Ошибки воспитания

      Гарри вздрогнул от прикосновения и застонал сквозь кляп. Неимоверно хотелось большего, но Северус был педантом во всём. Как он не любил разбросанные вещи, так и спешки в прелюдии к сексу. Молодой человек прекрасно понимал, что его героическая м... задница ещё не скоро познакомится с Длинным Китайским... Ох, какое сногсшибательное ощущение — чуть шершавая, как раз то, что надо, ладонь и температура — чуть холоднее воздуха.       — Мистер Поттер, Вы пытаетесь думать? Похвально, но Вы уверены, что выбрали нужное время? — мурлыкающие обертона пустили волны наслаждения по всему телу. Тонкий язычок (принадлежащий Дракону) пощекотал колечко ануса и исчез.       — О-а-а, — не выдержал и простонал Гарри. Кляп не дал высказать мольбу разборчиво, но Северусу это было и не нужно — за пять лет он прекрасно изучил своего нетерпеливого мальчика.       — Вы что-то хотите? — опять мурлыкнул он в самое ушко. Погладил рукой в перчатке округлую ягодичку, ощущения были непередаваемы — чуткие пальцы, казалось, осязают каждую пору. — Не понимаю... Но мы говорили о наказании... — и нежно провел вниз от плеча шлепалкой...       Острые грани звездочек чуть царапнули кожу и оставили еле заметные розовые следы. Северус слегка размахнулся и ударил по настойчиво приподнявшейся попке — приглушенный кляпом стон прозвучал для мужчины изысканной музыкой, а золотые и серебряные звездочки оставили на коже заметные следы. Он ещё раз провел рукой в перчатке по телу, и опять воспользовался шлёпалкой, надеясь услышать тот же волнующий полувсхлип-полустон. В углублениях, оставленных острыми гранями заклепок, сверкнули искорки. Удивлённый мужчина пригляделся, но светлячки уже потухли. Северус решил, что ему показалось, и нанёс ещё несколько звонких шлепков по одной половинке, а затем и по другой — светлячки вернулись, а стоны сменились всхлипываниями. Напуганный реакцией партнёра, мужчина наклонился и сдёрнул маску:       — Гарри, милый, ты как? — и наткнулся на поплывший взгляд, — что случилось?       — Хо-о-шо, ещё... — выдохнул Гарри. Искорки на коже вспыхнули ярче. Северус не удержался и погладил их. Ощущения были фееричны — по руке пронеслась лёгкая волна возбуждения. Если это чувствует он, то что испытывает мальчишка? — Ещё, ну, ещё же... — откинув пока маску в сторону, Северус продолжил экзекуцию.       Яркие звёздочки на розовеющей попке становились ярче, больше и, казалось, начали жить сами по себе. Вот одна взлетела и приземлилась на плечо мужчине, слегка ужалила, вот другая, третья, целый рой. Теперь и Северус, не выдержав, застонал.       — Мерлин мой, что это? — Маленькие блестящие пчёлки разлетались по телам, жаля и даря невероятное наслаждение одновременно. И так уже возбуждённый член пульсировал под массирующими лапками Дракончика, хотелось большего, и Северус, отложив шлёпалку в сторонку, приник ртом к особенно яркой пчёлке на шее партнера — губы обожгло. Ему захотелось поделиться этим жаром, и мужчина, забыв о том, что руки Гарри находятся в плену, резко перевернул его, прижал к кровати и впился поцелуем-укусом в полуоткрытые губы. Слизнул вырвавшийся стон и стал покрывать глаза, скулы, нос поцелуями. Прикусил дрожащий кадык и спустился к затвердевшим шарикам сосков. Покатал языком плотный кусочек плоти слева, потом справа и потянулся к зажимам-змеям, ожидающим своего часа. Обе змейки сами скользнули в руку.       — Се-ев... не останавливайся, ещё, — губы Гарри с трудом шевелились.       Северус опять поймал пчёлку губами и возобновил поцелуй. Рукой, в которой были зажимы, провёл по груди, а змеи скользнули на подготовленные для них места. Северус попытался отклониться, чтобы рассмотреть как устроились змеи, но ему это не удалось. Юркий язычок Дракона, обнимающего его член, уже нашел пещерку сокровищ. И теперь старательно растягивал вход. Молодой человек вздрагивал и извивался, пытался высвободить руки, но ладони держали крепко. Его плечи уже плотно покрывал живой плащ из пчёлок — жаля, даря наслаждение, заставляя желать большего.       Гарри потерялся в ощущениях, он уже не понимал — где руки или губы любовника, а где жала пчёлок. Ненавязчивое проникновение язычка Дракончика вызывало только чувство нетерпения, а Северус всё ещё держал себя в руках и нежно поглаживал... змей? Как? зачем? а он? Тяжёлые гибкие тела зажимов извивались, искали более удобные для себя места на торсе молодого человека, поглаживали кончиками хвостов впадинку пупка, спускались ниже, касались вздрагивающего ствола, трогали поджавшиеся яички. Хотелось заполненности и тяжести чужого тела, но этот... педант не торопился. По вытянутым и перекрученным над головой рукам поднималась волна жалящих укусов. Растекаясь невнятным озерцом, Гарри отпустил Магию. Он редко позволял себе это — уж больно непредсказуема была эта стихия, но сейчас он не удержался. Мощный ураган, неостановимый сель вырвались на свободу. Закружили обоих магов, сильнее прижали их друг к другу, окутали ароматом мёда и перца. Под натиском Силы не устоял и Северус. Он резко приник ртом к стонущим губам, ворвался языком внутрь, подтвердил своё Право. Юркий драконий язычок, уже не останавливаясь, врывался внутрь. Пощипывал раздвоенным язычком нежные стеночки, выныривая, оглаживал пульсирующую звёздочку ануса. Каким-то десятым чувством, Северус понял, что ни смазка, ни подготовка не понадобятся. Почти живой Дракон справится САМ. Только под натиском Магии Партнёра он уже терял терпение, а вредный реликт, видимо, нахватался педантства у своего хозяина и не спешил...       Живое жалящее покрывало окутывало с ног до головы уже обоих. То один, то другой подхватывал губами взлетевшую пчёлку и спешил поделиться ею с любовником. Как часто хотелось Северусу заполучить наглого мальчишку в полное своё пользование, но его не могли удержать ни одни путы — хоть магические, хоть нет. А ладони удерживали, не давали вырваться, не позволяли этому несносному чудовищу с неизмеримой Силой воспользоваться Ей. В затуманивающимся мозге пронеслось: "Все игрушки с "сюрпризами", а ошейник — нет? Не верю..." И, как бы отвечая на его мысли, тонкие кольца распались и тонкими щупальцами оплели старшего мага. Они творили всё то, что так любил вытворять Гарри — оглаживали плечи, ласкали лопатки, нежно дергали за пряди свисающих волос и, удлиняясь, сжимали ягодицы и бёдра — настаивая, торопя, ускоряя проникновение. "Даже связанный командует" — пролетела мысль и испарилась — нахальные щупальца раздвинули половинки и стали нежно оглаживать вход. Глядя в сузившиеся зрачки Партнёра, Северус понял — щупальца действуют по приказу Гарри:       — Опять думаем? — выдохнул он, — похвально, похвально, это мне нравится...       — Пож-жалс-ста... — молодой человек не удержался и рванул бедра вверх, насаживаясь на согласно рванувший навстречу член, остроносая мордочка Дракона безошибочно попала в простату, заставив его всхлипнуть, застонать и настойчиво податься вперёд.       Мощные, неудержимые толчки сменялись нежными покачиваниями. Нахальные щупальца ошейника оглаживали, слегка растягивали вход, пощипывали соски, тысячи шаловливых пчёл продолжали своё путешествие по телам, покусывая и жаля. Северус не помнил, когда он схватил Гарри за запястья, а сильные ладони подхватили и его руки, удерживая обоих магов как пушинку. Им оставалось только смотреть друг другу в глаза, сцеловывать залетающих на губы пчёл, переплетать пальцы. Они полностью отдались на волю артефактов. Змеиные хвосты, щупальца, пчёлы — все они казались тысячами рук, которые прекрасно знают где, кого, как и когда погладить, ущипнуть, приласкать, поддержать... Дракончик на члене как будто сам ускорял и замедлял движения, его язык оглаживал и пощипывал внутренние стеночки, заставляя Гарри вскрикивать и выстанывать одно только слово:       — Ещё, ещё, ещё-о-о...       Кульминация приближалась, сил терпеть дальше не осталось ни у одного, ни у другого. Толчок, другой, третий, ещё одна пчёлка, разделённая на двоих, магический вихрь, обнявший обоих, — и оргазм накрыл их с головой, тугая струя спермы оросила живот и бедра Северуса, сам он кончил глубоко внутри.       Магия мягко окутала обоих, ладони, удерживающие их, раскрылись, отпуская; пчёлки исчезли лёгким ветерком, кроватка с тихим всхлипом впитала в себя "корм", очищая и освежая разгорячённые тела. Щупальца свернулись в колечки ошейника, змеи лениво шевелились, Дракончик тихо сползал с опадающего "насеста", напоследок поглаживая и лаская его.       — КАаак хорошо, - выдохнул Гарри, — надо будет Мадам браслет из Золотистых орхидей послать и баночку твоего фирменного бальзама. Как мммм приятно... И так лениво, что даже думать не хочу...       — Думать ты никогда не хочешь, — фыркнул Северус, аккуратно расстёгивая ошейник, — ну Мадам — браслет и бальзам, но ведь Люца нам тоже поблагодарить надо?       — Люца? Надо. Ему я лично пошлю самый ядовитый кактус с самыми длинными колючками, — но, углядев ошарашенно взлетевшую бровь Северуса, добавил, — так и быть — выберу цветущий.       Тихий смех прекрасно изучивших друг друга Партнёров раздался в комнате. Древние стены с удовольствием впитывали расходящиеся волны Магии. Кровать мягко покачивалась, убаюкивая расслабленных магов. Вдруг Северус что-то вспомнил, приподнялся на локте и стал снимать змеек, с удобством устроившихся на груди Гарри. Только помощь его уже не была нужна. Змеюки давно раскрыли пасти и выпустили соски. Тогда он подхватил одеяло и накрыл обоих. "Действительно — хорошо, надо будет повторить, и не раз... Наверно, и Масочка таит в себе тайны..." Стянул с рук перчатки, бросил их на столик, обнял покрепче своё личное Счастье, уже сладко сопящее, и уснул сам.

***

      В уютном шале сидел светловолосый маг и, поглаживая лежащий на коленях браслет, неслышно плакал. Непочатая бутылка Огневиски сиротливо стояла на столе. "Надо домой вернуться... Перед Нарси повиниться и сказать, что... Что сказать? Baboso есть Baboso!.. Арманьяк Гарри обещал... надо бутылку найти... И Северусу... да, Северусу подарки за пять лет на дни рожденья задолжал... и на Партнёрство... Да, Драко... он же после свадьбы почти не разговаривает со мной — и перед ним виноват... Если бы Астории не стало плохо от чужой магии пришедшего ко мне мага, я бы и о внуках до сих пор не знал... Всё, пора домой, а то бросил детей на Нарциссу... а там ещё задания по зельям... Моргана Великая! Как же я мог забыть! Министр с супругой приглашали на суаре... надо срочно найти приглашение! ВСЁ, домой!". Вихрь аппарации подхватил мага, а в шале появилась сгорбленная фигура:       — Справился Лорд, справился... А вот артефактами нечего раскидываться! — личность подхватила скатившийся под стол браслет, причмокивая, облизнулась, и, забрав со стола так и не открытую бутылку, исчезла.