Слухи не врут

Одевайся, пойдем, чудовищно пахнет гарью, Выводи свои обугленные войска. Мы такого тут натворили и наломали, Что от ужаса сгущаются облака. Это раньше мы расходились с победной песней, А теперь давай потише и поскромней. И под этим удивительнейшим из созвездий, Помолчим немного… ©

На следующее утро Миша проснулся с ощущением полного покоя и счастья. Тело было расслаблено, организм выспался, поэтому парень чувствовал себя отдохнувшим и бодрым, а ещё рядом лежал Орловский и сверлил его внимательным осторожным взглядом, что тоже было по-своему прекрасно. — Доброе утро, — улыбнулся Миша, от чего лежавший рядом парень немного расслабился и даже позволил себе улыбнуться ему в ответ, — о чём думал? — Да я… — Никита нахмурился явно снова чем-то себя накручивая, а потом резко выдохнул и вроде бы даже расслабился, — просто думал о всякой ерунде, ты слишком долго спал. А я не знал, как ты на меня отреагируешь, когда проснёшься. — Ты серьёзно? — тяжело вздохнул Миша, понимая, что все эти сомнения и страхи будут с ними очень долго, пока они оба не научатся доверять и ценить друг друга. — Я не собирался от тебя уходить. Думал, что ты разбудишь меня поцелуем и принесёшь завтрак в постель, а вместо этого я вижу твою хмурую рожу. Я даже проснулся от ощущения, что ты прожигаешь меня взглядом. — Ой, да пошёл ты, — отмахнулся Орловский, при этом переворачиваясь на спину и открыто улыбаясь. — Доброе утро, — насмешливо повторил Миша, после чего резко повернулся, приподнялся на локтях и навис над лицом ухмыляющегося в ответ Никиты, — я не собираюсь никуда уходить. Я рад быть здесь с тобой, и я хочу, чтобы ты прекратил думать о всякой ерунде и просто меня поцеловал. — Доброе утро, Миша, — всё-таки оттаял Никита, после чего притянул Мишу за шею к себе и накрыл его губы требовательным поцелуем, от чего парень снова почувствовал как внутри него моментально разгорается возбуждение, смешанное с каким-то неизвестным до этого тягучим и таким прекрасным теплом. Сейчас Миша без сомнения мог сказать, что вчерашний вечер с Никитой, когда они просто смотрели старые советские новогодние фильмы на планшете, громко смеялись и пили приготовленный Орловским чай, был лучшим днём в его жизни, по крайней мере, если сравнивать с тем временем, когда он испытывал какие-либо чувства. Именно вчера, сидя рядом с этим парнем, он понял, как прекрасны и дороги душе такие моменты и даже пожалел о том, что раньше не пытался открыться и довериться кому-то, всегда считая любовь и отношения какой-то никому не нужной ерундой. Но вчера, сидя рядом с Никитой, видя его улыбку и чувствуя тепло, исходящее от парня, он понимал, что ни на что это всё не променяет. И очень надеялся, что Орловский чувствует тоже самое и что это продолжится не только здесь на даче, но и когда они вернутся в Москву. — Так ладно, стой, — протяжно выдохнул Никита, со смехом отпихнув от себя Мишу, — я, наверное, действительно негостеприимный кретин, потому что даже не подумал о том, чем буду тебя кормить. — Да плевать, — отмахнулся Миша, снова перекатываясь под бок Никиты и запуская левую руку тому в растрёпанные ото сна волосы, — мы можем просто полежать здесь вместе. Мне и так хорошо, правда. — Ты какой-то сегодня больно нежный, — с удивлением в голосе сказал Орловский, внимательно смотря на улыбающегося Зареченкова, — в чём подвох? Ты заказал онлайн билет на электричку и уже продумал, как от меня свалить, чтобы задеть посильнее? — Блять, Никита, — рыкнул Миша, понимая, что Орловский и его мысли иногда могут свести с ума, — что за херню ты говоришь? Мы же решили с тобой, что проведём здесь вместе пару дней. Я не собираюсь никуда уезжать, потому что мне с тобой хорошо. И я тебе об этом тоже говорил. Так зачем ты сейчас снова себя грузишь всякой ерундой? Я не обижаюсь на тебя за то, что ты выгнал меня и за то, что наговорил много всякой херни когда-то. Я стараюсь не вспоминать об этом, поэтому пожалуйста, прекрати мне давать поводы сомневаться в том, что я сделал правильный выбор, решившись поддаться тебе и приехал сюда. — Извини, — едва слышно произнёс Никита, закрывая глаза, — я просто думаю о том, что потом ты уйдёшь. От меня все уходят, потому что я отвратительный и если сейчас ты этого не понимаешь, то со временем я стану тебе противен. Только, пожалуйста, скажи мне, когда этот момент наступит, я не хочу, чтобы ты мне врал. — Я не знаю, что с нами случится дальше, понимаешь? — начал Миша, стараясь говорить, как можно спокойнее. — Может быть, на меня упадёт кирпич завтра или какой-нибудь братец Вани меня наконец-то добьёт, может случиться всё что угодно. Живи настоящим, пожалуйста, и прекрати себя накручивать. Я рад, что я здесь с тобой. И это главное. А ещё… Знаешь, мне не хочется это тебе говорить, потому что ты сейчас наверняка зазнаешься. Но ты самый красивый и сексуальный парень, которого я когда-либо видел, поэтому прекрати называть себя отвратительным. Иначе я тебе врежу. — Это запрещённый приём, — едва заметно улыбнулся Орловский, от чего Миша чуть-чуть расслабился и позволил себе выдохнуть, — только я имею право называть тебя красивым, ты такое обо мне говорить не должен. И бить меня тоже нечестно, потому что ответить тебе я не смогу. — Если ты не хочешь, чтобы я играл не по правилам, то сам их соблюдай, — фыркнул парень, шутливо щёлкнув Никиту по носу, — то есть прекрати загоняться и просто расслабься. Я не собираюсь от тебя сбегать. — Почему? — всё также без эмоций в голосе спросил Орловский, но Миша видел, как хитро блестят его глаза и понимал, что у него пусть немного, но всё-таки получилось вытащить Никиту из его депрессивных мыслей. — Потому что ты на машине, — усмехнулся Миша в ответ. — Ой, да ладно? — выгнул бровь Никита. — А, может быть, дело в том, что ты мной очарован? При чём давно, ещё тогда, когда я принёс тебе чай и пирожки. — Что за бред?! — хохотнул Миша, ткнув Орловского в плечо. — Ты опять себе напридумывал. — Ну, конечно, — закатил глаза Никита, — я тебя сразу покорил. Я знаю, ведь я самый красивый и сексуальный парень, которого ты когда-либо видел. — Заткнись, Орловский! — рассмеялся Миша и снова полез целоваться, ощущая, как дрожит под ним Никита, как отчаянно хватается за его плечи и как они оба тонут в тех ощущениях, описать которые Миша даже не мог. Он никогда не чувствовал себя так хорошо с кем-то из всех тех парней, которые у него раньше были. Все поцелуи и секс до встречи с Орловским были какими-то пресными, а движения выточенными, иногда Мише казалось, что и сексом он с некоторыми партнёрами занимается просто на автомате, потому что организм требует. Но сейчас… Лишь от одного прикосновения Никиты всё тело как будто бы начинало плавиться, а в груди образовывался пожар, который выбивал из лёгких воздух, заставляя его задыхаться, но в тоже время отправляя в полнейшую нирвану, от чего Миша заводился и плавился практически мгновенно. — Подожди, — оттолкнул его Никита, громко выдыхая и жадно хватая воздух ртом, а Миша снова залип на его невозможных губах, ощущая, как напряжённый член неприятно трётся о ткань боксеров, при этом упираясь в бедро лежащему рядом Орловскому, который данный факт упорно игнорировал. — Что не так? — осторожно спросил парень, проведя пальцами по скуле Никиты и с удовольствием отмечая, как тот вздрагивает и в тоже время млеет от его прикосновений. — Мне просто кажется, что не стоит торопиться сейчас, — закусив губу тихо произнёс парень, — я тогда спровоцировал тебя, потому что хотел секса, но… — А сейчас не хочешь, да? — напрягся Миша, ощущая разочарование и раздражение, потому что Орловский в очередной раз пытался разрушить то, что они только-только решили начать строить и беречь — те чувства, которые зарождались в душе и никуда не хотели исчезать. — Нет, ты не так понял! — выдохнул Никита с волнением в глазах. — Просто… Я не хочу торопиться, Миш. Я хочу сначала узнать тебя и хочу, чтобы ты увидел меня настоящего, чтобы понял нужен ли я тебе такой и чего именно ты от меня хочешь. Я очень быстро привязываюсь к людям и не хочу страдать после того, как ты со мной наиграешься. — Какой же ты глупый, — улыбнулся Миша, моментально успокаиваясь и снова крепко обнимая Никиту, — в сотый раз прошу прекратить себя накручивать. Знаешь, если бы мне было на тебя плевать, я бы не лежал сейчас здесь с тобой и не переживал бы, когда ты меня выгнал на утро после секса. — А ты переживал? — заинтересованно спросил Никита, внимательно смотря за реакцией парня. — Плакал? И вот после всего этого ты будешь отрицать, что я очаровательный. — Ой, да пошёл ты! — рассмеялся Миша, отталкивая от себя Никиту и кидаясь в него лежащей рядом подушкой. — И вообще, иди делай завтрак. Ты ужасный хозяин, ты знал? Где твоё гостеприимство? Я хочу кофе с молоком и омлет. — Хорошо, — кивнул Никита, поднимаясь с кровати, а Миша удовлетворённо хмыкнул, увидев, что проблема со стояком не только у него, — кухня направо, яйца и молоко в холодильнике. Приятного аппетита, — добавил Орловский, после чего послал Мише воздушный поцелуй и вышел из комнаты. — Мудак! — кинул парень ему в след, падая на подушки и счастливо улыбаясь. Да, пускай он прекрасно понимал, что легко с Орловским не будет, но попробовать хотелось, потому что он бы себе точно не простил, если бы упустил этот шанс — просто быть рядом. --- Голова заболела ближе к вечеру, кажется, тогда Миша последний раз взглянул на часы, которые показывали шестнадцать сорок. За это время они успели принять душ, который находился также в доме, позавтракать, после чего продолжили валяться в кровати и встали только ближе к трём, когда Орловский решил, что тратить время на ерунду не стоит и даже предложил культурную программу, в неё входили: приготовление вместе ужина, вечерняя прогулка, а в завершении дня баня, которую Никита обещал начать топить сразу после прогулки. Для Миши это было очень странно, удивительно, но в тоже время безумно приятно и ново. Парень рядом с ним был абсолютно другим, не таким как в универе и именно этот человек, стоящий сейчас у плиты и думающий, что приготовить им на ужин, почему-то вызывал столько трепета и теплоты, как никто другой когда-либо до этого. Никита сейчас разительно отличался от того парня, которого он видел несколько лет подряд на учёбе или в общей компании. Он был добрый, открытый и честный, да, с присущим ему снобизмом и манией величия, но уютным и родным. Такого Никиту хотелось замотать в плед и долго-долго держать рядом с собой, пытаясь привыкнуть к его теплу и присутствию рядом. Миша не знал всегда ли Никита был таким в кругу близких ему людей или же он такой только рядом с ним, почему-то отчаянно хотелось, чтобы правдой был именно второй вариант. Но как бы там не было, рядом с таким Орловским хотелось быть как можно дольше, просто наслаждаясь его присутствием и перекидываясь друг с другом беззлобными шутками. Сейчас всё было каким-то родным и само собой разумеющимся: эта кухня, метель за окном и помешивающий что-то в кастрюле Никита. И Миша бы даже мог сказать, что теперь он по-настоящему счастлив, если бы не вернувшиеся гномы, отчаянно ищущие в его голове алмазы, ничего в итоге на нашедшие, а от этого жутко злые. Почему-то при возникновении головных болей у него возникала именно такая ассоциация. Боль появлялась внезапно, пульсировала где-то внутри с такой силой, что иногда он даже терял связь с действительностью, мысли путались, а зрение ухудшалось, представляя мир сквозь затуманенную серую дымку. Да, он прекрасно знал, что головные боли при черепно-мозговых травмах это хроническая и не самая страшная напасть, конечно, он не ослеп, не стал инвалидом и по мнению его лечащего врача очень быстро восстанавливался, но именно в такие моменты Мише казалось, что он не в своём теле, что ему не может быть так плохо, что он просто поменялся местами с каким-то жалким хлюпиком, который вместо того, чтобы наслаждаться моментом рядом с человеком впервые пробуждающим в нём хоть какие-то чувства, сейчас просто корчится от боли на кухонном диванчике, при этом пытаясь не показывать своё состоянии находящемуся рядом Никите. Сейчас говорить о своих проблемах Орловскому жутко не хотелось, Никита ведь и сам был не совсем здоров, при этом с полчищем тараканов в голове, он вечно себя накручивал и теперь заставлять его нервничать из-за подобной ерунды казалось полным кощунством, именно поэтому Миша медленно поднялся, сделал глубокий вдох и стараясь придать голосу твёрдости, произнёс: — Кит, я в комнату пойду, нужно таблетки выпить, мне врач курс прописал, — сейчас он даже не врал, потому что выносить этот ад без таблеток было безумием. — Какой я тебе Кит, — фыркнул Орловский, потом резко обернулся, внимательно посмотрел на Мишу и добавил: — всё в порядке? Ты какой-то бледный. — Всё хорошо, просто душно, — слабо улыбнулся Миша, после чего произнёс едва слышно: — я скоро, — и вышел из кухни, оставив Никиту одного. Зайдя в комнату парень на автомате достал из валяющегося на полу рюкзака прописанные врачом таблетки, запил их из стоявшей на столе бутылкой воды, после чего облегчённо выдохнул и упал на кровать, думая, что если он полежит и отдохнёт хотя бы десять минут, то Никита даже не заметит. --- Когда Миша проснулся, за окном было уже темно, а рядом лежал Никита и нежно гладил его по волосам. Голова почти не болела, лишь слегка пульсировала, как будто после небольшого похмелья, от чего Миша удовлетворённо хмыкнул, радуясь тому, что удалось чуть-чуть поспать и что таблетки на этот раз помогли. — Доброе утро, спящая красавица, — улыбнулся Никита, при этом выглядел он каким-то настороженным и даже немного злым, — ты здорово меня напугал своим состоянием, мог бы просто сказать, что чувствуешь себя плохо, а не уходить, закидываться таблетками и тупо спать. А если бы ты умер? — Ты серьёзно? — фыркнул Миша в ответ, — У меня просто разболелась голова, решил чуть-чуть полежать. Не хотел тебя беспокоить. — Ты проспал пять часов вообще-то, — укоризненно выдал Орловский, — я немного успел себя накрутить. — Да ладно?! — присвистнул Миша, кинув быстрый взгляд на настенные часы, которые действительно показывали десять вечера. — Не делай так больше, хорошо? — Никита выглядел серьёзным и каким-то взвинченным, как будто бы действительно волновался и переживал, от чего Миша не смог сдержать улыбки, потому что видеть такого Орловского было до безумия мило и приятно. — Если ты себя не очень хорошо чувствуешь, говори мне. Я должен знать. — Извини меня, — выдохнул парень, осознавая, что он действительно повёл себя, как идиот, — просто резко заболела голова, я думал выпью таблетку, чуть-чуть полежу и всё пройдёт, а в итоге… Я всё испортил, да? Мы же собирались гулять и в баню. — Думаю, что баня тебе явно лишняя, — скривился Орловский, — а погуляем мы завтра. Ты как себя чувствуешь? — Мне правда нормально, — улыбнулся Миша, после чего подполз ближе к Никите и уткнулся носом ему в шею, — мне очень нравится, что ты за меня беспокоишься. — Не придумывай, — отмахнулся от него Никита, — я просто не хотел, чтобы ты сдох в доме моего деда. — Ты отвратительный, ты знал? — фыркнул Миша, отодвинувшись от парня и с насмешкой посмотрев тому прямо в глаза. — Где твоя забота и любовь ко мне? — Я приготовил жаркое и сделал пирожки, а ещё заварил чай с мятой, надеюсь, тебе понравится, — как-то слишком холодно, явно стараясь держать лицо ответил Орловский, после чего всё же оттаял, немного расслабился и добавил: — тебе правда нужно покушать. А ещё желательно подышать свежим воздухом. — Блин, Никита, — Миша закусил губу и подполз ещё ближе к парню, слыша, как громко бьётся его собственно сердце, — ты знал, что ты дико милый? — Так отвратительный или милый? — усмехнулся Орловский, с улыбкой смотря на нависающего над ним Мишу. — Слушай, просто пойдём ужинать. И не пугай меня больше, я ведь читал про последствия твоих травм и прекрасно понял почему ты был таким бледным, так странно шёл и почему ты лёг спать. Только вот одно мне непонятно — зачем ты повёл себя как кретин и ничего не сказал мне? — Прости, мамочка, — фыркнул Миша, чмокнув Никиту в нос, — я буду исправляться. Честно-честно. — Всё, не беси меня и просто пойдём есть, — отмахнулся от него Орловский, после чего скинул с себя Мишу и с явной неохотой поднялся с кровати. — Твои пирожки всё такие же вкусные? — улыбнулся Миша, поднимаясь за ним следом. — Если да, то я готов на тебе жениться. — Я подумаю над твоим предложением, — донеслось в ответ. --- После ужина Никита всё же заставил Мишу выйти на улицу, и они даже сделали небольшой круг по деревне, которую удалось обойти за двадцать минут, после чего довольные и счастливые вернулись обратно в дом. Туда, где пахло мятным чаем и пирожками, а ещё именно здесь было до безумия приятно и уютно находиться. Миша даже подумал, что если бы рядом с ним всегда был Орловский, то он бы смог жить здесь — вдали ото всех, рядом с человеком, который иногда был невыносимым, но в тоже время настолько же тёплым и уютным, как этот старый дом. — Слушай, мне тут Макс писал, достал меня уже, — произнёс Никита, когда они сидели на кухне и пили заваренный им горячий мятный чай, который был идеальным напитком после небольшой, но уютной прогулки, — завтра наши общие знакомые зовут меня с ним к себе в гости, посидеть вместе, пообщаться. В общем, приятный вечер в хорошей компании. — И? Я тут при чём? — напрягся Миша и даже немного расстроился, понимая, куда клонит Никита. — Мы можем поехать обратно хоть завтра утром, у меня особо нет планов, всё зависит от тебя. — Да нет, ты не понял, — отмахнулся от него парень, — мы можем пойти вместе. Вернее… Мы должны пойти вместе. Если ты хочешь, конечно. Либо остаться чуть-чуть дольше и уехать уже завтра вечером, просто одиннадцатого я договорился встретиться с отцом, плюс Игорь позвал к себе на тусовку, он уезжает скоро, поэтому я обязан пойти. — Ммм, — Миша скривился, почему-то раздражаясь от мыслей о том, что Никита до сих пор общается с этим Игорем, пускай парень он вроде бы был и нормальный, но всё равно раздражал, — так в чём проблема, я не понял? — Зареченков, не тупи, — закатил глаза Орловский, — чего ты больше хочешь: остаться здесь до завтрашнего вечера или поехать к нашим с Максом знакомым? Они правда нормальные, посидим, пообщаемся. — Такие же мерзкие мажоры, как и вы? — фыркнул Миша, поднимаясь со своего места, подходя ближе к Никите и нависая над ним. — Нет, они обычные ребята и очень даже милые, — улыбнулся в ответ Никита, после чего схватил Мишу за шею и притянул ближе к себе, заставив того сильно нагнуться, — мне просто важно твоё мнение. Будет, как ты захочешь. — Чувствую себя принцессой, — усмехнулся Миша, накрывая губу Никиты поцелуем и чувствуя, как тот улыбается ему в ответ, — я думаю, что Максимка обидется, если ты его продинамишь, поэтому можем поехать с утра. Мне действительно интересно увидеть людей, с которыми ты проводишь много времени. — Спасибо, Миша, я очень хочу, чтобы ты увидел часть моей жизни и был в ней, — прошептал в поцелуй Никита и это было самым лучшим ответом на все их общие вопросы, по крайней мере сейчас. *** Ночью Олег практически не спал, всё время вздрагивал и просыпался от того, что лежавший рядом Ваня то и дело ворочался во сне и что-то бессвязно бормотал. Сейчас Олег даже пожалел, что решил не стелить себе отдельно на кресле, а лёг с Ваней. Сам не понимал зачем это делает, кажется, хотел поддержать парня, только вот Ванечка снова отравлял ему жизнь, пускай даже косвенно. Олег тяжело вздохнул и поднялся с кровати, взял в руки телефон, разблокировал экран и посмотрев на время, вздохнул ещё раз, часы показывали ровно семь утра, а сна не было ни в одном глазу. Решив не будить Ваню, парень накинул на плечи тёплый махровый халат, взял наушники, зарядку от телефона и вышел из комнаты, крепко прикрыв за собой дверь. В голове была полная каша из мыслей и страхов, пробовать которую на вкус совершенно не хотелось, но выбора, видимо, не было. Олег поставил на плиту чайник и достал из холодильника молоко, решив, что крепкий кофе сейчас ему не помешает. Пускай и не подскажет, как быть дальше, но хотя бы мысли приведёт в порядок, ведь, что делать дальше и как распутать весь тот клубок вокруг себя, Олег совершенно не знал. За последнее время навалилось слишком много непонятных и странных вещей, с которыми ему предстояло разобраться и самой главной из них был Ваня, которого, с одной стороны, было жаль, но в то же время присутствие этого парня рядом настораживало и заставляло нервничать. Ванечка успел натворить много всяких разных дел, за которые его хотелось, если не убить, то ударить точно, но Олег прекрасно понимал, что даже пальцем его не тронет, потому что он сам его пустил и сам решил ему помочь, так какой теперь смысл ненавидеть и проклинать Ваню за все его ошибки? Необходимо было просто разобраться во всём, успокоиться и понять, что делать дальше. — А ещё не мешало бы извиниться, — вслух проговорил Олег после того, как выключил чайник, заварил себе кофе и сев обратно за стол, зашёл в Вконтакте и заметил в сети Игоря. Пускай он и не совсем понимал, что вчера написал или сделал не так, но обижать этого парня почему-то не хотелось. Да, он был совсем другим: странным, необычным, а ещё непонятно почему ошивался рядом, но в то же время в этом Максименко что-то было… Он не походил на типичного мажора, был каким-то солнечным и интересным — это завораживало. Oleg 06:30 Привет, я заметил, что ты не спишь и решил тебе написать. Извини за вчерашнее, я не хотел тебя обидеть и вовсе не это имел в виду. Правда, ты меня не так понял. Игорь 06:43 Доброе утро. Хорошо. Oleg 06:43 Почему не спишь так рано? Игорь 06:43 Я на пробежке. Oleg 06:44 Ой, я тебя, наверное, отвлекаю? Игорь 06:44 Всё нормально, я уже иду домой. Oleg 06:44 Разве не лениво бегать в такую рань? Да и холодно же. Игорь 06:45 Нормально. Я с собаками занимался, ну и сам побегал немного. Ты чего-то хотел или что? Oleg 06:46 Я просто решил извиниться. Игорь 06:46 Я не обиделся, всё нормально. Oleg 06:47 Но мне, кажется, что ты всё равно общаешься со мной не так, как раньше. Игорь 06:47 А у нас есть какие-то правила общения? У меня просто нет настроения, как и у тебя вчера. Давай я тебе потом напишу. Oleg 06:48 Какие-то проблемы? Игорь 06:49 Это имеет значение? Я не хочу навязываться и что-то тебе рассказывать, потому что не вижу отдачи с твоей стороны. Это глупо. Oleg 06:50 Я не совсем понимаю, о чём ты говоришь. Игорь 06:51 Знаешь почему я начал с тобой общаться? Oleg 06:52 И почему же? Игорь 06:53 Ты показался мне интересным. Ты очень уютный Олег, очень чистый и милый, таких мало, к сожалению. И меня как будто бы тянуло к свету, то есть к тебе. Только вот это всё бессмысленно, так как помимо света в тебе ещё больше комплексов, с которыми я бороться не хочу и не буду, потому что это не моя прерогатива. Извини, если я слишком груб сейчас, просто мне кажется, что кто-то должен сказать тебе правду. И это не потому что у меня плохое настроение. Я не собираюсь на тебе срываться, просто говорю, как есть. Oleg 06:54 Хорошо, спасибо. Больше Игорь ничего не ответил, а Олег откинул телефон в сторону, одним глотком допил оставшийся кофе и со вздохом закрыл глаза, чувствуя себя полностью опустошённым. Да, пускай слова Игоря и задели за живое, но в то же время блондин понимал, что в чём-то его новый знакомый был прав. Олег действительно был серым закомплексованным, постоянно себя жалел и позволял другим вытирать об себя ноги. И дело было даже не в доброте или в наивности, а в том, что он просто утратил свой внутренний стержень и даже не пытался его вернуть или заточить заново. Он всегда был таким сколько себя помнил: всем помогал, всё терпел и был для других невидимкой. Наверное, так было проще и это позволило ему выжить в детском доме без последствий и поломанной психики, но теперь ведь он был в реальной и взрослой жизни, в которой, к слову, у него было всё не так уж и плохо. Он получал высшее образование, имел свою квартиру, работу и друзей, но при этом всё равно ныл, оставаясь для других серым и жалким. И разве в этом есть вина Игоря, Юры или Ильи? Разве хоть кто-то виноват в том, что он постоянно апатичен, холоден и сух? В этом не виноват никто, кроме него самого. Истина была мерзкой и чёрной, но хотя бы заставляла задуматься. --- Ваня проснулся в одиннадцать. За это время Олег успел принять душ, приготовить завтрак и договориться с Даней о прогулке по центру в четыре часа дня. Да, пускай и оставлять Абрамова одного в своей собственной квартире совершенно не хотелось, но Олег понимал, что просто выгнать Ваню на улицу он не сможет, а отказаться от предложения Звягинцева — значило навести на себя подозрения. Тот наверняка решит примчаться к нему домой, чтобы выяснить, почему же Олег не пошёл с ним на прогулку, а такого парень допустить попросту не мог. Именно поэтому позавтракав и напоив Ваню горячим какао, парень решил начать с ним разговор, на который решиться было сложно, но который был по-настоящему необходим. Всё-таки разобраться в ситуации с Ваней было нужно и оттягивать этот момент сейчас казалось бессмысленной глупостью и слабостью. В голове до сих пор звучали строчки, которые написал ему Игорь и Олег даже подумал о том, что именно они придают ему решимость, ниоткуда взявшуюся уверенность и злость, потому что, если бы не обида на такие едкие, но правдивые слова нового знакомого, то он бы вряд ли решился вообще что-либо говорить Ване и ставить тому свои условия. — Слушай, нам, наверное, надо поговорить, — начал Олег, стараясь сделать свой голос как можно мягче и спокойнее. — Согласен, — кивнул в ответ Ваня, после чего отставил в сторону кружку с выпитым какао и продолжил: — наверное, хочешь узнать, что я намерен делать дальше и как скоро от тебя свалю? — Не старайся нагрубить мне, — холодно ответил Олег, понимая, что не должен позволить Ване начать им манипулировать, — давай поговорим спокойно и по фактам. Я тебя пустил к себе, потому что просто не мог оставить тебя на улице и мне не так безразлична твоя судьба несмотря на то, что о моём душевном состоянии ты раньше особо не заботился. Но об этом не будем. Мне действительно сложно общаться с тобой подобным тоном, но я прекрасно понимаю, что если снова дам слабину, то ты либо в очередной раз меня подставишь, либо сядешь мне на шею. — Тебе не кажется, что ты стал слишком жёстким? — усмехнулся Ваня, внимательно смотря на Олега. — Пытаешься вырастить зубки? — Что ты намерен делать дальше? — сухо спросил Олег, стараясь не реагировать на насмешливый тон Вани, который, естественно, не купился на все эти речи и до сих пор видел Олега насквозь. — Я хочу перевестись на заочку, найти работу и не зависеть ни от кого, — выдохнув ответил Ваня, — ты вообще прости меня, я правда не должен был к тебе приходить, но ты единственный, кто смог бы помочь мне, и кто в итоге действительно помог. Спасибо тебе. Я устроюсь на работу в ближайшее время, а насчёт универа решу, когда праздники кончатся, пойду в деканат, думаю, с этим проблем не будет. — А что насчёт твоей семьи? — осторожно спросил Олег и заметив, как Ваня нахмурился, добавил: — Мне кажется, что поговорить с ними просто необходимо. Хотя бы с кем-то из братьев. Ты не можешь вечно прятаться, тем более что, если они захотят, то быстро тебя найдут. — Меня никто не будет искать, Олег. Я им не нужен, пойми это наконец, — невесело улыбнулся блондин, — да, Артём может искать, я думаю, позвонить ему через пару дней. Он должен меня понять, если повезёт, то он даст денег, и я тут же от тебя съеду, а если нет, то… Можно пожить у тебя хотя бы две недели? Дальше я найду работу и тогда постараюсь съехать, как можно быстрее. — Тебе всё равно не хватит этого времени. Вряд ли тебе заплатят зарплату так быстро. — Я что-нибудь придумаю, — настаивал на своём парень, но Олег прекрасно видел, как тускнеет его взгляд и как он то и дело закусывает губу, явно не зная, как ему быть дальше. — Так ладно, — выдохнул Олег, понимая, что отступать уже некуда, — не парься и живи у меня сколько потребуется. Только обязательно поговори со своим братом в ближайшее время, я не хочу, чтобы твоя семейка потом появлялась на пороге моей квартиры и насильно выводила отсюда тебя. И ещё… Давай договоримся. Никто не должен знать, что ты тут. Мне не нужны проблемы. Ключей от моей квартиры ни у кого нет. Тебе я отдельный комплект пока давать не буду, потому что не совсем доверяю. Пока я здесь, ты будешь либо гулять, либо сидеть тихо в квартире. Если меня нет, то просто пишешь мне СМС, оповещая, кто пришёл и не предпринимаешь никаких больше действий. Хорошо? И да, если ты снова натравишь на кого-то из моих друзей своих братьев или же переспишь с тем, кто мне нравится, то я… — Убьёшь меня? — усмехнулся Ваня, внимательно смотря за реакцией Олега. — Нет, просто перестану быть таким добрым, — тихо ответил Олег, стараясь не сорваться и не показать, как тяжело ему на самом деле даётся быть таким холодным, безучастным и отстранённым. — И кстати, после обеда я собираюсь пойти гулять, вернусь вечером. Ты будешь здесь или тоже уйдёшь? — Я останусь, если ты не против, — как-то слишком осторожно произнёс Ваня, как будто бы боясь ответа. — Хорошо, — кивнул Олег, после чего вышел из кухни, решив, что пару часов сна ему всё-таки не помешают. — Спасибо тебе, — донеслось в след. --- — Привет, — улыбнулся Олег, подойдя к Даниилу, сидевшему в дальнем углу их любимого кафе и что-то яростно печатающему в телефоне, — извини, что опоздал на десять минут, в метро почему-то народа много, меня чуть не раздавили. — Праздники ведь, — скривился Даня, — понаехали. Кстати, я тебе заказал кофе и твоё любимое пирожное. Должны скоро принести. Я сам недавно пришёл, так что не парься. — Спасибо, — кивнул Олег, после чего уселся напротив друга и внимательно посмотрев на того, добавил: — ну рассказывай. — О чём ты? — усмехнулся Даня, поиграв бровями. — Почему ты позвал меня сюда, а не в кино? И где Зареченков? — А я думал ты про свидание узнать хочешь, — фыркнул Даниил, который выглядел ещё более встрёпанным, не выспавшимся и от чего-то злым, что Олегу совершенно не понравилось. — И это тоже, — кивнул парень, — решил начать издалека, ты просто какой-то странный сегодня. — Да всё нормально, — отмахнулся друг, после чего поблагодарил официанта, который принёс им кофе и пирожные, а потом только продолжил: — просто… В общем ладно, я же за этим тебя и позвал. Ну… Хотел с тобой встретиться и рассказать обо всём. Вчера я встретился с Зарецким. Мы договорились пойти на каток, но я решил, что необходимо его немного проучить, поэтому, когда он приехал, я сказал, что хочу в парк на другой конец города. Он был настолько вежлив и мил, что мне казалось, что его подменили. Это было приятно на самом деле, я даже немного расслабился, но… В общем, все эти его бутерброды, слюни вокруг меня, и прочая дичь абсолютно сбили с толку. Я не привык видеть такого Зарецкого, и он меня всё равно бесит. — И что же ты сделал? — осторожно спросил Олег, делая глоток кофе и думая о том, что Даниил всё-таки самый нелогичный человек, которого он когда-либо встречал в своей жизни. Сначала сам страдает из-за того, что его отталкивают, а когда человек, который по-настоящему его любит и пытается доказать ему это делает на встречу не один шаг, а сразу несколько, то Даниил в ответ лишь показывает тому средний палец и просто убегает, оставляя за собой недосказанность и кучу сомнений. — Ну… Я просто немного его унизил, — скривился Даня, — повёл себя, как тупая пизда, знаю. Но хотелось его задеть, он ведь не имел права так часто меня динамить, вести себя как кретин и бросать просто потому, что я не могу ежесекундно его полюбить. — Дань, тебе не кажется, что ты ведёшь себя глупо? — осторожно спросил Олег, — ты ведь знаешь, что Максим тебя очень любит, но при этом так открыто над ним издеваешься. Да, он часто вёл себя, как козёл и делал тебе больно, но ведь, если посмотреть на это всё его глазами — он просто очень сильно тебя любит и иногда из-за этого срывается. — Ты защищаешь его, серьёзно? — закатил глаза Звягинцев. — Он постоянно нас кидал, вёл себя, как ублюдок, а потом поклялся мне в любви и через два дня меня бросил. И теперь попросил дать ему шанс. Так вот я даю этот шанс, а как я себя в течение всего времени веду — это уже другой вопрос. — И всё-таки это слишком жестоко, — настаивал на своём Олег, — ты его мучаешь. Если он тебе не нравится, то просто скажи ему об этом. — Ладно, Олег, ты всё равно не поймёшь, — отмахнулся от него Даня, от чего парень только хмыкнул, только вот сейчас спокойно реагировать на подобное пренебрежение друга не хотелось. — Ну, конечно, — кивнул в ответ блондин, делая очередной глоток кофе, — куда уж мне… Без личной жизни, любви и подобных интриг. — Я не это имел в виду, — нахмурился Даниил с недоумением смотря на друга, — просто мне самому сложно понять, что именно я чувствую. Максим слишком долго был моим другом и очень часто вёл себя, как хреновый человек, надо сказать. А теперь он так часто говорит мне о своих истинных чувствах, что это сводит меня с ума. — И что ты думаешь делать дальше? — осторожно спросил Олег, внимательно смотря на друга. Сейчас он понимал Даню, знал, как тот всегда реагировал на поведение Максима, иногда выходящее за рамки и видел, что подобные эмоции и злость на косяки друга у Звягинцева не просто так, но как объяснить всё это другу он не понимал, потому что убедить в чём-то Даниила было невозможно, на все события, происходящие вокруг них у него было своя собственная версия. — Он позвал нас с тобой к своим друзьям, посидеть вместе и попить глинтвейн, — улыбнулся Даня, — скинул мне адрес, они собираются вместе в пять. Я сказал, что приду и что приглашу с собой тебя. — И что мы тут делаем в таком случае? — с непониманием спросил Олег. — Ну… — Даня хитро прищурился, — понимаешь, когда-то я позвал Макса на свидание, он обещал мне прийти, и я сидел ждал его как дурак, а потом оказалось, что он просто забыл. Я вот тоже решил, что просто забуду. Выключу телефон, а потом скажу ему, что эта встреча совсем вылетела у меня из головы. Мне кажется, что подобный холодный душ ему не помешает. И вообще, что ты сидишь? Допивай кофе и погнали, я заказал нам билеты в кино, на премьеру очередной хрени про супергероев. Сеанс через полчаса. И не говори мне ничего, я примерно знаю, что ты скажешь. Собирайся, я курить. После этого Даня улыбнулся, взял свой телефон, накинул куртку и направился к выходу из кафе, оставив оцепеневшего от шока Олега одного. Осмыслить всё то, что говорил ему друг было очень сложно, а принять это ещё тяжелее, потому что подобный поступок Звягинцева вовсе не проучит Зарецкого, а заставит Максима навсегда разочароваться в Дане, да и наверняка просто сломает его, что было, мягко говоря, хреново. Олег сделал глубокий вдох и открыл Вконтакте, увидев, что Максим в сети парень закусил губу и глубоко задумался. Да, он прекрасно понимал, что не должен был этого делать и вмешиваться в чужие отношения, но Даня в очередной раз из-за своей обиды и злости совершенно не подумал о том, как на всё это отреагирует человек, который два года был в него безумно влюблён. Oleg 16:37 Макс, привет. Я не должен тебе писать, потому что Данька меня не простит, если узнает, но скрыть от тебя подобное я тоже не могу. В общем, не жди его. Он не приедет к вам. Мы сейчас сидим в кафе, он заказал нам билеты в кино, сеанс через полчаса. Сказал, что выключит телефон, чтобы ты его ждал и нервничал. Хочет тебя проучить. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я. Олег отправил сообщение и закусил губу, чувствуя, как изнутри его разрывают противоречия. Да, с одной стороны, он не должен был вмешиваться в отношения Даниила и Максима, но, с другой, просто не мог позволить Дане смешивать с грязью этого человека. Вообще кого-либо. Максим 16:39 Спасибо, Олег. Данное сообщение придало уверенности и смотря на вернувшегося Даниила, который насмешливо трещал о том, как будет нервничать и переживать Зарецкий, Олег осознал, что поступил правильно. *** Весь последующий день Максим не находил себе места, так как ещё ночью получил ответ от Даниила о согласии прийти к ним вместе с Олегом. Даня также попросил адрес и написал, что они приедут на такси, а также добавил, что он действительно будет рад оказаться там всей компанией. Это было лучшей новостью перед сном, парень ещё минут двадцать лежал и просто улыбался телефону, стараясь не думать о неудавшемся свидании с Даней и надеясь, что завтрашний вечер будет абсолютно другим. Ребята уже давно были в курсе насчёт его безумной любви и даже жаждали с Даней познакомиться, а Максим и не был против, надеясь, что уютные и спокойные посиделки, которые они всегда организовывали, придутся парню по вкусу. Уснуть удалось ближе к утру, а проснувшись в обед Максим ужасно нервничал, осознавая, что времени у него осталось чертовски мало и что сердце бьётся настолько быстро и громко, что готово вырваться из груди. Он уже давно так не нервничал и сейчас не совсем понимал, с чем это связано. То ли с тем, что Даня всё-таки согласился или же просто потому, что он снова будет рядом в такой уютной и домашней обстановке. Открыв входящие сообщения в Социальной сети парень увидел сообщение от Никиты, который также написал, что приедет вместе с Мишей — и это заставило нервничать ещё больше. Во-первых, Максим не совсем понимал, что происходит между этими двумя и как ему на всё это реагировать. А, во-вторых, страшнее всего было увидеть реакцию Даниила на Орловского, который придёт вместе с Зареченковым. Пускай Даня и говорил, что ему плевать, но Максим прекрасно понимал, что парня это будет явно напрягать, хотя, скорее всего, именно поэтому он и позвал с собой Никиту с Мишей. Нужно было просто увидеть своими глазами, как смотрит на Кита Даня, чтобы понять имеет ли смысл бороться за него. Максим наконец-то заставил себя подняться с постели, быстро принял душ и завис у шкафа, думая о том, что лучше ему надеть. Понимал, конечно, что это глупо и что любые шмотки на нём сидят неплохо, но рядом с Даней всегда хотелось выглядеть как-то по-особенному, чтобы джинсы сидели идеально, и чтобы очередная футболка брюнету пришлась по вкусу и вскоре оказалась в его коллекции. По этому фетишу Дани он сходил с ума практически также, как по нему самому. В тот день, когда он впервые увидел целую полку со своими вещами у Дани дома, он чуть ли не задохнулся, чувствуя, как его засасывает это ощущение какой-то близости и химии между ними. Ведь странно, что Звягинцев воровал у него вещи просто так, объясняя это тем, что они хорошо пахнут. Глупости, хотя иногда Максиму казалось, что Даня весь соткан из этих глупостей и противоречий, которые иногда выводили из себя не только Максима, но и всех друзей. Даня был большим ребёнком, очень часто злился, капризничал, но при этом был настолько наивен, прекрасен и мил, что очень часто парень еле сдерживался, чтобы не схватить его за руку, не увести ото всех и не запереть рядом с собой, чтобы быть всегда рядом. Максим тяжело вздохнул и наконец-то выбрав подходящую одежду, быстро натянул её, думая о том, что Даня в чём-то прав — он действительно думает, как маньяк. Посмотрев на себя в зеркало, Зарецкий удовлетворённо хмыкнул, отмечая, что если не Даня, то Орловский обязательно оценит его прикид, потому что подсознательно или нет, но оделся он сейчас именно так, как обычно ходил Никита: белая футболка, стильный приталенный чёрный пиджак и чёрные свободные джинсы. — Блять, какой же ты жалкий, — насмешливо произнёс парень, внимательно разглядывая себя в зеркало и понимая, что никакие шмотки, похожая причёска или что-то ещё не сделают его похожим на Никиту и уж тем более не заставят Даню его полюбить. Парень отошёл от зеркала, с раздражением стянул с себя выбранные вещи, после чего надел простой чёрный свитшот и такого же цвета джоггеры, решив, что раз у них спокойный и уютный вечер, то и выглядеть он должен точно также, чтобы хотя бы не позориться перед Никитой и не показывать насколько сильно он на всём этом помешался. --- К друзьям Максим приехал на полчаса раньше, при этом немного нервничая от того, что Даниил не ответил на отправленное ему сообщение. Безумно хотелось просто набрать парня, спросить, где он и когда они с Олегом приедут, но Максим себя сдерживал, понимая, что давить на парня не стоит и сейчас лучше всего просто спокойно ждать, не предпринимая каких-либо действий и не изводя себя почём зря. Друзья ему открыли сразу же, при этом заранее предупредив, что в гости ещё нагрянул Стас — их одногруппник, Максим против не был, потому что с этим парнем они достаточно часто зависали вместе, Никита его знал, а сам Стас был в курсе их ориентации, но ничего против не высказывал, в связи с чем они если не дружили, то были хорошими приятелями — это уж точно. — Привет, мой Масечка, — расплылась в улыбке Катя, стоило только Диме открыть дверь. — Не называй меня так, — закатил глаза парень, при этом улыбаясь в ответ, после чего пожал руки друзьям, вручил Кате торт и две бутылки шампанского, и лишь потом добавил: — особенно при Ките. Кстати, он тебе не звонил? Я не успел с ним созвониться, но он писал мне, что должен приехать. — Он мне звонил час назад, — вставил Стас, с которым, к слову, Орловский очень хорошо общался и иногда проводил время даже без Максима, — сказал, что он в городе, примет душ, переоденется и примчит. И не один, — после этого парень ухмыльнулся, отсалютовал Максиму бутылкой пива и ушёл из прихожей, вместе с Денисом. — Мне вот даже интересно, что там за Миша, — хитро прищурившись произнесла Катя, — надеюсь, он милаха. Не то, что этот кретин Юра, я безумно рада, что Никитка перестал за ним бегать. Ты видел этого парня? — Катя, не тупи, — закатил глаза Максим, стягивая куртку и разуваясь, — это мой друг, Миша Зареченков, ты палила его страницу Вконтакте, должна помнить. — Да ладно?! Тот красавчик? Афигеть, — с явным удивлением сказала девушка, — но они же давно знакомы. Как так получилось? И ты говорил, что этот Миша трахает всё, что движется, а потом ищет новый объект. Разве нет? — Лучше не спрашивай, — отмахнулся Максим, осознавая, что он сам знает и понимает не больше, чем она, — и вообще, прекрати это. Иногда кажется, что наша личная жизнь тебя интересует больше, чем своя. Как тебя вообще Дима терпит? — Ну у нас то всё хорошо, — улыбнулась в ответ подруга, — а за вас я беспокоюсь. И, кстати, Мась, где твой мальчик? Он тебе звонил? — Екатерина Эдуардовна, не бесите меня, — фыркнул Максим, шутливо отвесив подруге подзатыльник, — лучше пойдём в комнату к остальным, я видимо слишком рано припёрся. — Но он же придёт? — не унималась девушка. — Он обещал, — кивнул Максим, чувствуя, как трепещет от этого его собственное сердце. — Кстати, ребят, в честь прошедших праздников у меня для вас небольшие подарочки — улыбнулся парень, радуясь тому, что купил подарки ещё несколько дней назад и, что взял с собой даже подарок для Стаса, решив, что ребята потом передадут ему раньше, чем сам Максим, — так что с Новым годом, Рождеством и всякое такое. — Очень душевно, — рассмеялся Стас, снова пожимая Максиму руку и принимая от парня бутылку дорогого виски, Диме Максим купил компьютерную игру, которую тот давно клянчил у своей жены, но та была непреклонна, считая, что нельзя переводить семейный бюджет на подобную ерунду, а самой Кате Максим подарил сертификат в Spa салон. — Люблю дружить с мажорами, — улыбнулась девушка, после чего крепко обняла Максима и вручила ему такой же сертификат, только на фотосессию, чем вызвала недоумение и улыбку на губах парня. — Наш общий подарок, — вставил Стас, — мы втроём решили, что такому красавчику как ты нужна фотосессия. — Я всегда знал, что ты меня хочешь, — ухмыльнулся Максим, подмигивая другу. — Это вообще-то Катины слова! — в притворном ужасе произнёс Стас, чем вызвал общий смех. Их дружескую перепалку прервал настойчивый звонок в дверь, при чём кто-то несколько раз подряд нажимал на кнопку, от чего звук был чуть менее долгий, но еще больше раздражающий, чем обычно. — Орловский, — закатила глаза Катя, после чего направилась в прихожую открывать. Максим тут же последовал за ней. На ходу он бросил беглый взгляд на часы, которые показывали шестнадцать часов, тридцать семь минут. Услышав щёлкнувшее оповещение, парень зашёл Вконтакте, открыл пришедшее сообщение от Олега, прочитал несколько раз, быстро ответил и замер, не обращая внимания ни на пришедшего Никиту, ни на удивлённо на него смотрящего Мишу. --- — Эй, Макс, отомри! — пихнула парня Катя, от чего он вздрогнул, сделал глубокий вдох и попытался улыбнуться, по взгляду друзей, направленному на него, парень понял, что получилось у него не очень. Олег написал ему, что они не придут. И не потому, что у них появились дела, а потому что Даня решил его разыграть, отомстить и задеть за живое. Видимо хотел показать, как это больно, когда тебя кидают. У него получилось, очень даже хорошо, надо сказать, потому что Максиму сейчас действительно было больно, настолько, что ничего не хотелось кроме как напиться или просто повеситься, а может быть, и то и другое. — Слушайте, ребят, я пойду, пожалуй, извините, — Максим понимал, что с его стороны подобное поведение — это верх ублюдства и кретинизма, но просто не знал, как себя вести в данной ситуации и что говорить друзьям. — Ты ебанулся что ли? — хмуро спросил Орловский, внимательно смотря на друга. — Мась, что случилось? — обеспокоенно добавила Катя. — Да я… Просто… — Твоя принцесса не приедет? — задал вопрос Никита, на что Максим лишь кивнул, а друг злобно оскалился и продолжил: — И ты этому удивляешься? Было же понятно, что его любимое занятие — тебя изводить, он окунает тебя в дерьмо каждый раз, ты тут же вытираешься и бежишь за ним, как собачонка. Не заебало ещё? Хотя нет, тебе нравится, наверное. Только вот меня удивляет, что из-за этого ты так спокойно берёшь и уходишь от нас, — усмехнулся Никита, от чего Максим дёрнулся как от пощёчины, но промолчал, считая, что в чём-то друг всё-таки прав. Он ведь действительно готов уйти просто потому, что не пришёл Даня и потому, что сейчас он чувствует опустошение и боль. Быть рядом с кем-то теперь не хочется, но в то же время лучший друг прав — он не имеет права их бросать только потому, что любимый человек в очередной раз над ним издевается. — Макс, что происходит? — нахмурилась Катя, прожигая парня тяжёлым взглядом. — Всё хорошо, ребят, правда, — всё же выдавил из себя Максим, — простите меня. Даня не придёт, Олег тоже, но мы отлично проведём время. По крайней мере я постараюсь не испортить вам вечер. — У них что-то случилось или что? — не унималась Катя, внимательно смотря на парня. — Нет, всё нормально, — отмахнулся Максим, после чего собрался с духом и произнёс скорее для себя, чем для ребят: — мне просто пора прекратить за ним бегать. — Ты с нами или пойдёшь плакать? — иронично выгнул бровь Никита, от чего Максим только криво улыбнулся и постарался успокоиться. Честно говоря, он даже не был особо удивлён, потому что поведение Дани на их свидании говорило само за себя и то, что он так быстро согласился поехать и сам спросил адрес куда приезжать, должно было насторожить. Только вот подвоха Максим не заметил, видимо совсем помешался на этом парне, что перестал замечать очевидные вещи и позволил себе утонуть в этом, постоянно терпел унижения и чувствовал себя ужасно просто для того, чтобы Даня был рядом… Даже готов был пожертвовать друзьями. И сейчас, смотря на напряжённую Катю, притихшего Мишу и зло ухмыляющегося Никиту, Максим наконец-то понял каким дураком он был. — Я с вами, — искренне улыбнувшись, произнёс он. — Точно всё нормально? — забеспокоилась девушка. — Просто я могу всех разогнать, и мы с тобой поговорим. — Катя, прекрати, — закатил глаза Максим, — ребята, раздевайтесь и пойдёмте в комнату. — Не так быстро, молодые люди, — цыкнула Катя, — Никита, может быть, ты представишь молодого человека, с которым пришёл? — Ой, вот только не начинай, — закатил глаза Орловский, — ты же уже всё узнала у Макса и наверняка пролистала каждую его фотку. — И всё же? — не унималась девушка, чем вызвала недоумение на лице Зареченкова, которое тот даже не пытался скрыть. — Екатерина, знакомься, это Михаил, — жеманно начал Никита, — Михаил, это Екатерина. — Очень приятно, — просияла девушка, после чего кинулась обнимать явно оторопевшего от этого Мишу. — А Миша — это ваш общий друг, да? — не унималась подруга, чем вызвала усмешку на губах Максима, Катя всегда была такой и если чего-то хотела, то добивалась своего, пускай порядком и успевала всех достать. — Миша — это мой парень, — прорычал в ответ Орловский, чем кажется удивил не только Максима, но и непривычно тихого Зареченкова. Катя же в ответ на это просияла и стала поторапливать парней снимать верхнюю одежду, при этом попутно расспрашивая об их отношениях, о том, как это произошло и как Орловскому живётся рядом с таким красавчиком. Посмотрев на своих друзей Максим сделал глубокий вдох и постарался успокоиться. Да, пускай Даня не придёт к нему и явно не намерен идти на какой-то контакт, но ведь рядом есть люди, которые его действительно любят. Так какой смысл биться головой о стену и жалеть себя, если можно наслаждаться тем, что ты имеешь. Например, можно наконец-то научиться ценить людей, которые тебя любят несмотря на твой характер, дурные привычки или что-то ещё. Они любят тебя просто потому, что ты есть и ты рядом. Это, наверное, и есть самое главное. --- — Макс, можно тебя на секунду? — Миша дёрнул его за рукав в тот момент, когда он вслед за Никитой собирался наконец-то пойти в комнату к остальным ребятам. — Да, — кивнул Максим, после чего всё же зашёл в комнату, сказал друзьям, что они на секундочку, стойко выдержал ледяной взгляд Никиты и закрыл дверь, надеясь, что Орловский даст им хотя бы пять минут. Данный разговор с непривычно задумчивым и хмурым Мишей им был действительно необходим, хотя бы для того, чтобы просто во всём разобраться и наконец-то научиться понимать друг друга. — О чём ты хотел поговорить? — спокойно начал Максим, видя, что Зареченков первым начинать этот разговор явно не был настроен. — Как ты относишься к тому, что я здесь? — данного вопроса парень не ожидал, от чего выгнул бровь и даже немного оторопел, после мгновенно взял себя в руки и в привычной манере ухмыльнулся. Разговаривать с таким Мишей и о таких вещах было как минимум странно, они никогда не обсуждали отношения, не спрашивали рады ли видеть друг друга и уж тем более не нервничали настолько. — Миш, ты паришься, что ты пришёл с Никитой или что? — выгнул бровь Максим, не совсем понимая переживаний друга. — Ну… Для меня странно, что вы вместе. И, что вы встречаетесь. Но, если так сложилось, то я в это влезать не буду. — Просто… — Миша тяжело вздохнул и прикрыл на пару секунд глаза, после чего распахнул их, смерил Максима каким-то тяжёлым долгим взглядом и добавил: — я ведь знаю, что ты обо мне думаешь. О моей, так называемой, славе. Это ведь никуда не денется. — Я не буду настраивать Никиту против тебя, — отмахнулся парень, понимая, куда именно клонит Миша, — я один раз уже сделал огромную ошибку, вмешавшись в его отношения с Юрой. Теперь этого не повторится. Я просто прошу не делать ему больно. Вот и всё. — Это так странно, — выдохнул Миша, после чего всё же позволил себе улыбнуться и, внимательно посмотрев на Максима, произнёс: — я знаю, что ты мне не доверяешь и, что для тебя всё это дико. Для меня тоже. Просто… Я не знаю, как это объяснить. Мне не хочется искать ему замену. И мне без него определённо плохо. Может быть, я взрослею? — А, может быть, ты влюбился, — улыбнулся Максим, после чего подошёл к другу и обнял его точно также, как недавно делал это сам Миша, сидя в машине. Друг ничего не ответил, но никаких слов сейчас и не требовалось. Было приятно, тепло и уютно просто так стоять рядом с Мишей и осознавать, что этого человека действительно интересует твоё мнение и, что он несмотря на свои принципы и страхи готов подойти к тебе и спокойно поговорить о том, что его тревожит. В свете последних событий это значило достаточно много. — Ребята, вы к нам планируете? — раздался из комнаты громкий голос Кати, от чего Максим лишь улыбнулся и отошёл от Миши, открыто смотря на друга. — Спасибо, Макс, — с явным облегчением на лице, произнёс Миша, — мне правда важно твоё мнение и мне бы не хотелось, если бы после того, как я стал встречаться с Никитой, ты бы начал меня презирать или вовсе бы перестал общаться со мной. И, кстати, то, что он представил меня как своего парня, было шоком и для меня тоже. — Я это понял, — усмехнулся Максим, — ладно, просто пошли в комнату и расслабься. — Ты тоже, не стоит так зацикливаться, Даня побесится и успокоится, а ты свои нервные клетки не восстановишь. — Просто пошли, — ровным голосом ответил парень, думая о том, что разговаривать сейчас о Звягинцеве ему хочется меньше всего и это, наверное, хороший знак. *** — Фильм полное говно, — констатировал Даня, когда они вышли из кинотеатра и просто неспешно прогуливались по улице. — Мне, кажется, подобные фильмы всё равно будут снимать, — усмехнулся Олег, — это своего рода культ, очень многим нравится. А если нравится, то за это платят. Просто бизнес. — Каким же нужно быть тупым, чтобы каждый год залипать на подобной херне, — закатил глаза Даниил. Парень вытащил телефон из кармана куртки и включил его, с удивлением отмечая, что ни одного сообщения или звонка от Максима не было. Зарецкий написал ему только одно сообщение, которое Даниил специально проигнорировал, но после пяти часов вечера ничего не было и это очень настораживало. — Но зато мы убедились, что это действительно дно, — фыркнул Олег, — во всём есть свои плюсы. Что дальше делать будем не придумал? Теперь мы можем поехать к ребятам или тебе ещё нужно показать свой характер? — В смысле? — напрягся Даня, раздражаясь от того, что блондин решил так быстро сменить тему и заговорил о том, о чём сейчас думать вовсе не хотелось. Вся эта история с Зарецким выбивала его из колеи и, как себя вести рядом с этим парнем, он иногда даже не представлял. Максим всегда был для него просто другом, тем человеком, который легко мог его бросить одного в кафе, забыть о нём, а потом делать вид, что всё хорошо. Но теперь всё изменилось… Признание в любви, куча недомолвок и сам Зарецкий, которого Даня иногда совсем не понимал и порой жутко желал вычеркнуть из своей жизни, но потом снова возвращался к нему и к тому, что называл дружбой. А сейчас… Всё было слишком сложно… Да, Даня прекрасно понимал, что он перегнул палку, знал, что Максим может на это всё отреагировать куда острее и думал о том, чтобы извиниться. Только вот Зарецкий даже не удосужился ему позвонить — это напрягало и раздражало одновременно, потому что сейчас парень бы даже не удивился, если бы Максим банально забыл о нём, как делал это ранее, даже несмотря на всю свою любовь, о которой он так часто и так громко любил говорить. — Дань, я просто не совсем тебя понимаю, — осторожно начал Олег, от чего Даня напрягся ещё больше, — да, Максим очень много косячил перед нами, иногда вёл себя на грани, но тогда ты не понимал его и мотивов его поступков. Теперь ты знаешь, что он тебя любит и это действительно так. Пускай я не хочу его оправдывать, но ведь именно из-за своей любви он порой вёл себя, как полнейший придурок, потому что, мне кажется, действительно сложно быть так часто рядом с тобой и держать всё это в себе. Я вижу, как он тебя любит, эти чувства реальны и, мне кажется, он старается измениться, так почему ты не можешь просто оставить свою обиду и попытаться нормально с ним общаться при условии, если он тебе хоть немножко нравится? Прекрати его мучать, Даня. Это ничем хорошим не закончится. — Олег, — Даня сделал глубокий вдох, понимая, что ругаться с другом и уж тем более на него срываться сейчас совсем не хочется, но блондин как будто бы сам напрашивался, что заставляло Звягинцева нервничать и раздражаться, — я, конечно, понимаю, что тебе виднее, но мы разве не можем просто не говорить об этом? Я считаю, что поступил правильно. Зарецкий очень долго вёл себя отвратительно и подло. Почему же я не могу поступить с ним точно также? — Потому что он тебя любит, а ты его нет, — холодно ответил Олег, после чего развернулся и пошёл в другую сторону, оставив Даню стоять в полном ступоре и с осознанием того, что сейчас он действительно что-то упустил. Брюнет отчаянно не понимал поведения Олега и даже злился от того, что друг осмелился сказать ему подобные вещи. Но в то же время в чём-то Олег был прав, например в том, что Максим действительно любил Даню и отрицать это было глупо. Он, возможно, не умел ухаживать, был жутким мудаком и иногда выводил из себя Даню, но при этом его чувства были на поверхности и ударить по ним было легче всего, что Звягинцев сегодня и сделал. — Олег, подожди! — резко сорвался с места Даниил, понимая, что снова ругаться с другом он себе точно позволить не может. — Что? — хмуро спросил блондин, чем снова удивил парня, потому что видеть такого Олега было непривычно, но в то же время теперь он вызывал, как минимум, желание его уважать. — Извини, я не прав, не хочу с тобой ссориться, правда, — выдохнул Даня, осознавая, что сейчас он снова перегибает, — просто… Я не знаю, как тебе объяснить всё это. С одной стороны, я понимаю, что не прав и что не должен себя с ним так вести. Но, с другой стороны, мне просто обидно и от этого я очень злюсь. — Дань, послушай, — Олег одарил Даниила долгим и внимательным взглядом от чего тот почувствовал себя как-то неуютно, как будто бы у него сейчас очередной разговор с чем-то недовольным отцом, — я понимаю тебя, но в то же время я могу понять и Максима. Ему тоже сложно и его также раздирают противоречия, я думаю. Но при этом он всё равно зовёт тебя на свидания и приглашает к своим друзьям. — И что мне теперь делать? — осторожно спросил Даниил, понимая, что Олег просто так с него не слезет и что замять разговор у них не получится. — Он мне даже не позвонил, Олеж. Я включил телефон и тишина. Видимо, не так это ему всё и важно. — Максим очень гордый, — парировал в ответ блондин, — я думаю, что сейчас он сидит с кислым лицом и думает о тебе, но никогда тебе в этом не признается. Он будет заниматься самоедством, ненавидеть себя, но не тронет тебя со всем этим. И ты это прекрасно понимаешь. Поэтому Даня, тебе нужно просто решить, что делать дальше. Либо повзрослеть, либо прекратить издеваться над человеком. — Всё хватит, я тебя понял, — сделав глубокий вдох произнёс Даниил, после чего достал из кармана куртки телефон и вызвал такси, понимая, что делает он это даже не из-за нравоучений Олега, а из-за себя самого. --- Такси приехало достаточно быстро, Даниил сел в него с Олегом, который, кажется, был совсем не против поехать вместе, после чего на всякий случай повторил для таксиста адрес и закрыл глаза, полностью погружаясь в свои мысли. В голове была полная каша. Даня не совсем понимал, зачем он едет к Максиму, что он ему скажет и как к этому всему отнесётся сам Зарецкий. Только вот поступить иначе: пойти гулять или просто поехать домой парень сейчас бы точно не смог и дело даже не в словах Олега или в собственной совести. Просто сейчас он действительно понимал, что перегнул палку, потому что поддался своим обидам и злости, даже не подумав о том, что будет чувствовать Зарецкий, абсолютно на него наплевав, но при этом его же осуждая. Это было подло и хотя бы за это он должен был извиниться. До нужного дома доехали достаточно быстро и почти без пробок, что немного расстроило Даниила, потому что этот момент хотелось немного отсрочить, хотя бы для того, что собрать мысли в кучи и придумать о чём ему разговаривать с Максимом и как вообще себя вести. Расплатившись с таксистом, друзья вышли из машины, после чего быстро нашли нужный подъезд и даже повезло проскочить внутрь, благодаря выходящей из подъезда женщине, звонить в домофон и объяснять, кто они такие сейчас Дане абсолютно не хотелось. — Пятый этаж, — будничным тоном сказал Даниил, при этом стараясь сделать так, чтобы его голос звучал увереннее и хотя бы не дрожал. На данный момент Дане действительно было страшно, и он не совсем понимал причину этих страхов, а самое главное, не понимал, почему он здесь и о чём именно будет разговаривать с Максимом. Зарецкий его даже слушать не станет просто высмеет в кругу своих друзей и возможно будет прав. И к чему тогда всё это? Чтобы в очередной раз позволить Максиму себя оскорбить? — Просто расслабься, всё будет хорошо, — подбодрил его Олег, когда они выходили из лифта и, кажется, даже немного стало легче. — Всё нормально, — кивнул другу Даня, после чего нашёл нужную квартиру и нажал на звонок очень надеясь, что откроет ему не сам Максим, потому что хотелось хотя бы выиграть пару секунд перед тем, как начать эту бессмысленную ссору, которая сейчас была неизбежной. Дверь открыл Орловский, что было для Даниила самым худшим раскладом из всех возможных, а по хищной улыбке Никиты он понял, что ничем хорошим их встреча не обернётся. — Чего припёрся? — оскалился парень, чем вызвал у Даниила только недоумение. По Орловскому всегда было видно, как он презирает Даню, считая его полным придурком — это видно и сейчас. Только вот почему осознание накрыло не несколько лет назад, не тогда, когда он бегал за ним, пытаясь привлечь внимание, а теперь? Почему человек становится чужим так поздно, когда твоё сердце уже успели выесть и разжевать все те монстры, которых в себе и взрастил Звягинцев из-за своей несчастной любви? — Максим здесь? — подал голос Олег, видимо решив помочь друг, за что Даниил сейчас был ему безмерно благодарен. — Он нас звал в гости к своим друзьям. — Он звал вас в пять, сейчас почти десять. И я прекрасно знаю, что этот, — Орловский с пренебрежением указал на замершего Даниила, — решил в очередной раз над ним поиздеваться и показать, какой он ахуенный. — Орловский, скажи мне, Максим здесь или нет, дальше мы сами разберёмся, — наконец-то отмер Даня, начиная раздражаться на этого несносного придурка, стоящего напротив. — Поступим по-другому, — холодно ответил Никита, после чего схватил за ворот куртки опешившего Олега, затащил того себе за спину, не давая даже слова вставить и вышел из квартиры, при этом придерживая дверь собой, наверняка для того, чтобы Олег по ту сторону им не мешал, а после этого улыбнулся и добавил: — он пусть пока на помощь зовёт, а мы с тобой поговорим. Не бойся, бить не буду. Наверное. — Орловский, просто иди нахуй, ты что творишь, придурок? — рыкнул Даниил, пытаясь отпихнуть парня от двери, но не получилось даже сдвинуть Никиту с места. — Нет, мы всё же поговорим, Звягинцев, и лучше не ори, а то хуже будет, — оскалился в ответ Орловский и потащил переставшего сопротивляться Даню вниз по лестнице. Спорить с этим придурком Звягинцев не решился, понимая, что если он начнёт кричать или будет вырываться, то Никита действительно может сделать ему больно, потому что ради своего друга этот парень готов, если не на всё, то на многое. — Так мы хотя бы сэкономим пару минут, пока Макс не примчится спасать свою принцессу, — пояснил Орловский, отойдя чуть дальше от подъезда вместе с Даниилом. — Чего ты хочешь? — страха перед Никитой не было, но при этом Даня понимал, что с Орловским ему на рожон лезть точно не стоит. — Нахуй ты сюда пришёл? Ты сам его продинамил и окунул его в полное дерьмо. Не буду спрашивать зачем, видимо отомстить хотел. Окей, у тебя получилось. Но не трогай его сейчас. Ты сделал всё, как хотел, теперь оставь его в покое. Иначе я тебя уничтожу. — Я просто хочу с ним поговорить, — стараясь говорить, как можно спокойнее начал Даниил, — и тебе не обязательно в это вмешиваться. — А я просто хочу, чтобы ты пошёл нахуй из его жизни и никогда больше не возвращался, — рыкнул в ответ Орловский, — как думаешь, чей аргумент более веский? — Я хочу извиниться перед ним, — настаивал на своём Даня, при этом понимая, что в этой битве с Никитой он уже проиграл и, что без потерь просто поговорить с Максимом у него сегодня не получится. — Для чего, скажи мне? — внимательно смотря прямо в глаза Даниилу и, кажется, даже без издёвки в голосе, спросил Никита. — Чтобы потом снова издеваться над ним? Ты думаешь, что являешься кукловодом или что? Подёргал за ниточки и разыграл драму, потом подёргал снова, и драма превратилась в комедию. Так, да? Только вот Макс не кукла и я тебе не позволю просто издеваться над ним, потому что… — Никита! — их перебил звонкий и напуганный голос Максима, который бежал к ним вместе с какой-то рыжеволосой девушкой. Даниил смотрел на приближающихся ребят и почему-то с горечью думал о том, что Зарецкий позвал именно Орловского, а не его самого. — Что ты тут устроил, оболтус? — закатила глаза девушка, с укором смотря на Никиту. — Этот урод непонятно зачем припёрся, — рыкнул в ответ Никита. — Я просто хотел поговорить, — выдавил из себя Даня, и заметив измученный и в тоже время недоумевающий взгляд Максима, добавил: — и извиниться. — Слушай, — Зарецкий явно был пьян, это слышалось в его речи и читалось по его глазам, — ты не думаешь, что я не… — Заткнись, Максим, — резко перебила его девушка, после чего схватила за плечи и повела обратно к подъезду, — мне кажется, что лучше не стоять на морозе, а поговорить дома. Никита, за мной! Даня лишь усмехнулся, заметив, как молча и послушно пошёл за этой рыжей Орловский и даже подумал о том, что раньше он всё бы отдал, чтобы Никита также молча шёл за ним, чтобы не издевался и хотя бы немного ценил его точно также, как Максима. Только сейчас Даня стоит здесь, смотрит на спину Орловского и Зарецкого и думает о том, что он идиот. — Эй, тебя это тоже касается! — донёсся до него звонкий голос девушки. — Ты же идёшь? — Да, конечно, — кивнул Даня, быстро нагоняя их и заходя в подъезд. Брюнет сделал глубокий вдох и зашёл в лифт вместе с притихшими ребятами, стараясь не смотреть на них и не думать о том, что будет дальше. Разговор с Максимом сейчас был необходим, но он пугал настолько, что хотелось просто убежать и никогда больше не возвращаться, чтобы не видеть злого взгляда Орловского, недоумения на лице незнакомой рыжей девушки и явного презрения в глазах пускай и пьяного, но давно родного и изученного вдоль и поперёк Зарецкого. --- В квартире было уютно и тепло — это единственное, что успел осознать Даниил перед тем, как столкнуться в дверях квартиры с ребятами, двоих из которых он не знал. Практически у самой двери в прихожей стоял высокий темноволосый парень с яркими зелёными глазами, а за ним среднего роста шатен, спортивный, курносый и с высокомерным лицом — полностью соответствующий грезам всех девочек от четырнадцати до восемнадцати. Позади них стояли Миша с Олегом, при этом, если блондин с недоумением смотрел на Даниила, как будто бы пытаясь мысленно узнать, что же произошло на улице, то Миша просто пялился в упор на Орловского никого вокруг не замечая. — А вот теперь все в сборе, — нарушила напряжённую тишину рыжеволосая девушка, — может быть, пойдём в комнату наконец? — Ты бы нас представила хотя бы, — улыбнулся зеленоглазый и тепло посмотрев на Даню, добавил: — с твоим другом мы уже познакомились, а с тобой ещё нет. Я Дима, кстати, а это, — он кивнул на шатена, — Стас. И это Катя, моя жена. — Очень приятно, — на автомате ответил Даниил, пожимая протянутую руку и украдкой наблюдая за Максимом и Никитой, стоящими в проходе и что-то жарко обсуждающими, а также за Мишей, сверлящим их обоих тяжёлым напряжённым взглядом. — Да вы надоели уже выяснять отношения, — закатила глаза Катя, — мы собрались вместе отдохнуть или попсиховать? Самое главное, что все пришли, остальное мелочи, поэтому можно прекрасно провести время. — Ага, будет очень весело, — усмехнулся Максим, после чего быстро скинул верхнюю одежду и прошёл в комнату, при этом намеренно задев Даню плечом. Всё остальные, кроме Миши и Олега также вышли из прихожей. — Ты пришёл, чтобы Макс снова истерил? — холодно спросил Миша, внимательно и как-то зло смотря на Даниила, от чего парень также напрягся и смерил друга раздраженным взглядом. Последнее время поведение Миши жутко напрягало и бесило. — А ты после того, как стал спать с Орловским, теперь всегда их защищаешь? — усмехнулся Даня, за что получил ещё один убийственный взгляд от Миши и обеспокоенный от Олега. — Вы серьёзно, да? — закатил глаза блондин, влезая в их разговор. — Ведёте себя, как две ревнивные бабы. Может, ещё подеретесь за Орловского? Думаю, он оценит. — Нужно найти тебе парня, — ухмыльнулся Миша, обняв Олега за шею, — ты начал очень много умничать, пошли, — Зареченков потрепал блондина по голове, после чего подошёл к Дане и схватив его за руку, потащил в комнату, при этом ничего не говоря. Даниил также молчал, сейчас почему-то казалось, что слова будут лишними. Максима в комнате не было, Орловский сидел на диване в окружении рыжеволосой девушки и темноволосого парня, шатен сидел напротив них в кресле. — Разборки закончились? — улыбнулась Катя, заметив ребят. — Если да, то берите пиво из холодильника и подваливайте к нам, мы наконец-то уговорили Никиту спеть. Не только ведь мы этого хотим? Даня усмехнулся. Глядя на самодовольную рожу Орловского он хотел просто, чтобы тот вышел из комнаты и не бесил его. И желательно вышел в окно. А насчёт пения… О том, что Орловский играет на гитаре Даня знал давно, видел его фотографии в Instagram, а также залипал на его видео, где тот делал каверы на разные крутые песни. Тогда голос Никиты казался волшебным и чарующим. А сейчас… Даня и сам не понимал, что теперь чувствовал. В груди было какое-то раздражание, а ещё тоска и грусть, только вот из-за кого конкретно это происходит Даниил пока не понимал. — Ты умеешь петь? — с явным удивлением в голосе спросил Миша, по взгляду которого Даня понял, что друг влип в Орловского также, как и он сам когда-то. Никита его проигнорировал, просто посмотрел так, как никогда не смотрел на Даню и улыбнулся, а брюнет с грустью подумал, что все эти жесты значат куда больше, чем все слова, которые они говорят друг другу. Никита ударил по струнам и Даня замер, буквально растворяясь в его звонком и красивом голосе, а также в песне, которую Орловский пел не ему. И, если раньше он убеждал себя, что видеть Мишу рядом с Никитой было не больно, то сейчас хотел забрать свои слова обратно… Каждая строчка задевала за живое и разливалась ядом по телу, ведь было видно, что поёт Никита именно для Миши. Поёт так, как никто никогда не пел и не будет петь для Дани… На ветке птица будто в клетке. Рассматривает льва и львицу. Свободны только самолёты. А мы с тобой, увы, как птицы. Но ты хочешь на посадку. Купаться в небе, словно в море. Тебя люблю я без оглядки. И нам не нужно будет спорить. Смотри, балет автомобилей. Стремись увидеть самолеты. Ты жив, тебя ведь не убили. Все эти видео и фото. Пойми, деревья видят время. А самолёты, словно рыбы. Но человеческое племя лишь каменные видит глыбы. В прицеле голос твой и сети. Сиянием чистым, словно дети. Тебя мне мало, очень мало. Ты — возрождение начала. Дальше слушать Даня не стал, просто развернулся и вышел из комнаты, ощущая, как быстро бьётся его сердце. Он не знал, что сейчас чувствует, но понимал, что это точно не ревность или какая-то не остывшая любовь к Никите. Скорее всего просто обида. Обида на Мишу, на Орловского, на Зарецкого. На людей, которые постоянно от него что-то скрывали, врали и делали ему больно, а теперь, когда он поступил точно также, то остался чужим и непонятым. Даже для самого себя. Потому что это всё было странно: каждый раз ему говорили что-то, просили встать на место Максима, просили успокоиться и понять Зарецкого. Но хоть кто-нибудь из друзей пытался встать на место самого Дани и попробовать понять его? Кто-нибудь сходил с ума от своей безответной любви, писал глупые письма и представлял, как они будут счастливы вместе? Хоть кто-то из них сдерживал по ночам слёзы, осознавая, что человеку на него абсолютно наплевать и улыбался, когда боль от обиды и безысходности ломала рёбра? Да, такой человек был. И он всегда был рядом, на расстоянии вытянутой руки. Только вот от этого было не легче. Даня сделал глубокий вдох и открыл дверь в соседнюю комнату. Почему-то казалось, что Зарецкий находится здесь. И он, к слову, не ошибся. Максим спал на большой двухспальной кровати, скрутившись в клубочек как маленький беззащитный котенок. Это было как-то уютно и по — настоящему, от чего Даня всё — таки не сдержался и просто лёг рядом, стараясь ни о чём не думать и лишь слушая, как медленно, но в тоже время громко и гулко бьётся сердце в чужой груди. Такое же уставшее и измученное.