Поиграем?

Пройдя в квартиру, с руками полными пакетов, Стас чуть не споткнулся о свой скейтборд, так неаккуратно брошенный как раз у двери. Парень пнул доску, и та покатилась под зеркало, к тапкам Vans, имевших уже изрядно потрепанный вид, но именно эти тапки на плотной подошве были самыми удобными для катания. Однако, скейт, закатившись под зеркало, тюкнулся ноузом об стену и выкатился обратно, как раз под ногу Иры. - Ста-ас! - протянула она. - Поаккуратней, плиз, - сказала девушка, сумев сохранить равновесие. Губ Стаса тронула улыбка. На самом деле, их первая встреча с Ирой, первая вне школы, была связана с этим скейтом. Это были первые выходные в новой школе, и пока все дороги не замело снегом, Стас решил покататься на скейте, что помогло бы чувствовать себя в своей тарелке, ведь это занятие - привычка, способ расслабиться. Стас любил просто катиться, набирая скорость, чтобы ветер дул в лицо так сильно, что приходилось щурить глаза. Он был тогда в своей обычной одежде: широкие джинсы и футболка с короткими рукавами, надетая поверх тонкой кофты с длинными рукавами; обут он был в Vans, а бейсболка на голове сидела козырьком на затылке. Он не задумывался о том, куда едет. Просто выбирал асфальт получше, без трещин и ямок, чтобы не цепляться колесами. К тому времени, еще до переезда в родной город матери, он уже успел разучить "олли" и "нолли", а также "поп шоув-ит". И, если сначала перепрыгивать с доской через все существующие и не существующие препятствия доставляло бурю эмоций и восторга, то позднее это стало настолько обычно, как просто катиться. Поэтому Стас разучивал "кикфлип". Он уже делал его несколько раз на месте и хотел попробовать на ходу. Сделав два толчка ногой, Стас поставил обе ноги на деку в нужной стойке. Согнув колени, он собрался высоко прыгнуть, чтобы "щёлкнуть" тэйлом. Но тут из‐за поворота на прямую дорогу кто-то вышел. Стас нелепо затормозил, но все-таки врезался в прохожую и они оба упали. Девушка взвизгнула от неожиданности, так как за своей косой челкой изначально вообще ничего не заметила, а когда Стас ей крикнул "Осторожно!", она ничего не услышала, будучи погружена в свой мир хард-рока через наушники. Девушка все-таки ударилась затылком и из ее глаз брызнули слезы. Наушники выпали из ушей; одной рукой она залезла в грязную лужу, которая натекла из-под водосточной трубы соседнего дома; цветные пряди волос упали на лицо и лезли в рот. - Прости, я не специально! - Честно признался новый одноклассник. - Встань с меня! - требовательно сказала она, потирая затылок чистой рукой. Парень, действительно как‐то удобно лежавший на неформалке, резко вскочил, и, подогнув рукав кофты, оглядывал свой локоть, который сильно саднило, потом опомнившись, он протянул руку девушке, имя которой пока не знал, но он точно запомнил ее саму, она из его класса. Ее просто невозможно было не запомнить. Проигнорировав его руку помощи, она самостоятельно поднялась на ноги, попутно оглядывая себя. - Прости, - на всякий случай повторил парень, заметив, что девушка испачкалась гораздо больше, чем он. - Поаккуратней, плиз! - скривив губы, сказала она. - Я кричал, ты не услышала, - пытался он оправдаться. Скорее всего, это правда, решила она, прекрасно зная, что никогда никого не слышит из‐за наушников, что часто становится темой скандала в её доме, однако, промолчала на сей счёт, желая всё ещё видеть виноватым в данной ситуации только этого выскочку новичка. Левый наушник зацепился за вырез кофты неформальной девушки, а телефон лежал на потемневшем от влаги асфальте. Потянув за проводок наушников, словно ленясь нагибаться за смартфоном, девушка тянула телефон к себе, но провод выскочил из гаджета. Из телефона раздался бешеный звук, с натяжкой именуемый музыкой в понятии Стаса, в диком крике вокалиста с трудом распознавались слова "I never listened to a word what people said". Однако, девушка с розовыми прядями мелодично подпевая эти заученные слова, подобрала телефон и всунула провод от наушников в телефон. - Как ты слушаешь это? - не выдержал Стас и задал свой вопрос. - Как-как? Это же Петер Тэгтгрен. Впрочем, тебе не понять. Не твое дело, - хмыкнула одноклассница, вправив правый наушник в ухо, а телефон, всунув в задний карман узких джинсов, она оглядывала свою испачканную попу, и пыталась стряхнуть грязь, но та была слишком влажной и быстро впиталась в жесткую ткань. Стас на всякий случай вынул платок из широкого кармана на коленке и протянул девушке. Недовольно скривив губы, та все-таки взяла платок, тихо буркнув подобие спасибУ. Между молодыми людьми зависло молчание, а девушка, кое‐как приведя себя в человеческий вид, развернулась и ушла в ту сторону, с которой пришла, скорее всего обратно домой, чтобы переодеться. Стас, нажав носком спортивных тапок на тэйл скейта, поднял доску, затем бросив ее на асфальт, запрыгнул на уже катящуюся деку, все еще планируя испробовать "кикфлип", несмотря на ноющий локоть и коленку, к чему ему не привыкать. Пропустив Иру вперёд, он захлопнул входную дверь. Водрузив покупки на стол, он полез в холодильник, в надежде застать там уже готовую еду. Тут, телефон, лежащий в его кармане, завибрировал, и кухню заполнил индастриал-метал с исполнением Петера Тэгтгрена. - Да, мама, - ответил парень, наблюдая, как Ира извлекает из пакета покупки и ставит их по местам: батон в хлебницу, майонез в холодильник. - Уже дома, ага, угу, хорошо! - отвечал парень в трубку, а услышав на том конце "готовая курица", резко открыл дверцу холодильника, рядом с которым стоял, и заглянул внутрь еще раз, ища контейнер с красной крышкой, как указала мама. - Будешь? - предложил Стас Ире, откинув телефон на стол и доставая стеклянную тару из холодильника. - Стоп! - скомандовала она, забирая из его руки и посуду и куриную ножку, которую успел взять Стас. - Мыть руки, а я подогрею это в микроволновке!