К черту любовь

      «Что это на меня нашло? Я же все понимаю, но, похоже, мое тело не согласно с моими мыслями… Я вновь влюбляюсь в него, стоит только увидеть. Надо с этим что-то делать, но не сейчас, не сейчас…»       «Она пригласила меня? Вот не ожидал, может и правда простила, хотя нет, очень вряд ли… Тогда почему? Ладно, не важно, подумаю об этом завтра. Надеюсь, Леди не догадается, чем я занимаюсь по ночам. Снова чувствую себя подонк… Самобичевание, конечно, хорошо, но не сейчас, не сейчас…»       Мысли проносились в головах наших героев, такие разные и такие похожие. Дверь была открыта настежь; оба медлили, словно понимая, что делают что-то неправильное, но, как показывала практика, оно того стоило. Юноша решился первым, делая пару несмелых шагов и закрывая дверь уже изнутри. Знакомая обстановка грела теплом и уютом. — Может чаю? — Маринетт натянуто улыбнулась, но глаза ее горели, буквально светились надеждой, что одним чаем вечер не закончится. — С удовольствием, — Адриан тоже улыбнулся, просто и открыто; его взгляд пал на стол, отчего щеки выдали предательский румянец, а глаза не двусмысленное желание.       Щелчок чайника возвестил о готовности к чаепитию. Круассанов сегодня не было, их заменили не менее вкусные булочки с кремом, оставшиеся от дневных продаж. Да-да, несмотря на свое аховое состояние, Мари не могла бросить пекарню, все должно было работать в обычном режиме. Чай закончился непростительно быстро, а разговор все не клеился. Они начали вспоминать смешные случаи школьных лет, это помогло немного расслабиться и разрядить обстановку. Но все равно оба знали, зачем они здесь, и чем закончится этот вечер. — Уже поздно, я, наверное, пойду, — с огромным сожалением вздохнул Адриан. — Да?.. А, может, останешься? На мой взгляд, слишком поздно, чтобы возвращаться домой. Лучше давай выпьем что-нибудь, посмотрим фильм, а утром поедешь? — Маринетт почти не смутилась. — Я надеялся, что ты предложишь, но не хотел навязываться, — снова эта сногсшибательная улыбка, соперничающая разве что с улыбкой чеширского кота. Ну как тут устоять, обаяние этого парня просто зашкаливало.       Мари неторопливо развернулась и подошла к серванту. На нижней полке стояло несколько бутылок. — Что предпочитаешь — виски, коньяк, красное вино? — Учитывая тот факт, что завтра за руль, пожалуй, остановлю свой выбор на вине, — немного аристократично ответил Адриан.       Маринетт, прихватив бутылку с вином и два бокала, взглядом приказала следовать за ней. Удобно расположившись на диване, девушка выбирала фильм, а юноша разливал напиток. Ее выбор пал на легкую романтическую экранизацию, как нельзя более подходящую этому вечеру. Адриану фильм понравился, не было, привычных для мелодрам, розовых соплей. — Вино просто божественное, — парень от удовольствия слегка закатил глаза. — Как и девушка, сидящая рядом со мной, — очередная умопомрачительная улыбка сразила Маринетт. Легкий румянец ответил на комплимент. — Тебе здесь постелить или со мной?       «Что за глупый вопрос! Конечно…» — Конечно с тобой! — закончил свои мысли Адриан. Провожая взглядом Мари, что буквально взбежала по лестнице в свою комнату. — Раздевайся, ложись, — настала очередь соблазнительных улыбок Маринетт.       Оба забрались под одеяло, старательно не касаясь друг друга. Но это не помогало, ток буквально бежал по венам, посылая импульсы от тела к телу, напряжение в воздухе достигло всех возможных пределов. Они прилагали колоссальные усилия, чтобы прямо сейчас не наброситься друг на друга, теряя волю и разум. — Адриан… — Да? — Прости, но я… люблю тебя. — Скажи это еще раз. — Я люблю тебя! — Ты единственная, после моей мамы, кто искренне говорит мне эти слова, спасибо тебе, — Адриан приподнялся на локте, поворачиваясь к Маринетт.       Он протянул руку и нежно погладил ее по щеке, заглядывая в глаза, глубокие как моря, синие как небо, затягивающие и пленяющие. Это невесомое прикосновение, словно выключатель, переломило все усилия, сдерживающие обоих до этого момента. Адриан медленно приблизился губами к ее губам, но не спешил целовать, мучая девушку и самого себя. Хотелось растянуть как можно дольше этот сладострастный момент. Все же, юноша сдался, горячее учащенное дыхание Мари срывало с катушек. Накрывая ее губы поцелуем, он жадно всасывал их, пил без остатка, боясь не успеть насладиться таким желанным слиянием. Сумасшедшими поцелуями парень просто терзал девушку — ее губы, шею, плечи — не останавливаясь ни на мгновение. Его руки прошлись по изгибам тонкой талии, поднимаясь к уже возбужденной груди с затвердевшими сосками. «О, Боже, она легла голая, невыносимо, как же я ее хочу» — ликующие мысли Адриана были последними, Разум больше не владел им, уступая место другим, более интересным органам.       Маринетт слегка взяла инициативу на себя и села парню на бедра, занимая позу наездницы. Обе его руки крепко сжали упругие груди девушки, поднимаясь, он по очереди сильно втянул губами твердые соски, вводя в экстаз их обладательницу. Немедля более, Мари обхватила рукой его напряженный до предела член и направила в горячее лоно. Ее накрыла волна удовольствия, когда, слегка покачивая бедрами, она начала двигаться. Постепенно ускоряясь, пробуя разные направления движений, Мари начала ощущать что-то совершенно непривычное, бесконечно приятное, все более нарастающее внизу живота чувство. Еще немного, и она взорвалась этими яркими ощущениями, не сдерживая рвущиеся из груди стоны.       Адриан просто умирал от блаженства, возбуждаясь все сильнее и едва сдерживаясь, чтобы девушка тоже испытала как можно больше удовольствия. Понимая, что надолго его точно не хватит, он резким движением, не выходя из нее, перевернул девушку на спину, слегка придавливая ее своим весом. Поцелуем впившись в губы, парень начал быстро ускоряться, звонкие шлепки бедер и скрип кровати нарушают безмолвие ночи. Тихий протяжный стон, и сперма забрызгивает грудь и лицо Маринетт. Пару минут они просто не двигаются, наслаждаясь близостью. — Извини, — немного смущенно улыбается Адриан. — Все в порядке, — девушка встает умыться.       Полная луна освещала ночное небо, проникая в комнату Мари, где два любовника засыпали в объятиях друг друга. «Неужели может быть так хорошо» — посетили затуманенные мысли. Их обоих.       Не всегда в нашей жизни мы выбираем тех, кто любит нас, или тех, кого любим мы. За редким исключением, чаще всего мы остаемся с теми, кого полюбили Разумом, а не Сердцем. Ведь сердечная любовь, страсть — недолговечна, сгорая в ней, мы рискуем обратиться пеплом, из которого потом уже не соберешь ни себя, ни любовь.