Глава 6. Возвращение домой.
4 ноября 2024 г., 20:31
***
Девушка двигалась быстрыми прыжками по высоким деревьям. Ее двухцветные волосы развивались на ветру, на высокой скорости смазывались, создавая всполохи цвета пламени. Алые глаза зорко следили за местностью, давая их хозяйке возможность не столкнуться с очередной веткой, а также помогая вовремя заметить нападавшего и увернуться. Сделав сальто, переместилась в сторону. Вытащила из подсумка кунаи и сжала их в руках. Почувствовав за спиной движение, резко вскинула руку, попутно оборачиваясь и срываясь с места вверх на ветку повыше, метко отправляя пять кунаев с взрыв печатями в противника. Послышалось недовольное причитание с парой нелестных эпитетов, на что молодая куноичи заулыбалась, хитро сверкнув своими алыми глазками. — Опять мне весь мех испортила. — возмущался серый двухметровый волк, оказавшись на земле, осматривая подпаленную шерсть. — Сам виноват. Нечего было меня подначивать. — девушка, задорно улыбаясь, показательно откинула рукой копну волос за спину. Черно-алые волосы, собранные в хвост, доставали ей до колен, но ничуть ей не мешали. Сложив руки на груди, сверху вниз смотрела на соперника по спаррингу, которого определила ей хозяйка этого места, и добавила: — Цуки предупреждала тебя, что я сражаюсь наравне с Аматерасу-сан. —Ты всего лишь человек. –— процедил сквозь зубы волк, недовольный тем, что человек смеет звать его вожака фривольно вторым именем, звать, которым не все жильцы призывного мира могут себе позволить. — Для тебя она Цукиеми-сан. — Не-а. Она сама позволила мне так звать себя. Так что. — пожав плечами, развела руки в сторону. Продолжая улыбаться и бесить этим верного почитателя вожака волков мира призыва. — Да пиздани ты ему уже. Бесит. — в голове девушки привычно послышался рычащий голос. — Нельзя. Он же друг Цуки. — ответила мысленно девушка, вздохнув. К сожалению, матный сборник хвостатый перенял от девушки. В конце концов, прошлая жизнь была в России. А там что не эпитет, то великий и могучий. Пока шли внутренние препирания в голове у девушки с ее квартирантом, куноичи уловила еще одно действующее лицо, которое двигалось к ним. Подвинулась в сторону, дав приземлиться рядом с собой подруге. Черно-белая волчица аристократично приземлилась на ветку, взглянув на свою подопечную, кивнула и уставилась на своего сородича внизу, который, учуяв знакомую, как-то сжался. — Я ведь предупреждала, Шейн. — вздохнув, помотала головой волчица и, уже обращаясь к девушке, — Тебя звала Цукиеми-сан. Прервав мысленную дискуссию посылом лиса на хутор бабочек ловить, неверяще уставилась на свою подругу. Когда девушка только прибыла, она виделась с предводителем волков всего несколько раз. И единственное, для чего сейчас ее могли звать, это. — Верно. Пора домой. — улыбнулась Цуки, подтверждая догадки куноичи. Взвизгнув, юная шиноби рванула в свое временное пристанище, куда ее определили по прибытию десять лет назад по временным рамкам мира призыва и пяти годам времени реального. С перерывами на отметки в госпитале и перед Хокаге, чтобы не вызывать подозрения. Залетев в небольшую комнатку, собрала то небольшое количество вещей и свитков, которое осталось после тренировок с волками и Аматерасу-сан. Сложив всё в запечатывающий свиток, что создала сама, убрала его в печать на бедре и подошла к зеркалу осмотреться на предмет грязи и в принципе внешнего вида. В зеркале отражалась уже не та маленькая девочка с испуганными глазами. Сейчас там уже вполне взрослая девушка с оформившимися формами и подтянутым телом. Высокий хвост открывал бледное лицо, где ярко-алые глаза с вертикальным зрачком смотрели не с той детской наивностью, а взрослой осознанностью и решимостью. Руки юной девушки уже были окроплены кровью, как-никак задания выполнять нужно было, ведь она шиноби. Да и время настало в ее мире неспокойное. Поэтому в своем мире девушка уже не раз опробовала свои силы. Хотя это было тайно ото всех и с помощью клонов. Война началась. А это значит, и примерное будущее, которое она знала, подошло. И нужно было кровь из носу ей подготовиться насколько возможно и выжать из себя все силы, но стать еще сильнее, чтобы спасти ее семью и друзей. Потерев лицо рукой, прогоняя серьезность, глаза мелькнули золотистым светом, улыбнулась отражению, показывая удлиненные клычки, и выдвинулась быстрым шагом к своему мастеру. — Как там у моих дела? — спросила девушка, сворачивая на очередном повороте. — Всё нормально. У того блондинистого парнишки команда появилась пару месяцев назад. Я так понимаю, это один из нужных моментов? — хмыкнул, недовольно подергивая хвостами, лис. Не нравилось ему работать в качестве передатчика, но возмущался уже больше по привычке, нежели серьезно. Всё-таки за это время он притерся к девчонке. — Да, он. Нужно будет разрулить дельце с их миссиями и походить с ними. Чтобы спасти детишек. — в общих чертах обрисовала ситуацию девушка, уже приближаясь к нужной двери и сбавляя шаг. — У тебя точно получится. — вяло прорычал лис и добавил, не скрывая удивления и задумчивости: — До сих пор удивляюсь, как тебе пришла в голову идея в пустую печать Узумаки запихнуть клона из моей чакры, чтобы следить за тем, что у них происходит. И как вообще получилось? — Сама в шоке. — нервно засмеялась. Эта идея была на процентов семьдесят очень опасной как для самой Сакурасо, так и для Кушины Узумаки. — Но, думаю, всё благодаря ЕМУ. — добавила девушка, вспоминая тот не особо приятный момент, ведь снова прочувствовала весь спектр ощущений и последствий от посещения ее бренного тела богом. Отмахнувшись от противных воспоминаний, постучала в створки седзи и, услышав тихое, но твердое «входи», зашла. Прошла в середину комнаты и села в привычную позу сейдза за столько лет, твердо смотря на учителя. Говорить разрешалось лишь после слов самой Цукиеми-сан. Перед юной шиноби на татами восседала огромная волчица белоснежного окраса в сером кимоно и деловито попыхивая трубкой. Ее глаза проникновенного голубого цвета осмотрели девушку, что сидела перед ней в ожидании. — Здравствуй, Юка. — глубокий голос волчицы пробирал до приятных мурашек. — Здравствуйте, учитель. — стойко поприветствовала ученица. За всё время, проведенное здесь, для Юки все стали очень родными. Будто стали связаны душой друг с другом. От чего Сакурасо не хотела уходить отсюда, но там тоже есть близкие люди. И их надо было спасти. — Твое обучение подошло к концу. Так же как и лечение. Сегодня ты вернешься обратно. — начала волчица, с некой грустью смотря на девочку, что стала прекрасным членом стаи. Юка промолчала. Побоявшись, что непрошенные слезы все-таки вырвутся. — Волчонок. — ласково обратилась Цукиеми-сан к девушке. — Ты стала одной из нас. Мы всегда придем тебе на помощь. И мы также приготовили для нашей Иназумы подарок. Сакурасо с непониманием и шоком уставилась на учителя. Неужели ей дали второе имя? Аматерасу-сан рассмеялась, глядя на забавную реакцию ученицы. Указала трубкой перед девушкой. Шиноби опустила взгляд перед собой и увидела сверток, что по началу не заметила. Аккуратно взяв его в руки, неуверенно покрутила, осматривая. Не так давно такой подарочек от одного волка она уже получала. Еле отмыла от стойкой желтой краски лицо и волосы. Поэтому этот подарочек она опасалась открывать. Вдруг Рафу решил опять пожертвовать своими нервными клетками и здоровьем, чтобы устроить сюрприз. — Приколисты тут одни, что ли. — пробубнила про себя куноичи и услышала снова приятный смех мастера. — Не переживай. В этот раз подарок от стаи, и Рафу к нему не подпускали. — по-доброму оскалилась волчица. Кивнув, все-таки открыла сверток и вытащила из него плащ. — Вау. — шокировано вырвалось у девушки. Плащ был выполнен под стать самой новоиспеченной хозяйке. Основной цвет был бордовый, рукава же были черного цвета длинной до локтей. На спине было вышито серебряными нитями надпись иероглифами «Красноглазый повелитель волков. Иназума». Обрамлял эту надпись полумесяц, который символизировал клан призывных волков, расшитый золотыми нитями. Аккуратно надев его, Юка осмотрела себя. Подарок был легким и очень удобным, в чем девушка не сомневалась. Опробовав пару движений из своего арсенала, убедилась в этом и с горящими глазами, наплевав на этикет, рванула к учителю и обняла ее. Аматерасу на это подавилась дымом, но, вздохнув, приобняла в ответ. Как-никак ученица сегодня отбывает. Отстранившись, шиноби смущенно отошла и еще раз поблагодарила за такой роскошный подарок. — Этот плащ выполнен из особого материала. Он не износится, устойчив к оружию и огню. — пояснила волчица, довольная тем, что подарок пришелся по душе. — Как классно. — запрыгала на месте девушка, осматривая себя со всех сторон. Хитро оскалив острые клыки, выдохнула в сторону радостной девушки клубки дыма. Скосив глаза, добавила, вводя в ступор Юку: — К ядовитой чакре твоего лисеныша тоже. Юке показалось, что сердце остановилось, а потом помчалось галопом, звеня в ушах. Несмотря на то, что волчица являлась ее наставницей и сильнейшим бойцом, это не помешало ей отскочить в сторону, выставляя кунай вперед, готовая в любой момент защищать себя и своего соседа. — Как вы узнали? — Шиноби напряженно уставилась на мастера. Отрицать нахождение Кьюби внутри себя было глупо. Волчица прожила долгую жизнь, и, конечно же, в ее силах было понять странную природу наивной девчонки. И именно что наивной. Юка была слишком уверена в том, что ее фон чакры был скрыт с глаз этого старого существа. Слишком самоуверенна. — Как она поняла про тебя? — истерично спросила девушка, не зная, что делать в такой ситуации. — Да мне-то откуда знать? И какого черта она смеет звать меня лисенышем? Псина сутулая! — взревел Кьюби, рыча и готовясь выйти раз на раз с волчицей. Сакурасо с усилием успокоила готовую взбунтоваться чакру, но предательски мелькнули ярким огоньком красные глаза, выдавая внутренний взрыв пушистой жопы ее квартиранта. Цукиеми-сан недовольно цыкнула, выпустив немного Ки: — Пусть угомонится. Или у нас не получится нормального диалога. — Юку прошибло леденящим ужасом, будто ОН снова пришел. С скрытым страхом в глазах осмотрелась. Устрашающей фигуры Бога смерти поблизости не наблюдалось. — Было очень наивно предполагать, что я не замечу всего, что творится в моем мире. Хотя должна признать, со временем ты стала хорошо скрывать оба вида чакры. — Почему от нее несет этим чертовым Шинигами? — напряженно выдавил лис, не понимая, что происходит, и наблюдая за подозрительной волчицей глазами своей джинчуурики. Неожиданно для себя покрыл ее тонким слоем чакры, готовый отбиваться. Заметив манипуляции лиса, волчица по-доброму рассмеялась, убирая КИ и подходя к напряженной девушке. От взора волчицы не укрылось, как Юка повернула острие куная в сторону открытой пушистой шеи волка. В звериных глазах проскользнул огонек одобрения. — Не волнуйтесь. Никто не знает о вашей особенности, я позаботилась об этом. — проговорила она, смотря на перепуганную девушку. — И никто не узнает. Ты же мой волчонок. — Что с вашей КИ? Почему она похожа на… — собиралась высказать свои мысли вслух, как была прервана усталым выдохом. Волчица сразу же сгорбилась, развернулась к своему месту, сложила лапы за спиной в замок и, остановившись прямо перед ним, произнесла: — Я не могу рассказать вам всё. Скажу лишь, что наши с тобой ситуации похожи. А теперь иди. Счастливого пути, друг мой. Волчица села на свое место, закрыв перед собой штору, показывая, что разговор закончен. В смешанных чувствах Юка вышла из зала аудиенции с учителем и направилась к воротам, где ее должна была ожидать Цуки.Вопросы закрутились роем в голове у девушки, мысленно с Кьюби обдумывали разные варианты и пришли пока только к одному. Возможно, Шинигами и Аматерасу связаны контрактом. Но немного по-другому. Все эти мысли заставляли Юку сходить с ума и ждать подлянки со стороны Шинигами. Аматерасу-сан явно не просто так позаботилась о том, чтобы скрыть ее чакру. Холодная рука бога смерти явно прослеживалась во всей этой хрени. Юка лишь отвесила себе хороший пендель за то, что позволила себе расслабиться. Это стало ей уроком на будущее, хорошим таким. Отрезвляющим. — Господи боже. И так проблем хватает. А тут еще какие-то непонятные тайны. Чертов Шинигами. — мысленно вопила Юка, схватившись за волосы. Курама поддерживал своего носителя, поливая качественным матом этого бога смерти, который добавляет хлопот даже своим отсутствием. — Успокойся, блохастый гопник, мне тебе семечек отсыпать? — с ехидством предложила девушка, за что получила очередную порцию матов. Единогласно сделали вывод, что один небезызвестный бог — тот еще гондон и пидорас. Юка и Кьюби дружно перекрестились на всякий случай. Как-никак встречаться с ним не особо горели желанием. В этот момент Сакурасо подошла к воротам, где её уже ждали подруга и немалая часть стаи. Подняв взгляд, девушка прикусила губу, стараясь не расплакаться. Но собралась с мыслями и решила, что нечего плакать. Еще увидятся. Впереди их ждало немало битв, в которых они будут сражаться плечом к плечу. Широко улыбнулась и подбежала к стае, прощаясь со всеми и слушая напутствия. Поблагодарила всех за такой роскошный подарок, на что волки лишь довольно улыбались, поздравляя с окончанием обучения и получения имени от вожака. Распрощавшись на веселой ноте со всеми, Цуки переместила девушку обратно в мир шиноби. Юка оказалась в своей комнате, сама же волчица сказала, позже вернется. Кивнув, девушка осмотрела свою комнату. Всё чисто и убрано. Сразу видно, что за комнатой присматривали и убирали. Прислушавшись к своим ощущениям, поняла, что дома никого, что немного обрадовало. Сможет выйти на разведку по деревне и заодно перекусить рамена. Как же давно она его не ела. Юка облизнулась, вытирая слюнки рукой. Всё-таки еда из призыва была своеобразной, но ей еще повезло в отличие от главного героя. Подошла к шкафу и достала черные бриджи, серую безразмерную футболку и белье. Пулей побежала в ванную хорошенько отмыться. После водных процедур с помощью Кьюби высушила волосы и собрала их в слабенький хвостик. Найдя потрепанный кошелек и быстро ретировавшись в прихожую, нацепила сандалии шиноби и выбежала на улицу, перемещаясь шуншином в переулок недалеко от Ичираку. Накинув на себя хенге, зашла в кафе. Заказала рамен и в ожидании заказа незаметно осматривала пространство и ближайших людей. Свое присутствие скрыла и ощущалась для других шиноби как обычная гражданская. Научиться этому стоило ей кучу потраченного времени, но она была упорной ученицей. Не зря Аматерасу-сан хвалила ее. Юка не заметила никого подозрительного. Это было хорошо, она могла спокойно поесть наваристого рамена. Забрав заказ, принялась с аппетитом его поглощать. — Тебе Сенджу обещала пиздюлей дать за то, что ты пропала на год, — вспомнил Кьюби разговор Сенджу с Узумаки и ехидно засмеялся. Чуть не подавившись и не выпустив лапшу через нос, Юка недовольно спросила: — Бля! Ты чего раньше не сказал? — Рука у Сенджу тяжелая, и девушка сразу же стала придумывать план, как ей пережить негодование Цунаде. — А зачем? Тебе чем-то это поможет? — явно веселясь, почти промурлыкал Курама, предвещая представление. Чтобы не слышать все ехидные комментарии от разошедшегося биджу, Юка во внутреннем мире сотворила сковородку и от души стукнула по рыжей голове. Это не принесло ему хоть какого-то урона либо боли, но месть была совершена. Не слушая пополненный новыми матами словарный запас Кьюби, «закрылась» от него. Наконец прикончив самый вкусный рамен, девушка расплатилась, не забыв отсыпать пару рё в знак признательности. Как всегда поблагодарила милого хозяина, не спеша двинулась в сторону скалы Каге. На улицах было тихо и спокойно, несмотря на ведущуюся войну стран. Вечерняя прохлада ничуть не мешала прогулке, ведь у девушки есть персональная пушистая грелка, которую она с радостью эксплуатировала. Сама деревня, кажется, даже не пострадала, но было заметно, что людей стало явно меньше. Юка это чувствовала своими обостренными чувствами. Переместившись на голову Каге, сняла маскировку, вдохнула полной грудью вечерний запах. Помимо запаха кафе и цветущей зелени, Сакурасо чувствовала металлический запах, что осел на кончике языка, заставляя скривиться. Всё-таки даже простые отголоски она чувствует, что неимоверно раздражает чувствительные рецепторы. Поэтому, притупив их, уселась на второго Каге. Немигающий взгляд красных глаз устремился на закат. Согнув ногу, оперлась на нее рукой. Легкий ветерок трепал разноцветные волосы. Зеленый лист, медленно кружась, опустился на черную макушку. Подхватив его пальцами, Юка покрутила в разные стороны и отпустила дальше парить над деревней. Спокойствие завораживало. Она пыталась надышаться умиротворением и спокойствием деревни, ставшей родной. Через пару дней Юке придется погрузиться с головой в войну шиноби. Предотвратить смерть многих людей. — Я же смогу? — тихо бросила девушка, пустым взглядом смотря, как солнце скрывается за горизонтом. Волосы двух цветов развивались за спиной, напоминая пламя. Ветер изменил направление, и запах дома окутал девушку со всех сторон. Слабая улыбка отразилась в уголках красных глаз. Руки, покрытые мозолями, опустились на плечи девушки. Положив руку поверх чужих, Юка ярко улыбнулась. Приближение знакомого источника чакры она заметила сразу.Мягкий голос прорезал пространство и растворился в убегающем ветерке: — Ты вернулась. Девушка накинулась на блондина, крепко обнимая за шею. — Минато-нии! Удержав равновесие, Намикадзе тихо засмеялся, обнимая девушку в ответ. Юка успела по нему жутко соскучиться. Простояв так некоторое время, Юка отстранилась, осматривая парня. Ран и каких-либо порезов не наблюдалось, даже пары синяков. Форма шиноби, так подходящая блондину, также была в целом состоянии. Это успокоило. Кивнув себе после анализа, Сакурасо поинтересовалась: — Ты с миссии? — Да, с миссии. — неловко почесывая затылок, сказал Минато. — Провожал своего ученика и заметил тебя. Переместился сюда быстрее, чем подумал, что это может быть кто-то другой. Мы все скучали по тебе, Юка. Сдерживая внезапно повалившие слезы, девушка осипшим голосом проговорила: — Ага. В разноцветной головушке промелькнула непрошеная мысль, что она стала слишком сентиментальной для ее возраста. — Ну что, домой? Там как раз остальные должны вернуться. — задумчиво проговорил Минато, на что Юка дернулась, представляя кровавую расправу от принцессы слизней. — Да. — вяло ответила куноичи, в который раз размышляя о побеге на луну. Юка крепко схватила Намикадзе за руку и шуншином переместилась домой. Оказались прямо в центре зала, где как раз все собрались. Послышался треск спинки дивана, и Сакурасо завопила: «Не виновата я, начальник». Оттолкнула от себя охреневшего Минато в объятия Кушины и рванула от медика на улицу. Вслед удирающей девушке летела мебель и прочая утварь, попадающая под руку злой до чёртиков Сенджу химе. А уж исходящая от нее убийственная КИ могла посоперничать с шинигами, как казалось Юке. Поэтому, используя все свои выверенные упорным трудом навыки, пускала в ход, чтобы дожить до следующего дня. За самой принцессой слизней следовали Джирайя с Минато и Кушиной, чтобы в случае чего помочь Сакурасо. Во внутреннем мире Сакурасо в истерическом припадке смеха катался лис, говоря, что это карма настигла ее. На что он услышал в ответ о себе много нового, вплоть до прадеда его отца. Ошалев от такого словарного запаса его джинчуурики, стал даже задумываться о том, чтобы начать записывать.Добежав до родного полигона, Юка затормозила и приготовилась уклоняться от Цунаде. Использовать техники на своей названной сестре не хотелось, поэтому, вздохнув, приготовилась уклоняться. Запасы чакры у нее значительно повысились благодаря пушистой вредной жопе, так что в плане объемов чакры могла соперничать с представительницей алого клана. Отскок вправо, и там, где стояла девушка, приземлился огромный валун, который до этого мирно украшал внутренний двор. С выпученными глазами проследила за траекторией полета куска декоративного дерева и скорее на рефлексах отпрыгнула в сторону. Тут же пришлось уворачиваться от серии ударов мистической рукой. — Цунаде-сан! Таким образом я превращусь в тофу! — кричала Юка, уклоняясь от атак на чистой интуиции, обострив все чувства. Избегать ударов было достаточно просто. Только если бы сама принцесса слизней захотела убить, так просто бегать бы не получилось у Сакурасо. Наблюдая за этаким мини-спаррингом, Кушина болела за Юку, подбадривая. Намикадзе, вздохнув и улыбнувшись на действия любимой, помотал головой, готовясь, если что, вытащить из-под удара подругу. Джирайя же стоял непривычно серьезный, поражаясь возросшим способностям своей ученицы, что достаточно уверенно держалась против одной из сильнейших шиноби Конохи. Сама же участница марафона, поняв, что это затянется надолго, а ей помочь никто так и не соизволил, пришла к единственной мысли, мелькнувшей в ее темной и ненормальной голове. Поднырнув под руку замахнувшейся Сенджу, ловко юркнула вперед. Среагировавшая блондинка изменила траекторию удара, следуя за мелькнувшим рыжим всполохом волос. Но юная куноичи, хитро сверкнув глазами, проскочила между ногами Джирайи, появляясь за спиной. Сам же мужчина успел только удивиться, как ему по лицу прилетело кулаком, и тот, прилично отлетев, упал у края кустов. И казалось, весь мир замер, только крики вороны прорезали окружающую тишину. — Джирайя-сан! — первой очнулась виновница и подлетела к учителю. Осмотрев синяк во всё лицо и вывихнутый нос, виновато отступила, давая пройти медику к случайно пострадавшему. Цунаде мгновенно вылечила мужчине опухшее лицо, не забыв вправить нос. — Жить будет. — флегматично констатировала блондинка. Кушина и Минато шокировано смотрели на учителя и не понимали, как их подруга умудрилась проскочить мимо жабьего саннина и увернуться от тяжелого кулака Цунаде. Самой же Сакурасо, которая уже не смела уворачиваться, прилетел воспитательный подзатыльник. Последовала тирада о том, как они переживали за эту неугомонную жопу, что по поискам приключений была на ровне с Узумаки. Хотя скорее аловолосая была наставником в этом всем. Во время причитаний медик профессионально осмотрела девушку и вынесла вердикт, что да, восстановление чакроканалов наконец завершилось. Все облегченно выдохнули. Очнувшийся Джирайя добродушно улыбнулся, не понимая, о чем идет разговор. Нежной рукой прилетело ему знатно. Юка сердечно извинилась перед наставником. Тот лишь махнул рукой, посмеиваясь. Гордость за возросшие навыки юной куноичи переполняла опытного шиноби. А в том, что она по силе сравнялась с саннинами, он почему-то не сомневался. Ведь будь бой серьезней, сложно сказать, кто вышел бы победителем. Долгожданное воссоединение прервал появившийся призывной зверь Сенджу, сообщив о экстренном случае в больнице. Наспех еще раз дала подзатыльник Юке и строго наказала сидеть дома и не высовывать свою пятую точку. Шуншином ретировалась в больницу. Сакурасо, приобняв за плечи Минато и Кушину, потянула к дому, подзывая учителя. Тот отмахнулся, сказав, что у него сейчас миссия, и так же сбежал следом за медиком. Попрощавшись с учителем, ребята пришли домой и устроились на кухне. Минато, по просьбе девушек, приготовил рис с карри. Вот так за ужином трое сидели и рассказывали о том, что и как у них происходило за это время, пока они были отдельно друг от друга. Юка незаметно расспрашивала о том, что происходило в деревне и про команду блондина. Ей нужно узнать, в каком промежутке времени она сейчас находилась. Судя по еще живому Обито, до начала потери одного из учеников оставалось время. И это время стоило потратить на разработку сносного плана. Упускать треххвостого ей не хотелось. Так же как и позволить Мадаре сделать из Учихи марионетку для своих планов. Еще на повестке после этого Учихи и сам Мадара. Минато, радостно улыбаясь, с воодушевлением и теплотой рассказывал о своих маленьких учениках. Конечно, были и не самые приятные моменты. Он с горечью признал, что маленький Какаши и Обито никак не хотели работать в команде. Но прогресс был, пусть и небольшой. Единственным лучиком солнца стала Рин, являющаяся гарантом спокойствия в команде. После ужина, еще немного поболтав, разошлись. Юная парочка отправилась домой, понимая, что с Юкой ничего не случится. А встретиться они смогут завтра. Юка зашла в свою комнату и, закрыв за собой седзи, активировала барьер, который блокировал все звуки внутри комнаты. Благодаря Узумаки девушка стала хорошим мастером фуина. Не настолько гениальной, как сам клан Алых дьяволов, но все же выше обычных мастеров. Уселась в центре комнаты и достала из печати на предплечье свиток. Открыв его, принялась корпеть над доработкой печати, которая в будущем поможет с запечатыванием треххвостого. — А что будешь делать с тем пацаненком, про которого ты говорила? — внезапно объявился в голове голос Кьюби. Девушка дернулась, и символ, который она старательно выводила, перечеркнулся. — Ебать тебя во все щели, чертов блохастый коврик! На шубу пущу и Кушине подарю! Ты че лезешь не вовремя? — высказала о хвостатом всё, что думала, Юка. Злобно смяла лист, сжигая его огненной чакрой лиса. Радовало лишь одно: это был всего лишь черновик. Курама взвился на оскорбление: — Спросить уже нельзя! Истеричная псина. — Он великий демон лис, а тут какая-то девчонка ему угрожает. До чего он докатился. Злобно пыхча, Юка рявкнула в подсознании на лиса: — Нельзя, блять. Не мог спросить, пока я ничем не занималась? Ты хоть понимаешь, накосячу с этой печатью, и в гробу в белых тапочках будем мы оба! И еще не факт, что будет что хоронить. За свою вспышку ей тут же стало стыдно. Но она отбросила стыд подальше, сосредоточившись на свитке. Юка начала заново переписывать символы, сверяясь с основным свитком и описанием иероглифов. Риск от этой идеи девяносто девять целых и девять десятых процентов. Всё таки от попадания Курамы в ее тело ей пришлось заново восстанавливать чакроканалы достаточно длительное время. А сейчас такого по времени ей никто не позволит. А уж тем более еще одного появления в ее теле шинигами ей не хотелось. Печать по запечатыванию хвостатых оказалась сложной, хотя чего Юка ожидала? Множество деталей и иероглифов, подпитываемые чакрой лиса и ее. Курама предложил замечательную идею, внести следы его чакры, чтобы запечатывание прошло легче. Энергетика хвостатых была похожа, отчего процесс станет менее опасным. Точнее, перейдет из разряда «Мы сдохнем» в «Мы сдохнем, но не так быстро». Еще немного подумав, на всякий случай создала клонов и, скрыв их фон, отправила на поиски какого-нибудь убежища, на случай, если ее все\-таки посетит ОН. Чтобы ту картину снова не увидели друзья. Будет трудно ей объяснить, на кой черт он снова пришел. Всю ночь Юка сидела за столом, не смыкая покрасневшие глаза, которые, казалось, вот-вот лопнут от обилия черных линий и знаков. Её спина говорила ей: «Еще раз такая фигня, и я увольняюсь». В голове всё перемешалось, но работа наконец завершена. Полгода подбора правильных фуин, еще год на различные тесты. И вот, приемлемый вариант, который не убьет их в первые же секунды. Лучше уже не будет, да и времени оставалось слишком мало. Юка потянулась и встала, разминая уставшие конечности. Курама с вечера не отсвечивал, и ей даже показалось, что он слышит тихий храп на краю сознания. Даже девятихвостые лисы нуждаются в отдыхе. А дурные джинчурики, видимо, нет. Ей было немного обидно, что она тут горбатится одна. Но понимала, сама виновата. Свиток с печатью надежно спрятан во внутреннее хранилище одной из печатей на теле. Беспорядок, устроенный на столе, тщательно убран и не оставлял никаких следов бессонной ночи. Мятое лицо умыто и приведено в относительно приятное. По крайней мере, полопанные капилляры сочетались с от природы красными глазами. Развеявшийся клон передал полученную информацию о этаком отдаленном убежище, которое щедро обвешал клон печатями для сокрытия. Девушка на это мысленно кивнула. Привычный костюм шиноби добавил уверенности и безопасности. Повязка с символом деревни надежно повязана на бедре, сверкая в солнечных лучах. Юка посмотрела в зеркало и усмехнулась. Только посмотрите, картинка: идеальная куноичи идеальной деревни. Она скривила лицо, показывая язык отражению. Отчего-то на языке неприятно загорчило. Развернулась, уверенной походкой направляясь к выходу из дома. Ее еще ждал Минато-нии, нечего прохлаждаться и оттягивать встречу. Коноха, как всегда, гудела как улей. Маленькие фигурки людей сновали туда-сюда, пока Юка передвигалась по крышам. Пара знакомых шиноби махнули рукой, приветствуя Юку. Дом Минато с Кушиной уже виднелся вдалеке. Для Юки не стало неожиданностью, что они решили наконец жить вместе. Канон наступал на пятки. От этого становилось дурно. Но в то же время она была рада за друзей. Их отношения к друг другу и любовь заставляли верить, что в этом мире не все потеряно. Кушина светилась теплым солнышком и встретила ее мягкими объятиями. С кухни пахло просто божественно. Минато-нии в розовом фартучке вызвал приступ умиления и усиленное слюноотделение от приготовленного кацудона. Совместные фотографии украшали дом шиноби. Можно было заметить даже парочку с Юкой и Саннинами. На душе от этого стало тепло. И страшно. Медленно жуя кацудон, Юка смотрела в пространство. Потерять свою маленькую семью страшно. Она сделает всё, чтобы избежать их гибели. Даже еще не родившийся Наруто уже ощущался как собственный племянник. — Юка, ты в порядке? — взволнованно спросил Минато, прекращая есть. Почти полная тарелка укоризненно смотрела в саму душу юной куноичи. Со вздохом Юка отложила палочки в сторону, отпивая из кружки травяной чай. — Не сказала бы, — честно призналась куноичи. — Я до сих пор генин, и это немного тяготит. Не то чтобы рвалась повысить звание, но мне уже семнадцать. Это… напряжно. — Понимаю. — Минато с Кушиной переглянулись. Минато задумчиво потер подбородок, смотря в открытое окно. — Ммм… Возможно, я могу помочь. Но для этого нужно поговорить с Хокаге. Юка, сидевшая за столом, немного нервно сжалась, а глаза пыхнули красным, услышав про Хирузена. Этот старик ее напрягал, а чуйка вопила, что он тот еще говнюк, несмотря на то, что показывал Минато-нии благосклонность. В конечном итоге именно он станет четвертым Хокаге. — И что же у тебя за идея? — Кушина подозрительно сощурила глаза, смотря на будущего мужа. Юка быстро закивала, соглашаясь с вопросом подруги и прогоняя непрошенные мысли о вредительстве Каге. Ей тоже стало интересно. — Как я уже раньше говорил, моя команда не особо ладит между собой. И мне не помешал бы еще один человек. К тому же, чтобы стать Чуунином, раньше проходили экзамен, но из-за войны… Он временно отменен. Поэтому идеальным решением станет присутствие Юки в моей команде. Я смогу проконтролировать ее способности к ведению боя и работы в команде. Юка не знала, что сказать. Точнее, знала. Внутри себя она визжала, разбудив недовольного Кураму. Ей даже не пришлось прикладывать особых усилий и придумывать дерьмовый план по спасению Рин и Обито. Почему-то девушке казалось, что план точно был бы тем еще дерьмом, поэтому, Минато-нии, спасибо. Юке хотелось воздвигнуть этому прекрасному парню храм и присвоить лик святого. Ей даже почудился ореол вокруг головы Намикадзе, но Сакурасо списала это на бессонную ночь. — Это на самом деле отличная идея. Буду только рада работать с тобой в одной команде. — не сдержавшись, Юка подпрыгнула на месте. Хотелось сжать этого человека в самых крепких объятиях. — Хо-хо, не спеши так. Это только один из вариантов, еще ничего не решено. — улыбнувшись, Минато развел руки в стороны. А потом с хитрой улыбкой добавил: — Тем более, тогда я стану твоим капитаном. И тебе придется подчиняться мне как вышестоящему по званию. Так что, поблажек не жди. Куноичи усиленно закивала головой. Пусть она и не любила все эти подчинения, но если это Минато, то она была не против. — Да-да-да. Всё просто супер. Ничего страшного, меня всё устраивает! — Протараторила Юка, вскакивая с места. Схватила опешившего Минато и потащила к выходу. — Пошли, чем быстрей разберемся, тем лучше. Блондин беспомощно посмотрел на свою любимую, что тихонько посмеивалась над этими двумя оболтусами. И только помахала ручкой в спину ушедших. Мол, ты всё начал, тебе и разбираться. — Юка, фартук Хокаге сидел в кресле, выпуская клубочки дыма. Табачная трубка дымилась, раздражая чувствительные рецепторы девушки, вызывая желание чихнуть и выкинуть весь никотин в окно. Желательно вместе с бесящим товарищем Хокаге. Но Юка упорно стояла, пялясь в деревянный пол, нервно сжимая кулаки, подавляя в себе желание показать, что окно тоже своеобразный выход. Параллельно сдерживая беснующегося Кьюби. Того тоже бесил Хирузен, не только поведением, но и тем, что он родственник одного из тех, кто его запечатал. Поэтому бедная куноичи старалась лишний раз не смотреть в сторону старика. Благо скрывать свой эмоциональный фон еще в призыве научилась, и единственное, что могло ее выдать, это глаза, что словно прожекторы начинали светиться от сильных эмоций. Вряд ли Анбу простят такую вольность в отношении многоуважаемого Хокаге. Уже больше часа назад Минато и Юка предстали под его очи. Уговорить добавить нового члена команды оказалось не так трудно. Что было подозрительно для относительно успокоившихся Юки и Курамы. Хокаге словно сам ждал, когда они придут. Видимо, у него есть планы на последнюю из клана Сакурасо. И Минато тот человек, на которого можно было скинуть проблемную и ценную тушку Юки. По крайней мере, Юке так казалось. Читать действия людей она никогда не умела. Так же как и просчитывать ходы наперед. Быть непредсказуемым ниндзя — вот ее прерогатива. И вот сейчас Юка становилась временным участником команды Минато. Осталось только заполнить вон ту гору бумаг. И всё, ждите пополнение, маленькие сокомандники. Казалось, что бумажная волокита никогда не закончится, так же как и бросаемые в ее сторону пронзительные взгляды старика. Кожа покрывалась мурашками, а по спине прополз холодок. Интуиция вопила рядом с этим человеком. Курама внутри плевался ядом и предлагал сожрать этого подозрительного человека, что сует свой нос туда, куда не стоило. Но Юка была тверда в своем решении игнорировать его столько, сколько это возможно. Минато, заметив ее напряжение, переводил внимание на себя и еще шустрее заполнял бланки. Хирузен заинтересовался личной жизнью будущего хокаге и время от времени поглаживал бородку, кивая в определенных моментах. Судя по довольному выражению лица, всё шло так, как нужно ему. Это заставляло Юку закусить губу до крови и больше не поднимать взгляд от бумаг. — Устрою ему ад на земле. — мысленно проговорила куноичи. Ей претило, что ее друзей используют как угодно им. А уж вспоминая, что может быть в будущем... Юка скоро в режим девятихвостого войдет от переполняемого гнева. Наконец последняя бумажка оказалась в большой кипе. Дружно отклонившись, убрались из кабинета. Минато не спеша и с дружелюбной улыбкой, Юка же практически выбежала, словно Курама укусил ее за задницу. Посреди коридора резиденции хокаге их остановил скрипучий голос, что неприятно осел на сознании: — Это же молодой Намикадзе, будущее нашей деревни. Что за милое создание рядом с тобой? Минато, шедший спокойно, резко затормозил и сжал предплечье Юки, призывая к молчанию. — Данзо-сама, — Минато глубоко поклонился, Юка последовала его примеру, чувствуя, как кровь застучала в висках, а глаза вспыхнули. — Это Сакурасо Юка, моя ученица. Множественные бинты закрывали большую часть тела и лица. Карие глаза холодно и расчетливо остановились на замерзшей столбом Юке, что, прикрыв глаза, улыбалась фальшивой улыбкой. В душе девушки уже творился армагеддон, который она лично устроила мумии и Каге. Но пока рано. Старческая ладонь сжала трость, легонько постукивая пальцами по деревянному основанию. — Сакурасо, значит. Знал твоих родителей, сильные и преданные деревне шиноби. — безжизненным тоном сказал Данзо. Минато с милой улыбкой незаметно выступил вперед, задвигая Юку назад. Это не укрылось от старика. На сухих губах выступила холодная улыбка. — Надеюсь, ты так же предана Конохе, как и твои почившие родители. Верно же, Сакурасо? — Конечно, Данзо-сама, без всяких сомнений. — Юка глубоко поклонилась, скрывая горевшие красным глаза. Если бы у нее была шерсть, то она бы тут же встала дыбом. Но вбитые навыки скрытия эмоций позволяли не выдавать истинных. От чего даже Шимуро и Сарутоби не догадывались, как мысленно девушка их расчленяла с удовольствием. Старик стукнул по полу тростью. Звук противно раздался в голове, вызывая желание скривиться и перегрызть ему глотку. — Запомни, девочка, шиноби живут ради деревни. И умирают ради нее. Слова старика гулко разбились о стены. Он же словно ждал какой-то реакции со стороны Сакурасо, но ее не последовало. Девушка все так же стояла с улыбкой и нечитаемым лицом. Недовольно скривившись, развернулся в сторону кабинета Хокаге и ушел, не сказав ни слова. — Юка... — начал было блондин, но его перебила Сакурасо: — Встретимся позже, хорошо, Минато-нии? Я до дома сбегаю, подготовлюсь к знакомству с командой. — протараторила и переместила по основной печати в пещеру, найденную сегодня. Намикадзе понимал, что Юке нужно успокоиться, и только успел назвать полигон и время, прежде чем девушка скрылась. Наставив много блокирующих и подавляющих барьеров, Юка выпустила всю злость, что сдерживала в себе от встречи с гнилью этой деревни. Ее яростный крик и вырывающаяся чакра отражались от стен барьеров, не давая выходить за пределы. Чакра Кьюби смешалась с чакрой девушки. У куноичи засветились золотым оттенком глаза, на макушке из-под волос пролезли лисьи уши алого цвета. Упав на колени, сжала руками с длинными когтями землю, царапая ее. Из копчика за спиной показались девять ало-рыжих хвостов, словно огонь развивающихся за куноичи. Громко прорычав, выпустила огненную чакру вокруг себя, чувствуя, как потихоньку сходит гнев. Кое-как встав на ноги, посмотрела на свои запачканные землей руки. Пламя вокруг нее не обжигало, а ядовитая чакра лиса не причиняла вреда, окутывая. — Когда-нибудь я этим гадам устрою персональный ад, чтобы больше никто не пострадал от их грязных рук. — рычащий голос прорезал тишину, ало-золотые глаза с вертикальным зрачком смотрели в пустоту. А девять хвостов хаотично развивались за спиной. Пусть жар гнева сейчас поутих, но в глубине души он остался, подпитывая ненависть к некоторым зажравшимся лицам у власти. Проведя рукой по алым волосам, словно скинув вуаль, Юка вернула свой облик. Весело оскалившись, переместилась домой, чтобы переодеться и приготовиться ко встрече со своими сокомандниками. Демон лис во внутреннем мире девушки скалился, подкидывая идеи устранения двух знобов, поддерживая своего джинчуурики. Просмотрев воспоминания своей джинчуурики, Лис остался с полным багажом вопросов и праведного гнева. Он не понимал, как люди могут допустить смерть себе подобных. Особенно тех, за кого они в ответе. Пусть Курама и не особо любил Учих с их проклятыми глазами, но не желал им полного уничтожения. Особенно на потеху старому Данзо, что в своем желании силы погубил целый клан. Вместе с Хирузеном. Третий Хокаге вызывал у него желание сплюнуть комок шерсти прямо ему в лицо. Мало того, что он одобрил желание истребления Учих, так его действия в сторону будущего джинчуурики вызывали отвращение. Дети — самое ценное, что есть у людей. Они, хвостатые, не могут производить потомство, оттого его действия вызывали тошноту. Маленький человечек Наруто остался совсем один, гонимый жителями родной деревни. Никого не было рядом. Лис порой замечал некоторое сходство в их судьбах. И от этого загрызть старых людей хотелось все сильней. Лис пообещал себе, что вместе с Сакурасо сделают все возможное, чтобы хвостатые и потенциальные джинчуурики прожили лучшую жизнь, чем им уготовила деревня.
