Слухи не врут

Нам осталось немного, совсем чуть-чуть. Вдохнуть — выдохнуть, Выдохнуть — вдохнуть. Компромиссы и страхи калечат суть. Вязко так, но надеюсь вынырнуть. ©

С Глебом Илья решил поговорить только в пятницу. Вернее, хотел это сделать ещё в начале недели, но просто банально не знал, как завести разговор, кроме того брат постоянно где-то ночевал, приходил счастливый и светился как фонарь, от чего парню совершенно не хотелось говорить ему о том, что он хочет поехать в Германию на выходные к человеку, которого практически не знает. Подобная затея казалась полным безумием. Илья это прекрасно понимал, но и отказаться от данной идеи он был уже не в силах. Во-первых, увидеть чужую страну было действительно интересно, это могло помочь ему развлечься и развеяться. А, во-вторых, как ни странно, но снова посмотреть в лицо этому Игорю всё же было необходимо, хотя бы для того, чтобы сообщить тому, какой он мудак. Илья примерно знал, что скажет ему брат, понимал, что Глеб будет переживать, но и отказаться от этого предложения был не в силах, а мысль о том, что он снова упустит возможность вылезти из собственной скорлупы, пугала до невозможности. После того, как парень извинился перед Олегом, а потом и поговорил с Мишей Зареченковым, он действительно почувствовал себя намного лучше. Так, как будто бы та ноша, которую он долго и непонятно для чего тащил на себе, исчезла, оставив ему взамен лишь чувство пустоты и при этом свободу, от которой в голове было до одури тихо и спокойно. Дышать действительно стало легче и теперь даже начало казаться, что жизнь и в правду может быть лучше, чем он раньше себе представлял. Да, было страшно наконец-то взять и в действительности начать жить, но попробовать хотелось неимоверно сильно. — Я хочу с тобой поговорить, — осторожно начал Илья, глядя на брата, что сидел на кухне, пил чай и улыбался своему телефону, от чего Илья скривился, ведь видеть такого Глеба было немного странно, неуютно и смешно одновременно. — О чём это? — тут же напрягся Глеб, отложив телефон в сторону и внимательно глядя на стоявшего напротив Илью. — Расслабься, я никого не убил и не съел, — усмехнулся Илья, поймав настороженный взгляд брата, — просто кое-что произошло. В общем, я познакомился с одним парнем и он предложил мне прилететь к нему в гости в Германию. Я согласился. Самолёт завтра в одиннадцать утра из Внуково. Повисла напряжённая тишина. Глеб молчал, нервно стучал своими длинными красивыми пальцами по столу, смотрел в упор и явно пытался понять и переварить всё то, что сказал ему только что брат. Подобное молчание жутко угнетало и немного раздражало, но Илья прекрасно понимал, что тормошить брата сейчас не стоит, потому что ругаться с Глебом парень не хотел. Именно поэтому он просто стоял и ждал, когда решится продолжить этот разговор тот, мнение кого было единственным важным для Ильи. — Ты познакомился с парнем в Интернете и решил полететь к нему в другую страну? — хрипло произнёс Глеб, явно находясь в прострации от услышанного. — Ты совсем с катушек слетел? — Боже, Глеб, я сейчас всё тебе объясню, — улыбнулся Илья, сев на стул рядом с братом, — я знаю этого парня, он из Москвы, мы с ним общались какое-то время. Он просто там учится и решил помочь мне развеяться. Поэтому не переживай, меня не продадут в рабство, не убьют, не изнасилуют и не съедят. Я хорошо отдохну и привезу тебе сувенир. Глеб снова замолчал. Сделал глубокий вдох, внимательно посмотрел на брата и всё же решился спросить:  — С каких пор у тебя знакомые учатся в Германии? И откуда деньги на билет? — Он мне купил билеты, — стараясь говорить как можно увереннее ответил Илья, как обычно теряясь под строгим взглядом брата, — и не спрашивай почему он это сделал, просто хотел мне помочь. Он добрый, а я решил этим воспользоваться. — Мой маленький злобный братец влюбился? — немного оттаял Глеб, насмешливо глядя на Илью. — Что за бред ты несёшь? — шикнул Шатов, раздражённо глядя на парня. — Ну… Кто-то тебе что-то предложил и ты не послал его, а согласился. Это странно, — аргументировал Глеб, по-прежнему продолжая глупо улыбаться и тем самым раздражая Илью ещё сильнее, — кто он такой и что сделал с моим братом? Если бы я купил тебе билеты в Германию для того, чтобы ты отдохнул, то ты бы послал меня и запихал их мне в задницу, а тут… Вы уже трахались? — Если ты не заткнешься, то я тебя ударю, — сузил глаза Илья, — я просто поставил тебя перед фактом. Поэтому теперь ты можешь продолжить пить свой чай и улыбаться придурку Марку, с которым ты переписываешься. — Откуда ты знаешь? — тут же напрягся Глеб, замерев и внимательно смотря на брата в ответ. — Я что идиот по-твоему? — усмехнулся Илья. — Ты постоянно у кого-то пропадаешь и ходишь счастливый. Когда ты был в душе я взял твой телефон и увидел огромную переписку с этим самым Марком. — Какого хера ты берёшь мой телефон? — Глеб явно злился, что забавляло Илью ещё сильнее, потому что у них никогда не было секретов друг от друга и то как вёл сейчас себя Глеб говорило об одном — рассказывать о своём новом увлечении от брату совершенно не хотел, но это как ни странно не бесило, а наоборот веселило. — Я ничего там не читал, мне просто было интересно, — спокойно ответил парень, — плюс я за тебя волновался. Но пролистав пару диалогов я понял, что у вас романтика, любовь и прочая мерзость. Поэтому расслабься, я за тебя спокоен. Можешь даже пригласить его к нам, пока я буду в Берлине. Только на моей кровати не трахайтесь, я там всё-таки сплю. — Илья, я на самом деле хотел с тобой поговорить по поводу Марка… — тяжело вздохнув начал Глеб, заставив брата тут же напрячься. — В смысле? — выгнул бровь парень. — Мы с Марком много времени проводим вместе и начали встречаться вроде как, — закусив губу сказал Глеб, отводя взгляд в сторону, — я не знаю, что происходит, но он мне очень нравится, поэтому… Я бы хотел вас познакомить. Теперь пришло время замолчать самому Илье, потому что фраза произнесенная братом действительно заставила парня занервничать и с недоумением посмотреть на взволнованного и переживающего Глеба, который уже был совершенно не тем парнем, которого видел Илья ещё вчера. Именно этого он когда-то и боялся — брат повзрослеет, влюбится и оставит его, найдя себе того, кто будет дороже, нужнее и теплее. Раньше Илью подобное пугало до ужаса и, после сказанных братом слов, он бы обязательно закатил скандал и заявил, что не потерпит никого чужого в их доме. Только вот сейчас было иначе и Шатов даже не понимал, с чем это связано. Единственное, чего ему теперь хотелось — это чтобы его брат был счастлив, а остальное казалось бессмысленной и ненужной ерундой. — Я вернусь в воскресенье вечером, вы можете устроить для меня ужин, там и познакомимся, — спокойно произнёс Илья, с наслаждением наблюдая как вытягивается от удивления лицо Глеба. — Ты серьёзно? — Я просто тебя люблю, — и это было действительно честно, а самое главное — искренне. --- После разговора с братом на душе стало немного спокойнее. Да, Илья знал, что ведёт себя безрассудно и в тайне даже надеялся, что Глеб его остановит, устроит скандал и запретит куда-либо лететь, но за последнее время парень сильно изменился, начав встречаться с тем самым Марком, с которым теперь даже решился познакомить Илью. Это было очень странно и вызывало у парня непонятные и не совсем приятные ощущения, но злиться на брата он не мог, потому что видел как сияет Глеб, часто ловил его абсолютно счастливую улыбку и понимал, что действительно рад за него. Без зависти и обиды. Они слишком многое перенесли и вдоволь настрадались, поэтому заслужили быть счастливыми. Глеб, по крайней мере, точно был этого достоин, ведь он начал оживать и воспринимать жизнь без тех чёрных очков, которые до сих пор не смог снять Илья. Глеб всегда был проще, спокойнее и восприимчивее к жизни, поэтому, кто как не он, должен быть вознагражден за всё это? Пискнувший в кармане джинсов телефон, заставил парня вздрогнуть и отвлечься от своих мыслей, что сейчас ему было действительно на пользу, потому что снова думать о своей ничтожности и одиночестве Илье совершенно не хотелось. Писал Игорь и это, как ни странно, заставило Шатова улыбнуться, потому что этот парень не смотря на то, что был полным придурком, действительно помогал Илье отвлечься от всех забот и проблем, вовлекая его в бесконечные споры и совершенно пустые беседы, от которых становилось чуточку легче. Игорь 19:20 (время немецкое) Привет, злюка! Игорь 19:21 (время немецкое) Ты в итоге решился прилететь ко мне или слился?) Илюша 21:22 (время московское) А ты ждёшь? Уже соскучился? Игорь 19:23 (время немецкое) Я дал слово, да и ты сам обещал приехать, так что уже не отвертишься) Илюша 21:24 (время московское) Я приеду. Ты сам предложил мне халяву, я не привык отказываться. За все мои «хочу» платишь тоже ты, кстати. Игорь 19:25 (время немецкое) И что же мне за это будет?) Илюша 21:25 (время московское) Я уже сделал, что ты просил — извинился перед Олегом. Так что, плати. Игорь 19:26 (время немецкое) Мы договорились, что я куплю тебе билеты и я купил их. Не наглей настолько сильно. Илюша 21:27 (время московское) Мне кажется, что ты не разоришься. Илюша 21:29 (время московское) Ты писал Олегу, кстати? Не проверял мои слова? Игорь 19:30 (время немецкое) Мы с ним не общаемся почти. И я поверил тебе на слово, поэтому — это лишнее. Илюша 21:32 (время московское) Серьезно?! Ты больше не претендуешь на его задницу? К чему тогда такое благородство? Игорь 19:32 (время немецкое) Я просил тебя не разговаривать про него в подобном тоне. Не беси меня. Игорь 19:33 (время немецкое) Да, я не буду отрицать, что мне нравится Олег, но у нас не получится с ним совершенно ничего, даже если бы он тоже что-то ко мне испытывал, вряд ли бы у нас вышло нечто большее, чем просто дружба. Олеже нужен тот, кто сможет его встряхнуть и открыть ему мир. Он считает, что это не я и нет смысла его переубеждать. Игорь 19:34 (время немецкое) Но не смотря на то, что у нас не сложилось, я всё равно искренне за него переживаю и хочу, чтобы он был счастлив. Илюша 21:35 (время московское) Какой ты благородный. Меня сейчас стошнит. Игорь 19:37 (время немецкое) Зачем я тебе написал, не знаешь? Я придурок, раз предложил подобное и действительно решил сдержать слово. С таким как ты вообще невозможно общаться. Илюша 21:38 (время московское) Не обижайся, пупсик. Я больше так не буду. Илюша 21:38 (время московское) И я завтра прилечу. Ты меня встретишь? Игорь 19:39 (время немецкое) Мне вот интересно, ты меня разыгрываешь или действительно прилетишь в Берлин? Илюша 21:42 (время московское) Не веришь мне? : D Игорь 19:43 (время немецкое) Ага. Не очень хочется тащится утром из Майнца в Берлин для того, чтобы в итоге прождать тебя в аэропорту в то время, как ты будешь лежать в кровати у себя дома и потешаться надо мной. Илюша 21:45 (время московское) Эй, Игорюша, я не такой жестокий! Илюша 21:45 (время московское) Но идея определенно классная, спасибо за неё ;) Игорь 19:46 (время немецкое) Не называй меня Игорюшей, Илюша. Илюша 21:47 (время московское) Я, кстати, думал, что ты живёшь в Берлине, а ты всего лишь из Майнца. Фи, провинциал. Игорь 19:49 (время немецкое) Куда мне до таких столичных мальчиков, как ты :) Илюша 21:55 (время московское) А если серьезно, то я правда хочу прилететь. Опять же, повторюсь, почему бы не воспользоваться твоей добротой. Илюша 21:57 (время московское) И кстати, а жить мы где будем? Я посмотрел до твоего города из Берлина прилично ехать. Я не хочу таскаться туда-сюда. Игорь 19:59 (время немецкое) Я забронировал нам квартиру на двое суток. Не ной. Илюша 21:59 (время московское) Квартиру? Игорь 19:59 (время немецкое) Апартаменты. Люблю их больше, чем отели. Игорь 20:00 (время немецкое) В общем, я сейчас убегаю по делам, завтра встречу тебя в аэропорту. Если тебя там не окажется, то я лично приеду в Москву, приду к тебе домой и что-нибудь с тобой сделаю. Я пока не придумал что, но обязательно решу. Илюша 22:02 (время московское) Это снова звучит пошло и мерзко! Я уже говорил, что ты извращенец? Игорь 20:05 (время немецкое) Ладно, у меня дела. Пока, котик. Не скучай по мне, завтра увидимся: 3 — Придурок, — фыркнул Илья, после чего отбросил телефон в сторону и упал на кровать, зарываясь носом в подушку и продолжая глупо улыбаться. Да, он прекрасно понимал, что поступил безрассудно, согласившись на предложение Игоря, осознавал, что совсем скоро окажется в чужой стране с малознакомым человеком и в глубине души немного опасался этого, потому что совсем не знал Игоря и не представлял каким тот является на самом деле и что может с ним сделать один на один, но все эти мысли казались Шатову полным бредом, поэтому он гнал их куда подальше. Кому он сдался, в конце концов? Игорь был одним из немногих, кто действительно видел в нём личность, тянулся к нему и хотел помочь. А самое главное, именно он оказался тем единственным человеком, с кем становилось пускай немного, но всё-таки легче. Конечно, Илья боялся своих ощущений, не представляя, куда это всё его приведёт, но отступать и не использовать свои шансы он больше не хотел, потому что снова прятаться в кокон из проблем и злости уже казалось невозможным. *** Игорь нервничал. Стоял в огромном аэропорту Берлина, глядя на поток снующих туда-сюда людей и с каждой секундой ещё сильнее осознавал, что он действительно идиот, потому что адекватный человек вряд ли бы предложил какому-то малознакомому психу прилететь в Германию, а самое главное — действительно поверил этому самому психу. Игорь тут же выдохнул и расслабился, заметив знакомое нахмуренное и бледное лицо в толпе. Илья не соврал и действительно прилетел, от чего Игорь не смог сдержать облегчённого вздоха и улыбки, что снова вернулась на его губы, потому что он на самом деле был рад тому, что Шатов это сделал. Да, парень не совсем понимал себя, не знал зачем занимается подобной благотворительностью, но Илье хотелось помочь, как и Олегу когда-то, хотелось протянуть ему руку и попробовать сделать то, что не смог осуществить никто, даже Олежа, попробовать его вытащить, хотя бы для того, чтобы как можно чаще видеть эту странную улыбку на тонких, но красивых губах. — Привет, — голос у Ильи был холодный, напряжённый и немного простуженный, а ещё во всем этом сочилась такая усталость, что Игорь осознал — он поступил правильно, и не потому, что ему было жаль Шатова, а потому что это было нужно им обоим. — Увидел меня в такой толпе, похвально, — улыбнулся Игорь, машинально забирая из рук Ильи чемодан, о чём тут же пожалел, заметив на себе убийственный взгляд Шатова. — Я не одна из твоих принцесс, верни, — шикнул Илья, с раздражением глядя на Игоря и забирая свой чемодан обратно. — Ты забавный, — улыбнулся тот в ответ. Парень снова украдкой посмотрел на Шатова и подумал о том, что Илья действительно интересный. Каким бы злым и колючим он не казался, но один его взгляд, наполненный злостью, раздражением и чем-то большим и чувственным, тем, что Игорь так и не смог разгадать, будил в нём что-то новое и давно забытое — будил интерес. — Хватит так мерзко лыбиться, — хмуро произнёс Илья, покатив свой чемодан к выходу из аэропорта, — иначе я выбью тебе все зубы и скалиться будет нечем. Игорь на это отвечать не стал, просто усмехнулся и последовал вслед за Ильёй, попутно вызывая такси и думая о том, что это будут определённо самые забавные выходные за всё время его проживания в Германии. — Присаживайся, не принцесса, — улыбнулся Игорь, открыв заднюю дверь такси и предлагая Илье сесть, сам же направился к месту рядом с водителем, по пути успев поймать на себе злобный, но от этого до жути смешной взгляд Шатова. Настроение с уставшего и напряжённого тут же поднялось до весёлого и расслабленного, потому что Игорь действительно не верил в то, что Илья всё же согласится на его авантюру, а самое главное — он чувствовал, что благодаря этому парню он сам действительно становится беспечнее, забывая о всех своих проблемах и вопросах, что постоянно сидели в его голове. И с чем это связано не совсем понятно, хотя Игорю казалось, что он знает ответ… Илья сложный, вспыльчивый и немного неуравновешанный. Как ни странно именно это и цепляло. Сложно поверить, но маленький, сломанный и одинокий мальчик своей злобой заставлял Игоря вновь проявлять интерес к уже давно приевшейся жизни. Ехали они молча. Илья просто слушал музыку и глазел по сторонам, а Игорь снова переписывался с Гансом, с которым он помирился, но отношения возобновлять не стал, потому что больше не имело смысла обманывать их обоих и играть на чувствах того, кто действительно испытывал к нему симпатию. Это больно. Пускай Игорь подобного и не ощущал никогда, но сам понял каково это - просто осознавать, что парню, который ему очень нравился, он совсем неинтересен, а ещё страшнее понимать, что тот сделал выбор не в его пользу, а в пользу того, кто вообще не вписывался ни в какие рамки нормальности, а потом и вовсе разбил сердце, тому кто очень сильно нравился самому Максименко. Но при всем при этом, именно этот самый парень сейчас сидел в одной машине с Игорем, заставлял того улыбаться и совершенно не понимать своих собственных чувств. «Какого черта я делаю?» — именно этот вопрос постоянно крутился в голове, но как на него ответить даже самому себе Максименко не знал совершенно, умом понимая, что вообще не должен изъявлять желание общаться с тем, кто сначала увёл у него понравившегося парня, а потом и сделал тому больно. Но Илья пробуждал интерес, он был странным и холодным, с собственными тайнами и страхами. Его очень хотелось разгадать и у Игоря банально не было сил отказать себе в этом. --- — Проходи, — спокойно произнёс Игорь, пропуская Илью в арендованную им квартиру, — предлагаю сначала распаковать твои вещи, принять душ, позавтракать и уже после пойти гулять. — Я принимал душ в Москве, представляешь, — привычной колкостью ответил Илья, разуваясь, — но так и быть, сделаю это для тебя. Может быть, чудодейственная немецкая вода излечит меня и подарит веру в то, что ты не такой кретин, каким сейчас кажешься. — И всё-таки, ты нарываешься, — усмехнулся Игорь, стараясь пропускать все выпады Шатова мимо ушей. Обижаться было глупо. С момента их знакомства Игорь понял одну простую вещь — Илья грубый, наглый и невоспитанный пацан, желающий укусить как можно сильнее и больнее, чтобы яд, что день за днём отравлял его жизнь, проник в кого-то ещё. Позволять подобное Шатову Игорь не собирался, именно поэтому просто смирился с характером парня, подмечая, что так даже веселее. — Ты сделаешь мне завтрак? — хмыкнул Илья, последовав за Игорем в ту комнату, которую он отвёл для Шатова. — Я люблю яичницу с беконом и тосты с джемом. — Ты как истинный американец, — улыбнулся Игорь, при этом запоминая пожелания, — обойдешься просто яичницей и кофе с печеньем. — Все вы провинциалы такие? — закатил глаза Илья, вкатывая чемодан в комнату и осматриваясь, что опять же вызвало на губах у Игоря улыбку, которая уже совсем не хотела сегодня его покидать. — Тогда ты разложишь вещи, иди в душ, ванная справа по коридору, первая дверь. После этого направляйся на кухню, я что-нибудь соображу на завтрак, — произнёс Игорь, наблюдая за тем, как Илья открывает свой чемодан, наполненный преимущественно тёмными и практичными вещами. — Воу, я точно не прогадал! — ухмыльнулся Шатов, насмешливо глядя на парня. — Ты как послушная и заботливая жена. Своему немцу тоже завтраки готовил? — Просто отвали, — закатил глаза Игорь, закусив губу и немного занервничав, потому что нет, за эти четыре года ни разу не готовил ни для Ганса, ни для кого-то ещё, черт возьми. Только для Никиты Орловского, казалось бы вечность назад. И теперь вот… Для Ильи. *** — Эта была последняя коробка, — выдохнул Никита, после чего быстро разделся, блаженно потянулся и не без удовольствия лёг в свою кровать, тут же зарываясь в одеяло и устало мыча, тем самым вызывая на губах у Миши улыбку, — на улице так мерзко, ещё и дождь этот, а ты заставил меня таскать туда-сюда твои вещи. И зачем тебе так много всего? Я не думал, что ты такая баба и что у тебя так много шмоток. — Не ворчи, у меня всего лишь один чемодан и три коробки с учебниками и личными вещами, — усмехнулся Миша, глядя на своего парня, после чего поставил коробку со своими вещами к остальным, скинул с себя свитер, джинсы и тут же нырнул под одеяло к Никите, в эту же самую секунду попадая в плен таких родных и тёплых рук. Миша не знал правильно ли он поступил всё-таки решившись на переезд к Орловскому, потому что понимал, что вместе им будет нереально сложно, ведь Никита человек непростой, да и сам Миша не подарок — они оба упрямы, эгоистичны и высокомерны, а с учётом болезни Орловского, им будет сложнее вдвойне. Но сейчас, глядя на расслабленное лицо своего парня, Миша лежал и понимал, что готов на всё, потому что именно в этот момент он счастлив. Разве остальное имело значение? — Знаешь, я сейчас лежу и понимаю, что теперь ты никуда от меня не денешься, — улыбнулся Миша, притянув Никиту к себе, — и это потрясающее чувство — знать, что у нас всё настолько серьёзно. Я так боялся, когда говорил с родителями, а после нашей ссоры переживал из-за всего этого, боялся, что тебе не нужен, но теперь… Я не хочу ни о чём думать, я просто тебя люблю. — И я тебя люблю, Миша, — едва слышно ответил Никита, невесомо поцеловав парня в щёку, от чего Зареченков улыбнулся и счастливо закрыл глаза, ощущая себя действительно лучше, чем когда-либо. Странно было думать о том, что всё это связано с Никитой Орловским, но ведь теперь иначе и быть не могло, потому что всё самое лучшее, радостное и тёплое, что происходило в жизни Миши, неизменно переплеталось лишь с одним человеком — с тем, кто лежал рядом, обнимал так, что перехватывало дыхание и заставлял чувствовать то, чего парень никогда и не ощущал ранее, заставлял буквально осязать любовь, а самое главное — понимать, что и тебя любят в ответ. — Надеюсь, что нас не убьёт общий быт, — усмехнулся Миша, утыкаясь носом в чужое плечо и вдыхая такой родной и уже давно любимый запах апельсинового геля для душа и терпких сигарет, которые Орловский курить так и не бросил, — иначе тебе придётся снова тащить мои коробки, только уже обратно. — Нет, такого не будет, — отмахнулся от парня Никита, резко разворачиваясь в его руках и ложась на бок, тем самым теперь глядя Зареченкову глаза в глаза, — мы с Челси тебя никуда не отпустим. И вообще, как можно устать жить с таким как я? Я идеален. — О да, конечно, — закатил глаза Миша, — настолько идеален, что врагов у тебя больше, чем друзей. — Ты слишком преувеличиваешь, — фыркнул Орловский, цокнув языком, — меня все любят — это неоспоримый факт. — Слушай, Никит, — улыбнулся Миша, вспомнив о вчерашней переписке с Даниилом и решив сменить тему, — мне Данька писал, говорил, что сегодня вечером Макс устраивает вечеринку у себя на даче. Мы приглашены вдвоём. Ты пойдёшь? — Вечеринка? — выгнул бровь Никита. — Почему я не в курсе? Макс говорил мне, что хотел пойти в клуб в пятницу, но… Что-то там не срослось. Про вечеринку я не знал. — Мы подумали, что нашему Олеже нужно немного расслабиться, — всё-таки решился рассказать Миша, потому что скрывать хоть что-то от Никиты больше не имело смысла, — хотели сводить его в клуб, Даня говорил, что можно его познакомить там с каким-то парнем, чтобы он развеялся, но Олег в клуб не захотел и в итоге Максим решил устроить вечеринку, тем более, все были не против. Зарецкий сказал, что позовёт ещё ваших общих знакомых, Катю с её мужем и ещё кого-то. В общем, должно быть весело. — И всё это ради вашего ботана? — выгнул бровь Никита. — Никогда бы не подумал, что Макс будет настолько париться из-за этого или он так делает, чтобы наконец-то нагнуть вашу принцессу? — Орловский! — шикнул Миша, с силой пихнув парня в плечо. — Прекрати всё это! Не начинай меня снова бесить, я совсем недавно успокоился и перестал злиться на тебя за ту ссору с Максимом и за его разбитое лицо, а ты снова начинаешь нести этот бред, неужели ты… — Блять, я просто пошутил! — рыкнул Никита в ответ, явно тоже начав заводиться. — Что ты психуешь? Мне наплевать на вашего Даню, я уже свыкся с мыслью о том, что Максим по уши влип в него, поэтому их любовь я разрушать не буду. Успокойся, не ори на меня и не порти мне настроение. Я не хочу говорить о них и уж тем более, вспоминать ту нашу ссору с Максом. Я же сказал тебе, что такого больше не повторится. Не вынуждай меня снова чувствовать себя дерьмово. — Извини, — закусил губу Миша, осознавая, что действительно перегнул палку, — я просто не хочу, чтобы ты портил им жизнь. Я понимаю, что ты любишь Макса и переживаешь за него, но пусть они сами разбираются. Данька ведь не лез в наши отношения, хотя мог бы, и меня он ни разу не упрекнул, за что я ему безумно благодарен, поэтому… — Да понял, я понял, — снова перебил Мишу Никита, притянув парня к себе и обнимая его ещё крепче, — хватит уже об этом. А что касается вечеринки, то да, можем поехать. Почему бы и нет. Я надеюсь, что ваш Даня не выбесит меня настолько, что придётся прятать его труп. — Обычно ты первый начинаешь его доставать, — аргументированно подметил Миша, при этом улыбаясь, — надеюсь, ты будешь хорошим мальчиком и мне не придётся снова с тобой ругаться. — Хорошо, я попробую, — серьёзным тоном ответил Никита, устало закрывая глаза, — не хочу об этом сейчас, честно говоря. Давай хотя бы в нашей постели мы не будем разговаривать про Звягинцева, иначе меня стошнит прямо сейчас. — Чем он тебя так бесит? — выгнул бровь Миша. — Просто потому что он бегал за тобой и вёл себя безрассудно? Это же Данька, он всегда такой, но при этом он солнечный и милый, на него нельзя злиться, просто нереально. — Не знаю, — пожал плечами Никита, — он меня бесит и всё тут. Наверное, ещё с самого детского сада. А уж тот факт, что Максим по нему сохнет, добавляет масла в огонь. — Ты бесишься, потому что он ударил тебя лопаткой по голове? — не смог удержаться от подколки Миша. — Всё дело в том? — Отвали, — отмахнулся Орловский, отпихнув от себя парня и переворачиваясь на другой бок, — ты иногда такой идиот, ты в курсе? — Эй, ну детка, не дуйся, — улыбнулся Миша, разворачивая парня на себя и счастливо смотря в нахмуренное лицо напротив, — хочешь я куплю тебе детскую лопатку и ты ударишь его в ответ? Отомстишь, так сказать. — Я сейчас тебя ударю и без лопатки, — раздражённо ответил Никита, заставив Мишу громко рассмеяться, — и вообще, просил же закрыть тему. Во сколько нам нужно быть у Макса? — Он говорил, что ждёт всех к десяти, — спокойно ответил Миша, — вроде как нам ещё нужно забрать Олежу, так что можно выдвигаться в районе восьми. — Серьёзно? — выгнул бровь Никита, раздражённо фыркнув. — Почему я должен быть водителем для твоих дружков? Ты же знаешь, что они меня бесят. — Потому что ты моя детка, — слащаво протянул Миша, заставив Никиту снова закатить глаза и попытаться отвернуться, но в этот раз неудачно, так как Заречерков оказался проворнее и быстро присек все попытки парня, — Макс с Даней просто будут заняты приготовлением к вечеринке, вот Зарецкий и попросил нас. Ты не должен ему отказывать, он твой лучший друг и уж тем более, ты не имеешь права отказывать мне. — С чего это вдруг? — выгнул бровь Никита, при этом хитро улыбаясь. — Я твой парень. — Резонно, — кивнул Орловский, после чего резко толкнул Мишу на спину и быстро оседлал его бедра, глядя прямо в глаза — насмешливо, хитро, а самое главное — хищно… Так, как умел только Никита, — но, если ты мой парень, то значит мне отказать ты тоже не можешь, так? — И чего же ты хочешь? — усмехнулся Миша, с вызовом смотря на нависающего над ним парня. — Я не позволю тебе называть нашу кошку Люцифером и мои вещи таскать я тоже не разрешаю, если ты об этом. Это под запретом, понял? — А тебя трахнуть можно? — насмешливо спросил Орловский, поиграв бровями, чем вызвал у Миши сначала недоумение, а потом улыбку. — Отвали, придурок, — фыркнул Зареченков, резко сбросив с себя Никиту и пытаясь скрыть непонятно откуда взявшееся смущение. Да, они не разговаривали об этом, но Миша прекрасно понимал, что Никита его хочет. Это было заметно и в принципе не вызывало никакого удивления, но вот так просто принять подобное и тут же согласиться Зареченков пока не мог. Да, он доверял Орловскому, знал, что Никита никогда не позволит себе причинить ему боль, но внутри до сих пор стоял какой-то барьер, от чего Миша гнал от себя все эти мысли и надеялся, что Никиту вполне устроит всё то, что было между ними. — Я, конечно, понимаю, что ты альфач и всё такое, — усмехнулся Орловский, внимательно глядя на замеревшего и явно напряжённого Мишу, — но это не значит, что тебе не понравится. Я ловлю кайф от секса с тобой просто потому, что это именно ты. Поэтому… — Никита, я всё понимаю, — начал Миша, стараясь говорить, как можно спокойнее, — но давай не сейчас, хорошо? Я тебе скажу, когда буду готов. Я обещаю. — Как пафосно и громко звучат твои слова, — раздражённо произнёс Никита, — ты хуже бабы, которая боится наконец-то расслабиться и дать своему прекрасному принцу. — Никита… — Ладно, забей, я всё понял, — отмахнулся Орловский, поднимаясь с кровати, — ты привык трахать милых мальчиков, которые и думать ни о чём другом не хотели кроме того, что ты их поимеешь. Понимаю, что тебе тяжело. Так что, ок. Я всё понял и отвалил. Храни свой цветочек, я не буду с этим доставать. — Я хочу этого с тобой, прекрати себя накручивать, — всё же решился сказать Миша, принимая положение сидя и настороженно глядя на напряжённую спину замеревшего Орловского, — просто я правда никогда не думал об этом и мне немного сложно. Не нужно злиться на меня из-за этого. Я тебя люблю. — Хорошо, — кивнул Орловский даже не поворачиваясь, — просто забей и пошли завтракать. — Я не хочу завтракать, — отмахнулся Миша, резко вскочив и обняв Никиту со спины, — я просто хочу, чтобы моя детка на меня не дулась, — добавил парень, обжигая кожу Орловского своим дыханием, от чего Никита вздрогнул, но всё равно не развернулся, тем самым распаляя Мишу ещё сильнее, — потому что когда детка злится, то я всегда чувствую себя виноватым. Ненавижу это ощущение. — Потому что ты действительно виноват, — фыркнул Никита, но при этом снова повернулся к Зареченкову и посмотрел на него в упор, глаза в глаза, — всегда и во всём. Отвечать ему Миша не стал, просто притянул парня ещё ближе к себе, одной рукой обхватил его сзади за шею, другой зарылся в его волосы, после чего тут же поцеловал, не давая Орловскому и слова вставить, тем самым полностью выбивая из своего парня все сомнения, глупость и страхи, что постоянно крутились в его голове и периодически мешали жить им обоим. --- — И почему мы должны забирать твоего ботана? — фыркнул Никита, придирчиво оглядывая себя в зеркало. Часы показывали ровно восемь вечера. Несколько минут назад Миша созвонился с Олегом, который сказал, что уже готов и ждёт их приезда. Эти самые слова Зареченков и передал тщательно собиравшемуся на вечеринку Орловскому, который все разговоры о Мишиных друзьях как обычно воспринимал в штыки и совершенно не хотел мириться с тем, что до Макса они в машине поедут не вдвоем. — Я же уже говорил. Всё потому, что он мой друг, а ты моя детка, — улыбнулся Миша, подходя ближе к парню и обнимая того со спины. Орловский дернулся, громко фыркнул, но спорить или вырываться не стал, что было уже хорошим знаком и означало одно — Никита хоть и бесился, но давно смирился с происходящим, именно поэтому и позволял Мише собственнически его обнимать и даже не стеснялся принимать эту самую нежность и ласку, устало прикрыв глаза и откинув свою голову Мише на плечо. — Знаешь, мы так странно смотримся вместе, — задумчиво произнёс Зареченков, глядя на их отражение в зеркале. Картина, что он видел действительно была необычной, по крайней мере, если бы Мише раньше сказали, что он будет стоять и обнимать парня, который равен ему как физически, так и морально, то он бы рассмеялся, потому что всегда любил стройных, невысоких и милых мальчиков, к которым Орловский, конечно же не относился. Только вот любовь не спрашивала, а Миша не сильно-то и возражал. — Тебе не нравится то, что ты видишь? — усмехнулся Никита, оторвавшись от Миши и внимательно глядя в зеркало. — Не соответствую стандартам твоей красоты? Или я одет не так? На эти вопросы Миша лишь усмехнулся, потому что Орловский в своей привычной манере был одет во все чёрное и выглядел в этом великолепно. Миша же в своём сером свитшоте и узких чёрных джинсах казался себе каким-то убогим рядом с этим божеством. — Это самое лучшее, что я видел, — улыбаясь ответил парень, целуя Никиту в шею. — Ага, — кивнул тот в ответ, тут же разворачиваясь и глядя Мише прямо в глаза, с нескрываемой хитрицой во взгляде, — я — это лучшее, что ты видел. Запомни. А возражать действительно совершенно не хотелось… *** — Тебе не кажется, что из нас так себе свахи? — фыркнул Максим, придирчиво оглядывая заставленный алкоголем и закусками огромный стол в загородном доме своего отца, — я, конечно понимаю, что Олежа отказался пойти в клуб и ты решил устроить всё здесь, намутив вечеринку, но ты сказал ему, что будет небольшой круг друзей, а в итоге я позвал человек десять и алкоголя здесь хватит ещё на несколько сотен людей. — Не преувеличивай, — закатил глаза Даниил, раздраженно глядя на Зарецкого, — я просто хочу, чтобы наш друг расслабился и действительно отдохнул. Не важно понравится ему этот твой Джем или нет. Олег слишком переживает из-за Ильи, он ходит постоянно грустный, почти ничего не пишет в общем чате и теперь редко болтает со мной по телефону. Это напрягает и настораживает, я хочу его вытащить. — Я тоже ничего не пишу в общем чате, — ухмыльнулся Зарецкий, — мне казалось, что он создан для того, чтобы вы с Мишей обменивались дебильными картиночками и высмеивали друг друга. Разве нет? — Не беси меня, — сузил глаза Звягинцев, чем вызвал у парня очередной смешок. — Боже, Дань, а ты не думаешь о том, что ему просто нужно время для того, чтобы прийти в себя? — усмехнулся Максим, внимательно глядя на парня, что стоял сейчас напротив и буравил его тяжелым раздраженным взглядом. — То есть я должен сидеть и смотреть, как страдает мой друг? — усмехнулся неугомонный Звягинцев. — Если тебе не понравился мой план, ты мог сразу об этом сказать, а не соглашаться изначально. В любом случае, ты можешь позвонить всем и отменить эту тусовку, Зарецкий. — Эй, ну не злись, — улыбнулся Максим, подойдя ближе к Даниилу и осторожно того обнимая. Звягинцев вырываться не стал, просто громко фыркнул, а после сам прижался ещё сильнее, заставляя Максима сдавленно выдохнуть и закусить губу, стараясь держать себя в руках и не думать о том, что Даниила хочется просто повалить на пол и зацеловать здесь до полного изнеможения. И не только зацеловать… Это всё казалось безумием. Максим до сих пор не верил, что они с Даней вроде как вместе, иногда смущался, путался и совершенно не представлял как себя вести рядом с тем, кто раньше оставался несбыточной мечтой, а теперь был более чем реален. — Я скучал по тебе, — честно признался парень, уткнувшись носом в чужую шею, — на работе полный завал, поэтому у меня даже вчера не получилось бросить всё и приехать к тебе. Честно говоря, иногда хотелось послать все дела и примчаться к твоему дому, потому что… — Эй, я тоже по тебе скучал, — тихо произнес Даниил, потрепав Максима по голове, — сейчас на тебе большая ответственность и ты не должен подвести своего отца, тем более ему не до этого теперь. А насчёт нас… Впереди целые выходные, которые можно провести вместе. И, если уж наше свидание как таковое сегодня не состоялось, то можем устроить его завтра. — Ну вот, — театральной выдохнул Максим, задрав голову и глядя прямо в глаза улыбающемуся Даниилу, — теперь наше третье свидание снова откладывается. — О боже, Макс, — закатил глаза Даня, с силой толкнув парня в плечо, — ты всё не уймешься? Я тогда просто пошутил. Неужели единственное, что тебя теперь волнует — это когда ты меня трахнешь? — Я вообще-то тоже шутил, — фыркнул Максим, притянув Даниила к себе и обняв его как можно сильнее, — я никогда на этом не зацикливался, серьёзно. Я очень тебя люблю. Тебя всего. Безумно. Повисла тишина, которая не была неприятной или напряжённой, но всё равно действовала Зарецкому на нервы. Он не то чтобы ждал от Звягинцева ответного признания, потому что это бы показалось наигранным и странным, но хоть что-то в ответ услышать всё равно хотелось. — Иди сюда, — тихо сказал Даниил, после чего притянул Максима максимально близко к себе и накрыл его губы своими, заставив Зарецкого рвано выдохнуть и углубить поцелуй, от чего воздуха стало катастрофически не хватать, но это было последним, что сейчас волновало их обоих. Обнимать Даниила, прижиматься к нему, целовать его, до сих пор было странно, но приятно и гипнотизирующе, так что отказаться от всего этого Максим был уже не в силах, потому что как бы банально и пафосно это не звучало, но Звягинцев ещё при первой их встрече снова сделал Максима одержимым наркоманом, заставив его подсесть плотно и основательно — на себя самого. Однако, от этой зависимости Зарецкому лечиться совершенно не хотелось. Губы Звягинцева действительно были его лекарством и спасением. То, что раньше ему кололи в клинике, то что пытался вбить в голову психолог, а потом и отец, то, что он искал в других людях и прочей дряни… Всё это сосредоточилось в одном единственном человеке — в том, кто сейчас был с ним рядом и заставлял Максима чувствовать себя самым счастливым человеком на Земле. — Какой же ты… — хрипло прошептал Максим, не решаясь озвучить до конца всё то, что вертелось на языке. Даниил посмотрел на него затуманненым взором и нагло улыбнулся, как будто бы специально провоцируя и заставляя того окончательно потерять голову. Парень сделал глубокий вдох и спустился губами Даниилу на шею, с азартом прикусывая чужую нежную кожу, тем самым вырывая у Звягинцева полувсхлип-полустон, который вскоре сорвался с губ и самого Зарецкого, стоило только почувствовать холодные тонкие пальцы под своей серой футболкой. Даниил будоражил его кровь и возбуждал до одури. Хватило только одного взгляда и мокрого долгого поцелуя, чтобы тормоза окончательно слетели к чертям, а все принципы, страхи и сомнения просто испарились, оставив место чему-то дикому, жаркому и до сегодняшнего дня неизведанному, спавшему где-то глубоко внутри него. Максим глухо зарычал, не в силах больше держать себя в руках, после чего с силой вжал разомлевшего Даниила в стену и резко задрал его и без того короткий свитшот, жадно оглаживая чужую грудь, живот, проводя рукой по бедрам и дурея от вседозволенности. Звягинцева безумно хотелось. Всего и без остатка, при чём не когда они будут готовы и поймут что их чувства взаимны, не на чёртовом третьем свидании, не в тот момент, когда сам Даниил сообщит ему об этом, а здесь и сейчас. Без вариантов. Судя по хриплым стонам Дани и крепко зажмуренным глазам, он и сам был совсем не против. Их отвлек резкий звонок в дверь, что заставил Даниила вздрогнуть и разочарованно застонать, но при этом не отодвинуться от Максима и на метр. У Зарецкого также не было никакого желания отрываться от этих желанных и таких любимых губ, но гостю по ту сторону двери было совершенно на это наплевать, поэтому он просто продолжил трезвонить, раздражая парней ещё сильнее. — Черт, подожди, — с недовольством произнёс Максим, кое-как заставив себя оторваться от Даниила, — это Джем, наверное. Я просил его прийти пораньше. — Какой Джем? — Звягинцев выглядел растерянным и ничего не понимающим. Его губы были красными от поцелуев, а взгляд возбужденным и диким, отчего Максиму захотелось забыть обо всём на свете и снова вжать этого парня в стену. — А, варенье! — Наконец-то пришёл в себя Даниил. — Иди быстро открывай дверь, я хочу с ним поговорить прежде, чем придут все остальные! Максим громко фыркнул, бросил ещё один быстрый взгляд на Даниила, после чего пригладил растрепанные им же волосы, поправил одежду и направился открывать дверь, чтобы уже через несколько секунд столкнуться с насмешливым взглядом тёплых и хитрых глаз Джема. С момента их последней встречи Альберт достаточно сильно изменился, при том что Максим, возможно бы, его даже не узнал, если бы не те самые глаза, которые светились знакомым блеском и сразу указывали на своего обладателя. — Привет, Макс! — первым отмер парень, протянув Зарецкому руку, которую тот с удовольствием пожал. — Привет, Джем, — улыбнулся Максим, пропуская того в дом, — а ты ведь говорил, что никогда не подстрижешь волосы. И где они, позволь спросить? — Так получилось, — ухмыльнулся Джем, внимательно оглядывая замеревшего в комнате Даниила, что не смогло укрыться от взгляда Максима, который тут же нахмурился и напрягся, — познакомишь с другом? — Это Даниил, — холодно представил парня Максим, подойдя к нему и обняв того за талию, от чего Звягинцев нервно дёрнулся, но не отпрянул, за что Зарецкий был ему благодарен, — и он не мой друг, а мой парень. — Ооо, — протянул Джем, нагло улыбаясь и тем самым, раздражая Максима ещё сильнее, — честно говоря, я думал, что вы с Орловским вместе. Ты постоянно с ним таскался. — Мы просто лучшие друзья, — хмуро пояснил Максим, заметив насмешку на губах Даниила, что ему совершенно не понравилось. — Окей, — кивнул Джем, — в любом случае, очень приятно познакомиться. Я Альберт, кстати. — Взаимно, — кивнул Даниил, оглядывая Джема с головы до ног и буквально сканируя его, опять же как будто бы на зло Максиму. — А где остальной народ? Или у нас закрытая вечеринка на троих? — подмигнул им Альберт. — Зарецкий, не замечал раньше, что ты настолько нуждаешься в моей компании. — Это я попросил позвать тебя и захотел, чтобы ты пришёл раньше, — пояснил Даниил, немного нервничая. — Для чего это? — выгнул бровь Альберт, с интересом глядя на Звягинцева. — Просто… У нас есть друг, который недавно расстался с парнем и очень болезненно это переживает, — начал Даниил, — понимаю, что подобное покажется тебе глупостью, но… Макс сказал, что ты тоже одинок. Вот я и подумал. Не то, чтобы я хотел свести нашего друга с тобой, просто вы можете немного пообщаться. — Почему же вы не устроили нам свидание? — усмехнулся Джем, который при этом не веселился и выглядел вполне серьёзным, что хоть немного, но успокоило и без того взвинченного Максима. — Олежа бы на него не согласился, — тяжело вздохнув пояснил Даня, — он вообще немного стеснительный и зажатый, но хороший. Правда. Я знаю, что не должен вмешиваться и уж тем более, что-то тебе навязывать, но я очень за него переживаю. — Олежа? — выгнул бровь Альберт, при этом почему-то хмурясь. — Я не против помочь, но… Я не хочу сейчас никаких отношений, поэтому могу просто поболтать с вашим другом и как-то постараться ему помочь. Поддерживать я умею. — Да, конечно, — просиял Даниил, достав свой телефон, — вот его фото, тебе нужно будет подойти к нему и немного его развеселить. — Твою же мать! — громко выругнулся Джем, глядя на фотографию на экране телефона, чем вызвал недоуменную реакцию Максима и напряжённую Даниила. — Только посмей сказать какое-то дерьмо и я тебе нос сломаю, — злобно зашипел Даниил, с ненавистью смотря на Альберта, от чего Максим невольно улыбнулся, потому что такой дерзкий и злой Звягинцев ему просто до безумия нравился. — Наверное, это действительно судьба, — продолжил Альберт, проигнорировал угрозу Даниила. — В каком смысле? — выгнул бровь Звягинцев, недоверчиво глядя на парня. — Мы знакомы с ним, — пояснил Джем, — пару раз пересеклись в клубе. Он приходил туда со своим другом и хотел с нами познакомиться. — Олег хотел с вами познакомиться? — фыркнул Даня, явно начиная раздражатья. — Не неси пургу, он бы точно никогда и ни к кому сам не подошёл. — Инициатором был его друг, — как можно спокойнее пояснил Джем, но при этом он постоянно улыбался и иногда закусывал верхнюю губу. Максим прекрасно знал, что подобное значит и именно это напрягало. Зарецкий видел почти каждую гонку их мотоклуба и частенько принимал участие в перепалках Кита и Джема, так вот, последний делал так обычно, когда сильно нервничал и что-то недоговаривал. Только вот о чем можно умалчивать в данной ситуации? — Какой друг? — не унимался Даниил. — У него всего трое друзей. Я, Макс и Миша. Он был с высоким русоволосым парнем, да? — Нет, — помотал головой парень, — с блондином среднего роста. И вообще, это имеет сейчас какое-то значение? Что за допрос? Такое ощущение, что вы не познакомить нас хотите, а поженить. Мне брачный контракт уже составлять или подождать пока? — С каким блондином? — игнорировать чужие выпады в свой адрес Звягинцев тоже прекрасно умел и в этом ему, пожалуй, не было равных. — Что за бред ты тут городишь? Олег не очень любит клубы и уж тем более, он не знакомится в них с такими, как ты. — А что со мной не так? — жёстко усмехнулся Альберт, явно тоже начиная заводиться, что не сулило для них ничего хорошего. — Ты просто… — Он скорее всего был с Ваней, они иногда общаются, — решил вмешаться Максим, осознавая, что подобная перепалка уже совсем скоро может перерасти в серьёзную ссору, чего ему бы совершенно не хотелось, но и просто молчать в данной ситуации было бы глупо. Даниил замер, сузил глаза и с недоумением посмотрел на Максима. Парень знал, что это плохой знак и прекрасно понимал, какой будет реакция Звягинцева, но молчать об этом уже не видел смысла. Их друг имел право общаться с кем он хотел, особенно с учётом того, что Миша не был против этого, что не скажешь про самого Даню. — Ты серьёзно сейчас? — усмехнулся парень. — Они продолжают общаться после всего того, что этот ублюдок… — Боже, Даня, прекрати! — раздражённо рыкнул Максим. — Миша знает об этом. Более того, он не запрещал Олегу дружить с Ваней. К слову, он и не имеет на это право, как и ты. Олег взрослый мальчик. — Окей, без проблем, — кивнул Звягинцев. Максим тут же скривился, потому что прекрасно знал, какой будет реакция Звягинцева, но его истерик совершенно не хотелось, особенно когда у них только начало что-то получаться. Однако, сейчас Звягинцев снова его удивил, потому что не стал ругаться, кричать или ссориться. Он раздражённо и немного обиженно посмотрел на Максима, крепко сжал кулаки и всё-таки произнёс: — Ладно, обсудим это позже. Все вместе. А что касается сегодняшнего дня. Альберт, или как там тебя… — Да, принцесса, я слушаю, — ухмыльнулся Джем. Максим тут же скривился, потому что очень сильно захотелось проломить этому придурку череп. Да, он знал, что Джем по жизни такой и любит доводить всех и каждого, но видеть как подобное он вытворяет и с Даниилом, было невыносимо. — Если ты знаешь Олега, то просто не отсвечивай, может быть он понравится кому-то ещё, — фыркнул Даниил, презрительно оглядывая парня. — А я уже не подхожу, как кандидат? — подмигнул ему Альберт, от чего Максим снова скривился и закусил губу, стараясь не сорваться и не сказать очередную глупость, которая сейчас вместе с его злостью и ревностью была бы совершенно не к месту. — Он тебя знает, но не сказал об этом мне, значит ты не произвёл на него впечатления, — ухмыльнулся Даниил, вызвав на губах Максима улыбку, потому что контраргументы у Даниила были всегда и на всё. — Окей, — кивнул парень, при этом Максим заметил как резко тот помрачнел, что опять же не сулило ничего хорошего. Пускай он и не очень хорошо знал Альберта, но тот всегда был открытым парнем, ничего не скрывал и обычно всего его эмоции были на поверхности. Сейчас же Джем явно темнил и выглядел каким-то напряжённым, что не могло укрыться от внимательного взгляда Максима. Видимо, он действительно был знаком с Олегом и это знакомство по его реакции не закончилось ничем хорошим. — Макс, в таком случае я могу быть просто гостем, а не одним из кандидатов, которых отбирает твой… Парень? — Альберт снова нагло и надменно ухмыльнулся. Максиму ещё сильнее захотелось ему врезать, но парень все же снова сдержался, прекрасно понимая, что вины Джема во всем этом нет, потому что Звягинцев всегда был отменным провокатором, но Альберт, как ни странно, на это особо не вёлся, что было конечно же плюсом, потому что разнимать их на своей собственной вечеринке совершенно не хотелось. — Конечно, Ал, — кивнул парень, улыбаясь, — скоро придёт Кит, сможете снова в чем-нибудь посоревноваться. — Например, кто первым завалит одного из смазливых мальчиков на твоей тусовке, — хмыкнул Альберт, чем вызвал усмешку на губах Максима и раздражение со стороны Даниила, которое тот даже не пытался скрыть. — У Кита есть парень, так что вряд ли он вступит в такое соревнование, особенно с учётом того, что они придут вместе, — хохотнул Максим, с наслаждением наблюдая за реакцией на лице Джема. — У Орловского есть парень? Кто этот смертный? — с недоумением спросил Альберт. — Кит его чем-то шантажирует? — Да пошёл ты, — отмахнулся Максим, улыбаясь. Он хотел добавить о том, что Альберт наверняка удивится ещё сильнее, как только увидит парня Никиты, но это сделать не успел, так как раздался звонок в дверь, что означало одно — пришли первые гости. — Надеюсь, что будет весело, — подал голос Альберт, в то время как Максим направился к двери, — ты же знаешь, что я ненавижу тухлые тусовки. — Тебе понравится, — хмыкнул Максим. После он кинул быстрый взгляд на нахмуренного, злого и явно взвинченного Даниила и понял одну вещь — вечеринка действительно будет классной (у него по-другому и не бывает), только вот вряд ли для самого Максима, потому что взгляд Звягинцева ему явно не сулил ничего хорошего.