Lost heritage with red hair

Остров Каньон. Набережная. Пираты Рыжеволосого. Разговор, к которому я так старательно пыталась подготовиться, не состоялся, ведь стоило Шанксу отвести меня на Ред Форс, и что такое личное пространство я забыла напрочь. Первый после пирата, в чьих объятиях я оказалась зажата, - Бенн. Этот мужчина всего парой фраз выместил на меня тонну радости, укора и горечи, в принципе, все то же самое, что испытывали личности вокруг нас. После него и его поучительной лекции о безрассудстве, жертвенности и прочего меня захватил Лаки Ру, наградив запахом запеченной рыбы, из-за чего мой желудок протяжно заурчал, напоминая, что последний раз я ела на Йонта Мария. С Ясоппом мы не обсудили ничего, ведь он только рыдал и смеялся, а я поняла, от кого подобный характер достался Усоппу. Потом я просто не успевала запоминать всех, кто кружился рядом. В ушах стоял такой гам, что на секунду мне стало некомфортно от такого количества внимания, но, когда Шанкс растолкал своих накама со словами: «займитесь делом и тащите выпивку» - все встало на свои места. Мужчина стоял рядом, сдавливая в тисках мои плечи и что-то довольно мурлыча мне на ухо, бывшая команда носилась по кораблю, подготавливая поле для предстоящей попойки, Эйс сновал туда-сюда, крадя еду со всех возможных подносов, и только Дракуль выглядел неуместно, изображая часть мачты, у которой стоял. Понимая, что эта атмосфера самая типичная, я облегченно выдохнула, ведь даже за десяток лет эти «дети» не изменились. Размякнув в кольце мужских рук и согреваемая теплом его тела, я едва не задремала, как в памяти всплыли воспоминания о встрече с Ло на Цукисима, а за ними и просьба Росинанта. Достав из сумки конверт, я протянула его Шанксу, все еще изображавшему довольного кота. - Это признание? – быстро хватая бумагу, улыбнулся мужчина, мучаясь с печатью. - От Росинанта, - ответила я, рассмеявшись тому, как тот скуксился, но конверт все же открыл. Сощурившись, мужчина оглядел меня с ног до головы, словно я показалась ему подозрительной, и отошел на несколько шагов, пряча вытащенные листы бумаги. На какое-то время Шанкс отвлекся, и ко мне бесшумно подошел Михоук. Опустив голову, чтобы не выдать стыд на лице, я протиснулась ближе к нему, сомкнув кольцо рук вокруг его торса. Смущение от собственных действий было недолгим, ведь как только мужчина приобнял меня одной рукой, я поняла, что и для него тоже я была простым человеком, а не программой, которую можно аннулировать или выбросить, когда она окажется бесполезной. - Ты его сломаешь, - тихо произнес Дракуль, и я обернулась, глядя на Шанкса, который постоянно хмурился, читая письмо, переданное от Росинанта. Проигнорировав реплику мечника, я хмыкнула, когда капитан корабля запутался в листах и удрученно простонал, закинув голову назад. - Что такое биологические исходные и генетическая разработка?! – вдруг прокричал мужчина, зло тряся бумагой. - Это значит, что материалы для работы взяли от живого человека, - пояснила я, решив, что подобное действительно переизбыток информации для того, кто живет приключениями. Растерянно посмотрев на Шанкса, который сначала скептично изучал мое лицо, а затем снова занялся чтением, я сглотнула, боясь даже представить, что такого мог передать ему младший Донкихот. Несколько минут он молча читал, осторожно переворачивая страницы, как вдруг над всем кораблем раздался его вопль: «какого морского дьявола?!» и, видимо, что-то еще на древнем языке. Я вздрогнула, не решившись отойти от Михоука, а Шанкс внезапно подбежал ко мне, схватив за плечи, чуть потряся. - Это правда? – возбужденно воскликнул тот, еще раз встряхнув меня даже после того, как я сказала, что не вскрывала конверт по просьбе Росинанта. – Правда, что я отвой отец?! – эмоционально добавил мужчина, продолжая что-то зачитывать вслух для Дракуля, но у меня перед глазами стояла картина этой наисчастливейшей улыбки, с которой он произнес слово «отец». Все, что я слышала, это собственный пульс в ушах, тогда как Шанкс едва не прыгал вокруг своих накама, которые занимались приготовлениями, и смеялся, читая им вслух какие-то строки. Даже если бы я постаралась услышать то, чем так радостно мужчина делился со своими друзьями, у меня не хватило бы самообладания, ведь стоявший неподалеку Портас с самым пофигистичным выражением на лице спросил: « а ты не знал». После его реплики капитан корабля переключился на словесную перепалку с парнем, пока Бенн и Лаки Ру изучали изъятые у Шанкса материалы. Не думаю, что они тоже особо вникали в научную суть письма, но стоило им недоуменно посмотреть в мою сторону, и мой инстинкт самосохранения тревожно завопил. Попятившись, я уперлась спиной в Дракуля, стремясь почувствовать защищенность, но вышло все еще хуже, ведь даже величайший мечник в мире не совладал со своим любопытством, начиная перебирать салатовые пряди, которые я прятала. Это был первый раз, когда мной заинтересовался Михоук, из-за чего я была крайне растеряна. - Как у такого чуда, как я, может быть такая угрюмая дочь?! – искренне недоумевал Шанкс, и только тогда я вспомнила про него, пытаясь отвлечься оттого, насколько аккуратными были прикосновения мечника. - У нее твой талант поощрять все те дурацкие идеи, которые лезут в голову Луффи! – эмоционально отвечал Эйс, и я была уверена в том, что увидела, как из его ушей валит пар, собственно, способности логии огня могли сделать и не такое. – Скажи еще, что ты не рад тому, что она твоя дочь! Портас мог выбрать любую реплику, чтобы подколоть мужчину перед собой, но он задел именно ту тему, которая была болезненной для нас обоих – родители. Теперь, зная о том, кто моя мать, и то, что она сделала со мной, Эйс, наверняка, еще острее воспринимал тот факт, что я нуждалась в опеке. Если раньше наши накама жили с мыслью о том, как дорога мне была Рионесс, то сейчас нам всем приходилось переваривать информацию о ее истинной сущности. А Портас, как сын Короля пиратов, уж точно, знал, какого это – жить с ненавистью к собственному родителю. Я не уверена, дала ли я ему достаточно любви, которую должна была дарить Портас Ди Руж, но хотя бы так у него был человек, дающий представление, что такое женская забота. Но сам парень, несмотря на характер ребенка, понимал, что кроме накама, мне нужна была семья. Какими бы не были наши с братьями отношения, желанием Эйса было дать мне нечто большее. Может именно поэтому он так недоумевал от реакции Шанкса на то, что я оказалась его дочерью. - Я очень рад, но это слишком хорошо, чтобы казаться правдой! – не менее яростно ответил ему мужчина, и любые шептания членов его команды моментально затихли, мне показалось, что и биение моего сердца в груди стало тише. – Однако все это значит, что два года назад я потерял не просто своего накама! – отчаянно добавил он, и все мы стали свидетелем того, как по его щекам побежали слезы. Первые с момента нашей встречи, а это значит, что радость от нашего воссоединения не была сильнее боли от мысли, что он едва не лишился дочери, даже не узнав о ее существовании. Осталось лишь задать вопрос, почему Рионесс не рассказала ему правду, когда они встретились после событий в Маринфорде? Боялась ли она его мести или же это было сочувствие и неспособность столкнуть бывшего друга с тем фактом, что она допустила свершение всех событий, которые привели к смерти их «дочери»? Чем вообще была для нее моя связь с Шанксом – рычагом давления или исходом ревности из-за того, что я полюбила другого родителя больше, чем ее? Стоило мужчине стереть слезы, и внутренний голос сказал о том, что не я одна считала слезы признаком слабости, и, если Шанкс позволил себе дать слабину, то это означало лишь то, что его печаль была невыносимой. Сделав несколько шагов в его сторону, я остановилась, невесомо коснувшись его руки в поддерживающем жесте. - У меня есть Луффи, Эйс и Сабо, - глотая собственные всхлипывания, произнесла я, и мужчина поднял на меня печальные глаза. – Думаешь, мне самой нравится идея родниться с четвертым конченным оптимистом?! – сморгнув еще одну порцию слез, воскликнула я, и мои слова поддержал слабый смех пиратов на палубе, пока Шанкс, хлюпая носом, влезал в мои объятия. Похлопывая его по спине и успокаивая саму себя, я расслабленно наблюдала за горизонтом, к которому медленно опускалось солнце, а мужчины продолжали подготавливать место для пира, обсуждая наши с Шанксом «тонкости» характеров и вредные стороны обоих. По их словам: мы бы умудрились разнести по кусочкам пристанище самого Морского дьявола. Это была самая тихая попойка во всех морях и во все времена, ведь Шанкс уснул на моем плече, едва только мы устроились на палубе после объявления о начале «вечеринки». Я сидела во главе импровизированного стола с кучей еды и выпивки и наблюдала за тем, как пираты абсолютно бесшумно передавали друг другу блюда и бочки с ромом, поглядывая на сонное личико своего капитана, когда он бормотал что-то во сне. Им было все равно, они наслаждались даже данным мероприятием, а мне приходилось давиться смехом, ведь ситуация была похожа на ту, когда я застукала младших братьев за покушением на холодильник в 3 часа ночи. Тогда я хотела спать, поэтому связала их троих растягивающимися конечностями Луффи и выпихнула куда-то в сторону леса, проследив, что они исчезли среди деревьев. А сейчас я могла лишь в очередной раз сомкнуть губы, подавляя смешок, ведь взрослые мужчины замерли без движения, когда Шанкс выругался в мои волосы и повернул голову в другую сторону. Выдохнув и убедившись, что капитан не проснулся, они, как ни в чем не бывало, вернулись к уничтожению собственных запасов. Я же, кормящаяся с рук Портаса, только периодически следила за удобством расположения Шанкса и наблюдала за мирным «хаосом» перед собой. Эти взрослые дети действительно никогда не смогут измениться, поэтому внутренний голос советовал смириться с тем фактом, что через долгие годы, таких личностей будет больше. Луффи точно не захочет взрослеть, Эйс не перестанет жить одним днем, а Сабо ни за что не согласится жить под чужим покровительством, коим его подавлял отец. Это трио самоуверенных и бесстрашных идиотов никогда не признает чье-то первенство, и, соответственно, проблем с вышестоящими чинами будет еще целая куча. Вот почему на самом деле мой капитан решил идти против Кайдо: не из-за предложения Трафальгара создать альянс, а потому что выпал шанс начистить физиономию одному из Йонко. Понимая, что мои губы сами собой растянулись в улыбке, я вздрогнула, когда Акагами сжал кольцо своих рук на моей талии чуть сильнее, словно решил, что я хотела уйти. Накрыв его ладони своей, я подождала, пока он снова расслабится, и дала замеревшим пиратам знак, что все тихо, и они могут продолжать. Зыркнув на катающегося по палубе Эйса, зажимавшего рот обеими руками, я глубоко вдохнула, чтобы не огреть его своими новыми силами антифруктовика. - Это он-то собирался давать разрешение на мой брак? - риторично вырвалось у меня, после чего я сама закрыла рот руками, потому что на меня обернулась пиратская шайка на корабле, завопив на всю округу «чего?!». Не стоило ожидать, что сон Шанкса был таким же крепким, как у Зоро, поэтому я не удивилась, когда он подскочил на месте, выхватывая меч из ножен. Орущие во все горло пираты, бьющийся в припадке Эйс и размахивающий оружием Акагами – была масса причин, по которым я заползла за спину Дракуля, пытаясь избежать проблем. - Какого морского дьявола происходит?! – восклицал Шанкс, пытаясь перекричать собственных накама, которые пихали друг друга и что-то тараторили, тогда как Портас держался за живот и хохотал, что есть мочи. Выглядывая из-за плеча Михоука, я мысленно вспоминала богов, которых можно было попросить о помощи, но угомонить толпу беснующихся пиратов дело гиблое, поэтому я могла лишь наблюдать за тем, как мужчины завязали драку, раскидывая повсюду еду и расплескивая выпивку. «Собираешься замуж?» - тихо раздалось рядом с ухом, и я вспомнила о способности Дракуля разговаривать, потому что до сего момента он мастерски изображал часть интерьера. Скептично на него уставившись, я продолжала молчать, пока мужчина пил вино. «А ты против?» - все-таки так же тихо ответила я, стараясь не привлекать к нашему разговору лишние уши. - Мне жаль любого твоего избранника, если это не Дофламинго, - безынтересно ответил Михоук, но я была уверена, что увидела мелькнувший в его глазах гнев при упоминании этого имени. - Дофламинго не… - даже просто сказать, что Донкихот ничего не значил для меня, было невыносимо сложно, поэтому слова застряли в горле, едва я только хотела ответить. – Партнеры… - все, что я смогла выдавить из себя, ощутив, насколько неправильными были эти слова. Это доказывало то, почему я невольно отвела взгляд, ведь подобную ложь разглядеть смог бы даже ребенок, что уж говорить про Величайшего мечника в мире. - Оружие… - начала было я, но он меня перебил. - Но ты не оружие, - уверенно произнес мужчина, даже не глядя на меня. - Так считаешь только ты, Шанкс и наши команды, - ответила я, вспоминая все то, что прогнозировал Цезарь, заполучив в свои руки меня, как источник всевозможных благ для Донкихот. – Даже я не до конца уверена в этом. - Ты предала Дофламинго, боясь причинить вред своим близким, у оружия нет такого выбора. – Противопоставил Дракуль, заставив меня вспомнить тот день, когда я стояла напротив Ло и готовилась убить его из-за того, что он подверг жизни Мугивар опасности. Я собиралась сделать то, что желал Донкихот, это и означало быть оружием. Подавив всхлип, я зажмурилась, опустив голову к груди, ведь тот момент перевернул все, а я до сих пор не могла принять это. Я радовалась возвращению в команду, радовалась встрече с братьями, радовалась глупости Росинанта, которая привела нас всех на Дресс Роуз, но ничего из этого не могло заставить меня забыть тот факт, что больше половины мира, узнав про мои силы, захочет или уничтожить или использовать меня. Луффи и остальные ринутся меня защищать, и все их раны и страдания будут на моей совести. Я утратила их доверие еще в Энис Лоби. Приоткрыв глаза, я удивилась, увидев перед собой протянутую ладонь мужчины. - Покажи мне, - произнес Дракуль, смотря мне в глаза, - свои новые способности, - уточнил он, мельком глянув на мои салатовые пряди. Выдохнув, словно это давалось мне с большим трудом, я провела по одному из локонов, вытягивая частицы кайросеки, и, прикоснувшись к запястью мужчины, сформировала вокруг него тонкий обруч с крестом посередине. Уплотнив парящие частицы, я создала бледно-зеленый браслет, который теперь аккуратно висел на руке Михоука. Оглядев свое творение, я подняла глаза на Дракуля, который медленно покрутил запястьем. Мы сохраняли неловкое молчание до тех пор, пока рядом не плюхнулся Шанкс. - У меня два вопроса, - уверенно начал мужчина, скрестив ноги и поправив ворот рубашки, - что это? – указав на браслет Михоука, продолжил тот, намекая на новые силы, - и какой жених? – Заставив меня поморщиться, закончил Акагами, пока вокруг нас собиралась вся его команда, а где-то на заднем плане болезненно хрипел Эйс. Понимая, что отвертеться не получится, я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, а затем натянула самую милую улыбку, на которую была способна. - Папа… - мягко протянула я, пытаясь надавить на его чувство внутреннего удовольствия от этого слова. - Божечки, - обхватив ладонями краснеющие щеки, ответил мужчина, покачиваясь из стороны в сторону, - так приятно звучит! – улыбаясь от уха до уха, продолжил он, как вдруг дернулся, прогоняя наваждение. – Не меняй тему! – воскликнул он, схватив меня за ухо, - мне нужно знать все прямо сейчас, и это не изменит даже твое нежное «папа»! – Уверенно, как подобает капитану, произнес Шанкс, но в итоге лишь сам себя отвлек, отчего его довольная физиономия снова покраснела. «Спаси», - пока Акагами отвлекся, пытаясь совладать с ответственностью и радостью, я потянула за рукав Михоука, упрашивая мне помочь. Но мечник продолжал сохранять непричастность к происходящему. Поэтому освободив несчастное ухо, я оттащила Шанкса подальше ото всех и принялась объяснять, что разговоры о замужестве и прочем – это всего лишь шутка, рассказанная Портасом, чтобы поднять мне настроение и не думать о последствиях моих действий на Дресс Роуз. Хмыкнув тому, как расслабился Акагами, услышав мой ответ, я в очередной раз похлопала его по спине, когда он затащил меня в новые объятия, приговаривая о том, как быстро растут дети. Убедившись, что он успокоился, я посвятила его в тонкости моих новых сил, очистив очередную прядь и продемонстрировав парящие частицы кайросеки, которые закрепила в виде кольца на мизинце мужской руки. Наблюдая за искрящимся любопытством в глазах Шанкса, я пыталась подобрать слова, чтобы рассказать про участие Рионесс во всех изменениях, которые произошли в моей жизни, но он выглядел таким увлеченным, что я не решилась испортить этот момент. И пока мы смотрели друг на друга с глупыми улыбками на лице, на заднем фоне члены команды Акагами собрались вдоль борта о чем-то перешептываясь, и только когда мы подошли к ним, стали слышны какие-то невнятные бормотания со стороны берега. Вся моя оставшаяся сила анти-фруктовика подсказала лишь то, что к нам приближались два обладателя дьявольских плодов, а учитывая шум, который они подняли, они не собирались подбираться тайком. Вот почему мы просто ждали, когда они выйдут на свет, и мы сможем поздороваться. Раздался громкий хруст, затем в небо взлетела часть дерева, несколько камней разлетелись в разные стороны, прошелся небольшой ураган, а потом к пристани кувырком выкатилось «нечто», что врезалось в борт корабля и замерло. И только когда «оно» разобралось на части, я, выглянув за борт, узнала в «этом» Росинанта и Трафальгара, которые лежали на песке и унимали головокружение. «По..мо..гите», - прокряхтел Донкихот, тогда как Ло быстро поднялся на ноги, отряхивая одежду. - Роси! – Спрыгивая на сушу, воскликнул Шанкс, из-за чего вздрогнуло все наше сборище, даже Эйс подавился чем-то. – Я получил твое письмо! – Хватая блондина за руки, продолжал мужчина, разом поставив того на ноги и придержав, чтобы не упал. - Письмо, - заторможено повторил Росинант, таки справившись с качающейся картинкой перед глазами и сфокусировав взгляд на собеседнике. – Письмо! – неожиданно громко повторил он, словно вспомнил нечто важное. - Да, письмо! – повторяли они друг другу, закинув руки друг другу на плечи и глупо пританцовывая. Удрученно переведя взгляд на Трафальгара, отошедшего от них на несколько шагов, я, лишь приподняв брови, задала немой вопрос «что они вообще здесь забыли?». Ответа не было, поэтому выдохнув, я потерла лоб, попросив о благословении будущего мира, потому что о Росинанте, взрослом ребенке, создающем массу проблем, как Луффи и другие, я напрочь забыла. А ведь где-то среди моих «друзей» бродит Багги. Наблюдая за танцующими братьями по разуму, я отчего-то вспомнила Дофламинго и то, почему мы так легко поладили – мы стремились изменить мир под себя. Избавиться от Правительства, уничтожить источники бед для важных нам людей, поднять важность собственного имени – это причина, из-за которой я была уверена в нашей с ним схожести. Но тогда я забыла о другой стороне своей жизни: об этих недоразумениях, которые забывают вести себя согласно возрасту, о братьях, ломающих любые вековые принципы, и накама, ставящих жизни близких превыше собственных мечтаний. Они не меняют мир под себя, они живут в нем, наслаждаясь тем, что делают. И очевидно часть этого влияния сказалась и на мне. Я хотела жить свободно в кругу огромной крепкой семьи, тот же смысл вложил в слова Портас, спросив Шанкса о том, почему он не обрадовался нашей истинной связи. Коснувшись одной из своих рыжих прядей, я улыбнулась, когда Шанкс тыкнул в меня указательным пальцем и что-то сказал Росинанту, после чего они снова затанцевали. Ощутив слабый порыв ветра, я повернулась к уже стоявшему рядом Ло, который не скрывал своего недовольства от нахождения на этом корабле. Вспомнив, что для него Донкихот был кем-то вроде названного отца, я испытала каплю стыда, понимая, что оба наших родителя не особо блещут качествами, присущими зрелому человеку. Едва коснувшись его ладони кончиками пальцев, я продолжила смотреть на веселящихся мужчин, ощутив ответное касание только через несколько секунд. Так мы постояли еще некоторое время, тогда как члены команды Акагами уже разошлись, чтобы продолжить торжество, Портас и вовсе не переставал отмечать, а Шанкс и Росинант продолжали топтать песок еще очень долго, пока не упали на него без сил. - Знаешь, - привлекая внимание Трафальгара, тихо произнесла я, размышляя над сложившейся ситуацией, - мне интересно, чьим отражением будем мы с тобой. – Правильно сформировав слова, я продолжила. – Луффи беззаботный, а Зоро ответственный. Эйс беззаботный, а Марко ответственный. Шанкс идиот, а Дракуль зануда. – Проигнорировав испепеляющий взгляд в спину, говорила я, поворачиваясь к Ло. – Ты и я, кто из нас первый тип, а кто второй? Подождав, пока парень переведет взгляд с Росинанта на меня, я закусила уголок губ, чтобы не рассмеяться тому, каким красочным был ужас в глазах Трафальгара при мысли, что он мог бы так же крутиться и напевать глупые детские песенки. - Кора-сан наивен, а Акагами ходячее бедствие, - спустя мгновение ответил парень, нахмурившись, словно это было еще мягко сказано. – Я бы сказал, что ты второй тип, но твои действия говорят о том, что ты такая же, как твои братья. - Соответственно, ты зануда, мне легче, спасибо, - хлопнув его по плечу, ответила я, решив все же перекусить. – Бенн, я голодна! – оповестив половину корабля, крикнула я, выискивая что-нибудь съедобное из того, что еще не раскидали во время драки. Где-то за моей спиной Ло едко прокомментировал это словами о том, что Луффи точно так же требует еду у Санджи. Пока первый помощник отца собирал для меня гору еды, я задумалась, ведь если вычесть Эйса и Дракуля, то этот день мы проводили в том же составе, что и перед Миньоном. Ло куксился и старался держаться отстраненно, Росинант и Шанкс сидели вместе, а остальные члены команды занимались своими делами. Если помнить, что Трафальгар и Донкихот уйдут, как и в тот день, мне было намного легче, ведь я знала, что мне придется последовать за ними. Дофламинго на нашем пути не встанет, поэтому бояться мне нечего. Поразмыслив над этим, я ощутила легкость и впервые по собственной воле села рядом с Шанксом, который с той же глупой улыбкой на лице взял меня за руку, нежно произнеся «дочка». *** Восход мы встречали в составе из четырех человек: я, Шанкс, Ло и Михоук, потому как все остальные дремали там, где их застал последний кубок с алкоголем. Эйс, накрытый плащом Акагами, обнимал мои ноги, Росинант отключился, навалившись всем своим телом на Трафальгара, а все остальные члены команды разместились кто где. Я перебирала прядки брата, из-за чего он улыбался во сне, пока Шанкс с видом довольного кота сидел под боком Величайшего мечника в мире, совершенно игнорируя напряженные взгляды, которыми его друг обменивался с Ло. Взглянув на обоих мужчин, я покачала головой, удивляясь тому, как они еще не испепелили друг друга. Опустив взгляд на браслет Дракуля, я синхронизировалась с частицами кайросеки и чуть сдавила обруч, получив в ответ удивленный взор янтарных глаз. - Он мне еще нужен, - первая произнесла я, кивнув в сторону Ло, - я отдам его Кайдо, когда мы столкнемся нос к носу. Заметив насмешку в глазах Трафальгара, после моих первых слов в его защиту перед мечником, я поспешила его остудить, напомнив, что все еще злюсь из-за нашего противостояния Йонко. Поэтому когда он повернулся ко мне с претензией в глазах, я увидела в глазах Михоука ту же насмешку. Кто бы подумал, что двое рациональных мужчин будут радоваться тому, как на их сторону встает девушка, которую они же по первости даже не воспринимали. Шанкс на эту выходку хмыкнул и показал мне поднятый большой палец. - Этот? – посмотрев на Ло с толикой превосходства, вдруг спросил Дракуль, и я вспомнила, что он сказал о жалости к любому моему избраннику в качестве жениха. - Эта тема закрыта, - ответила я, намекая на то, что уже объяснила истоки легенды о моем «браке». – Но нет. - Славно, - поднеся к губам бокал с вином, произнес мужчина, чтобы скрыть еще одну насмешку. - Твои повадки похожи на те, что присущи отцам, - в ответ съязвила я, и мечник даже не сумел сделать глоток, очевидно, догадываясь в какую сторону я клоню. – Поэтому Шанкс добрый папа, а ты злой отчим. Я не стала смотреть по сторонам, чтобы увидеть издевательство во взгляде Трафальгара, потому что мне хватало подавившегося воздухом Акагами, который катался по полу и хохотал так же, как Эйс во время вечеринки. Из-за этой фразы я оказалась второй на очереди после Ло, на кого Дракуль смотрел с тихой ненавистью. Мило ему улыбнувшись, я переключила внимание на ворочающегося Портаса, разгладив морщинки на его лбу, когда он хмурился. Успокоившись, он задышал ровно, а я продолжала выводить невидимые линии вдоль его скул. Я боялась думать, что ему снился тот день в Маринфорде, но изменить что-то не могла. Вспоминать снова и снова момент, когда твой мир на секунду остановился и рухнул, это особая пытка для того, кто мечтал стать человеком, которого будут знать не только как сына Короля пиратов. Как ему должно быть больно звать сестру и понимать, что она не ответит. Стоило ли пытаться представить, что испытал Луффи? На себя он взвалил ответственность не только как брата и накама, но и как капитана. Он обещал помочь нам исполнить свои мечты, а в итоге смотрел на то, как я жертвую жизнью, чтобы он мог продолжить свое путешествие. И видимо почувствовав мое напряжение, Портас завозился и, приоткрыв глаза, уставился на меня. Какое-то время он, очевидно, пытался понять, проснулся ли он, потому что просто продолжал смотреть на меня так, словно в этом было что-то неправильное. - Непривычно, - произнес он, принимая сидячее положение, - видеть тебя, просыпаясь, - зевая, продолжил парень. - Что обычно ты видел, когда просыпался? – удивленно спросила я, пока Портас потягивался. - Последний месяц это был ботинок Санджи, когда он приходил будить нас с Луффи, - удрученно ответил Эйс, знаменательно потирая свой нос. Представив себе эту картину, я не сдержала смех, ведь это означало, что на корабле ничего не изменилось, поскольку кок будил так всех лиц мужского пола, за редкими исключениями Чоппера. Повернув голову к Ло, я продолжала сохранять глупое выражение, потому что он интуитивно повторил движения Портаса, что подтверждало мою догадку о сохранившихся чертах характера Санджи. - Почему ты не выбрала Зоро? Он хотя бы ноги не распускает, - оскорблено спросил Эйс, расчесывая пальцами свои спутанные волосы. Я решила эту реплику не комментировать, поскольку Шанкс и Дракуль уже смотрели на меня во все глаза, когда поняли, что, наконец, узнали имя человека, которого приурочили к моему «жениху». - Потому что Зоро-я в состоянии отрубить ей ноги, если она снова захочет сбежать. – Ответил Трафальгар, но у меня мурашки пробежали из-за того, что я представляла в роли злобного мечника Михоука, а не Зоро. - Он не посмеет, - заверяя скорее саму себя, протянула я, помогая Эйсу разобрать беспорядок на голове. - Правда? – раздалось со стороны, и все, кроме Дракуля, резко обернулись к трапу, у которого стоял Ророноа. Удержавшись от порыва перекреститься, я только выдохнула, пока сердце бешено колотилось о ребра. - Помяни топографический кретинизм, Зоро, - медленно произнесла я, похлопывая себя по груди, чтобы успокоить. Но тот лишь мерзко хмыкнул, и пока мы играли в гляделки, рядышком проснулся Росинант, позволив, все-таки, Ло сменить положение и размять затекшие конечности. - Пора двигать? – невинно произнес Донкихот, и пока все помогали друг другу подняться на ноги и немного прийти в себя, я подтащила Шанкса к Ророноа. - Это наш старпом, - указав на мечника, произнесла я, и Акагами добродушно улыбнулся. – А это мой отец, - положив ладонь на его плечо, представила я уже второго мужчину, надеясь уязвить самодовольство Зоро, но тот лишь поклонился Шанксу, выказывая высокий уровень уважения. - Спасибо за накама, - сухо, но с огромным почтением ответил Ророноа, выпрямившись. - Спасибо, что заботитесь о ней, - расплываясь в еще большей улыбке, ответил Акагами, протянув Зоро руку, которую тот пожал. - Дело гиблое, - заставив Шанкса прыснуть, язвительно произнес мечник, и я уже забыла, что он только что был мне симпатичен. - Как и твое обучение, - позабавив уже меня, уверенно сказал Дракуль, стоя позади нас и осматривая Ророноа на предмет каких-то изменений. Не дожидаясь, пока эти двое устроят какую-нибудь очередную перебранку, я указала отцу, что Зоро обожает алкоголь, и они оба унеслись в направлении кладовой, где стояли бочки с саке. Пока же Эйс и Ло помогали Донкихот стоять ровно, я повернулась к Михоуку. - Относись к обучению Зоро, как к повышению квалификации, он же явно ученик получше, чем я, - чуть склонив голову набок, произнесла я, заглядывая в глаза собеседника с небольшой иронией, ведь мужчина никогда не горел желанием обучать меня фехтованию. Но Дракуль вдруг коснулся моей щеки ладонью, повторив этот жест второй рукой, и, проведя ими чуть ниже, завел их назад, завязав на шее узелок, чтобы опустив взгляд, я увидела висящую на груди Когатану. Его Когатану, которую я думала, что потеряла в Маринфорде. - Потеряешь еще раз, и я сам отрублю тебе ноги, - поправив мои волосы, произнес мужчина, чем заставил меня нервно хмыкнуть. - Я рада, что мои представления о твоей заботе совпали с реальностью, - ответила, еще раз вспомнив картинку, которую я сама придумала, после слов Трафальгара о том, что у меня слабость к мечникам. Коснувшись золотистого металла, я обернулась, услышав, как Шанкс и Зоро выкатили на палубу несколько бочек, задорно смеясь. - Может и прав Ло, говоря, что это мой типаж, - удивляясь собственным словам, говорила я, пока отец возвращал мне довольного накама, а Росинант спускался на твердую землю под конвоем из Портаса и Трафальгара. Покинув корабль и собравшись небольшой кучкой на пристани, я подождала, пока Донкихот слезно попрощается с Акагами, спокойной жизнью и Эйсом, который ему нравился больше остальных моих братьев. Затем слово взял Зоро, попрощавшись с Эйсом и моим отцом, которого еще одним поклоном поблагодарил за дары. Трафальгар ограничился простым кивком в знак благодарности за то, что сделала для него команда Шанкса в прошлом, и только когда они все немного отдалились, я решила, что теперь моя очередь. Портас провел со мной чуть больше времени, чем Акагами, поэтому просто обняв, он потрепал меня по волосам и вернулся на корабль, передавая мое внимание Шанксу. - В пиратской жизни нельзя быть к чему-то готовым, - приблизившись, произнес мужчина, коснувшись моей щеки как в нашу встречу, - но меня ничто так не пугало, как возможность не быть рядом в самые важные моменты твоей жизни. - Увидев печаль в глазах напротив, я коснулась отцовской ладони, чуть сжимая, чтобы показать свою поддержку. – Узнав правду сегодня, я думаю, что совершил ошибку, оставив тебя в Фууша, а потом едва не потеряв навсегда. – Сморгнув слезы, я продолжала слушать, пока он подбирал правильные слова. – В будущем будет столько моментов, а я даже не смогу увидеть их. – Притянув меня чуть ближе, он коснулся своим лбом моего, выравнивая дыхание. – За последние годы Михоук видел тебя чаще, чем я. – Все же высказав свою ревность, хмыкнул Шанкс, из-за чего даже я улыбнулась. - Но мой отец ты, и это меняет все, - тихо, как только могла, ответила я, чуть приподняв его голову, чтобы видеть глаза. – Для меня уже ничего не будет прежним, но ты лучше изменение в моей жизни. – Заставив его улыбнуться, я облегченно выдохнула, когда мужчина выпрямился, чтобы запечатлеть на моей макушке длинный мягкий поцелуй. - Не меняйся слишком быстро, - прошептал он, заправив передние пряди мне за уши. - Всегда твоя маленькая пиратка, - ответила я, притянув его к себе и заключая в объятия. Первые объятья, где инициатором была я, отчего становилось еще приятней. Подождав, пока сердце в груди перестанет болезненно ныть, я выпустила мужчину из своих оков, предусмотрительно отступив еще на пару шагов, пока он сам не отпустил мою руку, которую продолжал держать. Но над бортом корабля вдруг появилась пылающая фигура Портаса, который размахивал пустыми бутылками от саке. - Сестрица! – не жалея горла, кричал парень, покачиваясь в стороны. – Я никогда не называл тебя сестрицей, поэтому отныне ты будешь только «сестрица»! – вставая в самые разные глупые позы, он продолжал горланить так, что стали просыпаться даже накама Шанкса. – Сестрица, я-тя люблю! Пока Эйс наслаждался ролью младшего брата, я почувствовала, как от стыда горят мои щеки и как сильно меня душит смех. - Портас Ди Эйс! – крикнула я в ответ, и парень замер на месте, навострив уши. – Я рада, жить ради тебя! Помня все те ужасные слова, которые Сэнгоку сказал в Маринфорде перед началом его казни, и тот ужас на лице Портаса, когда он смотрел на гибель друзей, пришедших его спасти, я, наконец, поняла, почему он желал умереть. Ему никто не говорил того, что он хотел услышать. Сказать «ты мой брат» или «ты мой накама» недостаточно, чтобы перекрыть ту ярость и боль, которые он испытывал годами еще будучи ребенком. Сын ненавидимого им Короля пиратов желал умереть только потому, что никто ни разу не сказал ему, что жить стоить. И наблюдая сейчас, как по его щекам текут слезы, я чувствовала вину, что не сказала ему это два года назад и все те дни, которые мы проводили вместе. - Но только если ты рад жить ради меня! – прокричала я в конце, пытаясь отдышаться, тогда как парень вначале замер, а потом часто закивал головой. - Хорошо, сестрица! – воскликнул он в ответ и поклонился, едва не упав за борт корабля, на котором стоял. – Шанкс в моих надежных руках, поэтому просто позаботься о Луффи, пожалуйста! Напомнив ему, что не переставала этим заниматься, я кивнула на его слова, еще раз коснувшись щеки Акагами, который наблюдал за нами с широкой улыбкой на лице. Такой момент прерывать было бы кощунством, поэтому я не решалась уходить, но тактичности не знали ни Ло, ни Зоро, поэтому они одновременно крикнули мне, чтобы я пошевеливалась. Но карма их все-таки настигла, ведь когда я повернулась к ним, Росинант сбил обоих с ног, зацепившись за корень дерева, из-за чего бочки Ророноа упали им всем на головы. - Полезная способность, - ехидно вырвалось у меня, и Шанкс тихо хмыкнул, обхватив мои плечи. «Не оборачивайся, когда пойдешь», - шепнул он, чуть подтолкнув меня вперед, но я по всем законам упрямства обернулась сразу после этого, надув щеки как маленьких ребенок. На мою выходку он просто покачал головой, приговаривая, что быть отцом дочки наверняка сложнее, чем сына, и велел возвращаться к накама, которые, как он был уверен, уже скучали по мне. Слегка поклонившись ему в знак уважения ко всему тому, что он сделал для меня, я медленно отступала спиной вперед, ощущая нарастающую печаль, видя, как отец отдаляется. Глубоко выдохнув, я уперлась во что-то мягкое и, подняв голову, увидела чумазое лицо Росинанта, который бережно взял меня за руку, уводя дальше и крича Шанксу, что приглядит за мной. Заставив себя обернуться самый последний раз, я коротко улыбнулась, а мужчина, как и все еще стоявший на борту Эйс, продолжал махать нам на прощание, пока мы не вышли на лесную тропу и не скрылись за деревьями. Уверяя себя, что все закончилось хорошо, я поджимала губы, чтобы не расплакаться, но взглянув на Донкихот, поняла, что он делает то же самое. Поэтому когда наши взгляды встретились, мы одновременно шмыгнули носами и облокотились друг на друга, стараясь проявить поддержку. Из-за этого шагающие впереди Зоро и Ло передернули плечами, ругаясь на нашу эмоциональность, а потом растащили нас в разные стороны, ведь мы тормозили их движение. - Вы злые, - по-детски произнесла я, когда Ророноа забрал Росинанта, а Трафальгар потащил за руку меня. – Поэтому Санджи лучше вас обоих, - заставив Зоро запнуться о камень, добавила я, вынудив Ло остановиться и перевести дыхание, ведь я знатно действовала ему на нервы. - Если тебе будет легче отвлечься от расставания с Акагами, то вспомни, что твоего мужчину преследовала Большая Мамочка, и сейчас он где-то в Новом мире, и чем дольше ты ребячишься, тем дальше от нас он будет. – Медленно и с расстановкой произнес парень, пока Ророноа уводил дальше Донкихот, чтобы тот не попытался вмешаться в наш разговор и отвлечься от дороги, с которой он итак постоянно встречался своим лицом. Это было удивительно, ведь упоминание причины, по которой команда разделилась, заставило меня быстро собраться с мыслями и вспомнить, что Кайдо был не единственным Йонко, с которым мы столкнулись. - Толстая мерзкая старуха, - ругалась я, пока Ло снова тащил меня за собой, обрадовавшись, что у меня появился ориентир, которому стоит следовать, а не отвлекаться на расставание с отцом. И пока я продолжала вспоминать ругательства в адрес Большой Мамочки, мы добрались до порта, в котором остановился корабль Бартоломео, и встретили компанию в полном составе, что было странно, ведь я представляла, как они громят все питейные заведения в округе. - Мы вернулись! – Оповестив всех на палубе, произнесла я, и меня моментально окружили Усопп, Френки, Луффи и Барти. Луффи доложил, что ему стало одиноко без меня и Эйса, а когда ушел и Росинант с Ло, то он едва не впал в депрессию, из-за чего Усоппу и Френки пришлось развлекать его новыми приспособлениями, которые они разрабатывали на будущее. Роббин прошлась по магазинам с небольшой группой накама Барти, поэтому каюта девушки была завалена покупками, разбор которых она отложила, пока наслаждаясь кофе. И раз уж все Мугивары находились на корабле, я не думала, что Бартоломео со всей своей командой буянил в городе. Пока они что-то тараторили каждый о своем, а я пыталась их всех выслушать, мои сопровождающие исчезли из их поля зрения, чтобы не попасть под горячую руку. Переключая внимание с одного на другого, я цеплялась за обрывки каких-то фраз ровно до того момента, пока Нико не растолкала их своими способностями и не опустила меня на диван рядом с собой. Тогда парни расселись вокруг нас, и Монки Ди был первым, кто спросил о моей встрече с Шанксом. Я рассказала, что у него и команды все хорошо, они такие же, как в нашу последнюю встречу в Фууша, и на губах Луффи засияла улыбка во все 32. Но когда я сообщила им о своем родстве с Акагами, шок отразился только на лицах Усоппа, Френки и Бартоломео, тогда как Роббин и Монки Ди не подали никакого вида о том, что их это удивляет. «Так вы не знали?» – смеясь, спросил Луффи, пока наши накама поднимали челюсти с пола, но когда они объяснили ему, что назвать Шанкса отцом и быть его дочерью на самом деле - это две совершенно разные вещи, удивленно воскликнул уже он сам. И пока этот квартет безостановочно обсуждал данную новость, Нико тихо посмеивалась в свою кружку с кофе, где-то рядом Зоро осушал подаренные ему бочки с саке, а Росинант подбивался в его компанию, я отошла к носу корабля, пытаясь заглянуть за линию горизонта, словно это помогло бы мне увидеть Санджи и остальных. Я чувствовала толику опустошения, ведь мысль о воссоединении с моим мужчиной, как назвал его Ло, затмила факт того, что мы снова разделились. Я прикрыла глаза, боясь в очередной раз поддаться слезам, но раздавшийся звук натянутой резины и кольцо из рук, сомкнувшееся вокруг моего торса, заставили меня улыбнуться. Чуть приподняв голову, я увидела перед собой качающийся маятник-лицо моего капитана с довольной улыбкой от уха до уха. - Эйс сказал называть тебя «сестрица», - продолжая улыбаться, произнес Луффи, глядя на меня вверх тормашками. Воспоминание о глупых позах Портаса, которые он выстраивал, выкрикивая «сестрица», заставило меня рассмеяться. Кивнув Монки Ди, давая разрешение называть меня именно так, я вздрогнула, когда он на весь корабль закричал о том, что пора отправляться в путь. Привыкать к его переменам в настроении приходилось заново, из-за чего порой появлялись некоторые сложности в нашем взаимопонимании. Поэтому когда он убежал к главной мачте, взбираясь наверх, я только облегченно выдохнула, пока Бартоломео и его свита занимались управлением кораблем. Вернувшись обратно на диван, где разместилась Нико, я села рядом и, опустив на ее плечо голову, дала себе возможность передохнуть. После событий на Энис Лоби, Саободи, Маринфорда и Дресс Роуз это был самый эмоциональный день, не удивительно, что я так вымоталась. Наблюдая за сидящими близ нас Френки с Усоппом, которые передавали друг другу какие-то листы с чертежами, я ощутила накатывающую сонливость, поэтому, подогнув под себя ноги, закрыла глаза и удобней устроилась рядом с археологом. Посторонние разговоры еще какое-то время были слышны, но потом я уснула, наблюдая лишь сон, в котором Луффи и Шанкс были возраста 7 лет и гонялись за королем леса, укравшим их соломенную шляпу. Разбудило меня какое-то копошение рядом, но я смогла только слегка приоткрыть глаза, потому что желания вставать совершенно не было, а увидев, что теперь мне подушку заменяет Монки Ди, я и вовсе расслабилась, снова погружаясь в сон. Сколько еще прошло времени я не знала, поэтому, когда мой компаньон сменился другим, я только удобней закуталась в чей-то плащ, которым была укрыта и продолжила дремать. Когда же организм потребовал смены деятельности, подав жалобный урчащий стон в желудке, я заставила себя проснуться, пытаясь вспомнить, в какой из периодов моего засыпания кто-то отнес меня в каюту. Решив, что меня это не особо волнует, я отодрала себя от кровати и, обмотавшись одеялом, поднялась на палубу, где никого не было. Пугало не отсутствие моих накама, которые тоже могли посвятить себя сну, а совершенная тишина, что означало отсутствие и самих хозяев корабля вместе с капитаном. Постояв так еще пару минут, смотря в одну точку, я решила подняться к штурвалу, чтобы узнать, управляет кто-то судном или нет, но у него никого не было. «Вот беда», - сонно протянул внутренний голос, из-за чего я только хмыкнула, вспоминая былые приключения с ребятами, когда мы только вошли на Гранд Лайн, и нас мотало из стороны в сторону, несмотря не все усилия Нами. Взглянув на библи-карту Зоя, которая рвалась ровно вперед, я успокоила себя тем, что кто-то все же присматривал за нашим курсом. Так же радовала мысль о том, что если метания клочка бумаги стали спокойней, значит, мы приближаемся к острову, где должны были найти убежище мои накама. Подняв глаза к линии горизонта, я попыталась разглядеть любые очертания какой-нибудь растительности или построек, но вокруг был лишь океан. - Мы должны прибыть в течение пары дней, - раздалось за моей спиной, и когда я повернулась, у штурвала стоял Трафальгар, который так же смотрел вдаль. Из-за сонливости я не стала особенно мучиться с совестью, поэтому забрала у парня кружку с кофе и решила добраться до камбуза, планируя чем-то перекусить. Но поскольку направления я не знала, плутать пришлось долго, и, очевидно, Ло это надоело, потому что я столкнулась с ним несколько раз, пока искала кухню. Взяв меня за свободную руку, он направился куда-то вглубь корабля, и через несколько минут мы уже были на месте. Усадив меня на единственную ровную поверхность, Ло занялся приготовлением моего завтрака, видимо, полагая, что в таком состоянии я могу сжечь камбуз и все судно с содержимым. Наблюдая за его махинациями у плиты, я расслабилась, и на пару секунд мне показалось, что я смотрю на Санджи, но едва только мои губы сами растянулись в глупой улыбке, мираж пропал. И когда парень обернулся, я могла только опустить взгляд, почувствовав укол стыда от мысли, что представила на месте Трафальгара другого человека. Я не хотела думать о том, что Ло мог заставить меня испытывать те же чувства, что и Санджи, ведь я только спустя два года смогла дать ему ответ. Разрушить это из-за привязанности к Трафальгару было бы глупо, ведь кроме дружеских связей у нас не могло быть чего-то еще. Но мое тело предательски вздрогнуло, когда парень поставил передо мной тарелку с едой и чашку с чаем, словно поймал за чем-то непристойным. Я продолжала скептично изучать омлет с салатом даже тогда, когда Ло сел рядом с новой кружкой кофе и газетой. - Я не стану кормить тебя с ложечки, - разворачивая чтиво, произнес парень, скрывая свое лицо за страницами с новостями. Вспомнив наш побег из Логтауна, я недовольно накуксилась, поскольку тогда Санджи был даже рад кормить меня самостоятельно, чтобы проявить заботу. - Поэтому я выбрала Санджи, - ковыряясь в еде, ответила я, подпирая голову свободной рукой. Услышав надменный смешок со стороны собеседника, я промолчала, мысленно пожелав ему облиться горячим кофе. - Ты меня успокоила, спасибо, - безэмоционально ответил Ло, перелистнув страницу. Глотая ругательства, я решила отвлечь себя едой, пока живот еще не подал звук умирающего морского короля. Весь процесс приема пищи проходил в таком тягучем молчании, что я удивлялась тому, почему Трафальгар продолжал сидеть рядом с видом надзирателя, а не заперся в своей каюте. Но, не решаясь спросить, что заставляло его быть частью моей компании, я продолжала игнорировать чувство настороженности, которое появилось при мысли, что на короткое мгновение Ло заменил Санджи. Все, что крутилось в моей голове, это воспоминания о времени, которое мы проводили вместе: в доме Кироса, в моей каюте на корабле Барти, на Ред Форс и любые другие – все они выглядели теперь по другому. И меня напрягала возможность, что я могла заставить Трафальгара чувствовать что-то, чего дать ему никак не могла. Погрузившись в эти мысли слишком глубоко, я очнулась только тогда, когда поняла, что чай в моей кружке уже остыл. - Ты слишком много думаешь, - отвлекаясь от чтения газеты, произнес парень, впервые посмотрев на меня встревожено. - Что ты почувствовал, когда узнал, что я спасла Росинанта? – оторвавшись от изучения рисунка на чашке, спросила я, глядя на собеседника. Мне было жизненно необходимо, чтобы он сказал, что не чувствует ко мне ничего, кроме благодарности за спасение жизни человека, который был основой его мира. - Опустошение, - моментально ответил Трафальгар, вынудив меня признать, что кроме благодарности будет и печаль. – Годы жизни, проведенные в стремлении достичь единственной цели, были перечеркнуты в одно мгновение. - Вспомнив, что человеку необходим воздух, я сделала вдох, ощутив подступившую тревогу, но Ло вдруг взял меня за руку, вынуждая продолжать наш зрительный контакт. – Я чувствовал вину за то, что позволил мести быть важнее смысла, который ты мне внушила, пока мы пыли к Миньону. – Водя пальцами по костяшкам моих пальцев, продолжал парень, загадочно уставившись на безымянный палец. - Какой смысл? – спросила я на выдохе, услышав каким хриплым был мой голос. - Что жизнь стоит всего, - ответил тот, а я прикрыла глаза, подавляя накатывающие слезы из-за мысли об очередной моей глупости. Эйс был не единственным человеком, считавшим смерть лучшим выходом для себя. Сын Короля пиратов, брошенный и ненавидимый всем миром. Ровно как и Ло – сирота уничтоженного острова, который причинял проблемы человеку, пытавшемуся отыскать лекарство от его болезни. Мир вновь и вновь сталкивал их со стеной жестокости и несправедливости окружавших их людей, что поверить в необходимость своей «казни» им стало легче, чем найти доказательство важности своей жизни для самих себя. И спустя столько лет, когда они смогли заставить себя приспосабливаться, появилась я, которая сказала, что жить стоит, а потом пожертвовала собственной жизнью и мечтами, показав, что моя жизнь ничего не стоит и ей можно пренебречь. Я подарила им друга, любящего и преданного, а потом забрала его, словно это ничего не значило. Большего эгоиста, чем я, в этом мире не было. Вот почему Дофламинго был уверен, что я его не предам, когда Рионесс и Жасмин дали мне выбор. Он знал, что я верила в возможность перекроить мир только под его защитой. Я не хотела рисковать жизнями братьев и накама и сделала все, чтобы дать им шанс двигаться вперед, а Донкихот был уверен, что я сделаю это и для него тоже, стоит лишь показать, что я важна для него. Но ему была важна не я, а сила, которую я давала. Я боялась ее и хотела избавиться, а он желал ей обладать и сделал все, дабы я доверила ее ему без мысли о том, что подвергаю жизни дорогих людей опасности. Я оказалась в клетке кукловода задолго до того, как Росинант предупредил меня об этом. Тело, в тех местах, которых он касался, теперь от одного лишь воспоминания о поцелуях пылало так, словно их жгли раскаленным металлом; на секунду я даже решила, что магма Акайну не была такой горячей, как губы Дофламинго на моей коже. Прикосновения же Трафальгара были холодными, как тот снег на Миньоне, в котором я сидела возле Росинанта. Я чувствовала каждое мимолетное движение его пальцев, словно он старался остудить меня и мысли о том утре на берегу в компании Донкихота. Но тревожила меня не эта разница между ними, а то, почему рядом с Санджи я не чувствовала ни того, ни другого. С ним я была просто Элайтес, ни пиратом, ни запрограммированным солдатом, а простым человеком без каких-либо проблем с взаимодействием с окружающим миром. В его объятиях я чувствовала защищенность, но так же было с Луффи или Шанксом. Могла ли я ошибиться в чувствах именно к Санджи, посчитав нашу связь чем-то большим, чем связь простых накама? Из-за возникшего чувства вины за поцелуй на Дресс Роуз я убрала руку от Ло, которой он касался, и сжала ее в кулак, подавляя собственную злость. Я даже не знала, на кого злилась: на себя, на Дофламинго, на Акайну, но это было таким сильным, что я не сразу различила салатовые всплески кайросеки, окружившие мою кисть. Расслабив ладонь, я еще чувствовала покалывание на кончиках пальцев, пока смотрела на нее так, словно впервые увидела собственную руку. - С ним я должна была стать сильнее, - вспоминая свое прибытие на Дресс Роуз, произнесла я, все еще изучая свою конечность. – Но лишь открыла свою очередную слабость. – Сглотнув, я наклонила голову к груди, закусив нижнюю губу. - Какую слабость? – уверенно спросил Ло, выпрямившись на стуле. Выдохнув, я подняла ладонь и, отогнув край мужской рубашки, опустила ее на грудь Трафальгара, выжидая пару секунд, чтобы услышать его сердцебиение. - Как бы ни ненавидела, убить тебя не смогла бы, - прислушиваясь к мерному стуку в грудной клетке своего собеседника, я чувствовала, как злость отступает, и на ее смену приходит то же опустошение, что и у Ло. – Дофламинго это знал, и все, что я делала, шло по его сценарию. В конце концов, его я тоже не смогла убить, хотя все карты были у меня на руках. Опустив ладонь, которую держала на его груди, я поднялась, планируя последние два дня пути провести в своей каюте, как раздавшийся взрыв, раскачавший корабль, заставил меня оступиться и упасть в руки поднявшегося Трафальгара. «Работает!» - завопили наверху, и у меня появилось яростное желание утопить Усоппа и Френки, а не Луффи и Зоро, ведь я подумала, что это их рук дело. - Изобретатели, - хрипло выругалась я, отдирая себя от Ло, с которым нас откинуло на стол, заставляя не думать о той заветной мужской части тела, которую я задела при падении. Не дожидаясь, пока Трафальгар прокомментирует это замечание, вставая ровно в качающемся помещении, я попыталась выбраться на палубу и узнать, что произошло, тогда как он остался на месте, сжимая края столешницы. Оставив его одного и побродив по нижнему ярусу в поисках выхода, я, наконец, выбралась на улицу, давая глазам привыкнуть к яркому свету. - Эл, мы как раз собирались идти искать тебя! – Радостно воскликнул Монки Ди, возбужденно бегая вокруг меня и подталкивая к канониру и плотнику, покрытым тонким слоем сажи. - Вы же не собираетесь дать мне оружие, которое взорвется прямо на мне? – риторично спросила я, переводя взгляд с одного парня на другого, пока они терли глаза и пытались откашляться. Вот только бесенята в глазах Луффи были подтверждением тому, что все задумывалось именно так, как я не хотела бы. Поэтому пока ребята подготавливали необходимое оборудование, а на палубе собирались практически все жители корабля, включая даже скептически настроенного Трафальгара, я могла только посмотреть куда-то за горизонт и помолиться, чтобы очертания острова появились как можно скорее. Но зато когда нас окружила толпа народу, поглядывающая то на меня, то на Френки с Усоппом в центре, я резко поняла, почему выбрала Санджи. Для него я была практически принцессой слабой и беспомощной. Он никогда бы не допустил, чтобы надо мной ставили какие-то эксперименты особо «изобретательные» личности на борту, ведь даже Ло ехидно ухмылялся где-то возле Робин и Росинанта. Попросив защиты у всех возможных богов, я посвятила себя слушанию инструкции от киборга, натянув улыбку, за которой спрятала панический испуг, вспоминая недавний взрыв. «Нами на вас нет», - пискнул внутренний голос, заглушаемый воскликом Луффи о том, что будет круто.