Погоня за прикованным на цепи

С самого утра у Люка ныли виски. Не так, чтобы было невозможно терпеть, но и привыкнуть не получалось. Пришлось даже выпить микстуру, но боль всё равно не прошла. Люк понимал, что устал, загнал сам себя, но остановиться не мог. Не сейчас. Он и так дал себе почти неделю отдыха в начале года, когда все добропорядочные люди уже работали вовсю. Но конец и начало года это Рождество и дни рождения родителей. Ему всё семейство голову будет откусывать по очереди, если он хоть раз без уважительной причины пропустит эти даты. И Люк не пропускал, всё-таки голова была ему дорога. Ко всей кутерьме со школой прибавилась ещё и передача полномочий временному заму. Джи Ксу была стара, как грехи мирские, но это совершенно не мешало ей. Более деятельной и толковой старухи Люк в жизни не встречал. Была у него когда-то мысль поставить её директорствовать, но та взмолилась, мол, не погуби, и он оставил это. Сейчас же она вошла в его положение, и Люк был ей безумно благодарен. Лучшей замены ему было не найти. К вечеру настроение совсем испортилось. От тётки пришло приглашение с письмом внутри. Люк чуть было не распечатал его, но вовремя уловил знакомый запах. Венера. От злости захотелось его сжечь, но удалось одуматься. Она наверняка решит, что он всё-таки прочёл и оставил себе, если письмо не вернётся. Люк привычным движением отослал его обратно. Для Эвилин он написал вежливый отказ и попросил лучше следить за своей почтой. Пусть теперь сами разбираются. Одержимость Венеры была откровенно жуткой. В прошлый раз они были вместе очень долго до того, как отношения начали откровенно разваливаться, но в этот раз всё зашло ещё дальше. Люку порой казалось, что это стало для неё делом всей жизни и навязчивой идеей. Самым отвратительным было то, что окружающие её поощряли, и ему приходилось отбиваться не только от Венеры, но и от всех вовлечённых. Он знал, что однажды сорвётся сам и пошлёт их всех, или сорвётся Венера и натворит каких-нибудь глупостей. Знал и ждал, ничего другого просто не оставалось. Шелест и волна охранных чар отвлекли Люка от невесёлых мыслей. Щелчок узнавания в голове подсказал, что явился кто-то свой. И Люк тут же устыдился, февраль, конечно. С днём рождения Марго угадать было сложно, её каждый год штормило от самого грандиозного празднования до абсолютного отрицания этой даты. Каждый год они всем семейством готовили подарки и ждали приглашения. Если же его не поступало, презенты подсовывались в другие дни с видом случайного сувенира. Подарки Марго любила и принимала всегда. На самом деле, домашние её побаивались. Люк не совсем верно объяснил Рину суть магии Марго - она была редким обладателем Очарования. Она не создавала красоту, она создавала ауру красоты и притягательности, но это работало и в обратном направлении. Марго так наловчилась, что считать её след в собственном можно было, только если ты его знал, да и то при сильном воздействии. - Выходи! - прозвучал капризный голосок. Люк повиновался. Марго уже рылась в буфете. Распущенные волосы лезли в чашки, но ей было плевать. Люк ненавидел их переворачивать, и каждый раз, когда брал, очищал автоматически, но его всё равно скривило. Он взмахом собрал сестре ракушку. Она так же попыталась распустить её, но у неё не вышло, и настроение Люка тут же скакнуло вверх. Таких противостояний ему иногда очень не хватало. Марго выудила какую-то особую бутылку семейного вина и бокалы, и Люк тяжело вздохнул. Видимо, в этом году тяжкая ноша помочь сестре справиться с возрастом выпала ему. Празднования точно не будет. Марго сходу выхлестала полный бокал и тут же налила снова, выразительно глянув на брата. Люк покорно взял вино, усаживаясь на диван. Марго тут же прыгнула рядом, устраивая ноги у него на коленях. Люк чувствовал её напряжение и какой-то злой азарт. Она так пристально вглядывалась в его лицо, что Люк не выдержал. - Что? Марго разомкнула губы, собираясь что-то сказать, но передумала, соединила их бокалы с тихим звоном и снова выпила до дна. Что-то кольнуло Люка изнутри, но он из вежливости пригубил вино. Волна лёгкого жара немедленно пронеслась по телу, и Люк ощутил себя как-то неправильно. Кончики пальцев чуть заметно закололо, а в следующее мгновение, как-то заторможено, он понял, что Марго почти насильно вливает в него вино. Злая паника холодом пробрала Люка, но он с ужасом понял, что не может пошевелиться. Вино неприятно и щекотно лилось по лицу и шее, заливало рубашку. Марго отшвырнула пустой бокал, Люк услышал, как он разбился. Никакая к чёрту не Марго, - медленно проплыла мысль, слишком медленно и тяжело. Люк пытался собрать себя, пересилить это оцепенение, краем сознания отмечая, что Марго, или кто там это был, берёт его лицо в руки и, почти забравшись ему на колени, принимается целовать его. Все внутренние запреты мигом рухнули, и Люк отпустил себя. Трансформация и выброс силы произошли так быстро, что лже-Марго отшвырнуло на пол, а диван проскрипел по полу, пока не упёрся в стену. Люк бросил вслед фальшивке поток чистой силы, встряхнулся и мигом располосовал когтями предплечье, потянув чужую магию из себя. Дрянь выходила тяжело, магия была родная, на крови и не одна. Целая смесь отпечатков. Кровь лилась из ран ручейками, выжимать из неё родное, хоть и враждебное, давалось трудно. Наконец, он почувствовал, что вернул контроль полностью, хотя предплечье слегка онемело, но это было уже естественное ощущение. Он с ненавистью глянул на тело на полу. Наскоро затянув располосованную руку, он подошел ближе и ногой перевернул его. Тело выглядело как Марго, ощущалось, как Марго, но это была не она, Люк знал. Он почти до рывка натянул связь. И отец, и сестра отозвались мгновенно. Марго возникла тут же, вляпавшись в смесь крови и вина, но не заметила. Она отшатнулась, увидев всю картину, и вздрогнула, когда рука отца легла ей на плечо. Люк стоял, молча глядя на них. Марго морщила носик, Патрик бегло осматривал комнату. - Цел? - спросил он. - Цел, - подтвердил Люк. Отец выразительно глянул на левую руку, от локтя залитую кровью, но промолчал. - Кого убил? - буднично поинтересовался он. Он оставил Марго, и подошёл ближе. Ноздри у него чуть дрогнули, и он разочарованно произнёс: - А, живая, - он глянул в лицо и одобрительно хмыкнул. - Интересно. Марго подошла ближе и поглядела на свою копию, хмурясь. Она взяла Люка за руку, левую, пачкаясь в крови, и тихо спросила: - Ты в порядке? - Всё нормально, - успокоил он её, хотя чувствовал, что еле стоит на ногах. Он попробовал привести в порядок себя и сестру, но магии хватило только, чтобы убрать часть крови. Марго, наблюдая за ним, охнула от удивления и сама очистила их обоих, но рубашка Люка так и осталась в бордовых пятнах. Марго потянула Люка, усаживая на диван, и подошла к отцу. Патрик пытался стянуть личину, даже шептал что-то, но тело на полу оставалось Марго. - Надо лезть, - безрадостно сообщил он, распрямляясь, и посмотрел на Марго. Она покачала головой: - Я не умею. Патрик повернулся к сыну. Люк хотел сказать, что он сейчас просто не сможет копаться в чужом сознании, но Патрик понял всё по его виду. Он недовольно вздохнул, прицокивая. - От вас никакой пользы. Он снова опустился на корточки и прикоснулся пальцами к виску лже-Марго. Они затихли в ожидании. Люк снова почувствовал, как боль сдавливает ему голову, и в который раз разозлился, что лекарская магия, по сути враждебная его собственной, давалась ему с таким трудом. Марго, постояв с потерянным видом, присела рядом с Люком и снова взяла его за руку. - Чем тебе помочь? - Ничем, - вышел почти шёпот. - Что случилось-то? - Эта тварь меня опоила, - тихо и медленно сказал Люк. Марго хотела что-то сказать, но отец подошел к ним и отстранил её. Он повернул левую руку Люка внутренней стороной вверх, рассматривая чуть заметные шрамы. - Всё достал? - спросил он строго. - По ощущениям всё, - прошелестел Люк. Ни говорить, ни двигаться сейчас не хотелось. - Реми? - предложил Патрик. Люк отрицательно помотал головой. Патрик кивнул, будто сам себе. - Ладно, - сказал он. - Тогда сами. Он расстегнул манжету на правом рукаве и задрал его, обнажая предплечье. Глянул исподлобья на дочь, показал на обессиленного Люка. Марго, спохватившись, проделала то же самое с его рубашкой. Патрик стащил Люка на пол, усадил его, облокачивая на диван, и уселся напротив. Выпустив когти, он большим пальцем сделал надрезы вдоль руки у себя и у Люка. Кровь тут же хлынула из обеих ран, заливая и без того грязный пол. Патрик заметил, как сморщилась Марго, и усмехнулся. Он приложил свою руку к руке Люка, соединяя порезы, и прикрыл глаза. Кровь остановилась мгновенно, ручейки стали медленно втягиваться обратно, насыщая тело Люка родной магией. Он распахнул глаза, вцепившись в руку отца. Патрик даже не поморщился, он был сосредоточен. Люк чувствовал, как его сила бежит по венам обжигающей волной, как расплавленный огонь. Её было много, по ощущениям уже слишком много, но Патрик не разнимал рук. В какой-то момент Люку начало казаться, что тело просто перестаёт его слушаться в потребности выместить куда-нибудь эту силу, и он попросил: - Хватит. Патрик раскрыл глаза. В тёмной радужке мелькали красные искорки. - Ну, смотри, - насмешливо произнёс он, отнимая руку. - Слабак, - он расплылся в улыбке, больше похожей на оскал. Люк отвечать не собирался. Порезы уже затянулись у обоих. Он краем глаза заметил, что и на другой руке шрамов больше не было. Патрик уже стоял, застёгивая манжеты, и спокойно смотрел на дочь, но Люк чувствовал его недовольство. Чувствовала его и Марго. Она сцепила пальцы и смотрела на отца с опаской. - Знаешь, кто там? - спросил Патрик, кивая на тело. Марго помотала головой. - Подружка твоя любимая. “Ну, конечно”, - подумалось Люку. Взгляд Марго метнулся к распростёртому на полу телу. Люк ощутил, как от сестры шибануло страхом и пониманием одновременно. Сам он чувствовал только горечь, а вот от отца шли чёткие волны злости. - Ничего не хочешь рассказать? - спросил Патрик. - Как знал, что надо было тебя дожать. - О чём ты? - прошелестела Марго и посмотрела на Люка. - О чём говорит отец? Что-то случилось? Просто расскажи, - попросил он. - Какого чёрта Венера ощущается как ты? - Не знаю, - Марго была растеряна. - Я не разбираюсь в этом. - Рассказывай, - потребовал Патрик. - Я и к тебе в голову залезу, ты знаешь, - предупредил он. - Да что рассказывать-то?! - закричала Марго. - Что ты от меня хочешь? Патрик недобро прищурился, и Марго сразу как-то сдулась. Люк её любил, но лезть и защищать сейчас не собирался. Он, как и отец, был зол, в нём бурлила неуёмная сила, требуя выхода, он еле сдерживался, чтобы самому не начать орать. - Ты дня два назад еле домой приползла, - напомнил Патрик. - Припоминаешь? Марго кивнула. - Я не очень хорошо себя чувствовала тогда. - Непонятно с чего, - язвительно добавил отец. - Где ты была? - строго спросил он. - Так и не сказала мне. - Да я… - начала Марго и осеклась. - Всё ясно, - Люк тяжело вздохнул. - Головокружение, слабость, головная боль, может обморок, температура? Марго тупо кивнула. Патрик покачал головой. - Вот маленькая дрянь. В его голосе слышалось некоторое восхищение, и, несмотря на свою злость, Люк не мог с ним не согласиться. Вытянуть магию крови вообще сложно, а без должной практики ещё и опасно. И совершенно непонятно, как Венере это удалось с первого раза. И тут же Люку на ум пришла другая мысль. - Как быстро тебе стало лучше? - спросил он у Марго. - Через пару часов, наверное, - ответила она. - Как часто ты бывала у неё? Начинало походить на допрос, но Люка уже несло. Патрик, так и стоявший рядом, смотрел на него задумчиво. Марго мяла юбку, но возмущения не выказывала. - В последнее время часто. - У неё? - уточнил Люк. - Да, у неё. - Сколько раз тебе было плохо? - Не знаю, может пару раз, - неуверенно ответила Марго. - Я не обращала внимания, я не знала, Люк! - Ты одна там бывала? - не унимался Люк, и Марго отрицательно помотала головой. Тонкий локон выбился из её причёски, но она не спешила заправить его. Она чуть не со слезами смотрела на брата, и Люку стало её жаль. Он уже примерно понял, как Венера провернула всё это, но что-то изнутри толкало его выяснить всё до конца. Отец стоял молча, скрестив на груди руки. Он бросил на Люка одобрительный взгляд и кивнул на Марго, мол, продолжай. - Да неважно уже, - попытался убедить отца Люк. Тот только прищурился и поджал губы. Он схватил Марго за подбородок, разворачивая к себе и задирая её голову. Марго вскинула взгляд на отца. В её глазах стояли слёзы, и Люк видел, что они не притворные. - Кто? - жёстко спросил Патрик. Марго судорожно зашептала: - Лючия, Клер, Полин и я, - протараторила Марго. Патрик выпустил её, но она всё так же смотрела на отца. - Почему к Реми не пошли? - Да зачем? Ну подумаешь, голова болит, что такого-то? - Дура, - бросил Патрик. - Давно пора вас всех замуж выдать. Марго закрыла глаза, по щекам тут же заструились слёзы, собираясь на её маленьком остром подбородке. Люк, глядя на это, почувствовал ком в горле. Он знал, что Патрик давил сейчас ещё и внутренне. - Хватит, пап, - попросил он, и обнял сестру. Тонкие пальчики вцепились в него, слёзы мигом пропитали многострадальную рубашку, но Марго так и не издала ни звука. По лицу Патрика читались презрение и насмешка, но Люк почувствовал, что сестра в его объятьях расслабляется. - Хватит реветь, и давай домой, - скомандовал Патрик. - Я с вами потом пообщаюсь, - пообещал он. Марго выпуталась из объятий и исчезла. - Ну она-то при чём? - Люк обвиняюще посмотрел на отца. Тот ответил зло: - А потому что головой думать надо. Тебе же хватило мозгов с этой полоумной не связываться. Как была дурой, так и осталась, - презрительно закончил он. Люк промолчал, хотя в словах отца ему послышалась какая-то двусмысленность. Спорить с Патриком было бесполезно, уж за две жизни Люк усвоил это отлично. Отец был вспыльчивым и злопамятным, и Люк предпочитал оставаться с ним хотя бы в нейтральных отношениях. Патрик развёл руки, указывая на хаос, царивший в гостиной. - Справишься? - ехидно поинтересовался он. У Люка даже отлегло - отца отпустило, и девчонкам не грозила серьёзная выволочка. - Постараюсь, - Люк отзеркалил усмешку. - Спасибо. Патрика в ответ прямо перекосило. - Ну ладно. Врать не буду, было забавно, - Люк в ответ закатил глаза, и отец хохотнул. - Только постарайся не убиться. - Иди уже! Патрик хлопнул его по плечу так, что Люк поморщился, и шагнул в зеркало. Люк медленно вдохнул и выдохнул. Надо разбираться. Он хотел переодеться, но остановился, взявшись за ручку двери, ведущей в спальню. Рука была когтистая. Люк вернул себе привычный вид, не хватало ещё Иви со Стивом напугать. Он все же переоделся, поднял тело Венеры-Марго в воздух и открыл портал в зеркало. Отправив тело перед собой, Люк шагнул следом. Портал закрылся с тихим шипением. *** В замке было тихо, но Люк знал, что его встретят. Щиты здесь были слабые, но больше и не требовалось. Стив и Иви всегда были тише всех, всё у них было мирно, и только Венера несла в эту семью неприятности. Хотя, по правде, что тогда, что сейчас, она сама была тихой мирной девочкой, пока не встретила Люка. И то, что он старался никак с ней не контактировать, не помогло. Вот она, напавшая на него, без сознания, в чужом облике, и неизвестно, сможет ли вернуть себе свой. Слишком много чужой крови и магии она поглотила, вполне возможно, что и от её собственного сознания осталось немного. Люк оглянулся. Давненько он здесь не был, но обстановка совсем не изменилась. То же обилие дерева, красного и бордового цветов, а огромные сводчатые потолки отражают каждый шорох. Классическая Англия. Люк таких размахов не любил, поэтому жить здесь не захотел. Их с Венерой без вопросов отпустили, её родители в этом отношении были уступчивее Патрика. Но и Люк тогда сыном Патрика не был, его даже звали по-другому. Он дослужился до коммодора, когда впервые увидел императора, на собственной свадьбе с Венерой, здесь, в этом самом замке. Ни у него, ни у Патрика, ни у Лилу ничего тогда не ёкнуло. И не ёкнуло бы, просто Мида проболталась. Где-то с того момента жизнь Люка, нет, Джеймса, пошла под откос. Он на самом деле вспоминал те времена с содроганием. Единственным, кто безоговорочно принял его, был Феб, но Джеймс так и не смог вписаться и стать тем Люком, какого хотел видеть в нём Патрик. Он даже разбуженную магию не смог принять толком, и его истинная сущность стала отдельной личностью, они даже думали по-разному. Эту странность Люк не смог изжить в себе до сих пор. Иногда ему казалось, что, принимая облик даймона, он становится более резким, жёстким и жестоким, но в минуты внутренней честности Люк признавался себе, что это он и есть, а всё остальное просто привычная маска и попытка убежать от правды. Но натура его была такова, и иногда контроль всё же слетал. Люк пытался не допустить этого, периодически отпуская себя, устраивал небольшие каникулы там, где его принимали или просто не знали. Пока помогало, но он с каждым разом чувствовал, что принимает, понимает и одобряет всё больше этого свободного себя. Пугало ли его это? Не особо, хоть когда-нибудь должен же он стать самим собой. Хотел ли он этого? Иногда да, вот, например, как сейчас. Земной Люк, каким ему хотелось быть, терпеливо дожидался, когда за Венерой придут. Даймону Люкару хотелось бросить тело, а возможно, и совсем уничтожить его. Бесчувственная девушка была угрозой, даже сейчас. Всё внутри просто кричало об этом. Послышалось эхо шагов. Обернувшись, Люк увидел идущего в нему Стива. Спокойное, отрешённое лицо не выражало никаких эмоций, как обычно. Стивен был самым терпеливым существом, какое доводилось встречать Люку. Он успешно игнорировал всё, что казалось ему не стоящим внимания. Он был из тех, кто спокойно сядет читать газету посреди шумной толпы, умудряясь при этом услышать и запомнить каждое слово, не упуская и каждого шороха этой самой толпы. В его вселенной не было понятия “ты мне мешаешь”, его просто невозможно было отвлечь. Стив не торопясь подошел и пожал Люку руку. Он посмотрел на зависшее в воздухе тело. - Не Марго, - он сказал это уверенно, просто констатируя факт. Люк кивнул. - Венера, - сообщил Люк. На лице Стива ничего не дрогнуло. - Ясно, - просто сказал он. - Что натворила? - Побаловалась магией крови. Стив окинул Люка вдумчивым взглядом. - Ничего серьёзного? - спросил он. Люку даже смешно стало. Со Стивом невозможно было общаться, не пребывая в таком же равнодушном состоянии. Он или выводил из себя, или настраивал на свою волну. Люк, будучи ещё Джеймсом, бессовестно пользовался этой особенностью тестя, сбегая к нему в гости - всё-таки их семейная жизнь с Венерой не заладилась довольно быстро. Вот и сейчас он смотрел в спокойное лицо своего дяди, этакой доброй версии Патрика, и чувствовал, что злость, ещё недавно бушевавшая в нём, утихает. - Мне ничего, - ответил Люк. - С ней - не знаю. Надо смотреть. - Мы посмотрим, - пообещал Стив. - Давай. Люк почувствовал, как поверх его магии ложится чужая, и отпустил тело. - Иви? - спросил он. - Я сам, - в голосе Стива проскользнуло предостережение. Люк не заметил бы, если бы не знал его так хорошо. - Люк, она не со зла. Стив задержал взгляд на племяннике, дождался кивка от него и удалился с Венерой в глубины замка. Люк осмотрел холл ещё раз и, повернувшись, шагнул в зеркало.