Звёздные сети

Сначала Райз почуял её, и лишь потом, выйдя на свободную от деревьев территорию, увидел. Небольшая деревенька у реки посреди леса. Простые дома без особых украшений, простые пони, большая часть из которых возилась с чем-то на причале и даже не заметила пришельца. Заметили остальные, но ничего не предприняли. Только смотрели — может быть, удивлённо. Райз сейчас не был в состоянии оценивать чужие выражения лиц. В принципе, ничего необычного, если речь не идёт о таком лесе, как Вечнодикий. Как эти пони тут вообще выживают, даже без частокола? Райз медленно дошёл до вытоптанной площадки в центре деревни и просто рухнул там. Всё. Какое-то движение на грани сознания... — Приятель! Приятель, ты в порядке? Откуда ты тут взялся? Эй, ты жив? — Жив... ещё. Шёл через лес... слишком много использовал... сейчас отрублюсь. — Не бойся, приятель, ты добрался. Всё будет хорошо. Мы поможем. Последние слова донеслись уже через чёрную пелену. Выплывал Райз медленно. Первым, что он почувствовал, было тепло. Потом — мягкость и давление сверху. Разлепившиеся глаза подтвердили первоначальную догадку — он в кровати, укрытый одеялом. Славно. Над головой — деревянный потолок, из окна льётся свет Солнца. — О, проснулся, приятель? Горазд же ты бока давить, от рассвета до рассвета провалялся. Райз приподнялся, чтобы разглядеть говорившего. Пони без рога или крыльев, приглушённо-оранжевого цвета и с антрацитовой гривой сидел за столом, боком к занимаемой единорогом кровати. Похоже, он только что что-то там мастерил. Рефлекторно путешественник между мирами пробежался взглядом по убранству. Ничего особенно подозрительного. Большая комната, очевидно, единственная в доме, довольно скудно меблированная, зато просто забитая всевозможными резными украшениями. Основное внимание привлекал деревянный щит на стене, расположенный над парой перекрещенных копий без металлических наконечников. Рисунок на нём, полумесяц Луны, переходящий в голову единорога с вертикальными зрачками, был выполнен очень искусно. Но разве пони будет удобен простой щит, который они даже не смогут выставить перед собой? Райз несколько раз моргнул, приходя в себя окончательно. — Спасибо, — его голос прозвучал хрипло, но, в целом, он чувствовал себя вполне неплохо. Отдохнул. — Да без проблем, приятель. У нас тут редко кто бывает, но тем важнее законы гостеприимства, верно? — Наверно. Райз. — Райз? — переспросил пони. — Это моё имя. Райз. Несколько секунд хозяин дома непонимающе пялился, а потом засмеялся: — А, ясно! Конечно. Глуплю, — он сделал неопределённое движение копытом. — Меня Шарпгрув звать. Хотя нет, тебе лучше просто Шарп. — Рад познакомиться, Шарп. — Хе-хе. Тогда я тоже рад, Райз. Есть хочешь? — Шарп вновь хохотнул и ударил себя копытом по лбу. — О, да что это я спрашиваю? Конечно, хочешь. Погодь, сейчас устрою. Он резво спрыгнул со стула и подошёл к небольшой печке у стены. — Ты как уже, на ногах держишься? — Я в норме, отоспался. Спасибо. — Ну ещё бы ты не отоспался, — Шарп засмеялся. — Давай тогда за стол. Райз скинул одеяло. Его собственный вид немного удручал — пусть ран на теле не осталось, изрядная часть шерсти сгорела, обнажая голые участки кожи. Скорее всего, по местным меркам красавчиком его теперь не назовёшь. По крайней мере, сзади он не так пострадал. Почему-то Райзу казалось важным сохранить хвост. Вот гриве повезло меньше. Обидно. — Твои вещи, если что, в шкафу. Чистить не стал, не взыщи, их проще выбросить, чем в порядок приводить. Райз хмыкнул, влезая за стол. Хороший стол, массивный, но не кажется грубым. — Да, верно. Как и мою шкуру, похоже. — Хех, точно, приятель. Где тебя так обрило? Хозяин поставил на стол горшок с чем-то жидким и две глубокие деревянные тарелки. — Нарвался на драку, к которой не был готов. — А, это сейчас сплошь и рядом, — Шарп покивал, быстро орудуя при этом половником. Вскоре перед Райзом исходил паром горячий суп. — Угощайся, приятель. — Спасибо, — единорог искренне улыбнулся. — Серьёзно, спасибо. — Да я же говорю, без проблем. Недостатка в еде у нас тут нет. Сейчас, сидя лицом к лицу, Райз мог лучше рассмотреть хозяина дома. Тёмная грива неровно подрезана, рядом с глазом — небольшой шрам, черты добродушные. Улыбка на его лице смотрелась весьма уместно. У Шарпа был располагающий к себе вид, это чувствовал даже иномирец. Суп — овощной, разумеется — показался путешественнику очень вкусным. Даже как-то неестественно вкусным. Видно, он чертовски проголодался. — Так что ты тут делаешь, приятель? — спросил Шарп когда они поели. Райз немного помедлил, но всё же ответил: — Я здесь случайно. Пытаюсь выбраться из леса. Местные обитатели не слишком дружелюбны... ну, кроме вас. Хозяин помрачнел. — Что есть, то есть. Раньше особых проблем не было, но теперь в лесу стало опасно, — он покачал головой. — Я могу показать тебе, куда идти, но вряд ли кто-то из наших согласится быть проводником. Да и тебе, приятель, лучше бы не рисковать. Шарп смотрел куда-то в сторону. — На пути что-то опасное? — Химера. Мы потеряли уже двоих. Потеряли? Единорогу понадобилась секунда чтобы понять. Две жизни потеряно. — Что за химера? — Тварь с тремя головами, львица, коза и змея. Она давно обосновалась неподалёку, но раньше с ней хоть договориться можно было. Теперь она как дикий зверь. Райз плотно сжал губы. Значит, тут есть и другие монстры, у отправленного им в полёт голова была только одна. Другие... и, похоже, разумные. Убийцы. — Она охотится на пони? Шарп кивнул. Хотел бы Райз сказать, что справится и с этим, но, на деле, никакой уверенности он не испытывал. В прошлый раз пришлось пройтись по краю, буквально. Повторять такое регулярно — не лучшая идея, если он хочет выжить. К тому же — три головы? Серьёзно? — Знаете где её логово? Нашли? — Нет, да если бы и знали — что бы мы сделали? Целая деревня не может разобраться с этим существом? — Она так сильна? — Мы не знаем, как поймать её. Райз немного удивлённо посмотрел на собеседника. Тот казался мрачным, расстроенным, смотрел в стол, покачивая головой из стороны в сторону. Складывалось впечатление, будто бы они не совсем друг друга понимали. Единорог запомнил эту мысль и сменил тему: — По реке можно выбраться из леса? — Это надолго, приятель, река тут петлю делает. Через весь лес плыть придётся. — А пешком? — Тут дорога есть, но прямо через землю химеры, — Шарп быстро глянул на Райза. — Я бы не советовал. Ты не доберёшься куда хочешь, если тебя сожрут. — Меня не так просто сожрать. Сталкивался с восьмилапой тварью, у которой стальная шерсть? — Не слышал о такой, — ответ выглядел искренним. Значит, местные такого монстра не встречали ещё? Настораживает. — В любом случае, я что-нибудь придумаю. — Как знаешь, приятель. А пока можешь тут побыть, я тебя не гоню. — Спасибо. — В общем, чувствуй себя как дома, приятель-Райз, — Шарп поднялся и направился к выходу. — Мне ещё кое-чем надо заняться. Дверь хлопнула, Райз остался в доме один. Подобное гостеприимство и демонстративное доверие даже настораживали. Теперь главное, чтобы у жителей этой деревни не оказалось какого-нибудь жуткого секрета, вроде кровавых жертвоприношений давно забытому злому богу. Райз встал со стула и немного потянулся. Стоило осмотреть образцы местного искусства резьбы, раз уж представилась возможность. Почему нет? Тот щит на стене... он даже на вид казался крепким, прочным, будто бы его действительно для боя делали — не в пример копьям, которые были просто заточенными и изукрашенными деревяшками. Но щит ведь не металлический, разве первые же удары чем-то острым не испортят тонкий рисунок на нём? Нет, скорее всего, он всё же не боевой. А лунный единорог на щите получился даже жутковатым. Райз подмигнул ему. В помещении были и другие интересные вещи. Например, прислонённый в углу столб, весь в орнаменте из ломаных линий и схематичных изображений Солнца и Луны, грубые настенные часы в виде домика, замершие на отметке в семь с небольшим, шкаф с тремя дверцами, рисунок на которых складывался в огромный глаз с вертикальным зрачком. Своеобразный выбор. Единорог медленно проходил мимо них. Он ничего не трогал, но взглядом цепко охватывал каждый предмет. Если не считать щита с копьями, к которым почему-то постоянно возвращались его мысли, ничего не вызывало беспокойства. Щит... щит как щит, что с ним не так? Вздох. Копыто путешественника прижалось ко лбу. Может, он уже видел что-то такое? Но вспомнить не получается... Райз покачал головой. И что эта часть убранства так прицепилась? Глаза у рисунка страшные. Надо выйти на воздух. Дверь чуть скрипнула, выпуская единорога под чистое небо. По глазам мягко ударил свет Солнца. Деревня не изменилась с прошлого раза, но теперь Райз видел больше. Вытянутая, но довольно компактная, на полтора десятка домов, она нежно прильнула к реке. Забора нет, но между ней и лесом — пустое пространство, наверняка деревья оттуда использовали для строительства. В том числе, и для строительства большого причала. Сами дома были... обычными. Не большие, но и не маленькие, крепкие на вид, вроде и грубые, но не слишком, украшенные, но не красивые. Они не казались поставленными на века, но и времянками не были. Неплохие деревянные дома, точно такие же можно встретить и в человеческих деревнях. Правда, там они редко идут как на подбор, что и глазу зацепиться не за что. Выделялось только одно жилище — то, из которого Райз только что вышел. Ломаные линии, полумесяцы и звёзды на нём складывались в орнамент и так обильно покрывали каждую доску да брёвнышко, что практическая функция дома забывалась, и он сам начинал казаться образцом местного искусства резьбы. Наверняка на это украшательство потребовалось немало времени. Видно, Шарп действительно не бедствует. Пони на улице было не то, чтобы много, но для такой деревни — достаточно. Некоторые сидели рядом со зданиями, занимаясь своими делами, но большая часть по прежнему возилась над чем-то у пристани. Среди них оказался и Шарп. К этой группе Райз и направился. Он чувствовал на себе взгляды. Это не удивляло. По мере приближения, занятие пони становилось всё очевидней — они или чинили, или расширяли эту самую пристань. — Могу помочь? — спросил единорог, оказавшись за спиной приютившего его. Шарп обернулся, на его лице отобразилось удивление: — Райз? — он ненадолго задумался. — Да, можешь помочь перекинуть те доски? — Без проблем. Доски окутала магическая аура и они взлетели, чтобы через мгновение оказаться точно на указанных местах. Пони вокруг одобрительно закивали. — Удобно, — в голосе Шарпа слышалось уважение. Райз чуть улыбнулся. Похоже, первоначальное наблюдение подтверждается — в этой деревне живут только простые пони, ни пегасов, ни единорогов. Видимо, отплатить за их доброту трудом окажется не слишком обременительно. — Что делаем дальше? Они работали до ночи. Эти пони были хороши в использовании своих магических полей, их движения явно усиливались, копыта работали лучше молотков — Райз даже перенял пару новых трюков, пусть столь же мощными ударами и не овладел. Но некоторые вещи давались им с куда большим трудом, чем хорошо владеющему телекинезом единорогу. Особенно, когда нужно было что-нибудь сделать на расстоянии от опоры или просто быстро. Из них вышла хорошая команда. Пожалуй, будь с ними ещё пегас, способный взглянуть на общую картину с любого угла, пристань была бы закончена прямо в тот же день. Но и без этого, они поработали хорошо. Вернувшись в дом Шарпа, Райз испытывал удовлетворение и ел предложенный ужин без стеснения. Копыта немного подрагивали от усталости — его вклад не заключался исключительно в магии. — А ты хорош, приятель, умеешь работать, — Шарп кивал, с каким-то намёком глядя на своего гостя. — У нас таких уважают. Райз делал вид, что не понимает намёк. В доме нашлась вторая постель. Уснул он быстро.

***

Глаза Райза распахнулись. В этот раз он не кричал, да и унимать пытающееся выпрыгнуть из груди сердце пришлось не так долго. Понемногу привыкает к этим кошмарам. Проклятье, что это такое? На той стороне у него вообще не бывало плохих снов, а тут чуть ли не каждую ночь. Будто бы других проблем мало. Единорог зло дёрнул головой и поднялся. Спать всё равно уже не хотелось. Он тихо, чтобы не потревожить Шарпа, заглянул в шкаф за парой предметов, а потом вышел из дома. Рассвет ещё не наступил, небо покрывали звёзды, но не они сейчас интересовали путешественника между мирами. В отличии от верёвки, одолженной вчера у хозяина дома, крепкой деревяшки, да его собственной магии. Всего, что нужно для тренировки. Навестись, представить, пустить магию... Полёт не давался. В чём могла быть проблема? Заклинание не пыталось развалиться, и Райз не чувствовал, чтобы тратил на подъём себя больше сил, чем ушло бы на той же массы камень. Значит, основное препятствие, хаос и сопротивление магического поля, он преодолел. Но, тем не менее, после начального рывка вверх тяга терялась, и плетение в лучшем случае замедляло падение. Как парашют сгодится, но это не то, чего хотелось бы. В первые мгновения всё работало как надо. Очевидно, что-то не так с попытками поднять себя, когда ты уже в воздухе. Он попробовал запускать заклинание в прыжке. Выяснилось следующее: если тянуть вверх почти сразу, то всё работало как и с земли. Но если уже начинаешь падать — не происходит даже начального рывка. Видимо, проблема в изменении положения колдующего. Чтобы разобраться с этим понадобится время и, желательно, маг-помощник. А жаль — было бы славно просто улететь из этого леса. Райз вздохнул. Солнце уже давно взошло, надо было вернуться в дом. — Приятель, пока с химерой не решится, ты у нас пожить можешь. Мы подсобим, да и единорог тут лишним не будет. От голода не умрёшь, — говорил Шарп за завтраком. — Ты что, предлагаешь мне поселиться тут? — единорог усмехнулся. Хозяин дома остался серьёзен: — Да. Тут тебе ничего не грозит. Райз непонимающе уставился на собеседника. — Остаться? — Да. — Просто остаться? Жить тут, что ли? Пока проблема сама не решится? — Да. Странное предложение. Райз всё никак не мог до конца уловить мысль, будто бы тот непонятный переводчик между ними поломался. Слова все вроде ясны, но в чём суть? Шарп предлагал ему остаться в этом месте только потому, что на дороге опасно? Что, навсегда? Бессмыслица какая-то. Бессмыслица. — Скажи, вы делаете пирожки с ирисом? Шарп казался сбитым с толку сменой темы, но ответил: — Нет. Сейчас слишком опасно даже просто отходить от деревни, а уж про огненные болота и говорить нечего. — Жаль. Одна моя знакомая рекомендовала попробовать. Видимо, она заглядывала сюда ещё до того, как вы перестали. — У нас редко бывают гости. — Может, ты помнишь её. У неё голос ещё такой, немного писклявый, узнаваемый. Хозяин дома ударил копытом по столу: — Райз, будь серьёзней! Ты можешь умереть, если выйдешь из деревни! Единорог смотрел мимо собеседника, на мечущийся в печурке огонёк. Красиво. — Шарп, я должен идти. Есть пони, которым нужна моя помощь. Я не смогу помочь отсюда. — Ты не сможешь помочь если тебя сожрут. — Я уже через всякое прорывался, думаю, шанс есть, — Райз покачал головой. — И откуда вообще такая забота? Ты даже не знаешь меня, какое тебе дело? — Может быть. Но у нас всего хватает. И мы помним о долге. — О чём ты? — Мы ведь тут не слепые. — Я не понимаю. Взгляд Шарпа метнулся в сторону, к той, украшенной оружием стене. Райз насторожился ещё сильнее, а хозяин медленно вздохнул: — Да, конечно. Я просто несу чушь, приятель. Но можем же мы быть просто гостеприимными? — он тяжело опёрся на копыто. — Винд и Флори пошли по той дороге. Теперь их больше нет. Останься. Когда-нибудь с химерой разберутся, сам знаешь. Тогда и продолжишь путь. Иномирец посмотрел Шарпу прямо в глаза. — Я должен идти. Тот не прерывал зрительный контакт минуту, но в конце концов отступил, опустил веки и обречённо произнёс: — Эта химера безжалостна. Двое... И это только у нас. Если встретишь её — не разговаривай, беги. — Только у вас? Были и другие? — Наши больше туда не ходят... но не мы одни пользуемся этими дорогами. — Я понял. Спасибо, Шарп. Прощай. Шарп отказался от предложенных ему денег. Подарил одежду, простую, но крепкую, чтобы прикрыть проплешины на шерсти Райза. Дал немного еды в дорогу, копьё, верёвку. Хороший... хороший пони. Кажется, за его добротой к чужаку скрывалась какая-то история. Может быть, важная. Но сейчас, покидая деревню, Райз думал о другом. Одним свойственно бросаться даже на невинных, выискивая мнимую угрозу. Другие ничего не делают и когда враг ходит прямо под их окнами. Страх действует по-разному. Но ведь возможен и третий вариант? Райз боялся. Боялся многого. Но прежде всего — одного. Главного врага всех живущих. Что этот страх делает с ним? Единорог шёл. Указанная ему тропка должна была вывести к дороге, дорога — к городу. Увести из этого леса. Где-то на пути может повстречаться враг. Райз устал от врагов. Он не создан для драк. Но он готов. И боится. Именно страх заставлял внимательней смотреть по сторонам и именно благодаря этому Райз сразу заметил знак. Три воткнутых вертикально ветки, центральная испачкана чем-то красным. Свежим. Они не преграждали путь, а были чуть в стороне. Чуть дальше, уже на тропке, стояла башенка из нескольких камней, к которой справа прислонён ещё один. Ещё дальше — ветки, воткнутые крест-накрест. Тоже запачканные. Кто-то предлагает ему повернуть? Рядом с камнями в сторону уходила ещё дорожка. Райз поколебался. Едва ли это химера расставляет знаки, но всё равно — стоит ли доверять сигналам неизвестно от кого? Впрочем, глупо было бы погибнуть, не обратив внимания на подсказки от таинственного доброжелателя. Единорог повернул. На следующей развилке снова были камни. Потом знаки и вовсе увели от дорог. К счастью, вернуться в случае чего по ним же можно будет. Если их не уберут. Он продолжил идти. Какая-то глубинная интуиция уже нашептала ему, от кого эти подсказки. И куда они приведут. Последний знак снова состоял из трёх вертикальных веток. Внимание. За ним возвышалась гора — и вглубь её уходила пещера. Ну, или не так уж и вглубь — полуденное Солнце вполне позволяло увидеть спящее в ней существо. Нечётко, но достаточно, чтобы понять, кто это. Часть тела льва, часть — козла, две головы видны. Третью можно угадать. Химера. Вот и встретились. Райз тихо отступил назад. Существо даже не пошевелилось. Точно спит. Что это значит? И, что важнее, что с этим делать ему? Уйти. Химера спит, возможно, ему удастся удалиться достаточно далеко прежде, чем проснётся. А даже если нет, не так и страшно — на вид существо не казалось особо сильным. Не таким, что представлялось после рассказов Шарпа. Скорее всего, удастся отпугнуть. Довольно логично — попробовать избежать схватки, сразиться только если не будет иной возможности. Но... Убить. Существо спит, не готово к атаке. С помощью магии его можно достать. И нужно, необходимо. Нельзя думать только о себе. Райз нашёл лежбище, может что-то сделать, значит, теперь это его ответственность. Химера убивала и нет оснований считать, что она перестанет. Значит, он обязан её остановить. Сделать это в такой ситуации можно только одним способом. Прикончить её. Если просто уйти, то во всех смертях и несчастьях, что причинит это чудовище, будет виноват именно он. Два варианта будущего. Живая химера и мёртвые невинные, или мёртвая химера и больше никаких трупов. Сейчас Райз должен сделать выбор. Какой из вариантов для него предпочтительней? Ответ очевиден. Единорог развернулся и ушёл. Химера — тоже разумное. Даже трое разумных, ведь у существа три головы. Их жизни тоже ценны. Они имеют право на то, чтобы в их прегрешениях хотя бы попытались разобраться. Тем более, что об убийствах известно только со слов одного пони. Придётся поработать. Дел много, времени мало. Вероятно, химера выйдет на охоту ночью — до этого нужно закончить, с запасом. Спина Райза покрылась мурашками. Было страшно так подставляться. Но ошибиться — хуже. Он справится.

***

Райз вновь стоял у пещеры. Химера по-прежнему спала. Крепко, но что-то подсказывало единорогу — приблизишься немного, и она проснётся. Он шагнул вперёд и громко сказал: — Добрый день! Вы не уделите мне немного времени? Трёхглавое чудовище вскочило с невероятной ловкостью, мгновение — и оно уже готово к атаке. — Постойте! — Райз поднял копыто. Подаренное копьё было демонстративно повёрнуто тупой стороной вперёд. — Я хочу поговорить. — Что за везение, сёстры, — сказала львиная голова. — Завтрак сам пришёл к нам. Значит, всё-таки едят разумных? — Да, повезло! — козья голова тянула гласные. — Поедим. Хвост существа заметался, повернулся к единорогу кончиком и только теперь тот разглядел — это змея. Она заговорила: — Подозрительно. Он пришёл сам, не убегает. — Да, я пришёл, чтобы поговорить. Вы действительно едите пони? Вы же знаете, что они тоже разумные, тоже осознают себя и тоже хотят жить? Химера сдвинулась с места, медленно пошла к Райзу. — Сейчас ты узнаешь на себе, маленький любопытный единорожек, — сказала голова льва, и её «сёстры» согласно захихикали. — Уверена, ты очень хорош на вкус. Иномирец так крепко сжал челюсть, что с трудом смог ответить: — Может быть. Значит, вы действительно убиваете разумных ради еды. Вы не можете обойтись другой пищей? — А зачем? Вы вкуснее. — Вы всегда так думали? — Такова наша природа, глупый единорожек. Мы — хищники, вы — жертвы. И нам это нравится. Всё ясно. — Я могу вас как-то убедить не есть разумных? Все три головы химеры расхохотались. — А ты смешной! — сказала коза. Львица же посмотрела Райзу в глаза: — Не нравится — попробуй нас остановить, — её зубы обнажились в оскале. — А теперь — время завтрака! И химера прыгнула. Перед Райзом возник магический щит. — Попробую! Удар химеры был тяжёл, но недостаточно. Она отскочила назад. Щит в то же мгновение исчез, уступив место шумовому заклинанию. Ошибка. Львиная голова закричала, но тварь снова прыгнула. Райз едва успел уйти от атаки. Он использовал вспышку света и бежал. Звук её не берёт. Свет тоже надолго не задержит. — Ты! Мелкая тварь! Клянусь, мы разорвём тебя на кусочки! Я выгрызу твоё сердце! Райз не стал тратить воздух на ответные крики. Химера настигала. Пора. Единорог развернулся и вновь поставил щит. Тварь не успела затормозить, врезалась в него всей массой и отпрянула, на мгновение оглушённая. Скинуть пошедшую трещинами защиту, навестись на лежащие вокруг острые колья, обрушить их на врага. Брызнула кровь, но ни один удар не оказался смертелен. Только царапины. Крепкая. Бежать. Тварь рассвирепела, в её многоголосом вое уже не было ни капли разума. Перед Райзом оказалась развилка, отмеченная знаком — в этот раз оставленным им. Куда? Химера быстрая, скоро догонит. Тяжёлыми предметами в неё сложно будет попасть. Значит, налево. Под ногами нет дороги, но свободной земли достаточно для бегства. Вперёд, вперёд, вперёд... Райз бежал, пока не попал в ловушку. Поваленное дерево преградило ему путь. Большое, так просто не перебраться, и в самом неудачном месте — вокруг кусты и ветви, сквозь которые продираться слишком долго. Химера настигла его. Она замедлила шаг, неспешно приближалась к жертве. Ей идти не мешало ничего — перед этим тупиком будто бы специально оставалось свободное пространство. Рог Райза полыхнул. Готово. Единорог медленно развернулся. Копьё — простой кол, по сути, немногим лучше тех, что он сам делал — взметнулось в воздух. — Набегался, завтрак? — львица говорила издевательским тоном. — О, как я буду наслаждаться разрывая тебя. — Сам себя загнал в тупик, — засмеялась коза. Тупик. Бежать некуда. Почти — в одном месте за кустиком пряталась удобная дорожка, но её иномирец предпочитал пока игнорировать. Он сказал: — Я не сдамся просто так! Может, договоримся? — Мы договоримся с твоим трупом! — прошипела змея и в тот же момент Райз запустил своё копьё. Мимо. Тварь отскочила в сторону. Единорог поднял щит. — Кажется, ты остался без оружия, глупый единорожик. Долго ты за своей магией прятаться не сможешь. — Да, мы разорвём её! А потом — тебя! Химера приближалась. Райз знал, что его лицо сейчас искажено страхом. Неуверенный шаг назад. Ещё один. Хватит. — Не бойся, мы запомним тебя, — продолжала львица. — Ты дурак, но хоть не трус. Змея зашипела: — Вы, пони, никчёмные. Трясущиеся жертвы. Не способны дать отпор, даже когда вас уже едят. — Да! — подхватила коза. — В вас нет ни капли хищного. — Ни капли, — львица засмеялась. — Вам никогда не понять по-настоящему, какое это наслаждение — лить чужую кровь. Убивать тех, кто слабее. Ты чуть лучше других, но всё равно слабак. Мы порвём твою магию, а потом съедим тебя. Ещё живым. Просто ради веселья. Райз молчал. Химера подошла вплотную к защитному барьеру. Замахнулась. Щит пропал за мгновение до удара. Тварь покачнулась. Рог Райза снова полыхнул. Раздался треск. Ловушка сработала. Химера провалилась вниз, и только тогда иномирец сказал: — Я — человек. Тварь взвыла от боли, приземлившись на врытые в дно ямы острые колья. Ещё несколько ударили сверху, обрывая крик. В этот раз Райз мог прицелиться лучше. Мертва. Он дважды проверил, прежде чем позволил себе расслабиться. Мертва. Что же, теперь он убийца. Его скрутило, по телу прошла дрожь. Ноги ослабели. Райз припал к земле. Всё, он перешёл эту черту. Может быть, даже ещё раньше — неизвестно, что случилось с подорванным единорогом в тех развалинах. А ведь тот мог быть невинной жертвой Тени. Но там была неопределённость, теперь же всё точно. Неправильно, что из-за убийц он переживал сильнее. Но явное производило больший эффект. Выше всего Райз ценил жизнь разумного существа. Любого разумного существа. Теперь он оборвал такую. Нет, сразу три. Мог ли он решить эту проблему не убивая? Наверно. Лучший путь есть всегда. Не всегда хватает ума, чтобы его увидеть. Сейчас Райзу не хватило. Он будет с этим жить. Но... он должен был так поступить. Он считал неправильным руководствоваться чёткими моральными правилами, вроде «не убий». Такие правила рано или поздно приведут тебя к тому, что ради них ты будешь позволять зло. Нельзя убивать. Правила заставили бы сейчас ничего не делать. Он считал неправильным ориентироваться чисто на совесть, на чувство правильного. Если поступок отвратителен, это ещё не значит, что он к худшему. Теплота в груди — не лучший индикатор верных действий. Убийство — это плохо. Совесть будет долго мучить его за это. Ничего не поделаешь. Ориентироваться нужно на последствия. И неважно, каков поступок, главное, к чему он приведёт. Эта химера больше никого не убьёт. Он предпочёл этот вариант будущего другому, тому, где гибнут невинные. Но всё равно. Любая смерть — это печально. Любая. Независимо ни от чего. Райз поднялся. Посмотрел на труп. Заговорил: — Когда-нибудь настанет время, когда наш настоящий враг будет повержен, когда такого больше не будет происходить. Мне жаль, что ты... что вы не дожили до этого момента. Но лучше так, чем позволить вам убивать невинных. Да, лучше так. Но всё равно, здесь, над вашим телом, я даю обещание. Я буду бороться. Я буду искать способ победить смерть. Буду сражаться до конца. Пока не прекратится существование, моё или её. Клянусь. Во имя всех живущих в двух мирах. Любая смерть — это плохо. Значит, нужно победить. Аликорны бессмертны, возможно, в них кроется секрет вечной жизни. А может и нет. Но, как бы то ни было, Райз поклялся. Он узнает всё о магии, добудет всю нужную силу и найдёт способ. Он будет бессмертен. Все будут бессмертны. Люди, пони, другие разумные этого мира — никто больше не будет переставать существовать. Никому больше не нужно будет говорить «прощай». Это его цель. Ради этого он прорвался в иной мир, ради этого ищет магию. Ради этого рискует и борется. Он добьётся. А если смерть достанет его раньше... что же, за ним придут другие. Рано или поздно, она будет повержена. И всё же... С этим врагом Райз хотел расправиться сам. Он вскинул голову к небу. — Клянусь. — Ох, это было так захватывающе!