Lost heritage with red hair

Продвижение к неминуемому пересечению Обратной горы шло полным ходом. Мерри неслась по волнам, управляемая сильной рукой старпома и волей нашего несравненного навигатора. До последнего не прощу себя, что готова была, поддавшись гневу из-за ее предательства, поставить перед Луффи вопрос о ее невступлении в команду. Действительно ли я способна была запретить ей ступить на борт и отказаться от ее изумительных способностей, благодаря которым мы, собственно, сейчас и скользим по волнам, не натыкаясь ни на одну из подводных скал. Я ведь признала ее подругой после всего, что произошло с нами. Стычка с Багги, с Курохадором. Она помогала нам, а у меня с комплексом - неудачник по жизни в плане создания уз – всегда было важно окружение младшего брата. Луффи слишком наивен в этом плане. Помог - значит друг, и плевать, что это может стать смертельно опасным последствием. Я взяла на себя заботу о нем, когда Эйс и Сабо вышли в море первыми, и пообещала им, оберегать нашего несносного братишку. Я старше каждого из них, и соответственно кто, если не я? С тех пор, как я стала членом пиратов Рыжеволосого, обо мне постоянно кто-то заботился, не только когда происходили стычки с дозором. Шанкс сидел под дверью, кидая шутки в поддержку, когда я в день годовщины смерти мамы запиралась в комнате. Еще меня учили готовить, стрелять, разбираться в картах. И так можно до бесконечности. Говорю открыто, мне их не хватает, но они, наверняка, отмечают каждый день отсутствия на корабле зануды, вроде меня. Вместе с ними я так же училась проявлять искренние чувства, а не прятаться за масками, в окружении которых было куда проще. На Ризото, вопреки тому, что у меня были так называемые друзья, мне приходилось притворяться. Ко мне относились как к бесценному материалу, и лабораториям было крайне важно, чтобы я была «в порядке». Так что... Мое общество составляли лишь притворщики и ученые. А сейчас мне кажется, что и мама порой не договаривала чего-либо. Среди пиратов эмоциональность не была отклонением, как на родине. Я ревела, когда было больно, и смеялась, когда было весело. Но заметьте, насколько бы я им не доверяла, я не рассказывала Шанксу или ребятам, что была подопытной. Это уже страх показаться в их глазах не нормальным ребенком. Капля за каплей я начинала замыкаться в себе на Ред Форс. И именно тогда появление в моей жизни Росинанта и Ло стало толчком к новой попытке стать нормальной, искренной. Забота Донкихот чем-то напомнила мне заботу Шанкса, а Трафальгар был воплощением меня в каких-то проявлениях характера. Смех вновь стал настоящим, но и боль от страха потерять их так же была настоящей. Что уж говорить о том, какая дрожь пробирала меня, держа ладонь умирающего Коразона? Думаю, это в комментариях не нуждается. Будем реалистами. Я сломалась. Сломался и тот стержень притворства, которым я прикрывалась, чтобы не показаться слабой девчонкой, нуждающейся в защите. Я была такой, когда Ризото канул в безызвестные воды Гранд Лайн. Но вот я собираюсь пересечь эту линию вновь, даже не зная, почему боюсь. Мама погибла. Мертвые не возвращаются. Я не рвусь умирать, чтобы увидеться с ней. Я же смирилась, но почему тогда так страшно? Неужели я останусь такой же сломленной, вопреки надеждам и смирению?! - Эл-сан... – раздался необычно тихий шепот нашего кока совсем рядом, пока я стояла у заднего борта Мерри, вглядываясь вдаль уже пройденной нами части океана. - Нет, мы не будем говорить об этом, - рефлекторно прерывая его, произнесла я, покачав головой и наклонив ее к груди, боясь посмотреть ему в глаза. – Ты меня слышал тогда: разговоры о моей родине - это преступление против Правосудия. - Почему вы боитесь довериться мне, Эл-сан? – я ощутила всем своим телом этот тяжелый и допытывающий взгляд между лопаток. - Мы пираты и уже идем против Правосудия. Почему страх перед ним должен нам помешать? - Мое прошлое не то, о чем можно рассказывать каждому второму. - Я глубоко вдохнула и выдохнула, но так и не решилась повернуться в сторону парня. – Может я с ним и покончила, но если появится хотя бы возможность его возвращения, я должна быть единственной, кто вовлечен в это. Другими словами, если Правительство узнает обо мне, и я окажусь им полезна, моя жизнь будет одной единственной, что они заберут. – Я полу-развернулась, не поднимая глаз на собеседника. – Если это произойдет, никто из вас не даст мне уйти. Правда привяжет вас ко мне, из-за чего вы натворите глупостей. Вы уже сейчас начинаете делать это. – Вновь отвернувшись к водной глади, я продолжала говорить, и Санджи даже не пытался прервать меня. – Не важно, что происходило со мной раньше, не важно, почему я стала другой. Ты нужен мне сейчас. Вы нужны мне сейчас. Мы накама. Поверь мне, я не боюсь, если вновь придется вернуться в лабораторию, а боюсь того, что произойдет с вами, когда это случится. – Я закусила нижнюю губу и снова покачала головой, словно пытаясь отогнать эти не прошеные мысли. – Пиратка я или нет, им нужна моя кровь, а так как дублировать ее искусственно не возможно, я нужна буду им живой. В отличие от вас. Просто так меня не убьют, но что помешает им сделать это с вами? Я люблю каждого и вас и не смогу смириться с тем, что вы будете закованы в цепи и отправлены на эшафот, если не похоронены на дне океана, как моя родина и моя мама. И знаешь, что будет самым ужасным? Если вашим палачом станет мой отец. – Неосознанно сжимая край дерева, продолжала я, чувствуя поднявшуюся в горле тревогу, смешанную с яростью. – Вы говорите, что я слишком много беру на себя, но я понятия не имею, кто он, какими силами обладает, могу ли я противостоять ему!? Может он лейтенант, а может и вовсе вице-адмирал! Поэтому вношу поправку: я не беру на себя слишком много, совсем наоборот – я прикладываю недостаточно усилий. - Но до каких пор вы собираетесь истязать себя стремлением быть спасителем всего живого? – на его слова я усмехнулась и опять опустила голову к груди. - Я не спаситель... – горько улыбаясь, ответила я. – Спаситель спасает, а не его. Сколько раз на деле убеждалась, что мой порыв уберечь тех, кто дорог, заканчивался провалом. Живя в радужном мире со своей мамой, никогда не думала, что буду грезить мечтой о другой судьбе. Не представляла, что моим единственным желанием будет создание семьи, в которой мне есть место и которой я не лишусь, проявив слабость. - Отрывисто вдыхая, я пыталась привести в порядок мысли, боясь, что не смогу сдержать слезы. – Санджи, я испытываю к тебе теплые чувства, ведь ты так смотришь на меня, так просто, словно это действительно просто, видишь меня настоящую, но эмоции затмевают разум. – Впервые за весь разговор я развернулась и посмотрела ему в глаза. – Ты не сможешь противопоставить свою искренность моей трактовке жизни, так как, по сути, для мира я мертва. – Вновь говоря о своей «смерти», я пожала плечами и опустила взгляд в пол. - Лишь вопрос времени, когда все разрушится, - шмыгнув носом, на выдохе добавила я, скрестив руки на груди. - Эл-сан... - Я услышала каждый его шаг, но не смогла заставить себя посмотреть на него. Его ладонь дрогнула, когда, перебарывая трепет, он, развязав узелок, стянул с моей шеи тонкий шелковый шарф, невесомая ткань которого незамысловатым образом закрывала мое давнее напоминание о собственной глупости и дерзости. Подушечки его пальцев коснулись тонкой бледной линии, пересекающей мое горло, и все, на что меня хватило, так это перекинуть волосы на спину и приподнять голову, дабы Санджи смог рассмотреть шрам полностью. Его конец заканчивался всего в миллиметрах от пульсирующей под мраморной кожей яремной вены, отчетливо выделяющейся, когда я глубоко, но беззвучно вдохнула. Вертикальная линия вдоль венки выше к подбородку прерывалась, когда большим пальцем Санджи очертил контур моей нижней губы. Желание огнем пробежало по жилам, опаляя плоть и сжигая остатки разумного, пока допустимое расстояние между нами сокращалось до опасно-близкого. И когда я уже коснулась кончиком носа щеки парня, момент разрушил восклик Луффи: «Фу-ух, я наелся!», оповестил он, фактически выкатываясь на палубу при помощи пинков Зоро и Нами. – «Я убью его». – Не убирая руки с моей шеи, шепнул Санджи, когда я отстранилась и уткнулась лбом в его пиджак. - Он наш капитан. – Выпрямившись, буркнула я, заправив передние пряди волос за уши. – К тому же мой младший брат. – Забрав свой шарф, добавила я, сделав шаг в сторону главной палубы, когда парень отпустил меня. – И, Санджи, - обернувшись, позвала я, завязав ткань вокруг шеи, - мое прошлое не важно. – Опустив взгляд в пол, продолжила я, неожиданно для самой себя улыбнувшись. – Потому что в нем не было тебя. – Добавила в конце, подловив момент того, как вздрогнули его плечи. Но я была уверена, что он тоже улыбнулся. Потому вернулась к ребятам уже в приподнятом настроении, присоединяясь к разговору о приближении к Обратной горе. Оставалось меньше двух часов до того, как мы пересечем линию и окажемся по ту сторону океана. – «Готов?» - взяв ладонь Луффи, хмыкнула я, когда мы различили линию каменной возвышенности и водный путь вверх. «Вообще-то, давно уже!» - Улыбнулся то мне в ответ, сжав ладонь, словно боялся, что я исчезну до произошедшего пересечения линии двух миров. – «Только не отпускай», - повернувшись ко мне, произнес братишка, придерживая свою шляпу в порывах поднявшегося ветра. «Ни за что», - заверила я его, кивнув, и вскоре мы уже неслись по волнам куда-то в неизведанные воды Гранд Лайн. *** Должна признать, я не представляла, что в нашем сумасшедшем мире что-то еще способно меня удивить. Но день за днем крошечными шагами я подхожу к осознанию собственного простодушия. Может я и родилась на островке на Гранд Лайн, но всех, кто меня окружал, я выучила вдоль и поперек: их настроение, жесты, мимика... Порой ребята даже делали ставки, чтобы я угадала, даже не так – предсказала, что сделает тот дворянин, окати его ледяной водой, или как отреагирует на жука в складках платья вон та леди. За развлечения мы получали по шее, но это не останавливало нас от поиска следующих жертв розыгрыша ради ставок. Обычные детские забавы, но только сейчас я понимаю, что пыталась казаться обычной в глазах ровесников. Они – это простые дети с глуповатыми мечтами и высокими целями в жизни. Каждый из них, оббегав запретные места на Ризото, вернется в круг любящей семьи и будет наслаждаться своей обычной жизнью. А я? Для меня стало обычным, даже нормальным, что периодически вместо обеда я шла сдавать очередной анализ на кровь, а вместо ужина лежала на операционном столе, в окружении медицинской аппаратуры и голубоватых халатов очередных заинтересованных ученых из правительства. После всей этой «работенки» я не шла домой, держась за теплую ладонь мамы, нет. Я просыпалась в больничной палате, дожидаясь пока восстановятся силы, и в одиночестве шагала «домой» (если так можно назвать уголок, где проживали мы с мамой). С каждым новым экспериментом все больше детей моего окружения видели во мне что-то, что пугало их или вызывало отвращение. С десятков численность друзей сократилась до единиц, и ведь спустя годы, до меня дошло, что они были призваны следить за моим развитием для ученых. Хах. Забавно... А ведь я поверила в свою «нормальность». Святая наивность. Эти мамины сказки про Луну, что я особенная... Я особенная? Или может она просто не знала, как объяснить тот факт, что мы были совершенно не похожи? С ее ровным тоном нежной бледноватой кожей и моей от природы чуть смуглой. С ее светлыми волосами и моими огненно-рыжими. С ее карими глазами и моими салатово-зелеными. Наши повадки, интересы... Да, об этом не может говорить четырехлетний ребенок тогда, ну, а сейчас мне что мешает? Она была ученым. Одним из лучших анатомов, микробиологов и все в таком духе (многого не вспомнить), но затворником. А мне даже сейчас с переломным моментом в жизни по душе свобода и (как ни странно) веселье и романтика приключений. Маленькая девочка, потерявшая родителей, подалась в пираты, чтобы заполнить пустоту внутри. Мало нас таких? Но вопреки тому, что сиротки вроде меня ищут мести или справедливости, я ступила на борт пиратского корабля только ради попытки создать такую семью, которую я обязательно защищу от Правительственных шестерок или того хуже – тех самых пиратов, что уничтожили мою родину. Но я отвлеклась. Я сказала, что меня не перестают удивлять? Действительно. Новая знакомая, встреченная нами, когда мы только пересекли Обратную Гору, - Виви Нефертари. Да, каюсь, мы не знали, кто она и какую цель преследует с напарником, но как только стала известна ее биография и причина, по которой она оказалась так далеко от дома, даже мое весьма стойкое самообладание дало слабину. Потомок из семьи Основателей, мало того – принцесса, бросилась спасать свое королевство, рискуя жизнью. Я же всегда считала, что кто-то вроде выходцев из Святой Земли или даже их наследники, таким не занимаются. Они вообще ни чем не занимаются. Только сидят, каждый на своем воображаемом троне величия, и упиваются властью. Но эта девушка... Слишком чистая, невинная и самоотверженная, чтобы приравнивать ее к ублюдкам «Знати». У нее благородные порывы, и стало понятно, почему Луффи бросился помогать ей, сломя голову. Безрассудный и такой же благородный. Зоро согласился ради повода размять мышцы и покрутиться с катаной. Усопп хоть и толкал пафосные речи, что это поможет ему стать храбрым воином моря, дрожь в коленках было не унять. Санджи, цитирую: «Был ослеплен несравненной красотой невероятно храброй леди». Ну, в этом весь он. А Нами... Сомневаюсь, что это подлежит комментариям с моей стороны. Безумный план противостояния одному из Шичибукай и его свиты? Схватка не на жизнь, а на смерть? И как сказал Ророноа: «Чего же мы ждем?» Начальный этап от Виски Пик, где мы пришли к обоюдному согласию вступления команды Мугивар в помощники королевству и его представительнице, начался с раннего утра, когда капитан протрезвел и смог встать на ноги. Ответственная за направление корабля Нами построила маршрут до следующего острова еще до поднятия якоря и отплытия с острова охотников за головами. Зоро как всегда погрузился в непробудный сон в тени главной мачты, Усопп занялся приготовлениями своих особенных снарядов, а кок обслуживал прекрасную часть команды: Нами и Виви, так как я предпочла совместить приятное с полезным и выгодным. Простым языком я просто пряталась от Санджи на марсе с книгой и подзорной трубой. После того, что произошло, мы не особо пересекались, а слежка за океаном стала задачей первостепенной важности. Книга по медицине – вклад знаний в умения использовать свой дьявольский плод более полно; подзорная труба – в случае чего, я могу сообщить об опасности; ну, и шанс не возвращаться к тому почти-поцелую. Не скажу, что это не выглядело глупо, но давать ребятам пищу для раздумий и может даже для шуточек не хотелось бы. Поэтому будем продолжать в том же духе. Сколько прошло времени не скажу, но мы причалили к занятному острову – Литл Гарден – наш второй этап и второй остров, который мы посетили на Гранд Лайн. Здесь в число наших друзей вошли гиганты – Дорри и Броги. Второго, ровно как и тройку наших накама, мы умудрились спасти от тайных агентов Барок Воркс: Мистера 5, Мисс Валентайн и Мистера 3 (люди, посланные разобраться как раз-таки с нашей принцессой). Уже когда привычно все лавры достались безрассудности Луффи и его нежеланию, чтобы я участвовала в драке, наша скромная команда направилась дальше. Остров Драм – третий по списку. Когда мы разобрались с последствиями в лице козла Вапола и его людей, я была на седьмом небе от счастья, узнав, что к нам присоединяется скромняшка Чоппер – северный олень с необычным синим носом и силой Дьявольского плода, даровавшем ему способность превращаться в человека. Помню... В то время, как накама пополняли запасы и грузили их на Мерри-Го, я стояла в нескольких метрах от швартовки корабля, ведь... грудь сдавило одно болезненное воспоминание. Миньон. Снег и холод напомнили мне, как на моих ладонях отпечаталась кровь Росинанта... Как он лежал на снегу с несколькими огнестрельными ранами, а я даже не представляла, что делать. Он умирал. А я сидела рядом и ревела. Неспособная девчонка. Запрокидывая голову и поднимая глаза к небу, я представляла, каково это, когда жизнь покидает тело, и что чувствовал он тогда, понимая, что Ло неизвестно где и нуждается в помощи. Каково это, когда Смерть дышит в затылок? Да, мне не знакомо это, ведь меня постоянно спасали. Всегда. Шанкс спас от навязчивой идеи суицида после смерти мамы и крушения Ризото. Росинант и Трафальгар были теми, кто заставили чувства всколыхнуться. Настоящие чувства. Багги спас от вероятного заточения в тюрьме или прогулки до эшафота, если не возвращения к статусу подопытного кролика. А Луффи... Эйс, Сабо... Стоит ли говорить, сколько они дали мне? Именно поэтому я, правда, не знаю, что значит умереть в глуши и одиночестве. Тогда на Драм я едва ли подавила желание набрать номер Донкихот, уже, даже не отрывая взгляда от небесной голубизны, достав ден-ден муши из заднего кармана. Спящая улитка в знакомой перьевой шубке и малиновой шапочке с сердечками на концах. Посмотрев на нее, невольно закусила губу, вспомнив, как во время путешествия до Миньона я спустилась в каюту ночью и застала спящего Росинанта. Он раскинулся на всю кровать морской звездой, даже не утруждая себя снять верхнюю одежду. Пустив смешок, это пришлось делать мне. Стянув с него шапку и провозившись с шубой, я укрыла его одеялом и решила переночевать у Шанкса (не сомневалась, что он будет не против). Улыбнувшись собственным мыслям, я потянулась к «трубке», но резко опустила руки и убрала ден-ден муши обратно, поражаясь собственному страху неизвестно чего. Меня по голове не ударят за то, что я хочу узнать как мой друг, с которым я не виделась несколько лет со встречи в Фууша. Но какого дьявола?! В порыве я растрепала свои волосы и вдруг поняла, что за мной наблюдает парочка любопытных глаз. «Т...ты ведь Элайтес, да?» - забавно запинываясь, спросил олененок. «Можно просто Эл, а ты видимо теперь наш доктор?» - опускаясь рядом с ним на корточки, коротко улыбнулась я. – «Рада знакомству». «Д...да!» - растянув губы в искренней улыбке, он пожал мою протянутую ладонь. «У меня будет к тебе просьба», - сопоставив простые истины, произнесла я. – «Моя Дьявольская сила Ирё-Ирё но ми. Но чтобы лечить раны мне нужно знать, как это делается в медицине, поэтому я очень прошу тебя стать моим учителем», - отчетливо выделяя слово «очень», попросила я, а на его щеках выступил милый румянец. – «Ребята сказали – ты потрясный доктор, а большего мне не нужно». «Ха-а», - наш новообретенный док расплылся в восхищении и продолжал краснеть, даже когда мы вернулись на Мерри-го и покинули Зимний остров. Спустя пару дней нашему взору открылись бесконечные песчаные просторы, и словно в довершение ко всему пояснение Виви: «Вот она, моя родина, Королевство Арабаста». То, что меня заботило в тот момент - так легко мы не отделаемся. Крокодайл, мистер Зеро и кем бы он ни был - из этого противостояния мы выйдем едва ли живыми. Титул Шичибукай не дают за красивые глазки, но на счёт Боа Хэнкок я бы задумалась. Итак. Не будет удивительным, что Луффи испарился, как только мы причалили, так что возмущенные комментарии Нами, наполнившие Мерри, воспринимались со смешками на губах. "Доброе утро, Эл-тян", - улыбнулась Виви, оглядев мои торчащие в стороны волосы. Засидевшись вечером с книгами Чоппера, я уснула только под утро, так что на палубе я показалась самой последней, ещё и не в лучшем виде (к чему друзья уже привыкли). "Доброе", - потягиваясь, ответила я. - "Какой у нас план?" "Главное найти Луффи, пока он не натворил того, что привлечет ненужное внимание к нам. Он уже поди и забыл, что за его голову назначена награда!" - возмущался наш навигатор. "Просто пойдём к самому громкому месту, вот и все", спрыгивая на землю, бросил Зоро. - "Сейчас нужно поесть, а по пути зацепим Луффи. Может удастся узнать положение дел в городе". "Я останусь на Мерри", - мой комментарий встретил какое-то непонимание на лицах накама. - "Есть ещё много литературы, которую мне нужно прочесть, потом мы же не можем взять и оставить корабль без присмотра". "Учиться можно в любое другое время, а твой режим приёма пищи итак окончательно сбился", - нравоучительно произнесла Нами. - "Когда ты показывалась на камбузе последний раз?" "Ах, это..." – Наши тонкости отношений с Санджи все оставались вне осведомленности остальных членов команды, и меня радовало, что ребята спихнули все на мои бзики с медициной, но порой уже становилось неловко оттого, что я не могла посмотреть ему в глаза. Как и в этом случае. Но спасение от "разговора по душам" пришло в лице того же Монки Ди, который, как оказалось, уже оббежал минимум пол пустыни, так и не найдя ни одного кафе. Зато мы узнали, что по наши души прибыл сам Смокер (тот тип, что ложанул с нашей поимкой в Лог-Тауне). Видимо мы особо ему запомнились, раз он решился преследовать нас аж до Гранд Лайн. Мне понадобилось не больше 15 минут, чтобы собраться, а ещё спустя пару минут, я уже вышагивала под боком Чоппера, напряженно всматриваясь в толпу. Всей честно́й компанией мы прошли очередной ресторанчик, окруженный до необычного шумной толпой, которая твердила что-то типа: как в него столько лезет или он уснул за тарелкой!? Ничего бы, но уж больно это было мне знакомо. Да, он изменился с последней нашей встречи, с тех пор как я провожала его первым в море на поиски приключений. На его спине красовался знак пиратов Белоуса, но зато оранжевая шляпа, что я ему подарила, так и покоилась на его макушке. Сначала Чоппер переводил глаза то на меня, то на парня впереди, который наелся и с довольной улыбкой на лице повернулся в нашу сторону, а потом все же доктор решился задать мучающий его вопрос. Сказать, что он удивился на последующий ответ "Это мой брат", ничего не сказать. Он явно был в шоке. Но даже его изумление сменилось на теплую усмешку, когда Портас покрутил меня на руках, задорно крича, как рад меня видеть. А я отвечала на объятия, впервые за последнее время так искренно смеясь, ведь я действительно была счастлива увидеть его. Уладив формальности с представлением Эйса остальным членам команды, которых мы подловили после трогательного воссоединения семьи, небольшой толпой мы вернулись на Мерри, чтобы перебраться в другое местечко. Да, я обожаю гулять под палящим солнцем по раскаленному песку... Ненавижу Кроко, из-за которого мы собственно здесь и оказались. Ну, да ладно. Благодаря нашей принцессе, я вновь встретила брата, выслушала все до единого его рассказы, комплименты, и смогла отвлечься от навязчивых мыслей об оплошности с Санджи, как и от треклятых задумок, что что-то в груди приятным теплом разливается от воспоминаний наших с Санджи посиделок в Кокояши и Мерри. Эйс же исполнил свою миссию по поиску типа, названного им Тич, и даже помог нам. Взял на себя все того же Смокера, так что последний нам не мешал на протяжении всей драки с Шичибукаем. Под покровом ночи, когда брат решил покинуть наше общество, наступило слезное прощание. Естественно, слезы текли только из моих глаз, а Портас смеялся и уверял меня, что будет осторожен. Но на последних ступеньках он повернулся, пару секунд смотрел на меня, задумавшись, потом хмыкнул и, снова поднявшись наверх, заключил меня в объятия, не переставая повторять, что я вроде как его «спасение». С большим усилием отпустив его руку, когда он все же стал уходить, я приобняла себя за плечи и закусила нижнюю губу, чтобы остановить очередную порцию слез. Я не сдвинулась с места, пока его силуэт не исчез в тени улицы, однако даже потом было сложно вернуться в зал навеселе. Я с семи лет побаивалась лишний раз смотреть на огонь, но этот самоуверенный младший брат, умудрившийся стать его логией. Он согревает меня и ничуть не пугает. Конечно, ведь не Портас подорвал Ризото. Приоткрыв входную дверь, я снова посмотрела в сторону, куда ушел Эйс. Дерево хлопнуло, когда я отпустила ручку, а врата захлопнулись, заглушая мои медленные шаги, к Мерри. А меньше, чем через неделю, наше путешествие с принцессой Арабасты окончилось, и наш скромный корабль отчалил от берегов солнечной пустыни. Зато место прекрасной мелорин (со слов Санджи) заняла таинственная брюнетка Нико Робин, ставшая нашим археологом, а вскоре и другом. Два дня спустя. Мерри-го. Пираты вот уже битый час пытались решить, куда отправиться на заслуженный отдых от приключений на Гранд Лайн, но все исходили из собственных предпочтений, что было достаточно проблематично. «Фестиваль» – глуповато пританцовывая, в голос повторяли Усопп и Луффи. «Ярмарка!» – Отвечали им Санджи и Чоппер, одновременно каждый занимаясь своим делом. «Может источники?» – Коротко спросила Робин, расположившись рядом с навигатором в тени навеса, сооруженного ее же способностями Дьявольского фрукта. «Есть вблизи какой-нибудь остров с курортом?» – отгибая край газеты, поинтересовалась Нами, скрывая глаза под солнцезащитными очками. - Ризото... – вдруг произнесла я, и все незамедлительно уставились на меня стоявшую у носовой фигуры корабля. - Какого... – начал было Зоро, когда остальные подтянулись ко мне. Всего пару минут назад еще прозрачная, кристально чистая в лучах полуденного солнца морская вода, теперь была грязно-черного цвета, словно здесь разлилось машинное масло тысяч кораблей. Однако. Когда Мугивара растянул свою руку и окунул ее, на его ладони осели несколько темно-бардовых капель. - Странно... – тут же выдал паренек. – Я же не ослаб, как обычно. - Это смесь масла и крови, - сглотнув, пояснила я, шажками отходя от борта Мерри, словно боясь, что упаду. - Откуда ты знаешь? – взволнованно спросил Чоппер. - Потому... – вразумительный ответ прерывался рваным дыханием. – Здесь... я... - В мире за всю историю существовал всего один передвижной остров-курорт. – Взяв на себя инициативу, произнесла Роббин, отвлекая внимание от паниковавшей меня, но мне же легче не стало. Я чувствовала жуткую боль в груди и голове. Словно вновь слышала все крики и взрывы. - Я читала об этом, - задумчиво подперев подбородок, продолжала Нико. – Остров назывался Ризото. О его появлении мне не известно, но говорят, это была правительственная разработка, для того, чтобы изучать Гранд Лайн, возможно даже и Новый Мир, с более высокими шансами на успех. Не знаю почему, но, когда мне было 14, я узнала, что Ризото затонул. Точнее на него напали пираты, подорвавшие весь остров. И с каждым годом стали пополняться слухи о «двуличности» Ризото, но за распространение этих слухов, как и вообще за разговоры об этом, принимались жестокие меры, дело могло дойти даже до казни... - Эй, ребята! У Эл гипервентиляция легких! Врача, скорее врача! – прокричал олененок, подбегая ко мне и ловя на руки до того, как я упала бы на пол. - Эл, не отключайся, держись! – повторял доктор, придерживая мое лицо. – Дыши глубже, Эл! - И прежде, чем окончательно потеряться в небытии, я даже затуманенным взором подловила кромку беспросветно черного от крови моря.