Конец — это новое начало .

Вечер. За окнами давно потухли фонари. Ни единой души на улице. Везде тишь, да благодать. — Микки! — радостно крикнул рыжий и упал в объятия брюнета. Тот лишь улыбнулся и поцеловал парня в рыжую макушку. Прошло уже два месяца с того момента, как Микки очнулся в больнице. Голос неизвестной женщины всё ещё был в голове парня. Он не мог вспомнить её образ, но голос отчётливо стоял в голове. Они уехали настолько быстро, насколько это было возможно. Как только Микки выписали из больницы, они сразу же уехали в Мексику, оборвав связи со всеми друзьями и знакомыми. Только изредка звонили родственникам. Они сняли квартиру. Не очень хорошую, но уютную. Галлагер устроился на работу возле дома, а Милкович изо всех сил пытался поправиться. Микки не нравилось, что Йен один работает, а сам он лежит и не может ничем помочь. Рыжий даже ещё не трахнул его! Брюнету очень этого хотелось, но рыжий настаивал на своём.

***

Брюнет лёг на старый диван, и Галлагер устроился рядом. Микки в присутствии Йена бывало забывал, как дышать. А особенно, когда они, собственно два этих месяца, не занимались любовью. Да-да, Микки стал называть это не просто «трахом», а именно «любовью». — Йен, — начал брюнет, — Я... Я хочу тебя, — Микки смущённо улыбнулся. — Микки, — рыжий не успел договорить, как брюнет притянул его к себе и поцеловал. Йен застонал в губы брюнета, когда тот прикоснулся к его члену. Микки провёл рукой по ткани джинс и, расстегнув, стянул их вниз. Он оторвался от поцелуя, наклонился вниз и взял в рот головку.

***

— Йен! — чуть не кричал брюнет. — Я устроюсь на эту блядскую работу! И хватит уже мне всё запрещать! У меня есть своё мнение! Они стояли посреди кухни, и Галлагер метал молнии своими глазам, когда брюнет сказал о том, что он устроился механиком в какой-то гараж. — Йен, я больше ничего не умею! Только толкать наркотики, оружие или чинить тачки. Третье самое актуальное, так что не пизди!