Lost heritage with red hair

Где-то на Дресс Роуз. Кафе Виолы. Сутки спустя. Это было таким идеальным, что я не смогла сдержать улыбки: Луффи, Эйс и Сабо сгрудились в одну большую кучу, путаясь в собственных конечностях, а со способностями Гому-Гому это было очень легко, и все ради того, чтобы спать только близ меня. Проснулась я раньше, чем планировала, да и сложно было спать, когда тебя со всех сторон пихают и давят взрослые парни, боящиеся спать по одиночке. Подавив смешок на комментарий Нико о курице-наседке, я поправила одеяло Портаса, которое он все пытался с себя скинуть, и, осторожно вытащив из клубка свои руки и ноги, выбралась на свободу. Пройдя мимо спальных мест Зоро и Усоппа, я пробралась в закуток, где разместились Ло и Росинант, зажав рот рукой, ведь идентичность наших с Трафальгаром положений меня жутко рассмешила. Укутанный тонной одеял и придавленный телом младшего Донкихот, парень даже не двигался, словно один неаккуратный жест мог дать надзирателю повод накрыть его чем-то еще. Тихо пробравшись к ним, я остановилась у кровати, оглядев их сонные лица. Отогнув упавшие на глаза блондина пряди, я перевела взгляд на Ло, пока Росинант менял свою позу, падая на предусмотрительно расстеленный матрас. Коснувшись лба парня, я проверила у него наличие температуры и каких-либо следов кайросеки. Да, это было лишь наваждение, навеянное тем, что Дофламинго хотел помешать исцелению Трафальгара, но после того, как он спас мне жизнь и лишился всей своей империи и даже свободы, я стала сомневаться во всем, что он прежде делал и говорил. Партнерство изначально плохо скрыло истинный смысл, поскольку Донкихот не мог не получить выгоду оттого, что ему во власть попалась девушка, которой так дорожит его младший брат. Что уж говорить о расплате, которую можно взять с той, кто помешал твоим планам? Но что делал Дофламинго после того, как я добровольно ушла с ним? Он мог лишить меня воли, но подарил полную свободу действий. Он мог экспериментировать с моим телом и кровью, но забрал обратно, едва только узнав, что я стала совершенно беззащитна, когда Цезарь снял предохранители с программы альфа-солдата. Он мог заставить просто презирать его, но предпочел дать возможность самой понять, что кроме ненависти, у меня могут быть и светлые чувства в его отношении. Да, он хитер и мог легко выбрать роль, которую нужно было сыграть, чтобы заслужить мое доверие, но все это крыл тот факт, что я была спасена им – одним из самых жестоких и коварных людей всех морей. И смотря на умиротворенное лицо Трафальгара, я чувствовала вину, ведь начать ненавидеть Дофламинго так же, как он, я не смогла. Присев рядом с ним, я опустила ладонь на его грудь, пытаясь прислушаться к его сердцебиению. Кайросеки в нем не было, но, значит, Дофламинго сказал правду про РК-7. Синхронизироваться с этим ядом невозможно, и именно по этой причине я боялась, что сейчас я просто медленно теряю Ло. Перестав слушать его пульс, но не убирая руки с его грудной клетки, я выдохнула, подумывая вернуться к братьям. «Удовлетворена?» - вдруг донеслось от Трафальгара, из-за чего я замерла на своем месте, словно меня поймали за чем-то непристойным. Сам же парень в это время скинул основную массу одеял и принял сидячее положение, растрепав не уложенные волосы. Опустив взгляд на его расстегнутую рубашку, я несколько раз моргнула прежде, чем поняла, что виденье перед глазами реальное. - У вас теперь команда рубашек в сердечко, капитан пиратов Сердца? – проигнорировав его предыдущий вопрос, спросила я, пока парень поправлял вышеуказанный предмет одежды. - Это не моя вина, - ответил Ло, спихнув на пол оставшиеся одеяла, - родительские инстинкты Коры-сан. - Разумеется, - шепотом произнесла я, после чего повисла небольшая пауза, и только когда Трафальгар прикрыл ладонью грудь, в попытке закрыться, я поняла, что снова пытаюсь различить в его теле кайросеки. Накрыв глаза руками, массируя веки, я заставила себя перестать думать о Рионесс и ее яде. - Это все твоя вина, - найдя причину оправдаться, ответила я, все еще не смотря на него. – Как ты узнал про пули с РК-7? – убирая руки от лица, я решилась спросить то, что не давало мне покоя. - Еще на Панк-Хазард, - отвечал Ло, застегивая рубашку, - Цезарь делился с Дофламинго всеми результатами своих исследований, как и идеями о возможном оружии. Рассказ вышел долгим и красочным, ведь Трафальгар не пытался уменьшить кровожадность Донкихот и не здоровый интерес Клауна к опытам на живых людях. Так я узнала, куда пропала Жасмин после того, как я предала ее и Кога. На Панк-Хазард она была отправлена на том же корабле, что и я, и все то время, пока я была там, а потом вернулась на Дресс Роуз, Жасмин была заключена в лаборатории Цезаря, превратившись из повстанца в донора. Как итог, можно сделать вывод, что со своей стороны я условия договора с Дофламинго исполнила – он получил мою кровь с антидотом, а бонусом добавилась кровь Жасмин, из которой ученый отделил чистые исходные для воссоздания первоначального вида РК-7. Не знаю, скопировал ли Цезарь программу альфа-солдата, но хотя бы это оружие я забрала себе, как напоминание о том, чем я была и кем теперь стала. Закончить монолог Ло можно было одной фразой: я едва не сделала Донкихот Королем пиратов. Грустно ухмыльнувшись, я обернулась на сопящего Росинанта. - Если бы он не сжег вашу лодку, а Шанкс не решил бы напиться, мы бы никогда не встретились, - взглянув на Трафальгара, произнесла я, улыбнувшись, ведь он сам наблюдал за своим накама. - Думаешь, весело вытаскивать из моря взрослого мужика с силой дьявольского фрукта? – удрученно ответил парень, но за этим комментарием я разглядела искреннюю заботу. - Веселее, чем объяснять Шанксу, что мы просто напарники, несмотря на то, что ночевали вместе, - тихо ответила я, чтобы не будить ворочающегося Донкихот. Проследив, как хмыкнул Ло, я поднялась на ноги, чтобы проверить братьев до того, как они разгромят дом, не найдя меня рядом, когда проснутся. Но Трафальгар схватил меня за руку, дернув на себя, из-за чего я потеряла точку опоры, уперевшись в торс парня второй рукой. Я уже собиралась спросить в чем дело, однако тот смотрел не на меня, а на место под ключицей, отогнув с нее упавшие волосы. Кажется, не я одна имела страх, не почувствовать сердцебиение дорогого человека. Вдохнув, успокаивая короткий импульс испуга, я села обратно, пока Ло прислушивался к биению моего сердца. - Ты сказала, что если девушка волнуется, то ее нужно успокоить, - вдруг произнес тот, не отрываясь от своего занятия, - а что будет делать девушка, когда волнуется мужчина? – Подняв на меня насмешливый взгляд, спросил Трафальгар, ослабив хватку на моем запястье. Предположив на секунду, что Ло намекал на то, что мне пришло на ум, я покраснела, из-за чего улыбка на губах парня стала шире. - Мое сердце занято, чтоб ты знал! – воскликнула я, выхватив свою руку из его собственной и набросив на голову Трафальгара сразу несколько одеял, кинув сверху еще и подушку. Вскочив с места, я бегом покинула опасную зону, запнувшись за чей-то матрас и падая на Усоппа. Тот пихнул в бок Ророноа, из-за чего мечник подскочил на месте, хватая свои катаны и выкрикивая: «кому жить надоело?!». Я промолчала, дожидаясь, пока перед глазами перестанет кружиться, и приподнялась на локтях, извинившись перед канониром под дружный смех Робин и Френки. *** Пока наша часть команды восстанавливала силы, я с небольшой группой поддержки решила заняться готовкой, ведь после пробуждения голодного капитана в доме не останется ничего съедобного. А становиться жертвой каннибализма желания было не особо много. Занимаясь поиском продуктов по городу и ближайшим территориям, я смогла встретиться с Деткой5, которая в пылу битвы нашла себе жениха, тех самых пиратов-фанатов Луффи, про которых рассказывала Нико, и самая главная встреча произошла при посещении руин дворца, где я встретила Виолу. Девушка долго причитала о том, как волновалась после нашего разделения, как боялась подумать о проигрыше Мугивар, как рада воссоединению с членами своей семьи и как грустно ей было от мысли, что нам скоро придется расстаться. Стоически выслушав ее эмоциональный монолог, я предложила вернуться в кафе и помочь мне с готовкой, так что возвращались мы вместе, обсуждая дальнейшее восстановление Дресс Роуз. Заведение было целым, когда мы добрались до него, пытаясь тащить ту тонну продуктов, которую насобирали в городе, а оставались спящими только Росинант и мои братья. Френки чинил свое киборг-тело, Усопп крутился рядом с кучей барахла, Зоро обрабатывал свои возлюбленные катаны, а Ло узнавал о текущей обстановке на острове у Кироса. Решив, что главную опасность будут представлять Портас, Монки Ди и Сабо, я не стала вклиниваться в разговоры мужчин и прошла в помещение, где находилась кухня. Нико помогала заваривать чай, Виола курировала сладкую выпечку, а ее племянница Ребекка крутилась рядом, моя и нарезая овощи, а я занималась тем единственным блюдом, которое готовила братьям – это запеченное мясо на косточке. Спустя какое-то время к нам присоединилась Детка, притащив на своем будущем муже и его подчиненных еще несколько мешков с продуктами и после прогнав их, чтобы они не мешали нашей женской компании. Так мы приготовили несколько десятков блюд, откормив парней настолько, что они бросили свои важные дела и развалились на полу, животами к верху. Когда мои помощницы тоже утомились и устроили себе перерыв, я попыталась воссоздать в памяти десерт, который готовила Росинанту на Цукисима, и, видимо, помня его запах, парень появился на кухне, когда я достала готовые коржи из духовки. Наблюдая за готовкой, он сидел, привалившись к стене, периодически спрашивая о том, как проходит мое восстановление в статусе одной из Мугивар. Заверив его, что все в порядке, я вручила ему пирожные, которые он принял едва ли не со звездочками в глазах, пока я сама наливала чай, боясь, что он выльет кипяток на себя. - Санджи? – набив полный рот, спросил Росинант, не успевая прожевать свою еду, отчего его лицо выглядело уморительным и очень милым. Уточнив, что именно он имеет ввиду, я выслушала его небольшой пересказ слов Виолы о том, как она свела меня и кока, но даже это было сложным, ведь разговаривать с набитым ртом не самая легкая задача. Покраснев, после упоминания о встрече с Эйсом, Усоппом и Робин, я перевела тему, желая узнать, как он попал в Новый мир и не утонул. - Я был с Аокидзи, - проглотив очередное пирожное, ответил младший Донкихот, потянувшись за чаем. – Найти его было не трудно, несмотря на кочующий образ жизни, поскольку лицо адмирала забыть сложно. - Он теперь кочевник? – недоуменно спросила я, протянув собеседнику салфетку, когда тот опрокинул половину содержимого своей чашки. - Он проиграл Сакадзуки титул главнокомандующего, поэтому оставаться в морском дозоре смысла не видел, - ответил Росинант, вытирая капли чая на лице. – Он не хотел доставлять удовольствие Мировым тем, что ты жива, и подавил желание сказать это Акайну, чтобы избавиться от его тупой усмешки. - Я услышал слово «Акайну», - выглянув из-за угла, воскликнул Портас, после чего я бросила ему в лицо каким-то овощем со словами: «нечего подслушивать». Понимая, что скоро проснется Луффи и начнется суматоха, я просто подвела черту тем, что даже бывший адмирал проявил беспокойство обо мне. Вдохнув, я похлопала по спине Росинанта, когда он подавился последним пирожным, запихнув его в рот, чтобы его не ухватил пришедший Ло. Сам же Трафальгар данный жест проигнорировал, поставив перед накама стакан с водой, зная, что тот обязательно подавится едой еще несколько раз прежде, чем прожует ее. Давая им время побыть наедине, я вернулась в общую гостиную, удивившись тому, что я не обратила внимание на тот гам, пока разговаривала с Росинантом. Проснулись все, кроме Луффи, начиная заполнять свои желудки, одновременно с этим переговариваться о прошедших поединках и будущих планах действий. Только тогда я заметила рядом с Зоро очередную зеленоволосую макушку, обладатель которой что-то эмоционально рассказывал мечнику и сидевшему близ него Френки. Хмыкнув, когда Усопп проглотил чайную ложку, услышав, что на Дресс Роуз прибыл морской дозор с бывшим главнокомандующим Сэнгоку, я приблизилась к компании, решив узнать подробности. - Большой флот? – спросила я у нового знакомого, который быстро обернулся, сказав, что кораблей около 10, и отвернулся обратно, замолкнув. Какое-то время он просто молчал, замерев в той же позе, как вдруг развернулся и через мгновение отбежал на несколько метров, врезаясь в стену заведения. «Элайтес-семпай!» - безостановочно повторял мужчина, закрывая руками глаза, - я не узнал вас с зелеными волосами! – упав на колени, продолжал тот, постоянно кланяясь. – Можно ваш автограф? – материализуясь рядом, воскликнул он, держа в руках мою старую розыскную листовку и перо. Не зная, как на это реагировать, я попросила помощи у прошедшей мимо Робин, которая сказала, что это совершенно нормальная реакция, и, приняв протянутые принадлежности, нарисовала что-то похожее на знак нашей команды и оставила небольшое пожелание в виде мирного неба над головой и поменьше морских королей на пути. Узнав его имя, я дописала рядом «Для Бартоломео» и отдала ему, наблюдая, как тот стирает слезы, смотря на мою работу. Различив среди общего шума комментарий Усоппа, что этот тип наш фанат номер 1, я только кивнула, решив не узнавать, сколько таких фанатов на острове. Убедившись, что еды хватает на всех, я выхватила для себя немного ягод и села близ Виолы, которая наслаждалась чаем. Какое-то время мы просто молчали, но девушке хотелось о чем-то поговорить, поэтому она наклонилась ко мне, чтобы не посвящать в разговор всех присутствующих. - Я не нашла тело Рионесс среди руин замка, - настолько тихо, насколько это возможно, произнесла принцесса, вынудив меня сглотнуть, ведь об убитой мной женщине я не вспоминала до сего момента. – Возможно, Дофламинго просто в очередной раз устроил одну из своих жестоких игр. – Замолкая после упоминания Донкихот, произнесла Виола, нервно сжав ткань своего платья. - Думаешь, это была простая копия из нитей? – обдумывая свои же слова, спросила я, пытаясь представить, что еще был способен придумать Дофламинго. Получив кивок в качестве ответа, я отвернулась, продолжая мыслительный процесс, но никаких дельных мыслей в голову не приходило. Кроме той, что мной в очередной раз сыграли, как куклой, заставив поверить, что я убила свою «мать». Понимая, что в чьих-то комментариях я вряд ли нуждаюсь, Виола коснулась моего плеча в качестве поддерживающего знака и поднялась, уходя к своей племяннице. Некоторое время я просто сидела, перебирая пальцами ягоды, не зная, злиться мне или грустить, как вдруг рядом приземлился Портас, довольно поглаживая свой полный живот. - Ты же понимаешь, что если захочешь выйти замуж за Санджи, то ему придется просить согласие на брак у меня, как самого старшего мужчины в нашей семье? – то ли в шутку, то ли серьезно спросил парень, забыв о неосведомленности некоторых личностей, ведь из-за его фразы младший Донкихот в очередной раз подавился едой, а остальные просто уставились на меня во все глаза. - Мне кажется, Луффи не будет против повара в семье, - старательно игнорируя перешептывания вокруг, ответила я, делая вид, что этот разговор самый обыкновенный, как речь о погоде. – Но если ты забыл, то мой отец Шанкс, и он-то точно не будет против того, кто разбирается в выпивке. – Добавила я, вспомнив свой статус «Рыжеволосой». Убедившись, что я перестала строить кислую мину, Эйс хмыкнул, удаляясь в направлении стола с едой, тогда как ко мне подлетели Ророноа и Росинант, допытываясь подробностями моих отношений с коком Мугивар. Скупо отвечая на их вопросы, я даже облегченно выдохнула, когда Нико оттащила от меня Зоро, а Сабо успокоил младшего Донкихот. - Я полагал, что раз твоя слабость – мечники, то спутаешься ты с кем-то типа Дракуля Михоука, - подпирая дверной косяк, произнес Ло, знаменательно приложив к плечу Кикоку. - Спасибо, - подавив спазм, выдавила я, на секунду представив Шичибукая в роли заботливого мужчины, который отрубил бы мне ноги, если бы узнал, что я уйду к Дофламинго. – У меня только появилось желание жить. «Э-эл!» - раздался громогласный крик на все здание, после чего, кажется, что-то сломалось. Выждав, пока уши снова начнут слышать, я вскочила со своего места, выбегая туда, где буянил проснувшийся Луффи. - Все нормально, я здесь, - подняв руки, произнесла я, привлекая к себе его внимание, поскольку тот уже начал на кого-то замахиваться. - О, хорошо, - моментально остывая, ответил Монки Ди, хмыкнув самому себе, - я так проголодался, что во сне съел целый остров. – Рассмеявшись с собственного рассказа, продолжил тот, решительно направившись к столу, вокруг которого собралась уже вся наша компания. Покачав головой, отгоняя лишние мысли о тревоге, я проследила за тем, как Луффи растолкал Эйса и Сабо, пытаясь добраться до самой вкусной еды, а те, прилагали усилия, дабы защитить свою территорию. - Как ты его выбрала? – приблизившись, заинтересованно спросил Ло, едва коснувшись меня своим плечом. - Я была лишена голоса и не могла сказать «нет», - вспомнив горных разбойников, ответила я, но, когда воспоминания сменились на картинку с поляной и чашами с саке, я улыбнулась. Услышав смешок вместо ответа, я взяла парня за руку и повела ко всем, уже точно чувствуя голод. Уминая всю доступную еду, Луффи расспрашивал нас о том, что происходило на острове, пока он спал, но даже ответ о прибывшем флоте морского дозора не отбил у него аппетит, так что мы просто продолжили переговариваться друг с другом и передавать по кругу блюда с едой. «Я предлагаю свалить, пока они заняты Дофламинго и его людьми», - первым предложил Френки, которого поддержал Усопп. «Разнесем их и все», - ответил Монки Ди, рядом с которым кивали Зоро и Эйс. «Революционеры могут отвлечь внимание на себя», - предложил свой вариант Сабо, который понравился Виоле и Росинанту, а Кирос даже предложил помощь горожан для отвлекающего маневра. Я же взяла в руки самую большую ложку, которую нашла и вручила ей по лбу сначала Луффи за попытку начать разборки с дозором, потом Эйсу за поддержку этой идеи, а затем и Сабо за предложение сделать себя мишенью. И напоследок прилетело даже Трафальгару, который совместил идеи свалить с острова, пока революционеры отвлекают внимание от нас, и устранить всех, кто нам помешает. - Элайтес за старшую, поэтому я буду слушать ее, - внесла свою лепту Робин, давая мне знак, что занимает мою сторону так же, как это произошло на Энис Лоби. - Эй, я тут капитан! – недовольно вмешался Луффи, но Усопп уже был рядом с ним, затыкая ему рот куском пирога, приговаривая, что мне лучше знать, как построить безопасный план. И как правильно предположил канонир, я заняла позицию: «Свалить быстро и без каких-либо задержек». Скооперировавшись с Бартоломео и некоторыми бывшими гладиаторами и пиратами, мы составили план побега и разделились на группы, чтобы не нестись в порт одной большой толпой. И пока Барти готовил припасы на пристани, прикрикивая на свою рабочую группу за медлительность, мы прощались с Сабо, который дождался возвращения своих коллег и собрался в дорогу. Пообещав ему адские муки, если я узнаю, что он вмешается в наш побег и отпустив его со слезами на глазах, я продолжала выслушивать наставления, даже когда он удалился на несколько кварталов. Спустя какое-то время мы взяли свои небольшие пожитки, прощаясь с Виолой и ее родными. Отпустив после заверения, что все будет хорошо, принцесса крепко меня обняла, поблагодарив за то, что я не опустилась во тьму, какими бы соблазнительными речами меня не заманивал Дофламинго. Перебежками и постоянно следя за Луффи, мы добрались до восточного порта, где у самого большого корабля проходила погрузка провианта под четким контролем Барти. Первым запихнув на Йонта-Мария Монки Ди, которому пришлось связать руки, мы следили за тем, как пустеет пристань и как заполняются корабли. Я же стояла на краю пирса, выглядывая среди суден кромку горизонта, чувствуя, как бешено колотится сердце. Подумав, что Санджи с ребятами, Шанкс и огромный мир где-то там, я сжала ткань кофты под ключицей, когда в груди стало больно. Все то, чего я лишилась, находилось прямо передо мной. Услышав крики Бартоломео о том, что мой указ выполнен и все готово к отплытию, я повернулась к кораблю, спеша вернуться под крыло накама. Уже ступив на трап, я замерла, ведь раздавшийся голос за моей спиной: «Береги себя» - был слишком похожим на голос Рионесс. Заставив себя не оборачиваться, я пошла дальше, и, стоило мне подняться на палубу, как с марса донесся приказ поднимать якорь. Коснувшись ладони скуксившегося брата, я наблюдала, как поднимаются паруса, ощутив, что тот сжал ее в ответ, а, повернувшись к нему, я уже видела его улыбку. - Заберем Нами с ребятами и вперед! – радостно произнес он, придерживая свою шляпу. - Принято, капитан, - шутливо отдав ему честь, ответила я, смахнув волосы, мельтешившие перед глазами из-за поднявшегося ветра. Все проходило гладко, если не считать фан-базу Луффи, которая сформировалась в пиратский флот из 5600 человек под предводительством Мугивары. Я даже скромно пихнула в бок Эйса, когда тот выпал из реальности, после объявления нашего общего младшего брата «отцом» этой крохотной пиратской армии. - Это навевает воспоминания, - улыбнулась я, приобняв себя за плечи, пока Луффи бегал по палубе в попытке забрать у мужчин саке и не становиться их предводителем. – Я многим обязана и безмерно благодарна твоим накама. - Они говорили тоже самое, - погладив меня по спине, ответил Портас, чуть приблизив к себе, - Марко не откажется от идеи присоединиться к вашему флоту. - Только Луффи не говори, он не в восторге от этой задумки, - хмыкнула я, услышав жалобное урчание в животе парня, когда мимо нас пронесли поднос со стейком из бойцовской рыбы. - Прости, я быстро, - покраснев, произнес Эйс, исчезая в толпе, очевидно, выискивая самые большие порции, а после выкрика Монки Ди: «это мое» - я предположила, что на какое-то время они заняты. Приняв от тихо подошедшего Бартоломео чашу с саке, я подавила смешок, когда тот жестом показал сохранять анонимность. Видимо, кооперировались они тайком, чтобы Луффи не устроил шумиху, поэтому чокнув чаши и прошептав «кампай», мы добавили к пиратской флотилии еще одного человека. А Монки Ди в это время носился по кораблю, держа в обеих руках по тарелке со стейком, а в зубах кусок мяса на косточке, тогда как Портас пытался его догнать, раскидывая огненные атаки во все стороны. Где-то в Новом мире. Гоинг-Луффи-семпай. Несколько дней спустя. Достигнув места деления нашего пиратского флота, мы пересели на корабль клуба Барти. - Спасибо, что украсили наше общество своим присутствием! – вещали со всех сторон подчиненные Бартоломео, пуская слезы искреннего счастья. «Они все такие же чокнутые, как капитан». - Поглядывая в их сторону, шепнул мне на ухо Усопп, пока те радовались тому, что к их трофейной комнате прибавился такой редчайший экземпляр, как библи-карта моего младшего брата. – Надеюсь, мы очень скоро доберемся до Зоя, и они от нас отвяжутся. Санджи и остальные не заблудятся по пути, ведь с ними Нами. А у нас только эти фанаты. Кто-то вообще сейчас управляет кораблем? - С каких пор ты жалуешься, что у тебя появились последователи, Храбрый воин моря? – поддел друга Ророноа, вмешиваясь в наш какой-то односторонний разговор. – Или ты теперь «Бог» Усопп? – Рассмешив и остальных накама, продолжил парень, из-за чего канонир, оставив меня, слился с ребятами, защищая свои позиции под общую шумиху. Наблюдая со стороны за тем, как Эйс с Луффи перекатываются по палубе на своих полных животах, а остальные наши накама располагаются на чужом корабле так, словно это их собственный, я просто стояла у борта корабля, слыша плеск рассекаемых волн внизу. Все они находились в своей стихии, тогда как я провела два года вдали оттого, что было мне близко по духу. Даже сидевшие чуть поодаль от команды Росинант и Трафальгар не выделялись на общем фоне так сильно, как я. Чтобы не давать ребятам повод для очередного беспокойства с моей стороны, я попросила у Бартоломео помощи для приведения себя в порядок, и тот благородно выделил для моей скромной персоны целую каюту. Добравшись до пункта назначения, еще пару минут я стояла у закрытой двери, разглядывая помещение и прислушиваясь к шумихе, царившей наверху. Потом же я сделала несколько неуверенных шагов к зеркалу, чтобы узнать всю плачевность моего внешнего вида. Спутанные и грязные волосы, далеко не самая чистая одежда, мешки под глазами, синяки и ссадины по всему телу, а последним штрихом был взгляд неприкаянности. Я была рада вернуться к близким людям, вновь вспомнить, что такое путешествие по морской глади без какой-либо определенной цели, но потерянность в глазах пугала даже меня саму, словно все внутри противилось тому, что я вышла в море. Почему видя себя такой жалкой, ни в одной черте моего лица нет ненависти к Донкихот? Злобы? Ярости? Презрения? Почему только сожаление за все, что случилось на Дресс Роуз между нами? Да и за что я сожалела? За то, что поверила ему и в возможность уничтожить Правительство? За то, что поверила в шанс начать сначала именно с ним и его командой? За то, что дала ему увидеть настоящую себя, когда зарекалась не раскрываться больше никому? - Почему же ты не стала ненавидеть его? – спросила я у себя в зеркале, но та лишь отразила движение моих губ, на что я шумно вдохнула и прикрыла глаза, представив Дофламинго в клетке Импел Дауна. – Почему ты не стал ненавидеть меня? – задала я вопрос уже образу мужчины в своих мыслях. Но было лишь молчание в ответ. Разочарованно выдохнув, я направилась в ванную комнату, где просидела в горячей воде не меньше часа, так усердно протирая себя мочалкой, что на коже оставались красные ноющие следы. Но как ни коснись определенного участка, в голову словно током ударяли воспоминания прикосновений Дофламинго, которыми он осыпал мое тело. Так что душ превратился в еще одну очередную пытку моего уже определенно нездорового разума. Оставляя на паркете свои мокрые следы, я открыла дверцу и вернулась в комнату, обмотавшись теплым махровым полотенцем, продолжая другим вытирать волосы. На застеленной кровати лежало чистое бордовое платье с небольшими разрезами вдоль бедер, и я задалась вопросом только о том, как члены клуба Барти узнали размер моей одежды, ведь оно сидело на мне идеально, когда я надела его. В этот раз в зеркале я не выглядела такой печальной и отстраненной и надеялась, что ребята тоже заметят это. Заставив себя несколько раз повторить, что все закончилось, я вдохнула и выдохнула прежде, чем решиться вернуться на палубу, где расположились мои накама, но, едва открыв дверь, я столкнулась нос к носу с Эйсом, который только собирался постучать. - Я… - замирая в той же позе с вытянутой рукой, промямлил парень, смотря на меня так, словно я должна была подсказать ему, что необходимо говорить, - звонил Бенн, и я сказал, что возвращаюсь на Моби Дик, - нерешительно закончил он, кивнув, как бы подтверждая самому себе, что все сделал верно. - Ты уходишь? – не совсем понимая смысл его слов, спросила я, пока Портас опускал руку. – А Шанкс… - Просто подбросит меня до места швартовки нашей команды, - закончил за меня собеседник, натянув улыбку, но растерянность в моем взгляде его, очевидно, смутила. – Я все-таки пират Белоуса, а не Мугивар, - словно напоминая мне, что только я состою в команде Луффи, хмыкнул тот, заправив прядь моих волос за ухо. – Я просто подумал, что ты захочешь увидеться с Акагами до того, как вы займетесь Кайдо. Всего одной косвенной фразой Эйс напомнил мне о том, что я до сих пор находилась в неведении о планах команды и Трафальгара, ведь не просто так они оказались на Дресс Роуз. Проигнорировав слова Портаса о том, что ребята все равно мне расскажут, что происходит, я решительно направилась к лестнице, которая вела к выходу на верхнюю палубу, планируя высказать пару ласковых слов для капитана пиратов Сердца. Не зря после рассказа Дофламинго о том, что Мугивары разрушили лаборатории S.A.D., мне показалось, что смысл тут более глубокий, и дело не столько во вмешательстве Ло, сколько в последствиях, которые несут его действия. Вернувшись на открытое пространство, я огляделась, выискивая хозяина пятнистой шапки, и тот нашелся близ Робин, с листом бумаги в руках, напоминавшую розыскную листовку. Окрикнув его, я взяла направление в его сторону, наблюдая за тем, как все собравшиеся пираты, разглядывали то меня, то Эйса, все еще пытавшегося остановить приближающееся убийство. Я почти достигла парня, когда он поднялся со своего места, заинтересованно подняв на меня глаза, как вдруг внезапная преграда, вставшая на пути, повалила меня на пол, грузно грохнувшись сверху. Понимая, что Росинанта я одна не сдвину, а моя жертва и не станет помогать, осознав, что я собиралась сделать, мне пришлось проглотить ругательства, когда Ло наклонился надо мной, самодовольно ухмыляясь, пока Портас объяснял причину моей суровости. - Я тебя внимательно слушаю, - ехидно произнес Трафальгар, чуть наклонив голову, всматриваясь в мое разгневанное лицо, но я могла только дышать через раз, ведь вес младшего Донкихот был не маленьким. - Убью, - прокряхтела я, пока парень садился на корточки, чтобы ближе изучить мое недовольство. – Кайдо… - Он сейчас не так важен, как ты, - прервав меня, произнес Ло, подняв перед глазами розыскную листовку, которую держал до моего прихода. – Поздравляю, цена за твою голову была повышена. На время остудив мое желание сломать ему что-то, парень продолжал сидеть рядом, наблюдая за тем, как менялись эмоции на моем лице. Рассматривая свое фото на листовке, я на секунду забыла, что от природы волосы у меня не зеленые. Я настолько к ним привыкла, что девушка с рыжими прядями, напечатанная на бумаге, показалась мне чужой. Красное платье, уложенная коса и спокойный взгляд – это фото сделали еще до того, как я решилась предать Дофламинго, соответственно, он уже тогда знал, как я поступлю, и дал шпионам из дозора следить за мной. Понимая, что ярость постепенно угасла, а Росинанту помогли подняться на ноги, я медленно села, переведя растерянный взгляд на подошедшего к нам Монки Ди. - Я расстроен, - сложив руки на груди, произнес он, скуксившись, - моя цена должна быть больше. Нахмурившись, пока брату прилетело от кого-то по голове со словами, что после первой листовки случился мой побег, я снова посмотрела на бумажный лист, где второй строкой шла сумма за мою голову. - Думаю, миллиард еще не самая маленькая цена, - размеренно произнесла Робин, перелистнув страницу газеты, которую читала, и на девушку уставились все остальные личности. – Ты единственная выжившая с Ризото, названная сестра сына Короля пиратов, сына главы революционной армии и одного из начальников ее штаба. К тому же не стоит забывать, что ты дочь Йонко, - добавила женщина, усмехнувшись, когда я показала ей язык, не имея аргументов, чтобы покрыть обвинение Луффи на то, что моя награда была выше его собственной. - А никого не волнует тот факт, что ее разыскивают только мертвой?! – громче всех крикнул Усопп, выхватив у Ло листовку и ткнув в следующую строку. - Ну, Акайну пытался, и ничего не вышло, - в ответ буркнула я, за что мне, как и Монки Ди, досталось чем-то тяжелым. - Кстати, на счет Йонко, - всполошился Эйс, привлекая к себе все внимание, за что я была благодарна, а затем парень пересказал то, что поведал мне о ближайшей встрече с Шанксом и отбытии на Моби Дик. Доложив ребятам все, то могло иметь значение о его грядущем отделении от команды, Портас помог мне встать на ноги, и выжидающе посмотрел на Луффи, как моего капитана. Зная, насколько Шанкс важен нам обоим, Монки Ди долго что-то обдумывал, глядя перед собой, сощурившись. Сложные вещи не для него. - Хорошо, - ответил паренек, и мы с Эйсом переглянулись, улыбнувшись друг другу, - пришвартуемся где-нибудь и поужинаем. Барти! Проследив за тем, как Луффи направился к Бартоломео, чтобы договориться о длительной стоянке на ближайшем острове, я покачала головой, пытаясь вспомнить, что такое перемены в настроении капитана. Посмотрев на Росинанта, чтобы убедиться в его целостности, я удивилась тому, как смело он крутился возле Френки, который с особым трепетом налаживал свои механизмы. Когда Донкихот протянул киборгу банку с колой, я подавила ноющее чувство злорадства, дабы отвлечь его внимание и дать выплеснуть содержимое на себя и инструменты вокруг. - Так что ты хотела узнать про Кайдо? – громом среди ясного неба раздался насмешливый голос Трафальгара, и моя улыбка моментально угасла. Дождавшись, пока окружающие нас личности разойдутся и не услышат все те красноречивые выражения, которыми я собиралась покрыть Ло, я медленно повернулась к собеседнику, пустив по ладони разряд кайросеки, чтобы подтвердить серьезность моих намерений. Но пират был быстрее. Создав телепортационную сферу, он перенес нас с палубы в занятую мной комнату, вжав в запертую дверь с таким грохотом, что я удивилась, как на этот шум еще никто не прибежал. Удерживая мои запястья на уровне плеч, парень наклонился так низко, что я вжала голову в дерево за моей спиной, лишь бы оставить между нами хоть какое-то свободное пространство. Стоило ему чуть наклонить голову, и мы уже могли соприкоснуться кончиками носов. - О твоем воскрешении я узнал еще до того, как ты прибыла на Панк Хазард, - сглотнув, произнес Ло, и в этой давящей тишине его голос прозвучал слишком громко. – Я не успел решить, хочу ли убить тебя сразу, как ты уже была в лаборатории Цезаря. Вся такая слабая, потерянная, и мне показалось, что это не составит большого труда, но… - едва он вдохнул, и я поняла, насколько сложно ему давался этот разговор, ведь от искренности он отрекся еще 13 лет назад, потеряв единственного близкого человека и шанс на новую жизнь. Дав себе расслабиться, я вздрогнула, когда парень сжал мои руки сильнее, придвинувшись еще ближе, словно давая понять, чтобы я не доверяла ему сейчас. - Но когда Цезарь рассказал твою историю про Ризото и опыты, я осознал, что ненавидел человека, который предложил мне спасение, а я даже ничего не узнал о нем. – Ощутив поднимающуюся дрожь в груди, я отвела взгляд, попытавшись освободиться, но Трафальгар едва не навалился на меня всем телом, лишая права выбора. – То, что Правительство сделало с тобой и Флевансом… - зажмурившись, подавляя гнев, Ло вновь сглотнул и наклонился вперед, касаясь моего лба своим. – Я понимаю, почему ты спросила о том, стал бы я монстром, и почему ушла с Дофламинго. – Выпустив мои запястья, парень бережно провел ладонями по моим плечам и поднялся к лицу, медленно отгибая с него волосы, словно выискивая в нем те детские черты, которые сохранились в его памяти в последний день, когда мы еще не были чужими друг другу. – Наблюдая за экспериментами этого клоуна, я испытывал радость, видя твои страдания. – Водя по моей коже кончиками пальцев, продолжал тот, осматривая каждый миллиметр, которого касался. – Но узнав предысторию создания программы альфа-солдата и противоядия от РК-7, я начал сомневаться, и все же прежде, чем я успел что-то предпринять, Дофламинго отнял тебя у меня и вернул на Дресс Роуз. – Проведя большими пальцами под моими глазами, парень угрюмо выдохнул, и только тогда я шмыгнула носом, ощутив влажные дорожки от слез. – Я собирался использовать Мугивар, но ты снова перевернула мой мир с ног на голову. – Заправив последнюю прядь волос мне за ухо, Трафальгар впервые прикусил нижнюю губу, показывая мне всю свою нервозность вопреки тому, что на данный момент он был самым рациональным человеком на корабле. – Я не рассчитывал, что Кайдо станет ближе, после нашей встречи с Донкихот, и что именно ты приблизишь нас к нему. Стоило ему замолчать, и я поняла, что до сих пор держу руки поднятыми. Его желание услышать что-то успокаивающее было слишком осязаемым, однако я не имела ни малейшего представления, как поддержать человека, который признался в том, что желал тебе смерти, но сейчас ненавидел себя за это. Коснувшись его рук, я убрала их от себя, но не решилась отпустить, чтобы не показать Ло, что ничего не чувствую от сказанных им слов. Я пыталась вспомнить хоть что-то, что раньше помогало мне поддерживать эмоциональный баланс, живя под одной крышей с тремя разбойниками, мечтающими выйти в море и стать пиратами, притом будучи лишенной голоса. Вспомнив о шраме, я коснулась его одновременно с тем, как это сделал Ло. День изменивший всю мою жизнь. Схватив парня за предплечье, я подвела его к кровати, вынуждая сесть, собственно, из-за недоумения он не сильно пытался сопротивляться. - Трафальгар, - наклонившись к нему, произнесла я, обхватив его лицо ладонями, как это сделал он сам некоторое время назад. – Ты был ребенком, - уверенно продолжила я, призывая смотреть только на меня, когда тот попытался отвернуться, - ребенком, - настойчиво повторила я, и он расслабился, внимательно уставившись на меня. – А я была ребенком чуть больше, чем позволено в этом мире. – Ослабив хватку, продолжала я, извинившись за резкость. – Мы не несем ответственность за то, что в мире есть ублюдки, которые самоутверждают свое мизерное достоинство, причиняя страдания другим. – Приподняв его голову, когда Ло снова захотел избежать моего испытывающего взгляда, я слабо улыбнулась, разглаживая крохотные морщинки возле его губ. - У Дофламинго мизерное «достоинство»? – неуверенно спросил Трафальгар, уличив пошлый смысл лишь после того, как фраза уже сорвалась с его языка. - Не было возможности измерить, - быстро ответила я, старательно заставляя себя не вспоминать то злополучное утро у моря и то, куда меня пересадил Донкихот. Выждав мгновение, чтобы понять, какая именно «деталь» была обсуждена, мы дружно рассмеялись, отчаянно хватая ртом воздух, не имея возможности прекратить, даже когда в боку начало колоть. Толкнув парня на спину, я упала рядом, вытирая выступившие слезы. Желание закончить хохот появилось лишь тогда, когда живот уже действительно болел, поэтому уставившись в потолок, я считала количество досок, усердно успокаивая саму себя. Слыша рядом частое дыхание Трафальгара, я действительно успокаивалась. Возможность так смеяться рядом с ним казалась еще более невероятной чем тот факт, что мы помирились благими усилиями Дофламинго. Повернув к нему голову, когда он коснулся моей руки кончиками пальцев, я не стала ничего говорить, тогда как сам парень прикрывал глаза, видимо, решив подремать. Он не спал с тех самых пор, как мы покинули Дресс Роуз, стремясь все время контролировать ситуацию, пока мы находились в обществе особо общительных и крайне эмоциональных личностей Нового Мира. Услышав тихое «спасибо» после того, как я убрала его пятнистую шапку и положила под голову подушку, я легла рядом, наблюдая, как замедляется его дыхание и как подрагивают ресницы. Не считая прошедшие минуты с тех пор, как мы угомонились, я приподнялась, планируя вернуться к накама, будучи уверенной, что Ло уснул. Но стоило опустить на пол одну ногу, и в комнате раздался тихий, но строгий голос, велевший вернуться обратно, если я не желаю лишиться основного достоинства женского тела. Вернув ногу на матрас, я подогнула обе под себя, скептично наблюдая за засыпающим парнем, который продолжал сжимать край моего платья. Взвесив «за» и «против», я наклонилась над его телом, уперев руки по обе стороны от его головы. Поджав губы, я сглотнула, вглядываясь в черты мужского лица. Тряхнув волосами, злясь на нерешительность, я провела ладонью по его щеке, и, поддавшись вперед, оставила на его лбу длинный мягкий поцелуй. Подобное я делала только для братьев, когда они ложились спать, будучи чем-то расстроенными, но это не мешало им улыбаться даже сквозь сон. Гоинг Луффи-семпай. Некоторое время спустя. Пробуждение проходило медленно и неохотно, но вспомнив о том, что спать не ложилась, я моментально подскочила на матрасе, услышав недовольное бурчание рядом, ибо я мешала отдыхать. Переведя дыхание, я посмотрела на дремавшего близ меня Трафальгара, который по-детски прятался от солнца под одеялом. Без часов я не могла определить время, но помня о грядущей встрече с Шанксом, я потерла сонные глаза и, потягиваясь встала с кровати, едва не запутавшись в простыне. Посетив ванну и умывшись прохладной водой, я вернулась в комнату, останавливаясь у зеркала, пока пыталась распутать волосы. Посетившая меня идея, сделать высокий пучок, быстро сошла на нет, когда в очередной раз вспомнила о своем естественном цвете волос. «Шанкс расстроится, увидев зеленый цвет», - уверенно произнес внутренний голос, и я перекинула волосы на одно плечо, перебирая прядки. Приподняв один локон перед глазами, я подула на него, наивно полагая, что это что-то изменит. Но от угрюмых мыслей меня отвлек тихий стук в дверь и доносившиеся из-за нее перешептывания, а когда за ней раздался грохот упавшего объекта, я уже точно знала, кого ждать в гости. Со слабым поскрипыванием дверь приоткрылась и в щелке появились четыре разноцветные макушки. «Эл, ты тут?» - первым спросил Усопп, чей нос больше остальных торчал из-за косяка. «Нужно было приготовить кофе», - почему-то ответил ему Бартоломео, задумчиво потирая подбородок. «Чтобы подкупить?» - спросил стоявший рядом Френки, переведя на него внимание. «Отвлечь от Ло», - вмешался Росинант, в очередной раз не удержавшись на ногах, вваливаясь в комнату и затаскивая с собой сообщников. Дав им минутку, чтобы подняться и отряхнуться, я жестом велела сохранять тишину, кивнув в сторону спящего Трафальгара, когда мужчины уже собирались начать оправдываться. Тихо покинув помещение, мы вернулись наверх, и, когда мне вручили горячий напиток, я выслушала мысли парней, которые их постигли, пока мы с Ло находились в каюте. Сначала они извинились, ведь подумали, что я убила Трафальгара и занималась выбросом его тела в море, и именно поэтому они не видели ни его, ни меня. Затем Усопп рассказал о том, как Росинант подкинул ему идею о создании снарядов из кайросеки, как возможное оружие для сражения с фруктовиками с дальнего расстояния, а для Френки он предложил броню из того же минерала на случай ведения ближнего боя. Выслушав всех их предложения и задумки по использованию кайросеки, я скептично уставилась на младшего Донкихот, который опрокинул кресло, на котором сидел. - Это точно предложил Росси? – недоверчиво спросила я, за что удостоилась, ну, просто невероятной силы осуждения в глазах блондина. Но если задуматься, то такое действительно мог предложить только Росинант. Не зря Дофламинго считал его ребенком с манией любви ко всему живому, ведь сейчас он продумывал идеи, как защитить дорогих мне людей, которых видел впервые в жизни. Усопп был снайпером и не годился для рукопашного боя, и дать ему оружие, способное блокировать силы дьявольских плодов на расстоянии, было несколько гениально. А Френки, не смотря на имеющийся прочный защитный слой киборга, мог получить серьезные травмы, ведь среди наши противников были и те, которым металл преградой не был. То есть кайросеки мог стать и броней, и оружием, а передав данную мысль двум гиперактивным изобретателям, Донкихот вырос в их глазах, как личность с высоким интеллектом. Переведя внимание с восхищенных парней на запутавшегося в собственном плаще Росинанта, я выдохнула, понимая, что они правы, ведь этот ребенок в теле взрослого мужчины построил план моего возвращения в команду, учтя все погрешности в лице своего брата и моей «матери», еще в Маринфорде. Осталось лишь понять, где брать кайросеки. И упавшие на глаза волосы заставили внутренний голос вопить о том, что я идиотка. Взяв от общей массы одну прядь, я пропустила ее через пальцы, пытаясь нащупать кайросеки. Задержав дыхание, я прикрыла глаза, представив, как минерал вытекает из волосинок вслед за движением моей руки. Парившие вокруг ладони крупицы переливались бледным салатовым цветом, а сидевшие передо мной парни восхищенно раскрыли рты. Отделив частицы от волос, я протянула руку к Усоппу, сужая пространство между ними, создавая небольшой металлический шар. Тот дождался, когда парящий объект станет цельным, и осторожно взял его кончиками пальцев. Покрутив его перед своим длинным носом, он сощурился, плотно о чем-то задумавшись. И пока канонир был занят, я взяла другую прядь, повторив процедуру для Френки, а затем и для других зрителей, которые собрались вокруг нашего трио. Изучая их воодушевленные лица, я улыбалась, как и сидящая рядом Робин, которая робко коснулась моих рыжих волос, освобожденных от минерала. Размышляя об оружии, я вдруг и сама подумала о том, что мне не помешает что-то особенное. - Френки, - позвав киборга, произнесла я, и тот обернулся с совершенно детской улыбкой на лице, спросив, чем может помочь. – Как внебрачный сын Вега Панка, - сделав комплимент его изобретательности, продолжила я, пока щеки парня наливались румянцем, - ты сможешь создать кое-что для меня. Сглотнув, я впервые рассказала кому-то о деталях программы альфа-солдата, протянув парню флакон, в котором лежали те самые «катализаторы», контролирующие деятельность моего мозга, как альфы, и меняющие состав крови, делая ее основным компонентом для противоядия. Не смотря на плохо скрываемый шок в глазах, как и у всех, кто собрался рядом, Френки удивительно внимательно слушал мой рассказ, кивая в тех местах, которые считал особенно важными. - Возможно дневник Рионесс помог бы тебе понять весь материал, но я лишилась его два года назад, - вспомнив обещание Росинанту не читать книгу откровений Кога, произнесла я в конце, недоуменно посмотрев на киборга, который тыкнул указательным пальцев в сторону самого младшего Донкихот. Блондин держал в руке тот самый дневник с инициалами Рио, поддерживающе улыбаясь. - Ты давала обещание не читать его, - напомнил тот, протянув книгу нашему плотнику, не сводя с меня родительского взгляда. – Но ради семьи нужно уметь принимать прошлое, чтобы знать, как двигаться вперед. – Вновь выдавая свой истинный возраст, произнес Донкихот, но я даже не смотрела на дневник, веря в то, что наш накама сохранит все секреты нераскрытыми. Поблагодарив его, я снова повернулась к Френки, который даже не открыл книгу, критично оценивая ее обложку хмурым взглядом. - Я все прочту и потом сожгу ее, чтобы никто не мог тобой помыкать, - подняв вверх большой палец, ответил киборг, и я, не удержавшись, впервые обняла нового компаньона, медленно дыша, чувствуя накатывающиеся слезы. Освободив его из собственного плена, я поднялась на ноги, удаляясь к борту корабля, чтобы ветер остудил мою буйную голову, тогда как наш изобретательный дуэт уже унесся в неизвестном направлении, выдавая все возможные идеи для моего нового оружия. Выглядывая вдалеке появляющиеся очертания острова, я восстанавливала дыхание, почувствовав, как чужая рука перебирала мои волосы. - Ты снова Акагами, - шумно выдохнув, произнес Эйс, поправив ворот рубашки, - мы прибудем уже через несколько часов, ты готова? – спросил парень, и я не добрым словом помянула все пиратство в мире, понимая, что совершенно забыла привести себя в порядок. - Поэтому хорошо, что я дозорный, - услышала я за спиной, убегая в направлении каюты, и слова Росинанта все поддержали дружным смехом. Приняв душ, уложив волосы и натянув на себя очередное платье, подаренное членами клуба Барти, я уже стояла у зеркала, расправляя невидимые складки, когда проснулся Трафальгар, сонно обнимая одеяло. Какое-то время я ждала от него каких-либо комментариев, но он лишь зевнул и упал обратно на подушку. Хмыкнув, я обошла кровать и поправила его одеяло, лицезрея очаровательную картину спящего пирата в рубашке в сердечко. Чуть пригладив его взлохмаченные волосы, я поднялась, но парень слабо схватил меня за руку, даже не изменившись в лице. Пробормотав что-то про осторожность и сломанный позвоночник в случае возникновения проблем, он замолчал, отпуская мою ладонь. - Я тоже тебя очень люблю, - иронично ответила я, взяв небольшую сумку и вернувшись на палубу корабля, когда тот уже опустил якорь. Ребята стояли одной небольшой группой, обсуждая, какое заведение посетить первым, и только Росинант стоял чуть поодаль, попросив меня, уделить ему пару минут. Засунув руку во внутренний карман плаща, он достал из него запечатанный конверт и протянул мне, велев передать его Шанксу и не открывать. Ощущая там лишь листы бумаги, я кивнула, заверив его, что все сделаю, согласно указаниям. Обняв каждого из ребят и получив от них напутствия, я попросила Бартоломео присмотреть за ними, пока меня не будет, и обернулась к Луффи, который улыбался тому, что говорил Эйс. - Я готова, - произнесла я, приблизившись к парням, и они прервали свой разговор, обменявшись рукопожатиями. - Берегите себя, - по-взрослому произнес Монки Ди, махая рукой, пока мы отдалялись от порта. Заверив его, что все будет хорошо, я последовала за Эйсом в направлении, которое знал только он. С каждым шагом, что мы двигались вперед, я продумывала в голове слова, которое должна была сказать Шанксу: как правильно будет начать разговор, как объясниться за эти два года, и если он уже знает, то и за листовку с наградой. Но вот любая фраза, что я прогоняла про себя, неминуемо вылетала из головы по мере приближения к месту швартовки Ред Форс. И вот когда небольшой лесной предел стал редеть, и моего слуха уже касались знакомые звуки и выкрики мужчин, среди которых особенно выделялся Бенн, раздающий остальным указания, я остановилась, вынуждая и Эйса сделать тоже самое. Пару секунд он просто ждал, когда я выдам уважительную причину отказаться от встречи с командой, но, когда я ничего не придумала, он крепче сжал мою ладонь, потащив к набережной. - Я отвлеку их, а ты сочини начало диалога, - оптимистично прошептал Портас, выпуская меня и уверенно продвигаясь к кораблю, тогда как я замерла на месте, прислушиваясь к колотящемуся сердцу в груди. Но можно ли придумать начало оправдательного диалога для человека, которому я причинила больше всего боли? Человек, спасший меня от смерти много лет назад и подаривший надежду почувствовать себя нормальной. Человек, занимавшийся моим развитием и следивший за рационом питания, чтобы отругать, если я хоть раз откажусь от еды. Человек, видевший во мне простого ребенка, которому стремился стать только другом, зная, что назвать его даже «дядя Шанкс» мне было больно, ведь «дядя» значит брат мамы, а ее у меня отняли. Этот человек всегда был рядом, а я все равно ушла. Сначала в Фууша, предпочтя начать свое собственное путешествие под флагом Луффи, а потом и после Маринфорда, предпочтя месть возможности возвращения в семью, ради которой я и покинула команду Акагами. То есть, если обобщить, то Шанкс был первым, кого я предала, выбрав Дофламинго. Наклонив голову к груди, я прикрыла глаза, чтобы не предстать перед бывшей командой в слезах, но стоило на секунду отвлечься, и рядом раздались чьи-то недовольные ругательства, а после передо мной появился Портас, тащащий за шиворот Шанкса. - Я его привел, - перепутав слово «привел» со словом «притащил», радостно сообщил парень, уверенно улыбнувшись во все 32. – Он весь твой, - исчезая в направлении корабля, добавил Эйс, подтолкнув ко мне мужчину. Проглотив недавние мысли о предательстве, я сжала лямку сумки, пока Шанкс выпрямлялся, растерянно разглядывая меня. Разумеется, что он не мог сразу принять тот факт, что перед ним появился человек, которого мир похоронил два года назад, но оттого, что он смотрел на меня, как на призрака, становилось еще больнее. «Эл?..» – подтвердив, что он не верил своим глазам, прошептал мужчина, да и я сама порой сомневалась в том, что осталась прежней, когда смотрела на свое отражение. Попытавшись улыбнуться, я только дернула уголками губ, не сумев подавить дрожь. Мужчина не без сомнения и скованности поднял дрожащую руку, и его ладонь опустилась на мою щеку, проведя по той большим пальцем, а затем он повторил данный жест второй рукой. Облегчение и осознание отразилось на его лице, когда он рвано выдохнул, видимо, боявшись развеять иллюзию нашей встречи любым лишним движением. - У тебя морщинки появились, - глядя на мужчину снизу вверх, произнесла я, завороженно изучая его лицо, ведь последний раз мы виделись много лет назад. Но если я просто разглядывала его, чтобы убедиться в том, за 10 лет он практически не изменился, то я боялась показаться ему совершенно другим человеком, а не той девочкой, которую он подобрал на безымянном острове где-то посреди океана. Это подтвердилось, когда он отогнул верхние пряди волос и посмотрел на зеленые локоны, аккуратно пропустив их между пальцами. Некоторое время он просто изучал их, но потом убрал их мне на спину, проводя пальцами по бровям, скулам, подбородку, словно узнавал меня заново, чтобы удостовериться в собственных воспоминаниях о маленькой версии меня. Впервые с нашей встречи улыбнувшись, Шанкс медленно притянул меня к себе, заключая в крепкие объятия, в которых я почувствовала себя в полной безопасности впервые с тех пор, как предала команду. Рвано вдохнув, я не сумела сдержаться, и по моим щеками потекли слезы, впитываясь в мужскую рубашку, тогда как ее обладатель гладил мой затылок, приговаривая, что все нормально. Конечно, ведь находясь на его корабле, я считала слезы проявлением слабости и не позволяла себе раскрываться перед людьми, и кто, как ни Шанкс, будет помнить это. - Моя маленькая пиратка так выросла, - не скрыв дрожь в голосе, произнес мужчина, слабо похлопывая меня по спине. Шмыгнув носом, я крепче сжала руки на его рубашке, ощутив новую порцию слез. - Все еще твоя маленькая пиратка, - ответила я, чередуя слова с собственными всхлипываниями. Ощутив, как кольцо рук сомкнулось с большей силой, я приподняла голову над мужским плечом, чтобы оставить свободным доступ кислорода к легким. Именно это позволило различить стоявшего неподалеку Эйса, который стирал слезы краем плаща, принадлежавшего Величайшему мечнику в мире.