Путь к величию

Тяжело груженая «Санта Роза» медленно продвигалась по грязно-желтой воде в сторону океана, оставляя за собой в воздухе черный едкий дым, непрестанно вылетавший из толстой закопченной трубы. С тех пор как они отчалили от Манауса, прошло пять дней. Путешествие оказалось скучным: почти не меняющийся пейзаж за бортом, душный влажный воздух, ограниченное пространство на палубе. Судно было загружено, что называется под завязку, и возможности прогуливаться по «Санта Розе» не было. Из развлечений только кашири или привезенная из Мексики дешевая текилла и нехитрая еда: хлебцы, сыр, копченое мясо, да рыба, которую один из матросов ловил, закинув в воду леску с блесной позади кормы. Родригес, заметив, что Рамирос не склонен к общению, оставил его в покое, и проводил дни в компании бутылки с текиллой. Лишь дважды в день он выходил на палубу, чтобы отдать то одно, то другое распоряжение подчиненным. Команда была небольшой: два кочегара, сменявшиеся каждые восемь часов, три матроса и один кок, готовивший, в дополнение к сыру и хлебцам, бразильскую фейжоаду. Фейжоада представляла собой тушеную свинину с бобами, куда были добавлены ароматные специи, мука, пальмовое масло и порезанная кусочками колбаса. Рамиросу было не до болтовни или чревоугодия: он чувствовал, что с ним происходит что-то странное, кто-то управлял его разумом, лишая воли. Малейшая попытка сопротивляться этому приводила к невыносимой боли, не оставляющей выбора. Он мог либо подчиниться «приказу демона», как назвал для себя это состояние сам Рамирос, либо… а вот «либо» у него не было – управлявший им волшебник не давал ему такую возможность, карая очень жестоко за непослушание. Португалец чувствовал, что он словно тает, истончается, как масло, которое размазывают по куску хлеба. В конце концов, спустя десять дней после того, как он обнаружил в себе присутствие демона, Рамирос превратился в подобие зомби, который безразлично шел, куда ему указывал управлявший им Волдеморт, и выполнял то, что тот велел. В данный момент Рамирос сидел возле уложенных на палубе бревен красного дерева. Эту породу деревьев в Бразилии называли Драконовым или, иногда, Кровавым деревом из-за того, что при надрезе серой, гладкой коры из ствола начинала вытекать кроваво-красная смола. При распиле древесина имела буровато-алый цвет, который со временем темнел, и изделия, изготовленные из этого сорта деревьев, получались красивого красно-бордового оттенка. Древесина легко обрабатывалась, долгие годы не рассыхалась, и легко поддавалась обработке. Из такого дерева производители любили делать изящные столики и кресла с гнутыми или резными ножками, комоды, шкафы, резные шкатулки и прочие вещицы, пользующиеся активным спросом у покупателей. Рамирос сидел, прислонившись к борту судна, пытаясь не шевелиться. Поселившийся в нем демон сегодня, казалось, уснул, и Рамирос боялся разбудить его. Главное – не думать, не планировать ничего на будущее. Португалец наслаждался легким ветерком, обдувавшим его лицо, и радовался нескольким часам покоя. Вдруг между бревнами мелькнуло что-то темное, и на палубу сползла змея. Желтовато-коричневая, с крупным ромбовидным рисунком на коже и довольно большими глазами, это была Сурукуку – одна из наиболее ядовитых змей в Амазонии. Сердце Рамироса бешено заколотилось. Если гадина вонзит в него свои зубы, то смерть не заставит себя ждать. Он боялся пошевелиться и ждал, когда змея вернется назад к бревнам. Ползать по гладкой палубе змее было неудобно, и Рамирос отчаянно молился, чтобы она поскорее убиралась восвояси. Но змея не собиралась уползать. Напротив, она медленно приближалась к португальцу, скользя по доскам, иногда приподнимая голову и пробуя воздух раздвоенным язычком. И тут Рамирос почувствовал, что «демон» проснулся и ощущает мимолетную радость от присутствия рептилии. Повинуясь приказу и полагая, что пришел его смертный час, португалец протянул руку к змее, и та медленно заползла на нее, обернувшись вокруг запястья. Рот Рамироса раскрылся, и он начал издавать шипящие и свистящие звуки, и змея что-то шипела ему в ответ и даже не пыталась укусить. Пошипев таким образом минут пять, Рамирос поднялся и поднес змею к бревнам. Она медленно сползла с его руки и скрылась между ними. Рамирос подошел к борту и облокотился на него, читая молитву, потому что демон в его душе вновь принялся за своё. *** Когда Волан де Морт заметил змею, выползшую из бревен, он понял, что та часть его магии, которая была с ним с рождения, никуда не делась. Змея почувствовала его и приползла, как приползали все змеи, встречавшиеся в его жизни. Волшебник не мог отказать себе в удовольствии побеседовать с ней несколько минут, и решил, что как только он окажется в Англии, то сразу отправится на поиски Нагайны. Вот уж кто точно хранит ему верность! Возможно, с её помощью он сможет вернуться к полноценной жизни, ведь в ней сейчас хранится часть его души — крестраж, который он создал незадолго до своего неожиданного поражения. «Скорее, скорее! О, Мерлин, как медленно тащится этот плавучий чемодан! – думал Волан де Морт, облокотившись на борт и разглядывая берег. – Если бы у меня была моя палочка...». Он попробовал сосредоточиться на том, чтобы заставить судно двигаться быстрее, но добился лишь того, что португалец схватился за голову и со стоном повалился на доски палубы с приступом рвоты. Судно продолжало двигаться прежним ходом. Волан де Морт в бешенстве принялся отводить душу на бедном Рамиросе. Португалец со стонами катался по палубе и рвал на себе волосы, не замечая обступивших его матросов. Спустя пару минут он затих. Лишь легкая дрожь сотрясала его тело. Матросы оттащили его в каюту и положили на койку, решив, что португалец где-то подхватил лихорадку и придется причалить в первом же городе и отправить его в больницу. Один из них отправился сообщить о происшествии хозяину, а остальные вернулись к работе. Рамирос категорически отказался от предложения Родригеса высадить его на берег. Он вытирал катившийся по лбу пот и заявлял, что с ним все в порядке. Что он должен как можно быстрее попасть в Саутгемптон. В конце концов, после долгих уговоров, Родригес сказал: — Я дам тебе денег в долг. Полетишь самолетом. Всего несколько часов, и ты в аэропорту Хитроу в Лондоне. А оттуда легко доберешься до Саутгемптона. Все равно мой компаньон не возьмет тебя на борт: ты выглядишь так, словно вот-вот копыта откинешь. — У меня нет документов, – хрипло ответил Рамирос. – Я ведь говорил тебе… — Есть у меня один знакомый парень. Работает в транспортной компании. Они переправляют грузы в Европу. Дозаправку делают в Хитроу. В общем, на самолет я тебя посажу, а дальше ты уж сам… И помни: ты у меня в долгу, Рамирос! Португалец кивнул, и, вытянувшись на койке, закрыл глаза. Родригес вышел из каюты, прикидывая в уме, сколько ему останется после продажи катера Рамироса и каучука и сколько запросит Алекс за то, что нелегально проведет в самолет пассажира. *** Спустя четыре дня «Санта Роза» причалила к порту Макапа. К этому времени Рамирос производил жуткое впечатление: он страшно исхудал, белки глаз покрылись красными прожилками от постоянного внутреннего давления, распиравшего его мозг, кисти рук тряслись, как при базедовой болезни, а волосы поседели. Родригес был рад побыстрее избавиться от него и уже в который раз пожалел, что вообще ввязался в эту историю с каучуком и продажей катера: теперь от Рамироса просто так не отмахнешься. Спустившись по дощатому мостику, перекинутому с борта судна на пристань, Рамирос и Родригес направились в город. Добравшись до офиса компании, занимавшейся грузоперевозками, они увидели дом, похожий на желтый кубик, стоящий на зеленом газоне. Позади дома была огороженная металлической сеткой забетонированная площадка, на которой стояли две фуры и погрузчик. Большая часть стоянки пустовала. Родригес вошел в офис, и вскоре вышел оттуда в сопровождении молодого мужчины, одетого в деловой костюм. Дежурная улыбка медленно сползла с его лица, как только он рассмотрел Рамироса. — Документы есть? – спросил он, уже догадываясь об ответе. Рамирос отрицательно качнул головой. — Извини, Родригес, – развел руками мужчина, – я не могу взять его без документов. – Не нужно брать его, Алекс. Ему ведь не работа нужна! Просто посади его на самолет, летящий в Англию. Когда-то я оказал тебе услугу… — Я помню, Родригес… – Алекс подпер ладонью подбородок, в задумчивости разглядывая Рамироса, а потом нехотя произнес: – Ладно. Я оформлю его по контракту, а потом уволю за прогулы. Ты ведь не явишься на работу после этой командировки? Рамирос вновь покачал головой. — Отлично. Будешь сопровождать груз в качестве экспедитора. С тобой поедет Фернандо. Он будет главным, а ты помощником. Так что, по прибытии в Хитроу ты можешь сразу отправляться по своим делам. Фернандо сам все сделает. — Спасибо, – ответил Рамирос. — Кстати, – обратился Алекс к Родригесу, – у нас тут наклевывается одно интересное дельце… Мне бы хотелось обсудить это с тобой. Возможно, тебя заинтересует… Идем в офис. А ты иди к машинам! Фернандо сейчас выйдет и объяснит, что делать дальше. Родригес с Алексом вошли в дом, а Рамирос направился к фурам, стоявшим на стоянке, и, привалившись к кузову одной из них, стал ждать. Фернандо явился двадцать минут спустя. Он окинул быстрым взглядом навязанного попутчика, и, сунув ему в руки папку с документами, кивнул на кабину машины. — Садись, Жозе Рамирос, нечего прохлаждаться! Рамирос влез в машину, и они покатили в аэропорт. В аэропорту Фернандо лихо подрулил к самолету, рядом с которым стояли два погрузчика, и, схватив папку с бумагами, побежал к группе людей в форме, оказавшихся таможенниками. *** Пока шла погрузка, Волдеморт с удивлением рассматривал самолет. Прежде ему не приходилось передвигаться с помощью этого магловского устройства. Он, разумеется, много слышал о них и видел на картинках в то время, когда жил в приюте. Но потом, получив возможность перемещаться с помощью трансгрессии, летучего пороха или портала, не говоря уже о том, что он научился перемещаться по воздуху самостоятельно, без помощи каких-либо волшебных устройств, он совершенно не обращал внимание на то, каким образом путешествуют маглы. И теперь с интересом разглядывал эту серебристую крылатую машину. Погрузка закончилась, и Фернандо махнул ему рукой, показывая на самолет. В самолете уже были укреплены четыре блока с грузом. По правой стороне борта осталось немного свободного места, и один из рабочих как раз закончил прикручивать к полу два кресла, которые обычно используются в самолетах для перевозки пассажиров. Волдеморт уселся к окну, а рядом с ним сел Фернандо, вытянув ноги вперед и глубоко вздохнув. — А машина? – поинтересовался Волдеморт. — Её уже ждут, – ответил Фернандо. – Мы не гоняем транспорт порожняком. Волдеморт глянул в окно. К фуре уже спешил молодой парнишка. Он запрыгнул в кабину, завел мотор и порулил к одному из самолетов, стоявших в отдалении. — Педро прилетел с товаром из Мехико. Сейчас перегрузит и повезет заказчикам. Самолет взревел моторами и через несколько минут покатил к взлетной полосе. Волдеморт смотрел, как все быстрее бежала бетонная дорожка навстречу ревущей машине. А потом вдруг железная птица взмыла вверх, и перед Волдемортом замелькали облака. Он улыбнулся: почти как на метле, только ветер не бьет в лицо. Откинувшись на спинку кресла, Волдеморт закрыл глаза и расслабился. Спустя несколько часов он будет в Англии, и тогда сможет вернуть себе тело и начать жизнь сначала.