Мотыльки

Мама редко проводила со мной время, но когда мы общались, ей нравилось меня наряжать и учить разным женским штучкам. В браке с отцом она была лишена этого, да и работа шерифа не предполагала ничего, кроме униформы, поэтому мама периодически отрывалась на мне. — Надень это платье и вот эти туфли на отбор. — советовала мне она, когда я собиралась на конкурс красоты. — Это платье подчеркнёт линию плеч и ноги - это твои главные достоинства, запомни это. — Да? А мне нравится моя грудь. — возразила я, рассматривая себя в зеркале. — Грудь у тебя красивая, Кэролайн, но эта не та часть тела, которую стоит выпячивать. Не будь вульгарной и оставь мужчинам место для воображения. — улыбнувшись, сказала мне мама. — Согласна, терпеть не могу, когда у Викки Донован сиськи наружу вываливаются, это так отвратительно! — фыркнула я и рассмеялась. — Вот видишь, твоя мама ещё кое в чём разбирается! — подхватила моё настроение мама. — Когда-нибудь ты уедешь из Мистик-Фолс и будешь жить самостоятельно. С твоими данными, Кэролайн, ты можешь многого добиться, только не разменивайся по мелочам, особенно на недостойных мужчин. — тише добавила мама, иногда она любила пофилософствовать на мой счёт, наверное, хотела, чтобы я воплотила в жизни то, что не удалось ей. — А я и не размениваюсь. Я сама по себе. Мне никто не нужен. — равнодушно ответила я, поскольку давно привыкла к одиночеству и научилась рассчитывать только на себя. — Необязательно быть одиночкой. Но и моих ошибок повторять не стоит. Не надо, как я в восемнадцать лет выходить замуж и впадать в полную зависимость от мужа. Сначала поступи в университет, получи образование, а потом уже, повзрослев, сделай выбор. — завела свою любимую песню мама. — Я всё поняла! — прервала я её. Я ненавидела эти сопли. Она годами закрывала глаза на то, как отец издевается надо мной, и при этом чего-то от меня хотела. Лиз Форбс только строила из себя обиженную и несчастную. По мне так она неплохо утроилась за мой счёт. Когда отец начал избивать меня, он перестал издеваться над ней. И мою маму это, похоже, устраивало. Она удивительным образом не замечала синяки и ссадины на моём теле. Не понимала, почему я такая нервная, зашуганная и нелюдимая. Хотите опишу мои "самые любимые" вечера? Пожалуйста. Я возвращалась со школы. Потом приезжал отец. Находил любой предлог, чтобы на меня наехать. После этого в ход шёл армейский ремень, а иногда и его ботинки. Я скулила от боли в своей комнате, пытаясь зализать раны, когда возвращалась мама. Но она никогда не спешила зайти ко мне, поинтересоваться, как прошёл мой день, жива ли я вообще. Зато Лиз успевала поцапаться с Биллом из-за того, что он испортил ей жизнь, загубил красоту. Они орали и оскорбляли друг друга, а потом поднимались в спальню, и я полночи слушала, как они трахаются. И в такие моменты я ненавидела маму и считала её предательницей. Я не понимала, как можно прощать и трахаться с человеком, унижающим тебя, да ещё и получать при этом удовольствие. А потом мама лицемерно рассказывала мне, какие мужики сволочи и какая она несчастная. У неё была профессия. Став шерифом мама хорошо зарабатывала, могла послать Билла куда подальше и развестись с ним. Но она этого не делала, ровно как и не замечала того, что он делает со мной. Её всё устраивало. И за это я никогда её не прощу, так же как и Билла. Поэтому в тот день я прекратила наши задушевные беседы и поехала в городской театр, где проводился ежегодный конкурс красоты. Отборочный тур я прошла без труда. Самое сложное предстояло впереди. Я была в раздевалке и собиралась в школу на внеклассные занятия по литературе, когда ко мне подошла Бонни Беннет - моя одноклассница, симпатичная мулатка с шоколадными глазами и чёрными волосами. Она была неплохим человеком, мы довольно сносно общались, но подругой я её не считала. У меня вообще не было подруг. Тем не менее она почему-то решила, что я нуждаюсь в её дружеском совете. — А ты сегодня хорошо выступила и платье твоё мне понравилось, Кэролайн. – Бонни начала с комплимента, это был её фирменный приём, чтобы подобраться поближе. — Спасибо, Бонни. — сухо ответила я, но на всякий случай дружелюбно улыбнулась. Мне не нужны были подруги, но и враги были ни к чему. — А ты почему не подала заявку, ты тоже могла бы участвовать? — Смеёшься?! — прыснула Беннет. — Я не сумасшедшая соревноваться с Еленой Гилберт! — она выдала себя с потрохами и сама это поняла. — Ой, извини! Я не хотела тебя обидеть! — она стала оправдываться. — Я и не обиделась, я не считаю, что Елена красивее меня. — я была уверена в себе и не боялась конкуренции, пусть Гилберт и вправду была красива, но и я не хуже. — Я не это имела ввиду. — виновато промямлила Беннет. — А что тогда? — я внимательно посмотрела на неё, я всегда смотрю человеку в глаза, когда хочу понять говорит ли он мне правду. — Понимаешь, если это останется между нами... — начала Бонни. — Елена уже три месяца встречается с Дэймоном Сальваторе, у них отношения. А насколько мы все знаем, Дэймон - главный спонсор конкурса. А ещё в жюри его брат Стэфан, который тоже проголосует за Елену. — Беннет стала поочерёдно загибать пальцы. — Я уже не говорю про другого судью - Аларика Зальцмана - родственника Гилберт. И давай ещё вспомним про доктора Фэлл, которая встречается со Стэфаном и тоже вошла в жюри. Так что Елене изначально обеспечены четыре голоса из семи. — она закончила свои подсчёты, показав мне четыре загнутых пальца. — Так ты ещё на что-то надеешься, Кэролайн? Будь реалисткой! Просто расслабься и получай удовольствие! — Хорошо, я учту! Мне пора! — это всё, что я могла ей ответить. Я нормально относилась к Елене Гилберт, но сдаваться, покорно подняв лапки кверху, я не собиралась. Однако на тот момент я была слишком юна и неопытна, чтобы справиться с этим в одиночку. Мне нужен был союзник и он неожиданно у меня появился. На выходе из здания театра. — Хэй! Ты Кэролайн Форбс? — окликнул меня сладкий женский голосок. Я обернулась. Передо мной стояла точная копия Елены Гилберт, только волосы потемнее и кудрявые, и возрастом постарше. — Да, я Кэролайн Форбс. — спокойно ответила я, хотя внутри меня сжигало любопытство - кто это? Родственница Гилберт? — Ты правильно догадалась, я сводная сестра Елены Гилберт, старше её на пять лет. — Она как будто прочитала мои мысли. — Меня зовут Кэтрин Пирс. — и она очаровательно мне улыбнулась, затем протянула руку для рукопожатия. — Приятно познакомиться. — я пожала её руку, но без особого энтузиазма. Доверие - не моя фишка. — Неприятно, не ври! — раскусила меня брюнетка. — Но я не в обиде, я тоже не жалую всех, кто связан с Гилбертами. — она зло ухмыльнулась, а я в недоумении нахмурила брови. — Что ты имеешь ввиду? — я её не знала, и мне незачем было перед ней рядиться, но и открываться ей было глупо. — Мой папаша бросил нас ради мамаши Гилберт, поэтому я терпеть не могу ни Елену, ни её семейку! И я слышала ваш разговор с мулаткой. Должна сказать - ты молодец! Настоящий боец! И я хочу тебе помочь выиграть конкурс. Сначала я ей не поверила. Как я уже призналась выше, доверие - не моя фишка, я всегда жду от людей только худшего. — А что взамен? — мне было мало лет, но я не дура, я прекрасно понимала, что такие люди, как эта брюнетка ничего не делают без собственной выгоды. — А ты умна не по годам, Кэролайн! — воскликнула Кэтрин, мне показалось, или в её глазах я увидела восхищение? — Так что Вам от меня нужно? — спросила я увереннее. — Об этом после. — она кого-то увидела за моей спиной и заторопилась. Я обернулась, за стеклянными дверями хорошо просматривалась подъездная дорожка к театру, и туда только что подъехала машина, из неё вышел Дэймон Сальваторе. — Мне нужно уходить. Нас никто не должен видеть вместе и знать о нашем разговоре. Хорошо, Кэролайн? — затараторила моя новая знакомая, а я вопросительно и непонимающе уставилась на неё. Я всё ещё ей не доверяла, и Кэтрин это поняла. — Так нужно. Пока просто поверь на слово, убедишься потом. — Хорошо. — я решила пока согласиться. — А теперь пробеги мимо Дэймона, взгляни на него мимоходом, без намёка на интерес и равнодушно скройся! — вдруг приказала мне Кэтрин. — Вперёд! И я почему-то повиновалась. Дэймон высокий, красивый, в строгом чёрном кашемировом пальто уже поднялся по ступенькам и двинулся к парадным дверям. В этот момент я выскочила прямо перед его носом. Он остановился. Я же, как учила Кэтрин, вскользь взглянула на него, так, будто увидела просто прохожего, без толики интереса. Дэймон улыбнулся и хотел поймать мой взгляд, но я отвернулась и поспешила дальше, давая понять, что он не произвёл на меня впечатления. Я подъезжала к школе, когда на телефон пришла смс. "Видела бы ты выражение лица Дэймона, когда ты убежала, полностью его проигнорировав. Кэтрин" — Откуда у неё мой номер? — спросила я сама у себя, но немного подумав, решила, что Кэтрин посмотрела мою конкурсную анкету. Как выяснилось позже, я была права. Я ещё раз прочитала смс и быстро его удалила, чтобы не прочитал отец, но сохранила номер Кэтрин. Вечером, когда я вернулась домой, Кэтрин мне позвонила. На моё счастье никого дома не было и мы могли спокойно поговорить. Пирс попросила меня хорошо подумать о судьях, об отношении каждого ко мне. Этим я и занялась. Я внимательно изучила каждого из членов жюри: директор школы Аларик Зальцман, главный врач госпиталя Мередит Фэлл, руководитель городской Службы 911 Мэтт Донованн, члены городского Совета и бизнесмены братья Дэймон и Стэфан Сальваторе, сын мэра города Тайлер Локвуд и сенатор Майкл Майклсон. По правилам конкурса "Мисс Мистик-Фолс" сначала голосуют зрители, они выбирают пятерых финалисток. Но три призовых места распределяют семеро судей. Я понимала, что с Зальцманом, Фэлл и Стэфаном Сальваторе мне ничего не светит. Зальцман женат на тёте Елены и против семьи не пойдёт. Стэфан когда-то подкатывал ко мне, но я его отшила, причём прилюдно. Он посчитал это ударом по репутации и с тех пор терпеть меня не может. Его новая подружка Мередит Фэлл с ним солидарна. А вот за остальные голоса я должна была бороться. Итак, сын мэра Тайлер Локвуд. Выпускник прошлого года, ныне студент Йеля. Все в городе знали, что наши родители хотят нас поженить, да и сам Тайлер ко мне неровно дышит. Думаю, я могу рассчитывать на его голос. Тайлер не из тех, кто идёт против родителей, и будет странно, если свой голос он отдаст Гилберт, либо кому-то ещё, кроме меня. Ещё один судья - Мэтт Донованн. Он так же, как и Тайлер закончил школу в прошлом году и теперь возглавлял службу экстренной помощи. Думаю, я могу рассчитывать на его голос. Два года назад он встречался с Еленой Гилберт, но она его бросила. Мэтт не мстительный, но я с ним неплохо общаюсь и знаю, он обижен на Елену. К тому же он мамин коллега. Надеюсь, если я приложу больше усилий в общении с ним, Мэтт проголосует за меня. Следующий судья - Майкл Майклсон - сенатор от нашего штата, представитель семейства основателей, один из местных богачей. Тёмная лошадка. Он может подкинуть сюрприз. И повлиять на него я никак не могу. Я могу уповать лишь на то, что с Гилбертами и Сальваторе у Майклсонов война, и Майкл хотя бы из чувства мести отдаст свой голос мне. И наконец, Дэймон Сальваторе. Беннет говорит, что он проголосует за Елену Гилберт. А я в этом не уверена. Я видела, как он пускал на меня слюни на рождественском балу. И сегодня Дэймон так посмотрел на меня, что меня будто огнём прожгло. Он хотел меня. Дэймон не из тех, кто просто так отказывается от своих желаний. И я постараюсь распылить его похоть настолько, чтобы он, добиваясь меня, отдал свой голос мне. Ну что ж... Я готова уравнять наши шансы с Еленой. И в этом мне помогут Дэймон Сальваторе и Кэтрин Пирс. Кстати, нужно собрать информацию о ней. Как я уже сказала, доверие - не моя фишка.