Выбор

Казалось, не удивился почти никто, кроме охнувшей Лори, широко распахнувшей глаза Бет и сокрушено покачавшего головой Дейла. Остальные больше обрадовались тому, что это не кто-то из их близких им людей. — Ты уверен? — поинтересовался Хершел. Его слова заставили всех умолкнуть — до того в комнате стоял гул от перешептываний. — Мне кажется, вопросы сейчас стоит задавать самому Шейну, — сказал Рик. — А он не рвётся опровергать мои слова. — Это ты? — спросила у Шейна Бет. Возможно, потому что этот вопрос задала она — такая светлая и невинная — а не Лори или кто-нибудь ещё, Шейн впервые за все время почти виновато отвел глаза в сторону. А потом решительно взглянул на Рика. — Я. Все верно. Наш главный детектив не стал бы говорить, если бы он не был уверен. С Диксоном уже прокололся, впервые в жизни, между прочим, да, Рик? Больше он такой ошибки не допустит. — Но почему? — выдохнул Глен. — Потому что из вашей затеи все равно ничего не вышло бы. Я в этом на сто процентов уверен. Филип бы притворился невинным ягненком и заставил бы горожан ещё и сочувствовать ему. Возможно, даже теперь бы уже открыто удерживал у себя ходячую дочку и у нас против него вообще бы ничего не было. А Лили он к тому времени и так уже убрал. Тара громко всхлипнула и рванулась в его сторону с явным намерением вцепиться ногтями в лицо. Мэгги сумела её удержать. — Допустим, из нашей затеи и в самом деле ничего не вышло бы, что мы теперь проверить никак не можем, — спокойно кивнул Рик, чьё напряжение и разочарование выдавала лишь проступившая на побелевшем виске часто пульсирующая венка. — Но что тебе дало это… — Предательство! — воскликнула Лори, уже забывшая о своём празднике и глядевшая на бывшего любовника так, словно она впервые его видела. — Кто бы говорил, Лори, — хмыкнул Шейн, заставив её густо покраснеть. — Что ж, если вы так просите, я объясню. Мне это дало многое. Мне это дало доверие Филипа. Он теперь считает, что я из-за ревности решил предать Рика и полностью на его стороне. Так что попрошу не кричать на весь город о том, что вы меня раскусили. Пусть и дальше думает, что у нас все гладко и что у него среди вас есть шпион. — Чем докажешь, что ты не переметнулся на его сторону реально? — задал вопрос, который интересовал многих, Дэрил. — О доверии вас просить, наверное, бессмысленно, — пожал плечами Шейн. — Так что можете мне не доверять на здоровье. Главное, не трепитесь лишний раз, вот и все. Я сам все устрою, когда дождусь подходящего момента. Может быть, обращусь к кому-то за помощью, но пойму, если мне откажут. В этот момент он быстро взглянул в сторону Кэрол, которая хоть и побывала уже в доме Губернатора, помочь Шейну пока ничем не могла. Да и нужна ли ему теперь подобная помощь? Он наверняка и сам в этот дом сейчас вхож. — Подожди, Шейн, — вдруг, чуть ли не заикаясь, заговорила Андреа. Кэрол удивлённо посмотрела на подругу. Что с ней? — Ты о чем Филипу рассказал тогда? — Ну, о чем… о том, что вам известно о подвале, и о том, что он там прячет, и о том, что вы собираетесь… Андреа его перебила. — Плевать! Ты сказал об Эми? О том, что мы это узнали от неё? Сказал? Впервые в этот вечер Шейн искренне растерялся. Потер пятерней затылок и задумчиво пожал плечами. — Прости. Я не помню. Не должен был. — Какого хрена, чувак? — вступился напрягшийся Дэрил. — Ты чего, вообще не помнишь, что там трепал? — Я был… во взвинченном настроении, — признался Шейн. — И я… я уверен, что не сказал там ничего лишнего. — Вот только я не уверена! — воскликнула Андреа, подскакивая с места и с отчаянием глядя на остальных. — Вы что, не понимаете? Он мог назвать Филипу имя Эми, а она сейчас одна, больная, с Мэрлом! А Мэрл правая рука Филипа! Он, может быть, только и ждал такого момента! А я, как дура, ушла и бросила её там… — Мэрл ничего ей не сделает, — возмутился Дэрил. — Я в этом не уверена! — Мне кажется, Дэрил прав, Андреа, дорогая, — начал Дейл. Но она его слушать не захотела. — Мишонн, — позвала Андреа моментально вставшую вслед за ней подругу и повернулась к Рику. — Мы уходим. Если вы соберётесь решать что-то, что угодно, можешь считать наши голоса на своей стороне. Что ты решишь, то мы и поддерживаем. Так что наше присутствие больше не обязательно. Лори, я тебя поздравляю, счастья тебе и благополучия. Правильно ты в своё время не родила от этого… этого… Послав Шейну уничижительный взгляд, она резко развернулась и вместе с Мишонн вышла из комнаты. Через несколько секунд громко хлопнула входная дверь. — Бедная Эми, — вздохнула Кэрол, уже представляя, что бедняжке предстоит. Как бы ей не стало хуже от лишних тревог. Дэрил сделал попытку привстать, но Кэрол коснулась его руки, удерживая на месте, и тихо шепнула: — Думаешь, ты там поможешь чем-то? Он пожал плечами. — Мне кажется, Мишонн выступит отличным арбитром. Да и вечер уже, вряд ли Андреа решится волновать сестру на ночь глядя, рискуя так нужным ей сном. Скорее всего, буря разразится завтра, а пока будет холодная война. Тебе оно надо? — Не, — облегчённо вздохнул Дэрил, найдя благовидный предлог не бежать на защиту брата. А Кэрол была уверена: Мэрл сам себя защитит при необходимости. В том, что он не обидит беременную от него Эми, она тоже не сомневалась. В конце концов, если Шейн и впрямь назвал Филипу имя и Филип решил что-то сделать с этой информацией, то у него уже было достаточно времени для любого шага. За столом тем временем шла дискуссия на тему того, стоит ли доверять теперь Шейну. Сам виновник споров сидел, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, словно даже не прислушиваясь к словам о своей персоне. У него было мало сторонников. Только Дейл и Глен пытались его понять, да Морган пожимал плечами и хмурился. И Кэрол его, сомневающегося, понимала лучше всех. Ведь с одной стороны она верила в то, что Шейн не предавал их на самом деле и действительно просто пытался действовать самостоятельно, втеревшись к Филипу в доверие. Но, с другой стороны, он подставил их всех под удар и раскрыл само существование их кружка, о котором раньше Губернатор мог только догадываться. А вот это уже нехорошо. И чревато проблемами. — Знаете что? — постучала Лори вилкой по бокалу с морсом — никто до сих пор не ел и не пил. — Я считаю, что Шейну пора уйти. Большинство из нас ему не доверяет. Ему тут больше нечего делать. И мне, как хозяйке дома, видеть его здесь, за моим столом… — Да понял я, понял, давай обойдёмся без лишнего красноречия, — хмыкнул Шейн, поднимаясь с места и окидывая насмешливым взглядом собравшихся. Вот только насмешка эта была скорее вымученная. — Я и не претендую на ваше доверие. Единственное, чего прошу ещё раз: не надо трепаться. И тогда в один прекрасный день вы проснётесь и узнаете, что я решил все ваши проблемы с Блейком. И сделал то, что сделать у вас кишка тонка. — Сделал что? Убил его? — спросила Мэгги. — Так что тебе мешало все это время? Если ты такой самостоятельный у нас. Губы Шейна сжались в тонкую линию. Кэрол была уверена, что Мэгги зря сказала эти слова. Она пересеклась взглядом с Риком и увидела всего глазах ту же тревогу. Шейн, резко развернувшись, вышел. А Рик поспешил за ним. — Надеюсь, он сможет убедить Шейна не наделать глупостей, — шепнула Кэрол Дэрилу. — Да ладно. Может, и повезло бы ему, — пожал плечами он. Вот уж кто за Шейна и то, что он сейчас кинется убивать Блейка, чтобы что-то там доказать остальным, не волновался. — Что ж, — снова повысила голос Лори. — Мало того, что муж даже не предупредил меня об этом… сюрпризе, который только что произошёл, он еще и ушёл, предпочитая утешать Шейна, а не… Кэрол подумала, что подруга скажет «а не меня», но она вовремя остановилась и продолжила: — А не остался с нами, чтобы решить, как нам дальше вести себя. Можем решить без него, а можем просто поесть наконец, как хотите. Не зря ведь мы с Кэрол готовили сегодня весь день, а? — Да, давайте поедим, — поддержала её и Бет. Ей заметно не по душе были все эти споры, в которых она даже участия не принимала. Вроде бы уже и не ребёнок, а почти взрослая девушка, но в их компании, да ещё и рядом с отцом и старшей сестрой, она по большей части молчала и не воспринималась остальными всерьёз. Ей позволено слушать и ладно. Впервые за все время Кэрол стало вдруг интересно: а что она думает об услышанном? Но через минуту Кэрол уже позабыла о странном вопросе, возникшем в её голове, и переключилась на застолье, которое с внезапным приходом заскучавших в детской детей действительно стало таковым. Все постарались стереть с лиц тревогу и быстро нашли нейтральные темы для разговоров. И вечер можно было бы назвать даже приятным, если бы не воспоминания о том, что произошло в самом начале.

***

Уложить полную эмоций Софию оказалось сегодня нелегко. Ей обязательно надо было поделиться с матерью, которая была для неё и лучшей подругой за неимением таковых в городе, тем, как на неё посмотрел тогда-то Карл, и тем, что и каким тоном сказал ей Дуэйн. А Кэрол, выслушивая все эти девчачьи глупости, вспоминала саму себя в школе. Ей в таком возрасте тоже нравился мальчик, она как сейчас помнит, что его звали Уильям и он был рыжий, как солнышко. Через несколько лет после этой влюбленности, встречая его на улице города, Кэрол даже не представляла, что её могло в нем привлекать. Но тогда, в тринадцать лет, она была просто по уши влюблена, пытаясь уловить каждый его взгляд и перекинуться хоть словом со своим предметом обожания. Эти чувства были, наверное, не самыми разумными, но такими сильными, каких Кэрол больше не испытывала. Пока не встретила Дэрила. — Мам, а Патрику я, кажется, тоже нравлюсь, — улыбнулась София ей сквозь сон. — Правда классно? — Правда, милая, — с трудом сдержала смех Кэрол. Смех и лёгкую грусть от того, что нравится её девочка всем мальчикам, скорее всего, потому, что больше девочек её возраста в городе пока нет, если не считать Лиззи. Но ведь когда-то обязательно появятся. И что тогда? Впрочем, Кэрол была почти уверена в том, что хотя бы один из кавалеров Софии вполне искренне в неё влюблен. А уж выдержит ли эта влюбленность испытание временем, решит все то же время. Постояв рядом с кроватью и полюбовавшись пару минут лицом спящей дочери, Кэрол тихонечко покинула её комнату, плотно прикрыв дверь. Немного подумав, она спустилась на кухню, решив, что хочет выпить перед сном холодного чаю. А может быть, она рассчитывала, что Дэрил, который, едва войдя в дом, тут же убежал на кухню все за тем же чаем, все ещё ждал её там. И действительно ждал. — Спит? — спросил он, кивнув на дверь, лишь бы что сказать. — Спит. Пока не рассказала мне все о своих мальчиках, не успокоилась. — Вы, женщины, вообще о чем-то другом думать умеете? — хмыкнул Дэрил. И, не дав Кэрол заняться чаем, придержал её за локоть и усадил на стул. Сам налил ей чаю и пододвинул вазочку с леденцами поближе. Кэрол улыбнулась: подобная забота от мужчины была редкостью в её жизни. А от Дэрила каждый подобный жест был особенно приятным. — А вы, мужчины, о чем думаете? Конечно, исключительно об оружии, еде, спорте… ммм… даже не знаю, что ещё придумать, — улыбнулась Кэрол и, отпив чай, посерьезнела. — Я вот сейчас о Шейне никак не могу прекратить думать. Возможно, он даже правильно сделал. Нет, конечно, он должен был нас предупредить… Но если бы он нас предупредил, мы бы не устроили все это при остальных горожанах и тогда Филип мог бы усомниться. Все-таки Шейн идеально это провернул, и если этот поступок ему действительно однажды поможет… Вот только Мэгги правильно сказала: если бы он хотел убить Филипа, он бы уже это сделал. — Он, походу, не просто замочить его хочет, а и сухим из воды выйти. Так что он пока не найдёт доказательства и эту ходячую девчонку, мочить Блейка не станет. — Думаешь, Блейк не сказал Шейну, куда он перепрятал дочку? — Он чего, дебил? — И то правда. Пусть Шейн и предал нас в его глазах, но ведь это не гарантия, что он так же просто не предаст и Филипа. Он не глупый человек и правильно, конечно, не доверяет Шейну самое дорогое — дочку. Помолчав немного, Кэрол поинтересовалась о том, что ей было сейчас интересней всего: — А ты что думаешь о поступке Шейна? Но Дэрил лишь пожал плечами. — А что мне думать? Я ничего не решаю, так нафиг время тратить? — Ох, Дэрил… — она вздохнула. — Чего? — напряженно уточнил он, подобравшись. — Так ведь нельзя. Я это говорю тебе, потому что сама всю жизнь прожила подобным образом. Даже думать лишний раз не хотела, мнение своё иметь. Потому что кому оно нужно было, моё мнение? И я не понимала, что в первую очередь оно нужно мне. Что просто нельзя так жить: не думая, не имея своего мнения, боясь собственных желаний. Так нельзя. А теперь… Знаешь, теперь я словно узнаю саму себя наконец. Узнаю, что я на самом деле думаю по тому или иному поводу, даю себе свободу не соглашаться с большинством, решать самостоятельно. Позволяю себе хотеть чего-то и признавать свои желания, даже если они мне кажутся глупыми или недостижимыми. Дэрил молчал, но слушал её внимательно. — Попробуй! Это, может быть, не так уж просто, начать думать и формировать свое мнение, но это в самом деле приятно и дарит незабываемое чувство свободы. Можно начать с самого простого. С того, для чего даже думать не надо. Просто ответь на один простой вопрос: чего ты хочешь? Вот прямо сейчас? Просто хочешь? Чего? Хмыкнув, он пожал плечами, задумался, вопреки её словам о том, что думать не надо, и в своей задумчивости начал покусывать нижнюю губу. Окинул Кэрол долгим взглядом с ног до головы, задерживаясь на губах, и резко встал с места. — Спать хочу, — выдохнул Дэрил. — Ты уверен? — спросила Кэрол, поднимаясь и оказываясь всего в шаге от него, замершего у двери. Он кивнул. — И ты даже не спросишь, чего хочу я? Тщетно подождав ответа, Кэрол преодолела разделявшее из расстояние в один шаг и коснулась пальцами воротника его рубашки. — Я хочу поцеловать тебя, — прошептала она. А он, мягко убрав её руки со своих плеч, отступил ещё на шаг. — Нет. — Нет? — Не хочешь. — Ты знаешь меня лучше меня самой? — усмехнулась Кэрол. Но Дэрил кивнул с невиданной уверенностью. — Ты хреново разбираешься в своих желаниях. Я знаю тебя. Знаю лучше тебя самой. И ты сейчас тоже хочешь спать, женщина. — Ты… Кэрол умолкла на полуслове: Дэрил, не слушая её, ушёл к себе. Что ж… в этот момент она в самом деле не знала, что и думать.