Поработить Джини

Жасмин, прихорашиваясь перед зеркалом, испуганно вскрикнула, когда окно её комнаты резко захлопнулось. Подбежав к нему и пытаясь открыть тяжёлые створы, Жасмин услышала, что дверь захлопнули и в замке повернули ключ. - Выпустите меня!!! – закричала принцесса, молотя по двери кулаками… …Жасмин подошла к Алладину. Лукаво взглянув на него, она медленно пошла к их любимому уединённому местечку в саду с фонтаном. Улыбнувшись, Алладин последовал за ней. Остановившись у фонтана, принцесса пристально посмотрела на юношу. Тот не стал долго раздумывать, подошёл и обнял её. Она тоже обхватила его шею своими нежными руками. Внезапно её хватка стала жесткой, а черты принцессы растаяли, превратившись в искажённое злостью лицо молодого некроманта. С ужасом Алладин ощутил на своей шее холод металла и услышал голос Мозенрата, полный ненависти: - Иллюзия, Алладин, вся твоя жизнь была иллюзией! Ты просто глупая уличная крыса. И сейчас я перережу тебе глотку. Хоть я и волшебник, но мне хочется убить тебя именно таким способом, чтобы твоя кровь текла по моим рукам… Алладин вздрогнул, почувствовав, что маг нажал на кинжал, и тонкая струйка крови потекла у него по шее. Чтобы выиграть время, Алладин попытался заговорить с Мозенратом, но тот продолжил: - Что такое, Алладин? Испугался? Ну, так позови на помощь своих друзей, мы же во дворце как-никак. Внезапно появились друзья Алладина, кроме Жасмин, запертой в комнате Ксерксом. - Мозенрат, ты сошёл с ума!!! – завопил Джини. – Сейчас же отпусти Алладина, иначе тебе не поздоровится, негодяй! - Не ори на меня! – бросил ему некромант. – И запомни, одно неверное движение, и тебе останется либо научиться воскрешать мёртвых, либо смириться, что у тебя больше нет твоего дружка Ала! Так что лучше послушай, что я тебе скажу. Мозенрат с удовлетворением заметил, что испуганный за Алладина Джин перестал выкрутасничать, не превратился, например, в ученика или ещё какую-нибудь чертовщину, а в более-менее нормальном виде завис в воздухе и стал слушать. Подлетел Ксеркс, держа какую-то грязную обшарпанную лампу, изогнув свой хвост. На него обернулись все, кроме Мозенрата, который внимательно следил, чтобы Алладин не вырвался, и даже ещё усилил захват. Обращаясь к Джину, он продолжил: - Тебе просто надо выбрать - или твоя свобода, или жизнь Алладина. Откажись от свободы, а я принесу клятву освободить его. Клятву я нарушить не могу, сам знаешь. Выбирай. И поскорее! Все испуганно ахнули. Алладин напрягся, за что получил ещё одну царапину на шее. - Да как ты смеешь… - начал Алладин, но Джини перебил его: - Мозенрат, я согласен! Как будто кто-то сомневался! Даже смешно, насколько эти добрые и благородные существа предсказуемы! - Вот и отлично! Произнесём клятву и отказ хором! – весело ответил Мозенрат. Ксеркс хихикал. - Клянусь освободить Алладина! – выкрикнул молодой некромант, хором с Джини, который нашёл в себе мужество твёрдо сказать: - Отказываюсь от свободы! Отпихнув от себя Алладина, Мозенрат выхватил у Ксеркса лампу, куда поместился Джини, и исчез в чёрно-синем вихре. Гробовое молчание компании нарушил крик Жасмин, которая наконец нашла способ выбраться из комнаты. - Алладин! Что случилось? - Мозенрат! – с негодованием ответил юноша. – Он похитил Джини!!! - Тогда мы должны его спасти! – воскликнула Жасмин, забираясь на коврик. Они полетели по направлению к Цитадели на помощь другу.