Прости меня.

***

Декабрь, 2011

      «Ну, что же. Вагабунда больше нет. Тебя больше нет. Нас больше нет.        Я помню когда мы были вместе, то часто ходили куда-нибудь. Были всегда вместе. Так бы и дальше продолжалось, если бы мы сами все не испортили…       Естественно, все произошло не за один день. Последнее время мы ссорились с тобой постоянно. Тебе не хватало адреналина, все-таки еще двадцать пять, хочется гулять. В доме постоянно были разборки из-за этого, атмосфера не была уютной. Ты заваливался домой пьяный, из-за чего были постоянные скандалы. И в какой-то момент тебя заебало то, что творилось дома. Ты начал отдаляться от меня, познакомился с Рудбоем, которому тоже хотелось, как и тебе веселиться. Поначалу я не придавал особого значения вашему общению, но ты нашел в нем полную замену мне. Тогда я понял, что теряю тебя, начал хоть что-то делать, чтобы тебя вернуть. Но было поздно: ты любил его, а он тебя. И мне в вашей жизни не было места.»

***

Ноябрь, 2011

      …Серый ноябрьский день, свинцовые тучи нависли над городом. Казалось, будто небо обрушится на этот невысокий город, стоящий на болотах. Хинтер нервно достал очередную сигарету Lucky Strike, но затягиваясь, он понимает, что уже и сигареты не помогают. Хуевое чувство, разрастающееся в теле Дмитрия, заставляет нервно сжимать в руках пачку сигарет, сминая красивую коробочку. Он чувствовал, что сейчас произойдет что-то непоправимое, что больше все не будет как прежде. -Сука…-тихо выругался Дима, от безысходности закрывая лицо обеими руками. — неужели так все и закончится?..       Медленно-медленно он открывает дверь балкона и вваливается на кухню. Опустошенная душа, прожженная несколькими десятками сигарет за вечер, требовала успокоения в виде тягучей, греющей нутро жидкости. В квартире обнаружился ликер. Поначалу немного горьковатый, но через несколько секунд он оставляет сладкое послевкусие. Дима обычно пил коньяк, а этот ликер был для гостей. Но так как душа требовала алкоголя, грозясь разорваться на части, то и этот ликер способен был помочь хоть чем-то Хинтеру.       После третьего бокала, внутри стало приятно и тепло, даже пропала безысходность, хотелось вьебать этому гаду, который тратит его нервы. Поставив под подбородок кулак, Дима водил указательным пальцем по грани бокала, тяжко вздыхая. Он ожидал его. Он знал, что тот припрется бухой. Он прощал его всегда, но не в этот раз. И вот, долгожданный щелчок входной двери.        Дима встает, проходя в коридор. Но вместо знакомой рожи, он видит высокого парня, схожего телосложения с Мироном. -Ты кто, блять? -Возмущается уже опьяневший Дима. -Ваня, ну, или Рудбой, -протягивает руку Хинтеру этот наглец. -А вы, как я понимаю Дмитрий Федорович? В общем, Мирон сегодня не придет домой. Ни в какую не едет. Говорит, что заебался выслушивать.       Внутри что-то ёкнуло. Дима выругался, запрокинув голову, и закрыв лицо руками. -Ну, я пошел в общем.-произнес Ваня и ушел из квартиры, оставляя Дмитрия одного за раздумьями с одиночеством…       Дима еще пытался ему дозвониться, не веря этому Ване, но потом он понял, что Мирон и дал ему ключи. Осознание накатило холодной водой. Он больше не нужен Миру… Все его обещания были напрасны. Каждое слово, которое было сказано Мироном о его вечной любви к нему было ложью. Хотелось просто разрыдаться, но вместо этого Дима ушел в бар с целью просто сдохнуть от передозировки алкоголем…       Бар встретил появившегося равнодушно. Пройдя за стойку, Дима без лишних слов заказал себе коньяк. В душе скребли кошки. Дима в одиночестве давился алкоголем, пытаясь напиться на столько, чтобы забыть обо всем. О Мироне в первую очередь. Разум понемногу мутнел. Когда Хинтеру стало плохо, он встал и на ватных ногах, спотыкаясь и теряясь, пошел в туалет. Но по пути встретил своего знакомого из Лондона -Дарио Вийера. -Oh, fucking, itʼs you, Dario! — Расплылся Дима в презрительной улыбке. - What? You have come to the swe-e-et lovely couple?.. I… (ик)… Know about them all, fuck! (О, блять, это ты, Дарио! Что? Ты приехал к сладко-ой любовной парочке? Я… (ик)… Все знаю о них, блять!) -What the shit are you talking?! (Что за дерьмо ты несешь?!) -Youʼre the shit, bitch! Iʼm talking true things! Miron and Rudeboy are gays!-Пьяным голосом кричал Дима, привлекая внимание окружающих. (Сам ты дерьмо, сука! Я говорю реальные вещи. Мирон и Рудбой геи!) - You need in the sleeping, Dima. I call Vanya to say that you are here.(Тебе нужно поспать, Дима. Я звоню Ване, чтобы сказать, что ты здесь) — достав телефон из кармана, и удерживая Диму, проговорил Дарио. -Hey, no. I donʼt need in Rudeboy! Donʼt call him.(Хэй, нет. Мне не нужен Рудбой. Не звони ему.) -Friend, I call Vanya, because Miro lost his cellphone. Donʼt care. OK?(Друг, я звоню Ване, потому что Миро потерял свой телефон. Не волнуйся, ок?) -OK.-обреченно согласился Хинтер.       Дима шатаясь, молча ждет, пока Дарио дозванивается до Мирона. До него доносятся английские фразы португальца: «Miro, I met Hinter. Heʼs drunk… OK, Iʼm waiting. ». В голове образуется картина. Мирон? То есть? Нахуй Мирон? Блять, что за кашу ты заварил, Дима. И что теперь делать…       Дарио еле вынес Хинтера на улицу, где уже приехал Мирон. -Что же ты творишь, дурак?.. -Были последние слова, которые помнил Дима, когда Мирон затаскивал его в машину.       Очнулся он в своей постели. Рядом, полусидя, спал Мирон. Его брови были нахмурены, а руки сложены на груди. Дима ничего не понял. Попытавшись подняться, он сразу передумал. Голова трещала, а в горле была сухость. Состояние так сказать не из лучших. И на один момент Дима представил, что до этого был просто кошмарный сон. Но, вспоминая начало вчерашнего вечера, он с горечью вздохнул, понимая, что все именно так, как было. -Мирон, -охрипшим голосом протянул Дима. Тот вздрогнул и открыл глаза, направляя помутненный взгляд голубых глаз на виновника всего этого. Но ответа не последовало. Поднявшись, Мирон встал и вышел из спальни, оставляя Хинтера одного. -Мирон… -Прошептал Дима.       Ответа все не было. Дима уже отчаялся, но спустя пару минут, Мирон зашел в спальню и дал Диме сладкий чай. Последний с благодарностью посмотрел на первого. Мирон внимательно следил за тем, как Хинтер пьет чай, начинать разговор он не спешил. Но Дима не выдержал и произнес. -Мирон, прости. -Я тебя понимаю, это я должен просить прощения, ты в этой ситуации жертва, а я виновник. -Отводя взгляд в сторону, произнес Мирон. -И я вообще не представлял, что знакомство с Ваней так повлияет на наши с тобой отношения. Поэтому, я умоляю тебя просто забыть. Нужно жить дальше. Не убивай себя из-за такого идиота, как я. -Мирону давались тяжело слова, он знал, что они вонзаются Диме прямо в сердце. -В общем, извини меня, мне нужно идти. Вот таблетка, -протянул упаковку с одной таблеткой Мирон, — выпей, немного полегчает. А я пошел.       Остановившись у порога, Мирон рывком вернулся и нежно поцеловал Диму в лоб, у которого от боли расставания сжималось сердце. -Прощай, Миро, -прошептал Дима, когда Мирон вышел из квартиры. -Прости меня, -еле слышно произнес Мирон, заглушая тишину подъезда.

***

Январь, 1 число 2012

      « Блять. Что тут еще сказать то. С новым годом, Мирон. Единственный за 5 лет проведенный раздельно. Весело, что сказать. Мы все с тобой проебали. Знаю, ты это не прочтешь, поэтому я записал „видео-поздравление“ для тебя лично. Я сейчас живу в Германии, все хорошо. Да и мне, как известно ты уехал в Лондон. Миро, ты просто не представляешь, как тяжело без тебя. Ты больше не скиталец, просто ты нашел пристанище в этой жизни, а я продолжаю путь, который мы начали вместе. Но с другой стороны, у меня был шанс тебя вернуть, но я сам его упустил.»

***

Октябрь, 2011 год.

      Хинтер резко отрывает голову от подушки, разлепляя глаза. От этого движения невозможно болит голова и он немного теряет ориентацию — последствия вчерашнего алкоголя. Телефонный звонок — вот, что заставило его проснуться в столь ранний час. Дима поднялся с кровати, и еще немыслящим взглядом смотрит в телефон. «МИРОН» — высветилось на телефоне. -Да? -неуверенно ответил Дима, отведя пальцем кнопку «зеленой телефонной трубки». -Дима? Забери меня. -Послышался пьяный голос из телефона. -Если ты, конечно, можешь. Если нет, то я Ваню попрошу.       При первой фразе: «забери меня », Дима соскочил с кровати и побежал к шкафу, он намеревался все наладить. Но когда Мирон добавил о Ване, то ехать за Мироном расхотелось. -Так что сразу ему не позвонил? — сухо спросил Хинтер. -Так это… Думал, что еще не поздно все исправить. Если ты не хочешь, то я ему позвоню. Но тогда все. Вгб больше нет. -Вот и звони, сука, — ответил он Федорову и скинул трубку. Он был очень зол, ему хотелось крушить и метать. Видите ли сам Мирон Янович снизошел к нему мириться. В этот момент он не ограничился сказанным вслух «сука», затем последовали другие оскорбления, но уже тогда, когда Дима сбросил звонок.       Мирон же сидел в недоумении и глупо смотрел в пол какого-то бара. Внутри него что-то разрывалось. Он любил Диму, именно, любил. Поэтому Мирон не хотел закончить все так резко. Он знал, что виноват. Знал. Но он любил и Ваню. Поэтому он набрал его и попросил приехать. Было больно осознавать, но вагабунда больше нет. Но Мирон понял, нужно строить все с нуля, раз уж он больше не скиталец и остался на одном месте, то разовьет здесь собственную империю, даже без Димы. Он решил, что надо уехать в Лондон, хотя бы ненадолго. Просто, вернуться в прошлое, немного забыть все. Выкинуть Хинтера из головы. И вот, в ожидании Евстигнеева, Мирон достает сигарету и впускает в бронхи тяжелый дым. Последний раз. Как воспоминание.

***

Октябрь, 2013.

      « М-да. Мирон, ты беспалевный в посвящениях песен. Но, с другой стороны, ты меня не забыл. И только мы вдвоем понимаем про что большинство песен.       У меня в голове уже крутятся песни, которые я в ответ посвящу тебе. Не знаю, когда они выйдут, но они выйдут. И знаешь, я вот недавно вспомнил, как мы встречали 2011 год. Роковой для нас обоих. »

***

31 декабря, 2010 год.

-Дима, -смеется Мирон над тем, как Хинтер начал лезть на детскую ледяную горку, -ты чего удумал, дурак?!        Федоров схватился за голову и побежал к пьяному идиоту. Взобравшись на горку, он успел остановить Диму. Но тот схватил его и поехал с горки. Теперь смеялись оба и с таким усердием, что люди, проходившие мимо, косо смотрели на этих русских идиотов, справлявших новый год в Германии. -Дима, вот ты идиот! -еле сдерживаясь от смеха произнес Мирон.- Ну нахуя было так нажираться и лезть на эту горку?!       Дима лишь лежит на спине и, повернув голову на бок, смотрит на Федорова, лежащего на животе и пытавшегося научить его уму разуму. Но Дима эти попытки пресек лишь одним действием. Чуть привстав со снега, он своими разгоряченными от алкоголя губами потянулся к губам Мирона. Таким холодным и… Трезвым? Мирон накрыл рукой грудь Димы и полностью отдался чувствам. Поцелуй сбалансировал температуры и теперь губы Федорова были немного теплыми, а Хинтера — остудили свой горячий пыл. Вкус алкоголя так и остался на языке Мирона. -Пошли лучше домой, я приготовил тебе сюрприз, -шепчет на ухо Мирон и встает со снега, отряхиваясь.       Дима встает следом и идет за Мироном, немного пошатываясь от алкоголя. Зайдя домой, он пытается снять обувь, но наклонившись вперед, беспомощно падает. Мирон ржет с этого балбеса и ругая его, попутно снимает с него ботинки. Затем, лежащего Хинтера пришлось усадить, чтобы стянуть с него куртку. -Мирон, да забе-эй ты на… На… Это… Эту…ик… Куртку-у…       Федоров продолжает угарать с него. Когда, наконец с верхней одеждой было покончено, он помог подняться Диме, и повел его в зал, где стояла елка. Усадив его в кресло, он взял небольшую коробку, спрятанную на его полке в шкафу и протянул ее Диме. -Этот подарок только для тебя. Где бы я ни был, он будет воспоминанием о нас.       Дима развернул красно-белую обертку. В коробке лежала толстенькая книга синего цвета. На первой странице была их совместная фотография. Далее тоже можно было увидеть их фотографии, к некоторым из которых были еще и написаны истории. Но большая часть книги оказалась пуста. Когда Хинтер увидел эти пустые страницы, то поднял на Мирона заинтересованный взгляд. -А эти страницы мы заполним позже. -Загадочно улыбнувшись, ответил Федоров. Только вот, Хинтер будет один дополнять эти пустые страницы… -Спасибо…       Нежно улыбнувшись, Мирон склонился и поцеловал Диму в губы. Поцелуй был быстрый, мимолетный, но запомнившийся Хинтеру. -А теперь, ложись спать, Дим. Тебе уже хватит.       Проведя Диму до кровати, он снял с него джинсы, закутал в теплый плед, и пожелав спокойной ночи, вышел из спальни. Пройдя на кухню, он достал сигарету, и закурил. Дым постепенно заполнял кухню. Мирон был счастлив. Он глупо улыбался, представляя их совместное будущее с Димой. Ему захотелось немного повеселиться, все-таки новый год. Поднявшись из-за стола, он достал мобильный и набрал, уже знакомый номер. -Привет, Дарио! Ты где? О, я тогда приду? Нет, я без Димы буду, он уже изрядно выпил, -усмехнулся Мирон.       Спускаясь по лестнице в метро, Мирон еще не представлял, что поездка к Дарио будет судьбоносной…       Позвонив в дверь, Мирон ожидал ответа. Долго ждать не пришлось, открыл хозяин квартиры -Порчи. Тепло поздоровавшись, Дарио сказал, что кроме старых знакомых Мирона, есть один Петербуржец, знакомый Порчанского. -Привет, -на русском произнес тот самый петербуржец, когда Дарио повел его с ним знакомить.-Я Ваня.       Ярко-голубые, пронзительные глаза Вани, изучали новоприбывшего с любопытством. У него были темные волосы, ростом он был примерно с Мирона. -Привет, -улыбнулся Мирон, ощущая, что они с Ваней уж точно подружатся.- Мирон. -Питерский? -Ухмыльнулся Ваня. -Угу, -с задорной улыбкой произнес Мирон.