Oleandre

      Голова Джерарда лежала на коленях Фрэнка, мальчик уже не спал, просто не хотел уходить и будить Джерарда. – Хорошо, что вы остались с ним, – Фрэнк немного испугался: не заметил, когда вошел доктор. – Вчерашний приступ эпилепсии мог бы закончиться намного хуже. Он просыпался ночью? – Нет. – Хорошо, когда проснется, дайте ему эти таблетки.       Джерард повернулся на другой бок, затылком к Фрэнку, доктор вышел. Небольшая капля влаги упала на ногу Фрэнка. – Джи, – позвал Фрэнк, – что случилось? – Почему ты не ушёл ночью? — Фрэнки только пожал плечами. – Мне было так больно.       Из зелёных глаз катились слезы, как с листов олеандра после дождя, нежно, беззащитно. Нужно помочь ему, но как? Мой нежный олеандр, как же спасти тебя.       Фрэнк видел это только в кино по телевизору, давно, он не знал, но думал, что это поможет. Просто нашел губами губы Джерарда. Они оба не знали, что делать, поэтому замерли в этой странной позе. Фрэнк осторожно начал двигать губами, и Джерард ответил. Они не знали, что это и правильно ли они это делают, им просто нравилось. Ещё и ещё, странно, приятно. Бесконечно нежно их руки сплетались где-то за пределами сознания обоих. Наверное, это и есть любовь в самом чистом ее проявлении.

***

      Они все еще оставались друзьями: мальчуган и его олеандр, самый особенный из всех. Только маленького художника пугали провалы в памяти, которые началась только сейчас. Он хотел познакомить Джерарда с Пэнси.       Они сидели вдвоём на кровати Джерарда, Фрэнки рисовал, сейчас на рисунке смеялись глаза цвета олеандра. – Мистер Айеро, я Вас везде ищу. – В палату вошёл лечащий врач Фрэнка. – Пройдемте в мой кабинет, нужно пройти кое-какие тесты. – Фрэнк, тебя больше не беспокоит Пэнси? – Спросил доктор Дайн, как только они вошли в кабинет – Нет, его давно нет. Только я очень многого не помню, память смеётся надо мной, забирает часть жизни. Это плохо? – Фрэнк, я могу говорить заумными терминами, но тебе это не поможет, постарайся принять и не испугаться. Твоя шизофрения обострилась: Пэнси отделяется от тебя, хочет самостоятельности. Но у вас одно тело на два сознания. Не бойся, мы делаем очень многое, чтобы вылечить тебя. Расскажи об этом мистеру Уэю, он тебе поможет.       Фрэнк вышел из кабинета, память легко воспроизводила сцены из детства. Он любуется олеандром вместе с Пэнси, это самое раннее воспоминание. Небоскрёб в Бельвиле, первые мысли о суициде. Улыбающаяся мама рядом с папой, такие счастливые, и Фрэнки любуется ими вместе с Пэнси. Пэнси,Пэнси, Пэнси. Они все это время были вместе. Воспоминаний было так много, они разлетались по разным уголкам сознания, а Фрэнк задавался вопросом. Если все это время они были вместе, так может родился один Пэнси, а Фрэнк появился позже и стал просто жалким паразитом в его теле?

***

      Все ухудшилось спустя месяцы. Фрэнк почти нечего не помнил, только Джерард чаще начал называть его "Пэнси".       Он хотел сказать Джерарду что-то важное. Он слышал, как это говорил папа маме, и точно знал, что именно это нужно сказать Джерарду. Пока он ещё существует, он должен сделать это. – Джерард, – позвал Фрэнки лаская прядку чёрных волос парня с глазами цвета олеандра. – Что? – Можно я задам один вопрос? – Сколько угодно. – Я люблю тебя. – Разве это вопрос? - Удивился Джерард. – Если бы я был другим, нормальным, ты бы любил меня в ответ? – Пэнси, – с болью прошептал мальчик, – я не знаю, что значит любить. Я убил единственного человека, которого любил, тебе тоже будет больно, а я не хочу этого.       С этого дня Фрэнки каждый день просил у медсестер лекарства, от самых разных болезней. Он выдумывал боли и прятал таблетки. Ведь Фрэнки не было вначале.       Он так боялся больше не увидеть Джерарда.       Маленький художник готовился проститься со своим особенным олеандром. – Милый Дже... –Общество, – неожиданно воскликнул Джерард, – они же те ещё трусы! Поэтому хотят казаться сильными! – Он улыбнулся. Он раньше никогда не улыбался, Фрэнки впервые видел это прекрасное действо, маленькая, великолепная победа. Ореховые глаза старались запомнить эту победную улыбку до мириадо-мириадных миллиметра. У Фрэнка кружилась голова от любви к этому созданию. Он наслаждался россыпью ноток в смехе этого парня. – Пэнси. – Больно обожгло чужое имя. Фрэнк был готов заплакать. – Давай убежим отсюда, мне здесь совсем не нравится.       Фрэнк готов был сбежать вместе с ним, но Джерард позвал Пэнси. Пэнси.

***

      Слишком холодная зима, одинокий олеандр ждёт своего друга, наверное, он один помнит, что существует только Фрэнки, мальчик, который просто любит рисовать. Но его нет, уже давно нет. Холодно, очень холодно. Но он придет, обязательно, – олеандр верит – он ведь не мог забыть. – Прости, Фрэнки, слишком холодно. Но мы встретимся.       Цветущая вишня снова укрывает кроной играющих мальчишек, которые и не знают, что когда-то рядом рос ещё и олеандр, самый особенный из всех.