Глава 16.
22 февраля 2017 г., 11:59
Бренан
Тот здоровяк-альфа, несмотря на довольно агрессивный вид, все же помог остановить кровотечение из носа, да и переносицу на предмет перелома проверил. — Тебе повезло еще, что рыжий не решил на тебя больше времени потратить, — сильные пальцы аккуратно ощупали нос, — точно сломал бы, а так походишь с синяком недельку, и все нормально будет. Ты какого хрена вообще к ним полез, придурок? — уселся мужчина на корточки возле меня. — Потому что Алем — мой омега, — пояснил я, прижимая к переносице холодное мокрое полотенце, которое мне подал он же. — Ну, это, предположим, я знаю, — удивил меня альфа. — Не уверен, правда, сочувствовать тебе или завидовать, но тем не менее. Отношения то их зачем было пытаться разрушить? — склонил парень голову на бок, заглядывая мне в глаза. — Чтобы Алем был свободен… — прогнусавил я и сам понял, насколько глупо и неуверенно это прозвучало. — Но, кажется, я где-то лоханулся, — закончил фразу. — И как исправлять? — вопрос вырвался сам собой, почему-то было ощущение, что этот мужчина, пусть ненамного-то меня и старше, знает правильный ответ. — Э, нет, приятель, — ухмыльнулся альфа, — если я тебе начну подсказки давать, мало что путного выйдет. И мне вон от того вредины достанется, — кивнул он на бету, с которым до этого разговаривал рыжик. — Раз уж заварил кашу, теперь включай голову, чтобы меньше пришлось расхлебывать. Надеюсь, мозги у тебя все-таки работают, если нет, то тут тебе ловить нечего. Подняться сможешь? — я кивнул. — А до дома добраться? — я снова кивнул. — Точно? Как-то потом не хотелось бы оказаться ответственным за твою тушку. — Да нормально все, — отмахнулся я от парня. — Самолюбие у меня пострадало куда сильнее носа, — тот снова хмыкнул. — Точно ничего не подскажешь? — я как-то неожиданно проникся к этому крепышу почти дружескими чувствами. — Думай головой, — воровато обернулся он на бету, тот отвлекся на какого-то паренька, — на семью его посмотри хоть что ли, попробуй с ними познакомиться. Только, советую, без выкрутасов, а то и там пиздюлей словишь. Я, правда, кроме Алема только с Дином знаком, но что-то мне подсказывает, что если последний до тебя доберется, то сломанным носом ты не отделаешься. Так что, если хочешь быть с рыжим, учись быть паинькой, — повел он бровями. — Если у тебя все нормально, то вали уже тогда, — оу, какая перемена тона. А, это бета сюда повернулся. — Ладно, считай, уже ушел, — поднялся я. — И еще… простите за доставленное неудобство, — даже у разговаривавшего со мной альфы брови потихоньку поползли на лоб. — Что? Да не совсем я идиот, умею признавать свои ошибки, — пожал я плечами и под удивленные взгляды вышел из зала. Нос болел нещадно и кровил всю дорогу до дома, где меня вопросительным взглядом встретил дед. Ну да, старый альфа меня побитым в последний раз видел, наверное, классе в пятом. — И откуда украшение? — отмер дед, когда я скинул ботинки, уже вешая в шкаф куртку. — Омега мой наградил, — буркнул я, пытаясь протиснуться мимо, чтобы добраться до лестницы, ведущей на второй этаж. Ну и зачем я сегодня сюда поперся? Мог же переночевать в квартире, подаренной на восемнадцатилетие… Хотя там уныло и пусто, с учетом того, что я полгода в ней не жил, а после возвращения опять как-то у деда поселился. Сомневаюсь, что там аптечка-то есть, так что тоже не лучший вариант. — Тебе альфа, с которым твой омега сейчас гуляет, врезал? — по-своему понял ситуацию дед. Ну, если учитывать, что он ситуацию только с моих слов знает, неудивительно. — С бетой он гуляет, — путь до лестницы старый альфа мне продолжил перегораживать. — Бета врезал? — удивленно приподнялись седые брови. — Омега мне мой врезал, — проворчал я, понимая, что дед уже не отвяжется. — За то, что я бету его обидел. — А хорош пацан, — хмыкнул проходящий мимо из кухни муж деда. Судя по выражению лица, сам дед был с ним в корне не согласен. — Мне кажется, этот омега дурно воспитан. Хотя, это явление нынче распространенное, но как у него получилось так сильно ударить, вот в чем вопрос? — склонил седеющую голову альфа. — Знаешь, по поводу воспитания Алем с тобой точно не согласится, — сказал я деду. — А как получилось… Из правильной стойки, при грамотном замахе, доворачивая бедро… Хорошо, короче, получилось, до стены меня отнесло. Я же тебе говорил, что он в бойцовку ходит, просто, видимо, забыл пояснить, что он там реально дерется. Сам в шоке был, — уверил я. — И знаешь, дед, я, может, мазохист, но вот такой омега мне нравится. Правда, кажется, я капитально все попортил, — аккуратно ощупал я опухший нос. — Дело твое, я свою точку зрения высказал, — скривился дед, и я как-то задумался о том, что, возможно, не совсем правильное воспитание у меня. И все же, списывать собственную дурость на якобы неправильное дедовское воспитание не по-альфьи. — Тут я тебе помочь ничем не могу. Если честно, с нынешними омегами обращаться не умею, да и не понимаю я порой ваше поколение. Так что разбирайся сам, я просто не буду вмешиваться, хоть и не по нраву мне такое. Не дело это, когда омега альфу своего бьёт… — продолжал бубнить дед себе под нос, уходя в кабинет и пропуская меня к лестнице. Я, наконец добравшись до своей комнаты, переоделся в домашние штаны и пошел в ванную, рассматривать «украшение». Гематома на морде лица расползалась знатная, сразу видно, чувства Алем вкладывал. Чуть надавил на синяк и поморщился — больно. Мда, смочил ледяной водой полотенце и вернулся в комнату, плюхнувшись на кровать. Дышать приходилось ртом, надеюсь, опухоль до завтра хоть немного спадет. Пока валялся на кровати, честно пытался придумать, как теперь ситуацию разрулить. Как назло, ничего путного в голову не приходило, а беспутного я и так уже наворотил, хватит. Так что свое уязвленное альфье самолюбие я загнал в самые дальние уголки сознания, чтобы не мешало рационально мыслить. Впрочем, помогло мало. Проворочавшись с полотенцем на носу с полчаса, решился и набрал папу, может он, как омега, что-нибудь подскажет. Папа трубку взял сразу, поинтересовавшись моим здоровьем, как дела у деда, вывалил все домашние события. На мой рассказ об омеге и последующий вопрос честно потупил в трубку минуты полторы, а потом сказал, что вряд ли сможет что-то дельное подсказать. Сам он отличается характером мягким и ведомым, хотя таким, как Алем, по-белому завидует, и предложил то же самое, что и альфа из зала — попробовать познакомиться с его родными, попросить у них разрешения ухаживать за сыном. Да, старомодно, но, по крайней мере, его родителям понравиться должно, а это уже плюсик. Подумав, согласился с папой, как ни крути, а тут он прав. Если в союзниках будут родители омеги, шансов с ним помириться будет значительно больше. На папин вопрос почему так странно разговариваю честно признался, что получил в нос за дело. За какое рассказать тоже пришлось. Послушал от папы, кто я, что это по-любому от деда досталось, даже не возражал. Потом родитель поинтересовался, а почему его «гениальному» сыну не пришло в голову попробовать завести отношения сразу с обоими парнями, распространенная же сейчас практика, или бета совсем не понравился? А я завис, вот тупо завис. Действительно, какого хрена я сам-то не додумался? В голове моментально нарисовалась картинка из вчерашнего сна, только к развратно-обнаженному рыжику добавился не менее обнаженный длинноволосый брюнет. Дышать стало тяжелее, температура в комнате (или у меня?) стала подниматься, впрочем, не только она… — Бренан, прекрати издавать такие мерзкие звуки, — вернул меня с небес на землю папа. — И вообще, ты пока еще с ними не помирился, чтобы представлять то, что ты там себе навоображал… И то верно. Итогом разговора с папой стало решение все-таки познакомиться с семьей омеги, остается надеяться, что хоть там я не облажаюсь, да и вообще, что переговоры пройдут нормально. А я к этому приложу все усилия, вот нос перестанет походить на сливу, и сразу начну прилагать, а то мало ли за кого меня в таком виде примут. Отечность с синяком сходили без малого полторы недели, первые три дня я даже на занятия не ходил, куда там, с такой рожей. И так, когда все-таки пришел, меня вся группа глазами провожала. Друзья, естественно, не отстали, пока не выведали за что и от кого получил. Потом ржали, как гиены, сразу чувствуется — настоящие друзья, помогут всегда, поддержат… суки. Не удержался, сам с ними повеселился, хотя ситуация, в общем-то, патовая. Но не опускать же теперь руки, тем более план действий, вроде как, наметал уже. В следующий четверг, осмотрев нос, пришел к выводу, что чуть заметная желтизна на месте недавней шикарнейшей сливы — это не критично, и, выбрав в магазине два самых шикарных букета (на всякий случай, у Алема, кажется, братья есть, вдруг дома будут два омеги?), поехал по адресу, который достал Рон. Если честно, в своем обаянии я был уверен, а вечер буднего дня выбрал специально, зная, что омега домой ездит только в выходные. Очень не хотелось бы с ним столкнуться на пороге. Вряд ли это закончится хорошо. Уверенность в обаянии как-то тихо покинула меня, когда дверь открыл огромный рыжий альфа. Я сам не из маленьких, но этот мужик меня на полголовы выше и шире, наверное, раза в полтора, и жира в мрачной, подтянутой фигуре, перекрывшей проход, я что-то не заметил. Серые, кажется, глаза недоуменно уставились на меня сверху, ей богу, очень захотелось присесть, да хоть бы и на пол, но я взял себя в руки, альфа я или где? Зато теперь точно знаю, от кого Алем унаследовал такой экзотичный цвет волос. — Милый, ну вот что ты подорвался, только же с работы вернулись, иди кушать, что я, сам гостям открыть не смогу? — вывинтился из-за спины человека-горы хрупкий омега с глазами цвета аквамарина. А вот и второй даритель генов рыжику. Еще раз смерив меня взглядом, альфа степенно удалился внутрь квартиры, зато начал вопросительно поглядывать омега. — Добрый вечер, — блондин вытер руки висящим на плече полотенцем, видимо, перед этим что-то готовил, — А Вы к кому? — Извините, — сообразил я, что стоит в общем-то отмереть, — я к родителям Алема Шейни. И почти уверен, что не ошибся, он очень на вас похож, особенно глаза, — протянул я мужчине букет. При воспоминании о втором родителе по позвоночнику пробежала дрожь. — Ой, спасибо, — хлопнул глазами омега. — А Вы проходите, раздевайтесь, как раз к столу, да и Клод с Ричем тоже там, — то, что папа рыжика произнес два имени, означает, что брак у них тройной. Не зря брал второй букет… хотя, кто знает, может второй муж бета альфа-типа? Или вообще альфа? Тогда букет брату! Так я размышлял пока шел за гостеприимным хозяином дома. Несколько неожиданным для меня оказалось наличие за столом помимо означенных двух еще четырех персон… простите, пяти. Не сразу заметил сидящего на коленях у рыжего альфы ребенка. Еще один здоровый русый альфа и бета шатен (принадлежность к альфа или омега-типажу оценить затрудняюсь, как-то парень посерединке. Хотя, учитывая длину перекинутого через плечо хвоста, наверное, все-таки омега-тип) имели схожие с рыжим омегой черты лица. Видимо, братья. По объемам молодой альфа до отца все же не дотягивает, правда это нисколько не мешает ему быть крупнее меня. По левую руку от рыжего здоровяка сидит довольно симпатичный бета, с ложечки кормящий ребенка супом. Судя по всему, это и есть третий муж родителей Алема. — Вы присаживайтесь, у нас тут два места свободных, сегодня ни Алема, ни Дина, — улыбнулся старший омега, указывая на стул напротив главы семейства. — Спасибо, — поблагодарил я. — Полагаю, Вы второй папа Алема? — спросил я у беты, тот удивленно на меня глянул, но кивнул. Я протянул ему второй букет (какой я молодец, что два взял, прям как чуял! Чем чуял уточнять не буду, однако не носом) под пристальным взглядом чуть сдвинувшего брови альфы. Кажется, откуда ноги растут у нынешнего характера рыжика, я начал догадываться. — Позвольте представиться — Бренан Альт, — хер мне, а не реакцию на громкое имя. Все продолжили спокойно на меня смотреть, разве что брови альфы сдвинулись еще на миллиметр, как бы спрашивая «И чё тебе тут надо?». У меня четкое ощущение того, что я порчу мужику аппетит, и если я не поясню причину, то мне это аукнется. Нос заныл. — Я истинный альфа вашего сына, Алема, — на всякий случай уточнил я, мало ли, вдруг у них еще сыновья-омеги есть. Разузнавать информацию о семье рыжика я не стал, решив, что проще все узнать у них самих будет. Возможно, зря. — Ох, — приложил ладошку ко рту папа-омега. Глаза беты, сидящего около мужа-альфы, аккуратно округлились. Сам альфа удивленным не выглядел, просто погладил по голове мирно жующего ребенка, вот уж кого совершенно не интересуют перипетии жизни. На лицах сидящих с правой стороны альфы и двух его мужей (у всех на руках обручальные кольца одинаковые) отразилось более живое любопытство. Слева от меня, могу поклясться, длинноволосый бета сказал «Так вот ты какая, золотая рыбка». Почему-то я напрягся, меня в целом слегка нервирует такое большое семейство, и поведение всех этих людей довольно необычное. Слишком живое, что ли? У нас не так, рядом с дедом такой атмосферы нет, все строго и серьезно. Дома, когда я еще жил с папой и отцом, было что-то похожее, но это было так давно… — И с какой целью ты сегодня к нам приехал? — наконец подал голос старший альфа, глубокий голос, грудной. И сразу обозначил мое место уже хотя бы тем, что на «Вы» обращаться к сопляку он явно не собирается. Что забавно, моя альфья гордость даже не пискнула, полностью придавленная явно превосходящей мощью другого самца. — Я хотел бы попросить у вас разрешения ухаживать за вашим сыном, — посмотрел я на всех троих родителей Алема, благо, находились они сейчас рядом. — Ну и совета попросить, узнать, что он любит и что ему нравится… — кажется, я начинаю позорно мямлить. Тоже мне, наследник корпорации. — Хм, ну пошли, пообщаемся, — начал вставать со стула альфа (я рефлекторно сглотнул) и тут же получил полотенцем по голове, я широко раскрытыми глазами уставился на сложившего руки на груди омегу. — Сиди и ешь, я для чего все готовил? Чтобы оно остыло, пока вы будете разговаривать? Мальчик сбегать никуда не собирается, так что сначала ужин. Или я зря старался? — аквамариновые глаза, такие же, как у Алема, сузились, и омега поджал губы, явно собираясь обидеться. — Прости, конечно не зря, — тон рыжего альфы моментально сменился, и он, дотянувшись, обнял омегу за талию, прижавшись на секунду головой к его животу. Тот расслабился и пригладил апельсиновые вихры, повесив полотенце обратно на плечо. Ни на кого, кроме меня эта сцена никакого впечатления не произвела, все спокойно начали есть. А альфа еще чуть наклонился вперед и чмокнул в щеку второго мужа, бета чуть улыбнулся и тоже взялся за приборы. А я почувствовал себя совершенно не в своей тарелке, тут же чужой человек, а они так спокойно и ярко выражают свои чувства друг к другу, и, судя по тому, что никто не удивлен, это совершенно обычное для всех поведение. Несмотря на то, что мне было неловко и неуютно, еще я почувствовал легкую зависть к такой свободе. Я… тоже хочу так. А не холодно-деловые отношения, как у деда с его мужем. Если я смогу добиться прощения Алема, у меня тоже будет такая семья? Еще одним надавившим на меня фактором была вкусная домашняя еда, которую в последний раз я ел, когда был в гостях у папы. Спору нет, ресторанная пища очень вкусная, да и в большинстве кафешек готовят неплохо, но это же совершенно другое. Немного сбивал наслаждение от еды изучающий взгляд Марка (брата-беты Алема) и задумчивый прищур отца семейства, периодически останавливающийся на мне. Но все равно было необыкновенно вкусно. И, думаю, именно ужин с этой семьей в почти полном составе позволил мне значительно лучше понять рыжика. Оба имеющихся здесь альфы с одинаковой привязанностью и заботой относились к обоим своим мужьям. Велар, самый старший из братьев моего омеги, и вовсе постоянно пытался то коснуться кого-то из своих супругов, то подбросить более лакомый на его взгляд кусочек. Омеги тоже одинаково ластились к обоим мужьям, даже, как мне показалось, к бетам сильнее. И все это, повторюсь, не стесняясь постороннего человека. Я попытался найти в себе хоть немного отторжения, но нет, только идущие от них уют и тепло, и желание, чтобы у меня было так же. Марк продолжал отслеживать мой эмоциональный фон весь ужин, кажется, парень немного странный. После еды альфа-отец, поднявшись и благодарно поцеловав супруга в подставленные губы, жестом предложил мне следовать за ним. Честно, что ни говори, а мне было не по себе. Оказывается, разговаривать с родителями будущего, вероятно, мужа (?) страшнее, чем подписывать с поставщиком контракт с возможными миллионными рисками. Мне страшнее. Я тот контракт до последней запятой изучил, а этого альфу первый день знаю… да не знаю я его. И это меня напрягает. Мужчина провел меня в комнату, судя по обстановке, являющуюся кабинетом, не знаю, уж личным или общим, но кабинетом. По ходу дела отметил, что квартира значительно больше, чем кажется на первый взгляд, скорее всего, в свое время к имеющейся трех или четырехкомнатной квартире докупалась соседняя, и делался ремонт с объединением. Усевшись за стол, альфа вопросительно на меня уставился: — Ну, рассказывай. — Что? — тупнул я, еще не выйдя из мыслей о предположительно проведенном в квартире ремонте. — Как живешь? Чем дышишь? Чем сын мой приглянулся можешь рассказать. Что делать планируешь? — в голосе старшего альфы прорезалась насмешка. — Если что, меня зовут Рич Шейни, как ты и сам понял, я отец Алема. — Да, понял конечно, — кивнул я, осознавая, что веду себя как идиот. — Бренан Альт, — заново представился я, и снова нулевая реакция на мою фамилию. — Наследник машиностроительной компании «Альт Индастриз», — бровь альфы приподнялась, как бы спрашивая «и что?». Двойственные чувства, с одной стороны немного даже задевает такое пренебрежение, с другой куда более ярким оказалось все возрастающее уважение к этому человеку. Он очень похож на отца. — Я хотел бы ухаживать за Вашим сыном Алемом, потому что он — мой истинный омега. Мы еще плохо знакомы, но я постараюсь это исправить. И, надеюсь, я стану для него подходящей парой, — симпатии ко мне во взгляде альфы не прибавилось ни на йоту, что весьма нервирует. — У моего сына уже есть парень, — а то я не знаю, в нос уже за этого парня получил. Почему-то резко захотелось улыбнуться от понимания того, что МОЙ омега так защищает свое. И даже факт того, что вообще-то от меня защищает, а нос вообще до сих пор болит, не смог остановить своевольные лицевые мышцы. В первый раз такого омегу встречаю. Нехорошо, конечно, радоваться чужому горю, но я все равно рад, что у Алема так изменился характер. Жаль, что ему пришлось попасть в аварию, но тем не менее, такой рыжик мне нравится в разы больше. — Я в курсе, — так, главное, чтобы родители Алема не узнали, каким образом я оказался в курсе, что-то мне подсказывает, что встречи с кулаком альфы-отца мой нос не переживет. А то, что встреча им будет обеспечена, мне наглядно так показало отношение к бетам в этой семье, судя по всему, если я хочу со своим омегой быть, мне придется это перенять. Зато сразу понятно, почему рыжик так Картера защищает — он вырос в семье, где бета — полноценный член семьи. Мое же воспитание более консервативно, правда, учитывая внешние данные брюнетика-беты, думаю, я вполне смогу перестроиться. Про внутренние ничего сказать не могу, кроме явной неуверенности в себе, но и с ними разберемся, сейчас важно добиться, чтобы меня простили. Хотелось бы верить, что это будет просто, но, глядя на родителя-альфу, да и в целом на семейство рыжика, что-то намекает мне, что легко не будет. И хорошо, если омега ограничится побоями (потерплю, не слабак) и вменяемой компенсацией. Почему-то воображение упорно рисует Алема, поднимающего на мои извинения бровь, копируя жест отца-альфы, и с каменно-спокойным лицом запрашивающего перо с задницы самого редкого вида попугаев, живущего исключительно в северной части каких-нибудь ебеней с другой стороны планеты. — И что планируешь делать-то? — да я уже «сделал»… разгрести бы теперь. Хотя, разгребу, не так я плох. Альфа продолжал ждать моего ответа. — Собираюсь ухаживать за обоими до получения положительного ответа, — бодро отрапортовал я. — О как. И что ты можешь им предложить? — уперся мужчина подбородком в сложенные домиком руки. — Многое… «Альт Индастриз» — успешное предприятие, — я даже растерялся, — они ни в чем не будут нуждаться… — взгляд альфы стал тяжелее. — Да они, вроде, и так не нуждаются, — прервал меня мужчина. Я сглотнул, кажется, где-то я опять облажался. - Компания принадлежит твоему деду, не так ли? Что можешь дать им лично ты? На что ты вообще способен? — глаза у Алема темнеют в точности как у отца, это я успел отметить. — Я… — а действительно, что им могу дать именно я? Как-то меня ни разу о таком не спрашивали. На пару минут в комнате воцарилась тишина. Альфа опять ждал моего ответа, а я пытался его сформулировать. — Фирма на самом деле принадлежит деду, но я с детства посещаю заводы и филиалы, способен разобраться в состоянии большинства рабочих автоматов. Нет, починить не смогу, если проблема действительно серьезная, но, тем не менее, смогу определить неполадку. Имею представление обо всех этапах работы предприятия. В свое время поработал и грузчиком, и техникам помогал. Также работал с контрактами и неплохо осведомлен по финансовой части. Меня полгода не было в стране, так как я выиграл грант на заграничное обучение по экономическим дисциплинам. Сам выиграл, ни родители, ни дед к этому отношения не имеют, так что, смею считать, что и без дедовских денег на что-то годен, — взгляд рыжего здоровяка снова стал заинтересованным, но, кажется, от меня ждали не совсем этого. — А еще я буду их любить, не обещаю, что вот так сразу полюблю, но, думаю, все предпосылки к этому имеются. И защищать, — и уже значительно тише добавил, скорее для себя: — Меня бы кто от них защитил в случае чего, — честно говоря, я надеялся, что отец рыжика не услышит, но слух у него оказался хороший. Не знаю почему, но именно эта фраза привела мужчину в хорошее расположение духа. — Значит с Алемом таки знаком, — весело ухмыльнулся рыжий. — Нос — его работа? — черт, а я думал, уже незаметно! — Можешь не дергаться, обычному человеку незаметно, мне по роду профессии такое положено подмечать. Так его? — я кивнул. — Успел провиниться и теперь ищешь пути примирения? — я снова кивнул, все-таки проницательный он мужик. — Точно ты виноват? А то характер у моего ребенка не сахар, особенно в последнее время… — альфа многозначительно замолчал. — Точно я, — честно, очень хотелось сказать, что не так уж я и виноват. Но внутренний голос, тот самый, который намекал, что не стоит так грубо влезать в отношения омеги, сейчас семафорил о том, что виноват! Пришлось признать его правоту, наступив на горло собственной гордости. — Ошибки, похоже, признавать умеешь. Уже хорошо, — задумчиво протянул отец омеги. И я осознал, что меня сейчас пронесло мимо очень опасного поворота. Блин, точно у них семейное. — В принципе, можешь считать, что разрешение на ухаживания ты получил, — отлично, одну проблему решили! — Но… — но? — Алем — мальчик сильный и самостоятельный, — это я уже на своей шкуре выяснил, — но, если он когда-нибудь придет ко мне с серьезной жалобой на тебя… никакие деньги тебя не спасут, — я опять сглотнул, чувствуя, как по позвоночнику в очередной раз пробегает холодная дрожь и понимая, что мужчина и не думает шутить. И снова на секунду мелькнула мысль о том, чтобы отказаться от всего этого, ну нет уж! Я посмотрел старшему альфе в глаза и кивнул, соглашаясь с возможной расправой. — И яйца имеются, — раздался смешок, — может, и не самый ты херовый вариант, — сам себе сказал рыжий, а я перестал даже пытаться понимать, что именно может помочь мне завоевать его расположение. Если с Алемом все так же сложно, чувствую, я взвою. — Я все, что хотел, узнал, можешь идти, — отпустили меня на волю. — А, и нос Марку покажи. Лучше, конечно, было бы Велару, но он, скорее всего, уехал уже. В принципе, Марк тоже достаточно квалифицирован, пусть глянет. Зачем мне зять с кривым носом? — вот он серьезно сейчас? — Хорошо, Спасибо. А… — я хотел спросить про предпочтения омеги, но меня прервали. — А как за ним ухаживать, понятия не имею, это сам выясняй. Могу только повторить, что парень у меня сильный, упрямый и целеустремленный, — в голосе альфы явно звучала гордость. — Все, иди. И я пошел. Смысла оставаться не видел, тем более, мужчина сел за документы. Может Марка спросить, все равно мне рекомендовано ему нос показать. Где найти старшего брата Алема пришлось уточнять у его пап, которых я застал обжимающимися в кухне. Я понимаю, что не специально это сделал, и все равно как-то неловко вышло. И опять же смутил я в основном бету, папа-омега рыжика и ухом не повел, просто ткнув пальцем в дверь в конце коридора справа. Похоже, это тоже семейное… Хотя сначала Алем, вроде, стеснительный был… но как-то я уже ни в чем не уверен. Так что направил стопы в указанном направлении. Длинноволосый бета действительно оказался в комнате: сидел на кровати, задумчиво глядя в окно, на красиво горящие фонари, наверное, звезд-то все равно не видно. На мой приход парень не среагировал никак. Заметил меня только спустя десять минут, когда я присел на компьютерный стул и уставился на него, прикидывая, как долго это может продолжаться. Отмер бета внезапно, просто хлопнул ресницами и сфокусировал взгляд на мне. Тонкая бровь чуть приподнялась: — И давно ты тут? — совсем по-птичьи наклонил голову парень. — Минут десять. Я честно не хотел мешать или там врываться в личное пространство, но стало интересно, сколько ты можешь так просидеть, ты же меня вообще не заметил, а я довольно шумно зашел. — Иногда бывает, — пожал шатен плечами. — Чего хотел? — Ну, меня ваш отец отправил, сказал нос тебе показать. — Показывай, — потянулся к моему лицу парень. Тонкие длинные пальцы по сути проделали ровно то же самое, что сделал альфа в зале, разве что бета еще по скулам немного прошелся. - В принципе, все нормально, легкое смещение, но это не критично. А мелкий, оказывается, умеет грамотно бить, — усмехнулся он, отпуская меня. — Откуда ты знаешь, что Алема рук дело? — под дверью подслушивал, что ли? — А он на тебя жаловался. Так что я всю историю знаю, — Марк интонацией выделил слово «всю». — Дин, кстати, тоже в курсе. Это совсем ненамного лучше, чем если бы в курсе был отец, — какое, однако, неприятное чувство. И ведь с ним мне, наверняка, тоже предстоит познакомиться. — В общем, с носом у тебя все нормально… почти. Ну, может, из-за смещения при насморке пазухи сильнее забиваться будут. Хочешь, можешь сходить вправить, будет больно, — ласково улыбнулся мне шатен. Я, конечно понимаю, он зол на меня из-за брата, но все-таки… — Еще что-нибудь от меня надо или только нос осмотреть? — Я по поводу Алема спросить хотел… Ну, что ему нравится и все такое, думаю, ты уж точно в курсе, насколько я облажался. Вот, хочу все исправить, — теперь уже я пожал плечами. — Исправить он хочет, — хмыкнул бета. — По поводу того, что он любит, не ко мне, это к Дину, — ухмылка стала ехиднее, я вот прям ощутил исходящее от парня злорадство. — Я тебя максимум по поводу его физического и психологического состояния просветить могу. Течка там когда, — внимание заострилось само собой. — Так вот, она не скоро, — обломал меня бета. — У него после аварии гормональный сбой на фоне травмы… — Травмы? Но в медкнижке написано, что он здоров, да и не выглядит Алем пострадавшим… — снова проснулась во мне тревога за пару, вот как знал же! — И до медкнижки даже добрался, — слегка удивился шатен. — Ну, в целом, здоров, но сбой присутствует, все-таки это довольно сильная встряска для организма была. Я к чему, если ты надеялся, что в течку он сговорчивее станет и вообще… на это можешь не рассчитывать, — не слишком хорошая новость, потому что, если честно, на это я как раз и возлагал большие надежды. — Короче, удачи тебе, что я могу сказать. Хотя так-то Алем парень рассудительный и сговорчивый, — какими это местами он сговорчивый, хотел бы я знать, — так что, может, и выйдет помириться, но будь готов к тому, что условия тебе выставят не самые простые. Все, с остальным к Дину. Адресок подсказать? А то он сюда в основном с рыжим заявляется, но тебе-то надо без мелкого, я же правильно понимаю? — опять приподнялась изящная бровь. — Правильно. Подсказывай, — сдался я, понимая, что рано или поздно столкнуться нам все равно придется. Лучше рано, и, может, он правда подскажет что-нибудь дельное. Плюс, знакомство с его семьей действительно очень многое мне об Алеме рассказало. Самым ярким примером являются их внутрисемейные отношения. Знай я изначально, что у рыжика три отца, точно два раза бы подумал, прежде чем пытаться разлучить парня с его брюнетиком. А если в целом в моем окружении побольше таких семей было, то подобная мысль мне бы, может, и вообще в голову не пришла, захапал бы обоих сразу и сидел бы довольный. Вот только задним умом все крепки, как говорится. Так что у меня теперь впереди море приключений. Получив от беты адрес, к последнему члену семьи Алема, с которым тот больше всего общается, решил поехать в субботу. Надеюсь, он будет дома. Чтобы точно застать парня, поехал к нему с утра. И это тоже возможно зря. Альфа, открывший мне дверь, выглядел весьма помято: волосы встрепаны, из одежды одни штаны и выражение лица, не сулящее гостям ничего хорошего. И точно так же, как и отец, русоволосый оставляет ощущение встречи с медведем после спячки. Зато я его узнал, именно он в последнее время приезжал к рыжему и его соседу. Правда, в данный момент от лощеного красавца не осталось ни следа. — Ну и какого хера надо? — поинтересовался альфа, подпирая плечом дверной косяк и душераздирающе зевая. Ну что ж, вперед, на амбразуру.
