Быть человеком
28 марта 2017 г., 19:59
— Да, теперь я человек. — буркнул Санс и снял капюшон.
Если бы Фриск умела свистеть, то она обязательно бы свистнула. Санс-человек разительно отличался от скелета-Санса. У него были светло-русые волосы, необычный разрез глаз, такой, словно он смотрел с хищным прищуром, а сам цвет глаз был светло-голубым, почти серым… Но выражение лица осталось прежним, только этот Санс не «улыбался».
— Все посмотрели? Молодцы, теперь хорош на меня вот так пялиться! — он выпучил глаза, продемонстрировав их взгляд. — Подумаешь, я немного кости прикрыл мясцом… И вообще, Альфис, ты сможешь разобраться с этой проблемой?
Альфис окинула взглядом разгромленную лабораторию, прикинула, сколько займёт времени восстановление разбитого аппарата, изучение его функций и перепрограммирование…
— Да-а, но это займёт… много времени, нужно отладить процессы в машине, изучить её… Та-акже, нужно-о провести несколько анали-изов. И, Санс, ка-ак ты се-ебя чувству-уешь?
— Издеваешься, что ли? Как я могу себя чувствовать… Ужасно, отвратительно, погано, хреново, я могу продолжать до бесконечности, потому что нет в мире такого слова, которое в точности описало бы моё состояние!..
Альфис в отчаянии посмотрела на Фриск, но девочка ничем не могла помочь в этой ситуации, так как пребывала она в не меньшем шоке, чем все здесь присутствующее.
— Ладно-о, — сказала Альфис, подойдя к Сансу. — Необходимо прове-ести несколько тестов. Пойдё-ём за мной.
Учёная вышла из комнаты, а за ней послушно прошествовал Санс, который старательно избегал зрительного контакта с Фриск. Лишь оказавшись в дверном проёме, он вцепился в его косяк.
— Я не хочу умирать, я ведь так молод! — вопил он, получая удовольствие от того, что Альфис приходила в ярость. — Фриск, позаботься о Папирусе!
— Санс, даже Меттатон так сильно не переигрывает… — хихикнула девочка, а сам Санс в этот момент отпустил косяк и, отсалютовав на прощание, пошёл за Альфис.
Фриск же осталась в полном одиночестве, в комнате, освещённой неестественно ярким светом. Свою работу она знала: ей предстояло убрать весь бардак, что сотворил Санс, будучи в порыве бешенства. Пройдя в соседнюю комнату, девочка обзавелась совком и веником для уборки.
Сейчас она не может сказать, что такие изменения в её друге являются положительными или отрицательными… По крайней мере, это временно, а это значит, что Санс поймёт, какого это — быть человеком… Не в смысле каких-то человеческих качеств, а в технических смыслах. Теперь он также уязвим.
«И, наверное, он так же боится щекотки…» — хихикнула про себя Фриск.
На самом деле в её голове сейчас рождались самые необыкновенные козни, которые ей хотелось бы провести над Сансом, чтобы отплатить за его временами неуместные шутки, или просто на просто подшутить над ним в ответ. Во всяком случае, это приобретало очень интересный оборот.
Покинуть лабораторию Альфис Сансу и Фриск удалось только глубоким вечером, когда обоим уже начали названивать обеспокоенные родственники. Вдвоём они получили напутствия от Альфис и пожелание спокойно добраться до дома, затем доктор захлопнула за собой дверь и, судя по звукам, придвинула к ней шкаф на тот случай, если к ней будет кто-то ломиться снова.
***
— И как это случилось? — полюбопытствовала в очередной раз Фриск, которая все ещё не могла привыкнуть к новому образу товарища. — А тебе всё расскажи… — парировал Санс и поморщился, снимая куртку. — Почему здесь так жарко?! — Оу, вполне возможно, что ты стал слегка мягкотелым. — девочка ткнула парня в бок, тот сразу же отскочил, посмотрев на неё взглядом загнанного в угол животного. — Ты чего? — произнёс он крайне серьёзно, — Забыла? Пять на пять — личное пространство… И вообще, мне и без тебя троллинга будет достаточно… Надеюсь, что Папирус видит уже девятый сон. — Ладно-ладно, — Фриск подняла руки в знак капитуляции. — Прости меня. Дальше оба пошли молча. Добравшись до пристани, они не обнаружили паромщика на месте. Не сговариваясь, посмотрели в обе стороны реки, чтобы удостовериться в том, что их «таксист» не сидит где-нибудь в камышах и не ловит рыбу. — Ну, и где его носит, когда он так нужен? — Я понятия не имею. Может, он скоро появится? — И ты предлагаешь сидеть здесь? Нет уж, пойдём сами. — Коротким путём? — улыбнулась Фриск и нагнала шустрого друга. Надо признать, что хоть он и ленивый, но шаг у него достаточно лёгкий. — Нет. — твёрдо сказал Санс. До Снежнограда они дошли всего за несколько десятков минут, учитывая то, что приходилось постоянно делать остановки из-за того, что Санс прятался от местных жителей, которые как назло возникали через каждые сто метров. Да их днём столько на улицах нет, сколько этим вечером! — Кстати, как твой фестиваль уборки? — спросил парень, выпуская из рта облачка пара… В Снежнограде действительно холодно. Сансу даже пришлось застегнуть куртку и семенить ногами, чтобы они окончательно не замерзли. В носках и тапочках холодно, а что уж говорить о шортах… — Он обернулся побоищем. Зато ребята хорошо повеселились, закидывая друг друга мусором и грязью. Никогда бы не подумала, что Герсон может быть ещё более безумным…. Но я оставила эту идею… Видимо, они пока недостаточно созрели для неё. — Ты хотя бы стараешься организовать их деятельность. — он пожал плечами. — Это у тебя неплохо выходит. Санс заметил, как щеки Фриск порозовели от его замечания. — Да ладно тебе, краснеть-то, это не комплимент, а констатация факта. — Это от мороза, у тебя точно такие же. — сказала девочка, скрестив руки. Парень дотронулся до своих щёк, и они оказались холодными. Святая монстро-Матерь, у него действительно были щеки, и они были мягкие, и прикосновения пальцев обжигали их! Для Санса это оказалось совсем непривычно и пугающе, совсем дико и неправильно. Ему нужно было ещё некоторое время, чтобы разобраться со своими эмоциями и чувствами. Тем временем они с Фриск благополучно добрались до дома Папируса и Санса, свет в окнах не горел, царила тишина и умиротворение. — Тебя точно не надо провожать? — на всякий случай уточнил Санс, чувствуя одновременно облегчение от того, что ему не придётся переться по холоду ещё четверть того времени, что они прошли, и неловкость из-за того, что он отпускает маленькую девочку совсем одну до Руин. — За меня не беспокойся, я наполнена решимостью добраться до дома. А тебе лучше быстрее идти отогреваться домой; и лучше поешь или выпей чего-нибудь горячего… и пока, наверное! — Фриск помахала рукой и пошла в своём направлении. Санс стоял на крыльце до тех пор, пока Фриск совсем не исчезла из виду, и только после этого он открыл дверь дома, которая всегда была незаперта, и сполз по двери. Осев на пол, он почувствовал облегчение, словно он наконец-то спустил на пол тяжёлый камень, что тащил у себя на спине. Он чувствовал, как медленно согревается его тело, и не мог поверить в то, что это был не сон. Парень достал из кармана скомканный листок, который выдал этот странный агрегат перед тем, как Санс его разбил, и развернул его. На пожелтевшем от времени кусочке бумаги можно было разобрать следующие слова, написанные от руки: «Мой подарок тебе — твоё новое тело… » Текст дальше разобрать было невозможно, но и от этого обрывка Санса кинуло в дрожь, потому что он знал, кто был всему этому виной на самом деле.
