Слухи не врут

Не верь улыбке на моём лице — Простой рефлекс, клинический синдром. Искать иголку в стухнувшем яйце И сдать на металлолом ©

С Даней Марк решили встретиться во вторник, просто потому, что у Звягинцева было всего две пары, а Климов в коем-то веке успел вовремя сдать статью, благодаря чему ушёл с работы на час раньше. С Глебом Марк договорился увидеться в восемь вечера, но сейчас часы показывали только начало шестого и он мог спокойно насладиться вкусным пивом в одном из лучших баров в центре города, а ещё с удовольствием слушал болтающего без умолку Даниила, по которому уже успел соскучиться. Всё-таки несмотря на свою безалаберность и ветреность, которые обязательно исчезнут с возрастом, Даня был отличным другом и парень не хотел прерывать с ним общение, даже не смотря на отношения с Глебом, который этим самым общением явно был недоволен и открыто об этом высказывался не один раз. Но проблему Марк видел совсем в другом, от чего парня последнее время мучил один единственный вопрос — были ли у них вообще эти самые отношения? И если нет, то какое право Глеб имел вот так просто лезть в его жизнь и диктовать свои условия? Они не давали никакого названия тому, что происходило между ними, не клялись в вечной любви и не разглашали то, что вроде как были вместе. Даже все их свидания проходили на квартире у Марка и это, честно говоря, здорово напрягало самого Климова. Глеб не хотел куда-то с ним выбираться, он просто приходил, когда хотел, занимался сексом, спорил о всякой ерунде, завтракал, а потом снова исчезал, раз за разом оставляя в душе Марка неразбериху и пустоту. Климову нравился Глеб и он не пытался этого отрицать, прекрасно понимая, что прятаться и скрывать свои чувства слишком уж глупо, особенно в его возрасте и с учётом его характера, но и показывать это Глебу тоже не видел смысла, потому что уже давно вырос и перестал строить пустые надежды. Они оба были взрослыми людьми, именно поэтому Марк не давил на парня, прекрасно понимая, что так может быть только хуже. Марк не был глупым, он видел всё и многое понимал — вряд ли Глеб ощущал то же самое и уж тем маловероятно, что он хотел того, о чем постоянно думал сам парень. Всё было до предела ясно и понятно — Глеб не хотел отношений, ему просто было удобно рядом с Климовым. Как бы мерзко это не звучало, но данный факт был очевидным, ведь именно Глеб был инициатором их первого секса сразу же на первом свидании, именно он говорил о том, что хочет просто расслабиться и наверняка искал это расслабление в Климове. А что, вполне удобно. Марк прекрасно понимал, что он не дурен собой, не глуп и главное, обеспечен квартирой, где как раз-таки можно и проводить это самое время. Подобный цинизм раздражал и ужасно бесил, но пока Климов так и не решился поговорить об этом с Глебом. Да и к чему все эти сцены? Кто они друг другу? Просто чужие люди, которых вместе свели обстоятельства. Марку было уютно с Глебом, потому что он совершенно не походил на всех его бывших парней, был колючим, подавленным и закрытым, но в тоже время в этом человеке была такая сила духа и внутренний огонь, от которого Марк и сам буквально загорался изнутри и действительно чувствовал себя живым. — Как у тебя с этим придурком? — насмешливо спросил Даня, потягивая какой-то странный коктейль через трубочку и насмешливо смотря на Марка. Парень в ответ лишь усмехнулся, немного расслабляясь. Как бы глумливо Звягинцев себя не вёл и каким бы наглым он не был, но обижаться на этого человека Климов не умел, просто потому что именно Даниил был его личным солнышком, именно он когда-то просто протянул ему руку, дав возможность развеяться и ни о чём не думать. С Даней было легко, он никогда не пытался врать Марку, не строил из себя кого-то другого и просто был собой: громко смеялся, говорил в лоб всё, что думал и постоянно подшучивал над Климовым, от чего парень определённо был этим очарован, ровно настолько, чтобы считать Даню своим единственным на данный момент другом и крепко за него держаться. — Если ты о себе, то у нас с тобой всё прекрасно, — ответил Марк, слабо улыбаясь, — а если о Глебе, то… Я не знаю. — Этот кретин тебя обидел? — У нас свободные отношения или что-то вроде того. Он просто ко мне приходит иногда, и мы вместе хорошо проводим время. Но не разговариваем об этом. Наверное, это просто удобно, для нас обоих, — пожал плечами Марк, чувствуя жуткую тоску от своих собственных слов. — И ты не хочешь большего? — выгнул бровь Даня, изучающе глядя Марку прямо в глаза. — Вижу же, что хочешь. Почему тогда не поговорил с ним? — Дань, — Климов тяжело вздохнул и устало прикрыл глаза, совершено не зная, как начать этот разговор, — он мне действительно нравится, но вся правда в том, что мы ничего не обещали друг другу. Глеб мне изначально сказал, что ему грустно и что он хочет секса со мной. Теперь он иногда за этим приходит, мы с ним разговариваем, проводим время вместе, но не более того. Я не хочу потерять даже это. — Ты серьёзно так быстро смог привязаться к нему? — с явным удивлением в голосе спросил парень. — Я не хочу ничего говорить или судить тебя, но ты ведь понимаешь, что это… — Знаешь, — осторожно начал Марк, решив, что не хочет больше молчать, хотя бы с этим человеком, — я слишком долго был один. Наверное, это сказывается. Я устал постоянно казаться сильным, весёлым и делать вид, что у меня всё хорошо. До встречи с тобой я жил на автомате: работал как безумец, потом напивался один в барах и либо снимал кого-то на ночь, либо просто ехал домой и засыпал в своей холодной кровати, чтобы потом снова проснуться в одиночестве. Я настолько свыкся и смирился с этим, что не искал ничего другого и не пытался изменить свою жизнь, потому что я давно перестал верить в сказки. Меня не раз предавали и использовали, я и сам это делал, признаюсь, но… Я ужасно устал от сковывающего меня одиночества, именно поэтому и позволил тебе, а потом и Глебу войти в мою жизнь. — Всё это только из-за одиночества? — Нет, мне просто хорошо с вами, — и это тоже было чистой правдой. --- Домой Марк немного опоздал, потому что такси, что они вызвали Даниилу не приехало вовремя, а сам парень просто не решился оставить друга одного, из-за чего отменил свою машину, отстоял с Даней положенные двадцать минут и только после этого отправился к себе, чтобы обнаружить у двери квартиры явно недовольного и злого Глеба, который стоял к нему спиной и пинал входную дверь ногой. Марк не видел лица парня, но по его действиям и напряжённой спине понял, что Шатов сейчас практически взбешен. Услышав посторонний шум на лестничной клетке, Глеб резко обернулся и, увидев подошедшего Марка, громко фыркнул, открыто показывая своё недовольство подобной ситуацией. Климов на это только улыбнулся, потому что сейчас Глеб казался обиженным ребёнком, которого он лишил сладкого или заставил его ждать, долго и мучительно. Почему-то отчаянно не хотелось думать, что этим самым сладким для Глеба являлся сам Марк. Ведь он для этого пришёл? Чтобы заняться сексом, поужинать и потом уйти, оставив Климову дыру вместе сердца? — Извини, что я задержался. Был в баре с Данькой, долго ждали такси, — не стал ничего скрывать парень, открыв дверь и первым делом пропустив туда клокочущего от злости Глеба. — О, серьёзно? — недовольно фыркнул парень. — Ты до сих пор общаешься с этим кретином и нарушаешь из-за него свои же обещания, которые дал мне? — Я извинился, если ты не заметил, — разуваясь ответил Марк, стараясь держать себя в руках и не злиться — ему это было ни к чему, потому что сломать то самое хрупкое, что было у них сейчас, он точно бы не смог, — Даниил — мой друг и, мне кажется, что я имею право проводить время со своими друзьями, когда захочу и сколько захочу. Разве нет? — Какого хера ты со мной так разговариваешь? — рыкнул Глеб, сократив расстояние между ними и с вызовом смотря Климову прямо в глаза. — Мы договорились с тобой встретиться в восемь часов, ты опоздал. Я не предъявляю никаких претензий, но… — Да что ты, — всё же перебил его Марк, стаскивая с себя куртку и проходя в свою комнату, Глеб последовал за ним, — а ты не этим сейчас занимаешься разве? Да, мы договорились встретиться. И я здесь. Давай примем душ, потрахаемся и ты снова уйдёшь, оставив меня одного. Я сам на это подписался и не имею ничего против, просто… В этом случае, не еби мне мозг. Глеб молчал, но Марк и не ждал от него ответа, прекрасно понимая, что Шатов сейчас банально уйдёт, громко хлопнув дверью и послав его на все четыре стороны. Такие мальчики, как Глеб быстро приходят в себя, они удивительно живучие и сильные, именно поэтому Глеб просто перешагнет через Марка, оставив его корчится на полу от собственной глупости, трусости и боли. Впрочем, ничего нового. Марк прекрасно понимал, что вёл сейчас себя как скотина и в очередной раз показывал свои не самые лучшие стороны, но те шесть стаканов пива, что он выпил в баре, были явно лишними, от чего парень злился ещё больше. Нет, он не был пьян, но его здорово мутило, ужасно болела голова и всё тело как будто бы онемело, умоляя своего обладателя просто пойти в ванную, залечь в воду и лежать там неподвижно как минимум час, позволяя воде смыть с себя всю тяжесть и мерзость этого дня. — Что с тобой происходит? — этот вопрос неожиданный. Он вынудил Марка вздрогнуть и сделать глубокий вдох, чтобы наконец-то набраться храбрости и заставить себя посмотреть в чужие глаза напротив, в которых открыто читалось недоумение, а самое главное — волнение и забота, от которых у Климова снова защемило в сердце. Такое ведь не могло показаться, да? — Я просто не понимаю, что с нами, — честно ответил Марк, всё-таки решаясь на подобный разговор, потому что отступать уже было поздно. — В каком смысле? — выгнул бровь Глеб, явно ничего не понимая, но уже немного успокаиваясь и совершенно не злясь. — Кто мы друг другу, а, Глеб? — насмешливо спросил Климов, с вызовом смотря в чужие, такие холодные глаза напротив. — Я понимаю, что не имею на это право, знаю, что ты не обязан мне отвечать и, что ты сейчас просто пошлёшь меня, но… Я не могу так жить больше, правда. Я устал. Наверное, я уже давно перерос все это и просто хочу стабильности. Я хочу возвращаться домой, зная, что там меня ждёт человек, который не смотря на то, как тяжело прошёл его день, обнимет меня, позволит ему рассказать обо всем на свете и будет рад тому, что мы просто сидим вместе, пьём чай и болтаем о ерунде. Мне больше не интересен просто секс, понимаешь? Я не хочу быть для тебя бесплатным вибратором. — Ты идиот? — нахмурился Глеб, снова начиная раздражаться. Марк увидел это по его глазам и подобное сейчас вызвало только улыбку, потому что он действительно идиот, ведь как иначе назвать человека, который снова наступил на те же самые грабли и влюбился в легкомысленного мальчишку, которому интересен секс, тусовки и прожигание собственной жизни. Да, Шатов не был похож на всех его прошлых парней, он был куда взрослее и пережил то, чего Марк не пожелал бы даже врагу, но было самое главное, то что объединяло Шатова и всех остальных, на кого обычно клевал Марк — Глеб мог его заменить, мог пойти в клуб, выпить и снять себе любого, наслаждаясь близостью чужого тела и совершенно не помня о каком-то там Климове. Марк так не умел и не хотел, но это ведь только его проблемы, верно? — Наверное, — спокойно кивнул парень, — просто… Ты не давал мне никаких надежд и я понимаю, что предъявлять тебе что-то глупо. Но я не хочу так больше. Я устал. Устал от того, что у меня нет возможности быть близким для кого-то. Я не то чтобы жалуюсь, но с родителями я перестал общаться, как только признался в своей ориентации, у них больше нет сына, старшая сестра также не очень хочет знать, как я и где я. Поэтому я постоянно один. Я работал с утра до ночи, чтобы обеспечить себя хоть немного, я влюбился без ума в одного козла и сдувал с него пылинки, а он потом переспал с моим знакомым просто потому, что был пьян и захотел так. Захотел, понимаешь? Он просто пошёл и лёг под другого почти у меня на глазах. Я не хочу сейчас кого-то обвинять, но это мерзко. И я не могу думать о том, что ты такой же. Я не хочу думать о том, куда ты пойдёшь после того, как проведёшь со мной ночь. Поэтому… Давай ты сейчас просто уйдёшь и заменишь меня кем-то другим. Пожалуйста. Глеб снова ничего не ответил. Просто подошёл ещё ближе, практически вплотную, аккуратно провел длинными пальцами по щеке замершего на месте Марка, а после поцеловал так, что у Климова практически перестало биться сердце, замирая от всей той нежности и теплоты, что подарил ему сейчас Глеб. — Ты идиот, повторюсь, — тихо выдохнул парень практически в самые губы Марка, — накрутил сам себя, а поговорить со мной не решился. Ты ведь у нас взрослый, рассудительный альфа-самец, почему я должен был делать первый шаг? — Но ведь… — Марк замер и немного отодвинул от себя Глеба, с недоумением глядя ему в глаза. — Что, Марк? — улыбнулся Глеб, при этом смотря на него немного обиженно, но при этом хитро и насмешливо. — Почему ты решил, что я с тобой просто развлекаюсь? Если бы ты для меня ничего не значил, я бы не бегал к тебе каждый день, я бы даже извиняться перед тобой не стал за тот случай, когда не смог прийти и уж тем более, я бы не ждал тебя здесь полчаса сидя под твоей дверью, пока ты развлекался со своим Даней. Неужели не ясно, что я в тебя тоже вляпался? Или я обязан об этом орать на каждом углу? Ты так просто не понимаешь, да? — Блять, — тихо прошептал Марк, думая о том, что он действительно придурок, ведь можно было просто поговорить и прояснить всё, а не устраивать подобных сцен. — Просто иди ко мне, — тихо прошептал Глеб, поманив парня указательным пальцем и тут же заставляя Марка полностью потеряться в ощущениях, лишь почувствовав тёплые и такие потрясающие губы на своей шее. — Ты не представляешь, какой я придурок, — выдохнул Марк, толкнув Глеба на стоявшую позади кровать и глупо улыбаясь при этом, — я чувствовал себя таким несчастным последнее время. — Ты действительно придурок, — насмешливо кивнул Глеб. Парень как-то ошалело улыбнулся, немного приподнялся на локтях, стянул с себя водолазку, после чего тут же принялся расстегивать рубашку Марка и, скинув в её на пол, наконец-то впился в губы парня настойчивым поцелуем, выбивая из головы остатки мыслей. Очнулся Марк только когда тонкие, холодные, но такие прекрасные пальцы сомкнулись на его уже давно эрегированном члене. Климов громко застонал и посмотрел на лежащего под ним Глеба. Посмотрел и снова задохнулся, потому что парень, что сейчас был с ним — потрясающий и до безумия прекрасный в своей порочной, пугающей, но такой чарующей красоте. Марк всё-таки не смог себя сдержать, именно поэтому он утробно рыкнул, ощущая чужую дрожь и буквально упиваясь этим. Глеб сделал глубокий вдох и слишком протяжно выдохнул, от чего Марк снова понял, что теряет голову, безвозвратно и безоговорочно, но с этим парнем иначе и нельзя. Марк огладил чужую кожу, наслаждаясь её прохладой и бледностью, а самое главное — нежностью, от которой почти пропадало дыхание и Климов не мог делать ничего больше, чем просто наслаждаться близостью парня, что сейчас лежал под ним и покорно ждал всё то, что мог предложить ему Марк — ждал его самого. Всего, без остатка. Парень сделал глубокий вдох и медленно ввёл в Глеба один палец, наслаждаясь его узостью и мыслями о том, Шатов, не смотря на всю свою браваду и разговоры о походах в ночной клуб и парнях на одну ночь, сейчас принадлежал лишь ему не искал кого-то ещё. По крайней мере, в это отчаянно хотелось верить. Второй палец вошёл уже куда легче, заставив Глеба расслабиться и протяжно заскулить, но явно не от боли, а от удовольствия, что накрыло буквально каждую клеточку его тела. — Какой же ты потрясающий, — с придыханием прошептал Марк, заменяя собственные пальцы уже давно возбужденным членом и буквально сходя с ума от протяжного и пошлого стона, что сейчас вырвался с чужих, но настолько родных и желанных губ, — нереальный просто. — Заткнись и сделай хорошо, — прохныкал в ответ Глеб, хватаясь за чужие плечи и заставляя Марка счастливо улыбаться, потому что не смотря на всю свою напускную грубость, злость и скептицизм, Глеб казался ему котёнком: маленьким, игривым и любимым до одури. Медленные движения постепенно превратились в резкие, потому что Шатов сам поддавался вперёд и явно требовал большего, а Марк просто не имел права его ослушаться. Поцелуи все такие же — на грани безумия, мокрые, пошлые и неимоверно прекрасные, как и то, что происходило между ними, потому что — это нечто большее, чем секс на одну ночь. Это вообще куда больше и ярче, чем просто секс. — Марк, я хочу быстрее, — протяжно простонал Глеб. Именно это заставило парня ещё сильнее ускориться, тем самым выбивая из Шатова хриплые стоны, всхлипы и как будто бы вытрахивая из него душу. И Марк бы сейчас соврал, если бы сказал, что подобное ему не нравилось. Нравилось, конечно. Даже очень… Мыслей после секса не было совершенно, поэтому Марк стянул презерватив, чмокнул Глеба в щеку и, получив отрицательный ответ на предложение вместе принять душ, ушёл в ванную, быстро смыл с себя этот неприятный день и такую прекрасную ночь, после чего с улыбкой на губах вернулся обратно — в объятья человека, которому он теперь точно не позволит никуда уйти. Ни за что на свете. *** — Олег, тебе не кажется, что нам нужно развеяться? — фыркнул Ваня, зевая. — У меня сегодня второй выходной, у тебя первый, поэтому ты в любом случае в плюсе. Если не хочешь в клуб, пошли выпьем пива в баре или где-то пошатаемся. Мне скучно. — Боже, Ваня, — выдохнул в трубку Олег, а блондин лишь усмехнулся, подумав, что сейчас друг наверняка недовольно закатил глаза, — сегодня ведь среда, какие клубы? Почему ты такой гиперактивный? Тем более, тебе завтра на работу, да и погода не очень, на самом деле. — Нет дождя — и ладно, — настаивал на своём Ваня, которому действительно не хотелось проводить последний выходной в чужой квартире в полном одиночестве. — Вань, я правда не хочу никуда выползать, — тяжело вздохнув, ответил Олег, — если хочешь, приезжай ко мне. — Ладно, забей, — усмехнулся блондин, подумав о том, что Олег действительно не должен тратить каждый свой выходной на него, даже если Ваня остался совершенно один в городе: без семьи, друзей и хоть каких-то знакомых, кому он был ещё интересен, — схожу в магазин, накуплю всякой дряни и залипну перед телевизором. — Ты уверен? — осторожно выдал друг. — Я не против, если ты приедешь. Правда. — Олежка, — Ваня старался говорить как можно спокойнее, чтобы Олег ничего не почувствовал и не понял. Ведь именно он был единственным человеком, кто ещё не вычеркнул Ваню из своей жизни и почему-то сейчас парню совершенно не хотелось этого человека беспокоить, ведь и так Олег для него сделал столько всего хорошего, что всю оставшуюся жизнь теперь не расплатится. — Правда всё нормально. Выключи своё беспокойство. — Ладно, хорошо, — выдохнул Олег, явно успокаиваясь, — ты если что пиши мне, хорошо? — Конечно, Олежа, без проблем. Пока, отдыхай. Парень грустно улыбнулся, услышал заветное «Пока» от друга и тут же сбросил, стараясь игнорировать огромную дыру внутри, что называлась одиночеством и с каждой секундой поглащала его всё сильнее и сильнее. Ваня сделал глубокий вдох и решительно поднялся, думая о том, что оставаться дома сейчас не имело никакого смысла. Да, он соврал Олегу, просто потому, что не хотел его беспокоить, только и оставаться здесь одному было невыносимо. Именно поэтому парень быстро переоделся и поехал в клуб. Он понимал, что это глупо и не так давно обещал сам себе посещать это место как можно реже, но… Сейчас хотелось почувствовать себя нужным хоть кому-то, услышать какой он красивый и почувствовать чужие горячие руки на своей спине. Конечно, Ваня понимал, что это мерзко и, что после секса с одноразовым партнёром он будет чувствовать себя использованным, как презерватив, но и по-другому он ещё не научился. Да и что в его случае было делать? Он не был никому нужен, но очень сильно хотел хоть немного почувствовать чужую любовь, пускай и только на одну ночь. В клубе было немноголюдно, но ничего другого Ваня и не ждал. Среда как никак, поэтому здесь были либо безработные, либо студенты или вечные прожигатели жизни. Раньше Ваня относил себя именно к последней категории и проводил в клубе чуть ли не каждый день, наслаждаясь своей популярностью в этом заведении. К нему ведь действительно подходили многие, он мог выбирать, ставить себе цену и уходить только с тем, кого считал самым достойным. Но теперь не так и это до ужаса странно. Да, он пришёл сюда один, как и делал раньше, он видел кучу похотливых взглядов, что направлены на него, но была одна проблема — он никого из них не хотел. Вообще. — Привет, — улыбнулся Ваня знакомому бармену, как только подошёл к барной стойке, — мне как обычно. — О, куколка, привет! — ухмыльнулся тот, заметив парня. К слову, с ним Ваня тоже переспал. — Давно тебя здесь не видел в будний день. Нашёл новую цитадель разврата и радуешь посетителей своей прекрасной попкой только по выходным? — Просто стало меньше свободного времени, — улыбнувшись ответил Ваня, при этом стараясь побороть отвращение к этому придурку. — А что так? — выгнул бровь бармен, стараясь перекричать громкую музыку. — Нашёл постоянного ебыря? — Влюбился, — хмуро ответил Ваня, совершенно не понимая, как раньше вёлся на всё это и считал подобные разговоры нормальным? Он не понимал, что случилось, но, наверное, эта история с Мишей, отцом, а потом и самостоятельная жизнь сделали его куда взрослее, потому что теперь, глядя на смазливого, но такого тупого бармена, Ване совершенно не хотелось с ним флиртовать. Единственное, что ему нужно — получить свой коктейль и свалить подальше. — О, рад за тебя, — усмехнулся парень, протянув ему нужный коктейль и быстро приняв оплату, — но судя по твоей хмурой роже — любовь невзаимная. Может быть, помочь? — Каким образом? — выгнул бровь блондин, при этом прекрасно зная, какую именно помощь может предложить ему бармен. — Ну… Сегодня я работаю до двенадцати, — протянул парень, хитро ему подмигнув. — Это безумно заманчиво, — ухмыльнулся Ваня, пошло облизав трубочку от коктейля, — но у меня действительно есть тот, кто меня трахает. При чем постоянно. И по любви. Так что, извини. Дожидаться пока его старый знакомый выйдет из ступора и ответит ему хоть что-то, Ваня не стал, просто спрыгнул со стула, взял свой коктейль и направился к свободному столику, подальше от этого придурка. На душе стало ещё более скверно и пусто. Парень не понимал зачем сюда припёрся, совершенно не хотел одноразового секса и дико бесился от осознания того, что ему больше не доставляло удовольствие то, что безумно нравилось совсем недавно. — О, кого я вижу! — раздался сбоку смутно знакомый голос, от чего Ваня повернул голову вправо и настороженно замер, сталкиваясь с такими знакомыми, но в тоже время холодными глазами. Блондин усмехнулся, думая о том, что ему снова не повезло. Да, он знал, что этот парень тоже завсегдатай в его любимом клубе, но сталкиваться с ним именно сегодня совершенно не хотелось. А особенно видеть человека, что мельтешил у него за спиной и раздражал ещё сильнее, чем тот, кто задал ему вопрос. — И тебе привет, — кивнул Ваня, после чего снова присосался к своему коктейлю, стараясь игнорировать Глеба, что сейчас нагло ему улыбался, а после и вовсе сел напротив, настороженно смотря парню прямо в глаза. На замеревшего позади Юру, Ваня старался вообще никак не реагировать, потому что он был последним, кого парень мечтал встретить именно здесь и сейчас, в то самое время, когда он в коем-то веке решил расслабиться и найти себе хоть кого-нибудь. Юра откровенно бесил и отношения на работе у Вани с ним были напряжёнными, потому что гребаный Юрий Викторович оказался достаточно требовательным, постоянно заставлял что-то делать и следил за ними, как будто бы надзиратель в тюрьме, что неимоверно бесило Ваню, но и возразить ему парень никак не мог, потому что работа ему была всё-таки нужна, да и платили в магазине не так уж и мало. Но вот общаться и терпеть Юру за пределами музыкального магазинчика, парень явно не планировал. — Ты что здесь делаешь? — нахмурился Юра, чей вопрос явно был полной неожиданностью для Глеба, который обернулся и с недоумением посмотрел на своего друга. — Завтра на работу. — Иди на хуй, — говорить с этим придурком вежливо Ване совершенно не хотелось, как и видеть их двоих рядом с собой. Единственное о чем он сейчас мечтал — это просто напиться и свалить домой, даже член в заднице отошёл на второй план, а уж общение с этими двумя вообще в этот самый план не входило. — Вы знакомы? — вмешался Глеб, явно ничего не понимая. — Мы с тобой, конечно, видели этого придурка у Олега, но я не думал, что вы общаетесь. — Мы работаем вместе, — хмуро ответил Юра, по-прежнему буравя Ваню напряжённым взглядом, — к сожалению. — О, да ладно?! Прикинь, это тот самый парень, про которого я тебе рассказывал, — скривился Глеб, от чего Ване стало ещё паршивее, потому что о нём Шатов говорил будто о дерьме и это было совсем неприятно, — та самая шлюшка. Он вешался сначала на меня, а потом переспал с Илюхой. — Зачем ты рассказываешь ему эту хрень? — хмуро спросил Ваня, стараясь не реагировать на молчавшего и хмурого Юру и очень надеясь, что его голос звучит вполне самоуверенно и нагло. — Расстроился, что позорно заснул и лишился лучшего секса в своей жизни? — Ты слишком много на себя берёшь, — раздражённо фыркнул Глеб, — поверь мне, клубная шлюха, которую имел практически каждый здесь — это не предел моих мечтаний. — Я тоже рад, что у нас не получилось, потому что, секс с тобой был бы жуткой ошибкой, — парировал Ваня в ответ, — хотя… Я бы это и сексом не назвал. Для траха нужен член, а у тебя его нет. — С чего бы это? — выгнул бровь Глеб, явно напрягаясь. — Да потому, что ты говоришь, как пизда, — ухмыльнулся Ваня, прекрасно понимая, что нарывается и распыляясь от этого ещё сильнее, — к слову, и выглядишь ты как пизда. Обычная такая тупая пизда. Твой брат тоже не гуру в этом, но у него хотя бы есть то, чем можно меня удовлетворить, в отличие от тебя. — Ты совсем охуел что ли?! — рыкнул Глеб, резко поднимаясь со своего места, с явным желанием поговорить совсем по-другому, только сильная рука Юры ему помешала, что позволило Ване отделаться малыми потерями, то есть просто испугаться. — Эй, не реагируй на него, — громко произнёс Юра, пытаясь успокоить взбешенного друга, — мы ведь пришли хорошо провести время, а не ругаться с… Этим. Иди найди нам столик и закажи выпить, я скоро приду. — Лучше просто не приходи сюда, иначе в следующий раз я не буду таким добрым и со мной не будет Юры, — рыкнул Глеб, проходя мимо замеревшего на месте Вани, которому конечно льстило, что Юра не позволил Глебу ему врезать, но в тоже время тот факт, что его гребаный начальник до сих пор сидел рядом, совершенно не радовал. — Ты тоже проваливай вслед за своим дружком, — шикнул Ваня, при этом почему-то не зная, как вести себя рядом с этим человеком. Юра ему не нравился. Абсолютно. Он был совершенно не в его вкусе, вёл себя как мудак и строил самого крутого начальника в мире, что неимоверно раздражало, но в тоже время было в этом Юре что-то, что заставляло Ваню нервно вздрагивать, замолкать, глядя на него в упор и слушать всё то, что говорил этот парень. Всё-таки аура у Юры была убийственная, когда он был разозлен или раздражен — сейчас явно тот самый случай. — Я задавал тебе вопрос, но ты не ответил, поэтому спрошу ещё раз. Что ты здесь делаешь? — хмуро произнёс Юра, смотря ему прямо в глаза. — Тебе завтра на работу. — Тебе тоже, — усмехнулся Ваня, при этом совершенно не собираясь отвечать на заданный ему вопрос. — Я здесь, потому что Глеб попросил меня прийти и наконец-то решил со мной помириться, — немного спокойнее ответил Юра. — О, поздравляю, что ваша голубая семья снова вместе! — скривился Ваня. — Не паясничай, — шикнул на него Юра, — я сейчас хотя бы не пью и не собираюсь, в отличие от тебя. Ты ведь помнишь, что я говорил про перегар и прочее? Ты не должен приходить на работу в нетрезвом виде, иначе я тебя уволю. Я ведь предупреждал, что… — Как же ты меня заебал! — прорычал Ваня настолько громко, чтобы сидевший рядом Юра обязательно его услышал. — Какое, блять, тебе до меня дело? Сейчас ты никто здесь, поэтому просто отвали! Можешь завтра включить начальника, выебать меня за ненадлежашее для твоего сотрудника поведение и уволить наконец-то, но сейчас… Просто отвали, хорошо? Я дико устал на работе, провалялся весь вчерашний день в кровати с полным ощущением того, что я ничтожество и вот решил прийти сюда, чтоб снять того, кто сможет выбить из меня дурь и хорошенько оттрахать. Но теперь появился ты со своим дружком и вместо секса я вынужден наблюдать за твоей мерзкой рожей, от которой меня просто тошнит! Замолчав Ваня нервно закусил губу и напряжённо посмотрел на посеревшего Юру. Блондин прекрасно понимал, что снова нарвался и сказал явно совершенно не то, что должен был, поэтому сейчас совершенно не знал как себя вести и что ожидать. Юра должен был его ударить, определённо. По крайней мере, сам бы Ваня сделал именно так и наплевать, что они начальник и подчинённый. Здесь и сейчас они просто два гея, которые вроде бы знакомы, но особо не общаются друг с другом и пришли сюда для совершено разных целей, но так неудачно столкнулись. На месте Юры Ваня обязательно бы вспылил, врезал по самодовольной роже напротив и на следующий день отомстил бы, найдя причину его уволить. Но Юра был другим, именно поэтому он молча поднялся, хмуро посмотрел на Ваню и громко, но совершенно спокойно произнес: — Ты можешь делать, что хочешь, мне плевать. Главное, не опаздывай на работу. Юра больше не произнёс ни слова, просто встал и ушёл, оставив Ваню сидеть одного с полным ощущением опустошения внутри. Сейчас действительно было противно от себя самого, потому что чужое «мне всё равно» било куда похлеще чужих, пускай даже самых обидных слов. Ване было бы куда приятнее, если бы Юра разозлился, назвал его шлюхой, вызвал ему такси и заставил поехать домой, чтобы выспаться перед работой. Лучше бы он на него орал, грозил увольнением и называл обидными словами, чем вот это безразличное «мне всё равно». Но… Это ведь было логично и Ваня прекрасно понимал, что требует слишком многого. Даже от Юры. Именно поэтому сегодняшнюю ночь он снова провел совершенно один в съёмной квартире. И, наверное, именно поэтому сегодня он позволил себе то, что не делал очень давно — просто позорно разрыдался, комкая в руках подушку, давя ей собственные всхлипы и презирая себя за слабость. *** — Зачем мы здесь? — хмуро спросил Юра, глядя на Глеба, что сидел напротив и тянул через трубочку виски с колой. Юра знал, что не стоит спрашивать у Глеба что-то раньше, чем он начал бы говорить, потому что парня это обычно бесило, но молчать и ждать пока Шатов созреет для этого разговора парень не хотел. Они не общались слишком долго и он сам уже перестал верить в то, что Глеб оттает и решит помириться после той глупой и совершенно непонятной ссоры. Глеб решил вычеркнуть его из своей жизни и Юра не старался это исправить, потому что прекрасно знал своего друга и понимал почему он так сделал, причина была одна — Илья. Глеб слишком любил своего брата и, если Илья не хотел, чтобы Глеб общался с Юрой или с кем-то ещё, то Шатов мог переступить даже через их дружбку. Конечно, подобное до ужаса бесило Юру, но он прекрасно понимал Глеба и даже не пытался возражать против подобного выбора. Глеб был его лучшим другом, но они оба знали, что Илья — это единственный человек, которого любил Шатов и ради которого мог пожертвовать всем, даже собой. Юра ради своих братьев и сестёр сделал бы тоже самое. — Я хотел поговорить, ты ведь знаешь о чём, — усмехнулся в ответ Шатов, буравя Юру внимательным взглядом своих нереальных глаз. Юра знал. Он так давно дружил с этим человеком, что научился читать каждую его эмоцию, ловить чужое настроение и понимать всё то, о чем молчал Глеб. Сейчас было тоже самое — он прекрасно видел волнение, сомнения и страх, которые переполняли Глеба и которые он упорно, но в тоже время так бездарно пытался скрыть. — Без понятия, — пожал плечами парень. Он понимал, что подобный ответ взбесил бы Глеба, но и среагировать иначе сейчас не мог. Обида на Шатова была, как бы Юра не пытался это скрыть. По сути, Глеб его банально предал, отказался от него из-за капризов своего брата и даже не извинился, оставив Юру одного со своими тараканами, одиночеством и ненавистью к себе самому, которая никуда не делась и душила парня изо дня в день. Но Юра прекрасно понимал, что не имеет права злиться и что-то предъявлять Глебу. Во-первых, он сам был не без греха. А, во-вторых, Илья для Глеба был куда важнее Юры или кого-то ещё. И с этим нужно было просто смириться. — Я хотел извиниться, — сделав глубокий вдох тихо произнёс Глеб, — я поговорил с Ильёй и мы уладили нашу проблему, поэтому… Я действительно хотел попросить у тебя прощения, потому что ты мой лучший друг и я не хочу тебя терять. Знаю, что я вёл себя как свинья, игнорируя тебя в непростой период твоей жизни, но… Я не мог иначе. Извини меня, правда. Ты имеешь полное право меня послать, но я надеюсь, что ты всё-таки простишь меня и мы сможем общаться, как раньше. Я обещаю тебе, что подобного никогда больше не повторится. Я скучаю по тебе, Юрка. Глеб замолчал, а Юра не торопился отвечать ему, потому что в голове было столько мыслей, что он банально не знал, что именно сказать и как выразить свои чувства, что сейчас бурлили в нем с удвоенной силой. Хотя всё было и так понятно, по крайней мере самому Юре — он слишком любил Глеба и дорожил им, поэтому не мог вот так просто из-за глупости и гордости потерять своего лучшего и единственного друга, даже не смотря на то, что последний раз они наговорили друг другу кучу гадостей и расстались явно некрасиво. Глеб был отдушиной для Юры, он выручал его, спасал от глупостей и держал на плаву, не давая упасть на дно даже в те моменты, когда Юра переступил через гордость и совесть, принимая деньги от Зарецкого и продолжая встречаться с Орловским лишь для того, чтобы содержать свою семью. Он знал, что это низко и подло, но в тоже время понимал, что иначе он не смог бы. И именно Глеб его поддерживал, не читал нотации, не упрекал, а именно поддерживал, а это было важно. — Может быть, ты хоть что-то скажешь? — нахмурился Глеб, настороженно глядя на друга. — Я всё пойму и не буду тебя доставать, просто не молчи, пожалуйста. — Я тоже по тебе скучал, — тепло улыбнулся Юра, всё-таки решив, что переступить через обиду пускай и сложно, но это куда лучше, чем потерять ещё одного дорогого для себя человека, — ты пускай и говнюк и поругались мы из-за ерунды, но… Я люблю тебя и я действительно скучал. — Спасибо! — Глеб улыбнулся настолько сильно, что Юре показалось — у него сейчас треснет рот, после парень всё-же не выдержал, подскочил со своего места, крепко обнял Юру, потрепал его по короткому ежику русых волос и только после этого сел обратно. — Давай просто забудем, — улыбнулся парень, сделав глоток из стакана с пивом, — я не хочу зацикливаться на обидах. Я тоже сделал много дерьма в жизни, поэтому… Не мне тебя судить. — Илья не будет мешать нашему общению, — пылко добавил Глеб, — мы с ним поговорили и… В общем, всё хорошо. — Я рад, — кивнул Юра, — ты же знаешь, что я хорошо отношусь к Илюхе, даже не смотря на то, что он замутил с парнем, что мне нравился и поссорил нас с тобой, поэтому… — Кажется, я влюбился, — невпопад произнёс Глеб, заставив Юру замереть и забыть о том, что он говорил минуту до этого. — Ты серьёзно сейчас? — недоуменно спросил Юра. При этом парень не без удивления заметил, что его друг немного покраснел и это казалось очень странным, потому что Глеб, которого он знал всегда был дерзким, грубым и немного хамоватым, иногда он вёл себя чересчур резко и никогда ни во что не ставил чувства других людей, а тут… Влюбился? — Если бы я шутил, всё бы было проще, — фыркнул Глеб, — я сам не знаю, как так получилось, но… Меня от него плющит. — Черт, это неожиданно, — произнёс Юра, удивлённо смотря на друга, — но… Я за тебя рад, правда, потому что ты как никто заслужил быть влюблённым. Надеюсь, это взаимно? — Вроде бы да, — краешком губ улыбнулся Глеб, при этом выглядя абсолютно счастливым, — он обо мне заботится и сдувает с меня пылинки. Это очень непривычно. — Я представляю, — усмехнулся Юра, — ты реально позволяешь кому-то о тебе заботится? Этот парень бессмертный? — Да пошёл ты! — фыркнул Шатов, но при этом громко рассмеялся, от чего Юра снова удивлённо замер. Парень не узнавал своего друга, не понимал как за такое короткое время Глеб мог так сильно измениться, но в тоже время безумно радовался этим самым переменам. Парень, что сидел сейчас напротив нравился ему куда больше вечно нервного и злого Глеба Шатова, которого он знал раньше. — А если серьёзно, то кто он такой? — всё же решился спросить Юра. — Расскажи. Мне интересно правда. Без шуток. Я же должен знать в чьи руки тебя передаю. — Да ну тебя, — фыркнул Глеб, нервно закусив губу, — на самом деле, у нас с ним немного сложно. Наверное, я сам в этом виноват, но… Мы с ним только вчера нормально поговорили и вроде как теперь встречаемся. И я чувствую себя нереально счастливым. Я дебил, да? — Боже, Глеб, это нормально, — рассмеялся Юра, — ты обычный человек, ты имеешь право любить кого хочешь и быть с ним счастливым. Близкие люди за тебя порадуются, а на остальных плевать, главное, чтобы ты мог довериться этому человеку и чтобы он не сделал тебе больно, понимаешь? — Он хороший, — как-то мечтательно ответил Глеб, — по крайней мере, никто ко мне не относился так, как он — как будто бы я действительно что-то стою и значу для него, как будто бы я особенный. Знаешь, наверное, это потому, что он старше меня, он самостоятельный, целеустремленный и умный, я чувствую себя глупым рядом с ним. Просто мелким тупым и иногда истеричным ребёнком. — Я надеюсь, ему не сорок? — усмехнулся Юра. — Не замечал, чтобы тебя тянуло на папиков. — Не беси меня, — отмахнулся от друга Глеб, — он старше меня на пять лет. Я не думаю, что это много. Его зовут Марк, он журналист. И я теку от него, как сучка. Специально с тобой помирился, чтобы об этом сказать хоть кому-то. — Вот ты мудак, — протянул Юра, громко фыркнув, — а если честно, то я в полном ахуе сейчас, других слов и подобрать не могу, потому что если уж мой маленький, но задиристый и злобный Глебушка влюбился, то где, блять, мой принц? — Ты сам принц, так что тебе нужен конь, — хохотнул Глеб, — думаю, он скоро найдётся. По крайней мере, я буду в это верить. Хочу, чтобы ты был счастлив. — Сейчас главное, что ты счастлив, — улыбнулся Юра, — это странно, но я действительно за тебя рад. Правда. Надеюсь, что этого Марка ты не прошляпишь так бездарно, как едва не потерял меня. — Ты сегодня специально решил меня побесить? — фыркнул Глеб. — Захотел мне отомстить? — Я не виноват, что тебя постоянно всё бесит, — пожал плечами Юра и, поймав улыбку друга, расслабленно рассмеялся, ощущая, что сейчас он тоже счастлив, не смотря ни на что, хотя бы потому, что у него снова есть Глеб, которого он будет беречь и постарается никогда больше не потерять. — Знаешь, жизнь — действительно странная штука. Марк — друг того придурка Дани, с которым мы отмечали новый год и в которого… — Влюблен Макс Зарецкий, — нахмурился Юра, прекрасно помня про болезненную и непонятную симпатию своего друга. — Да… — кивнул Глеб, отведя взгляд в сторону. — При первой нашей встрече Марк мне врезал за то, что я оскорблял этого Даню. Врезал за дело, но все равно было чертовски обидно и я тогда на него разозлился, но потом… Я не готов сейчас обо всем рассказать, просто… Я так отчаянно не хотел в него влюбляться, но вчера он сказал, что хочет прекратить наши встречи и я понял, что просто не могу взять и отказаться от него. Потому что, черт возьми, почему я должен это делать? Почему я должен отказываться от него или от тебя, если без вас я чувствую себя несчастным? — Ты и не должен, Глеб, — серьёзным тоном произнёс Юра, взяв друга за руку и тем самым стараясь показать, что он рядом и полностью его поддерживает, — ты заслужил право быть счастливым, серьёзно. И уж тем более, не должен спрашивать чужого разрешения. — Я хочу познакомить Марка с Ильёй, — неуверенно произнёс Глеб, явно ожидая чужого одобрения, — знаю, что это может быть дико и скорее всего, плачевно закончится, но Марк стал дорог мне и я не хочу скрывать их друг от друга. — Это верное решение, серьёзно, — улыбнулся Юра, внимательно смотря на друга, — Илья сначала может злиться и ругаться с тобой, но он поймёт. Я уверен. Он сложный, конечно, но он хочет, чтобы ты был счастливым. Я уверен в этом. — Спасибо тебе, Юрка, — с явным облегчением сказал Глеб, улыбаясь, — ты не представляешь насколько мне был важен этот разговор и как сильно я его боялся. Не знал, как вообще помириться с тобой и не представлял, как тебе обо всем рассказать. Спасибо, что понял меня и извини, что я вот так долго тебе обо всем ныл.  — Давай ты прекратишь извиняться и благодарить меня? — хмыкнул Юра. — Я знаю тебя тысячу лет, именно поэтому и принял сразу все твои извинения. Я не хочу снова осбсуждать то, что было. Давай мы просто напьёмся и проведём время так, как раньше? И насрать, что мне завтра на работу. Я теперь начальник, так что можно. — Вот за это я тебя и люблю! — рассмеялся Глеб. — Сейчас я сгоняю в бар, куплю нам бутылку виски, а потом с тебя рассказ про начальника, при чем во всех подробностях! Юра в ответ на это лишь улыбнулся и громко рассмеялся, действительно ощущая себя лучше, потому что рядом сидел лучший друг, как когда-то давно, который рассказывал ему все на свете и не стеснялся ничего абсолютно. И разве не это самое главное? Сейчас Юре казалось, что никого важнее Глеба для него действительно нет и ради этого и правда можно выпить, даже не смотря на то, что завтра будет хреново. Наплевать. Главное, что они помирились, ведь это действительно хороший стимул для того, чтобы двигаться дальше хотя бы потому, что Глеб действительно за него переживает и хочет, чтобы у Юры всё было хорошо. И сейчас парень уверен, что да, обязательно будет. --- — Хреново выглядите, Юрий Викторович, — это первое, что услышал Юра, когда пришёл на работу. Ваня стоял напротив, улыбался и выглядел вполне бодрым и свежим, чего нельзя было сказать о Юре, который переборщил с алкоголем, выпил неимоверное число коктейлей и вернулся домой только в четыре утра. Именно поэтому сегодня, наверное, первый раз в жизни он опоздал на работу, чем и воспользовался его подчинённый, глумливо разглядывая парня и тем самым, раздражая ещё больше. — Иван, мне кажется или вы сейчас действительно должны работать, а не следить за моим самочувствием? Или я не прав? — Вы правы, конечно, Юрий Викторович, но у меня вопрос, — издевательским тоном начал Ваня, — себя самого Вы можете оштрафовать за опоздание или уволить за то, что пришли с перегаром? — Ты нарываешься, — шикнул Юра, схватив Ваню за руку и затащив того в подсобку — выяснять отношения на глазах у других сотрудников или посетителей это верх глупости и рушить только устаканившийся уклад своей жизни из-за этого белобрысого идиота Юра не хотел совершенно. — Воу, ты умеешь злиться? — усмехнулся Ваня, внимательно глядя на парня и разглядывая его с явным интересом и любопытством — как будто бы зверюшку в зоопарке. — Я думал, ты скучный и тупой, но нет, ты умеешь проявлять эмоции. Ты не безнадёжен! — Просто иди работай, — хмуро произнёс Юра, понимая, что сейчас он не способен ни на что. Ругаться с Ваней или делать ему выговор не было смысла. Да и чувствовал Юра себя, мягко говоря, хреново, потому что после выпитого его откровенно мутило, а ещё ужасно хотелось спать, поэтому спорить с Ваней — это последнее о чем мечтал сейчас Юра. — Нарушил вчера своё обещание и нажрался, да, Юрий Викторович? — не унимался Ваня, даже не думая над тем, чтобы сжалиться над парнем и просто отвалить. — Просто иди работай, — раздражённо шикнул Юра, невольно начиная снова заводиться, — не заставляй меня злиться. — Почему это? — выгнул бровь парень. — Может быть, мне нравится? Я вывожу тебя на эмоции и ты перестаёшь быть хмурым придурком с рожей кирпичом. Ты так даже симпатичный, может быть, и клюнет какой несчастный. Почему нет? — Не боишься, что я тебя уволю? — усмехнулся Юра, внимательно следя за реакцией блондина. Ваня его удивлял с каждый разом всё сильнее и сильнее и иногда Юра даже уважал его, потому что этот парень знал себе цену, не боялся говорить всё в лицо и никак не реагировал на всю ту грязь, что постоянно на него выливали. Чтобы вести себя подобным образом нужна была духовная сила и мощь, которая у Вани безусловно была. — Не боюсь, — расплылся в улыбке блондин, — я хорошо работаю, делаю план магазину, а ещё… Тебе нравится. — Что именно? — Я, — самодовольно ответил парень, — вернее то, как я себя веду с тобой. Тебе это нравится и ты ни за что меня не уволишь, иначе тебе будешь жутко скучно, потому что остальные лижут твой зад и смотрят тебе в рот, а тебя подобное бесит. Больше Ваня ничего говорить не стал, просто ещё раз нагло улыбнулся, подмигнул застывшему на месте парню и тут же вышел из подсобки, оставив Юру наедине со своей головной болью, тошнотой и мыслями о том, что Ваня-то действительно прав.