала последние строки, которые были посвящены вопросу, который она задала в своем письме к матери. Амелия переживала, что по происшествию чуть больше двух полных лун лунные кровотечения у нее не прекращались, что беспокоило ее.

«Ты не подаришь Роббу Старку наследника летом, твои дети увидят этот мир, когда листья начнут тлеть, и на их месте будет лежать снег. За все нужно платить»

.       Леди Старк свернула письмо и спрятала его в карман, решив, что пергамент нужно будет уничтожить, как только она вернется в свои покои. Глубоко вздохнув, Амелия закрыла глаза, пытаясь уйти от тягостных мыслей, но ей не давали покоя слова сестры, хотя обнадеживало то, что дети у нее будут. Это заставило леди Старк улыбнуться и немного помечтать о наследнике, который мог бы быть похож на ее супруга. Неподалеку хрустнула ветка, Амелия повернулась на шум и увидела леди Кейтилин, которая явно искала ее.       — Леди Кейтилин, — поприветствовала ее Хайтауэр, отступая от дерева.       — Я надеялась заставить тебя в покоях, но Санса позже подсказала, что тебя можно найти здесь. — Леди Кейтилин поправила плащ и остановилась рядом с Амелией. — Прекрасное место ты выбрала для уединения.       — Богороща помогает успокоиться и привести мысли в порядок.       — А ты чем-то озабочена, дитя моё? — Амелия отвела взгляд, гадая, стоит ли рассказывать о своих переживаниях. Но казалось, что леди Старк и так знала, какие мысли господствуют в голове у Хайтауэр.       — Возможно, Вы не можете зачать из-за смены обстановки, все же следует учитывать, что условия на севере крайне отличаются от южных.       — Почему Вы решили, что я не беременна? — Леди Кейтилин снисходительно посмотрела на нее.       — Дорогая, я выносила пятерых детей и могу определить, когда женщина на сносях. Вам лучше обратиться к мейстеру Лювину, чтобы он осмотрел Вас на наличие заболеваний. — Амелия сглотнула и кивнула, показывая, что поступит по воле леди Старк. Кейтилин довольно улыбнулась и добавила: — Вы еще молоды и Вам спешить некуда, но с наследниками затягивать не стоит.       — Я вас поняла, леди Старк, и вы поэтому меня искали?       — На самом деле нет: Рикард Карстарк наконец созрел, что гостит в Винтерфелл довольно продолжительное количество времени, и решил вернуться в Кархолд. Они отбывают завтра, и мы с лордом Эддардом хотели, чтобы вы вместе с Роббом завтра проводили их. Думаю, что леди Алис будет приятно Ваше внимание.       — Леди Алис замечательный человек, и мне жаль будет с ней прощаться.       — Если быть откровенной, то я тебе немного завидую. — Хайтауэр удивленно вскинула брови, ошеломленно глядя на свекровь. — Тебе повезло больше, чем мне в свое время. Я приехала на север одна, лишь с Роббом на руках. Знала бы ты, как мне было обидно и неприятно, что меня никто не встретил, и мне пришлось добираться до Винтерфелла при помощи рыцарей отца, а не людей своего законного лорда-мужа. Но ты даже себе представить не можешь, какое унижение скребло между ребер, когда я узнала о бастарде лорда Эддарда и его решении оставить ребенка здесь и растить вместе с законным наследником. — Леди Кейтилин поджала губы, вспоминая. — Эддард очень закрытый в себе человек, угрюм и скуп на эмоции: мне потребовалось много времени и стараний, чтобы понять его и полюбить. Да и на Севере было довольно сложно приспособиться, да и не было времени для жалости на судьбу и лечения своей пострадавшей гордости. За все время, проведенное на Севере, я так и не приобрела подругу, с которой можно было бы поддерживать переписку. Её я вела лишь с отцом, братом и порой со сестрой. Но тебе, милая, повезло больше, ведь Робб более открыт к общению, он дружелюбен, честен и ему не чужды эмоции. Легко заметить, как горят его глаза, когда он обращает внимание на тебя. — Губы леди Кейтилин изогнулись в грустной улыбке, и по лицу пробежала тень скорби, — я надеюсь, что вы вместе сможете обрести счастье. Леди Алис станет прекрасной подругой, как и Санса. Я действительно рада, что хоть одной южанке Север гостеприимно раскрыл свои объятия. — Амелия осторожно смахнула слезу, слова леди Кейтилин растрогали ее до глубины души: она даже не подозревала, что эта женщина, холодная и строга с виду, может иметь такое мягкое сердце.       — Благодарю, — леди Амелия несмело положила руку на плечо леди Кейтилин, приободряя ее. Они провели в тишине не меньше минуты, каждая из них думала о состоявшемся разговоре.       — Необходимо возвращаться в замок, скоро нас будут искать. — Амелия согласно кивнула, и вместе с леди Кейтилин покинула Богорощу.       После ужина Робб вместе с Джоном исчез в неизвестном направлении, а Амелия же, сославшись на головную боль, поднялась в покои, где сразу же присела за стол, чтобы завершить портрет Сансы. Из окна тянуло вечерней свежестью и прохладой. Девушка, не желая закрывать окошко, накинула на плечи плащ. В дверь поскреблись, отвлекая Хайтауэр от ее занятия. Она улыбнулась, догадавшись, кто это может быть. Открыв дверь, Амелия пропустила внутрь Серого Ветра, который, не спеша, вошел в покои. Глянув на нее, волк устроился у ложа, прикрывая глаза. Покачав головой, Амелия вернулась к прерванному занятию, беря в руки кисть и принявшись раскрашивать картину. Когда работа была окончена, Хайтауэр отложила инструмент и вытерла руки, испачканные в краске. Полюбовавшись картиной, Амелия оставила ее на столе, давая время просохнуть. Лютоволк мирно дремал, иногда дергая лапой, и леди Старк, чтобы не потревожить его, тихо прошлась к ложу, по пути снимая плащ и платье, оставаясь в нижней рубахе. После она распустила волосы от заколки, позволив им струиться по спине. Потушив свечу, которую она взяла со стола, Амелия откинулась на постель.       Сна не было ни в одном глазу, и беспокойство за Робба нарастало, хотя Хайтауэр прекрасно осознавала, что в этом замке никто не навредит ее мужу. Но и кроме беспокойства Амелию грызла и ревность. Ни для кого не было секретом, что Джейни Пуль питает сильную симпатию к Роббу, что может толкнуть её на необдуманные поступки. Хайтауэр иногда слышала шепотки слуг, что раньше молодого Старка заставали наедине с дочкой стюарда. Сама Джейни неоднократно делала намёки в общении с Амелией о своих близких отношениях с Роббом, заставляя каждый раз Хайтауэр сгорать от разъедающей её ревности и злости.       Но помимо этого, в Винтерфелле все знали о любвеобильности Теона и его гляделки за хорошенькими служанками, а также о посещении борделей в Зимнем Городке. А в основном, где был Грейджой, там наблюдался и Робб, поэтому Амелия иногда размышляла и о том, что ее супруг тоже может развлекаться. Амелия резко зажмурила глаза, когда послышались шаги за дверью, которая вскоре отворилась, пропуская в покои Робба. Старк постарался максимально тихо затворить проем, чтобы не разбудить, как он думал, спящую Хайтауэр, но на его действия отреагировал только Серый Ветер. Лютоволк сел у постели и посматривал Робба, будто оценивая угрозу. Старк тихо фыркнул и, благодаря луне, которая немного освещала покои, добрался до ложа. Потрепав Серого Ветра, Робб принялся снимать обувь и верхнюю одежду. Аккуратно уместившись на постели, Старк глянул на безмятежное лицо жены и осторожно, чтобы не потревожить ее сон, легко прикоснулся губами к ее щеке. Амелия почувствовала, как кровь стремительно приливает к щекам от той нежности, с которой Робб прикоснулся к ней, и, чтобы не выдать себя, отвернулась к супругу спиной. Старк лишь прижался к ней грудью, обнимая за талию и оставляя невесомый поцелуй в местечке между плечом и шеей. Амелия почувствовала, как Серый Ветер запрыгнул на ложе и примостился в ногах, охраняя их сон.