Где нас нет

      — Подожди меня, я тетрадку сдам по истории, — попросил Рома и направился в соседний кабинет.       — Слушай, мне домой надо... извини, не могу, — стал оправдываться я и второпях запихивать учебники в рюкзак. Мне хотелось как бы случайно встретиться с Денисом. Может, он заговорит со мной. Что, если мы сдружимся? Задушевные разговоры о фильмах и книгах с Ромой мне откровенно надоели, мне хотелось гулять с девушками, как и все парни в моём возрасте. Чем я хуже? Я увидел, что Денис спускается в раздевалку. Могу не успеть!       — Я побежал...       — Ладно, пока, — огорчённо протянул Рома, перед тем как поспешить вниз. Мелкие школьники с огромными рюкзаками на спинах толпились под ногами и не давали пройти. Я попытался протиснуться сквозь толпу.       — Бля, заебал, ёпта, смотри, куда прёшь, на хуй, — пробурчал пухленький второклассник, и его маленькие друзья захохотали своим детским приятным смехом.       Обойдя их с другой стороны, я спустился в раздевалку, которая представляла из себя узкий подземный туннель или пещеру, расположенную под школой, где для каждого класса было выделено своё место для курток и сменки. Были случаи, когда невнимательные вахтёрши случайно забывали здесь учеников, а находили последних только на следующее утро. Живыми, к счастью. Связь здесь не ловила, поэтому запертым бедолагам не удавалось позвонить, вероятно, обеспокоенным родителям, которым и в голову не могло прийти, что их дети остались в школе.       Я подумал, что можно было бы написать какой-нибудь страшный рассказ, взяв за основу историю про ученика, оставленного в раздевалке. Дальше фантазия дорисует. Тогда я пробовал писать свои истории. Всем нам хочется оставить след в истории, да? Правда, большинство лезет в рэп или на русский «ютуб», чаще всего оставляя... хуёвый след.       Мысленно представляя, как Кристина забирает ключи от этого подземелья, закрывается и прижимает меня к стене, кусает губы, снимает школьную жилетку и расстёгивает рубашку, я не заметил, как меня догнал Рома.       — Привет! Возьми мою куртку, — он радостно хлопнул меня по плечу и стал подниматься, чтобы подождать меня у входа.       Наверное, впервые я почувствовал невероятное раздражение к нему. Да, мы самые лучшие друзья, но пора расширяться и знакомиться с новыми людьми, разве нет!?       — Проди пожаста, — неразборчиво прошептала сгорбившаяся и морщинистая, точно старушка, девочка с кривым нескладным лицом и вытянутым безобразным носом. У нас в школе её прозвали Добби, ссылаясь на сказочного Эльфа из мира «Гарри Поттера», который выглядел примерно так же. Я никогда не понимал людей, которые ненавидели её из-за перекошенного телосложение и умственной отсталости. Разве она виновата, что Бог сотворил её такой? Одних Бог делает чистенькими и красивыми, у которых жизнь идет «как по маслу», а других — убогими и жуткими, которым суждено гнить в одиночестве и терпеть унижение первых. Ничего не делается без воли на то Божьей, так сказано Библии? И после этого вы можете верить в Бога? После этого вы способны ему молиться? Надеюсь, за эти слова меня не упекут за решётку или не посадят на домашний арест, как это было с Соколовским.       — Пройди пожаста, — подходя сзади, таким же писклявым и визгливым голосом передразнили её Глеб и Кирилл, два восьмиклассника, которые всё время в центре внимания у девушек за свои шумные проделки. Они постоянно нарывались на драку, и последний раз им хорошо досталось от огромного, словно Халк или Существо из «Фантастической четвёрки», мускулистого парня, также известного как «Человек-протеин». Он запер двоих в кабинете музыки и врезал несколько раз каждому. Они всё поняли. Несчастная Добби — самая удачная добыча, она не сможет ответить.       — Заебали... отвалите от неё, — не сдержался я и вскоре пожалел об этом.       — Ты что, охуел? — спросил взорвавшийся Глеб, в разы превосходивший габаритами своего двоюродного брата Кирилла, который молчаливо стоял в стороне и в предвкушении драки сжимал и разжимал кулаки.       — Давно пизды не получал? — поддержал Кирилл и самодовольно ухмыльнулся. Понятно, почему он улыбался. Такого дрыща было бы очень easy уделать. Не могу забыть, как я страшно покраснел и как предательски задрожали ноги. Кирилл и Глеб перевстречались, наверное, со всеми девушками из нашей школы. О такой жизни я могу только мечтать! Сколько бы умных и познавательных книг не было мной прочитано, я всё равно оставался мальчиком, который остро нуждался в любви и внимании. Глеб и Кирилл — люди совершенно другого мира; мне было неловко перед ними...       — Ничего, — промямлил я и совершил необдуманный и неожиданный для самого себя поступок. Всё вышло слишком быстро. Я просто подумал: «может, мне врезать ему по яйцам?» И я просто врезал ему по яйцам.       А затем выплюнул жвачку и побежал. ***       — Сука! — вскрикнул Кирилл и вытер рукавом слюни, которые летели во все стороны, как у бешеной собаки. Проскользнув мимо доски с расписанием, я ухватился за раковину, чтобы не поскользнуться на мокром полу — коридор только недавно вымыли. А вот Кирилл с этим не справился и с неприятным шлепком, как будто одноклассницу смачно ударили по заднице, он растянулся во весь рост и пробормотал что-то нечленораздельное.       — Разойдитесь, — вступились дежурные с беджиками на груди и стали поднимать покрасневшего парня с огромной царапиной на губе.       — Отвяньте! Разойдитесь на хуй! Глеб... чё стоишь? Догони его!       Я взял в охапку куртку и выбежал из школы.       — Пиздец ты ебнутый, — выпалил Денис, в глазах которого горел нескрываемый восторг. Он грубо схватил меня за плечо и повёл в сторону футбольного поля, через которое мы направились во двор, где по его словам эти тупорылые отоморзки нас не могли найти.       — Курить будешь? — спросил Денис и вытащил из кармана джинс сверкающую при ярком солнечном свете пачку «Winston», когда я уселся отдышаться на скамейке, вокруг которой валялись окурки и зелёные осколки.       — Давай, — мне доводилось курить лишь один раз, когда в классе третьем или четвёртом какой-то старшеклассник предложил нам затянуться. Я попробовал. И ничего. Совершенно ничего. Скорее всего, я курил неправильно. Что, если сейчас мои вкусы изменились?       — Держи.       — Спасиб, — я взял сигарету.       — Ну...       Он недоумённо приподнял брови и посмотрел на меня как на ребёнка.       — Чего?       — Возьми в рот. Я зажгу.       Странно звучит, да?       Я зажал фильтр сигареты между губ и нагнулся над зажжённой спичкой, которую Денис поднёс к кончику сигареты.       И снова он посмотрел на меня как на аутиста.       — Раскури её.       — В смысле?       Он выхватил сигарету и несколько раз быстро затянулся, а затем передал её мне. С противоположной стороны она сильнее почернела. Я приложил её к губам, вдохнул и выдохнул.       — Ты чего? Курить не умеешь?       — Нуу... Типа того...       — Смотри. Закрой рот, только потом вдыхай.       И я попробовал. Я сильно закашлялся и ничего не почувствовал: ни кайфа, ни наслаждения, ни ralax; только горло как будто стало мягче, и дым пошёл изо рта...       — Расскажи что-нибудь о себе, а то чё молчим, — предложил Денис.       — Я тут с первого класса учусь... пока четвёрки, пятёрки, трое...       — Девушка есть?       — Ммм?       — Нравится кто-нибудь в этой школе? — он проводил расплывающийся сизый клубок дыма долгим задумчивым взглядом, скрытым под аккуратно разбросанной челкой. Как же он охуенно выглядел!       — Да, но...       — Но?       — Я боюсь ей в этом признаться, — из-за тяжёлого дыма в горле мой голос сделался сдавленным и сухим. — Очково, пиздец просто...       Обычно я редко матерюсь, но вроде бы мат прозвучал круто.       — Чего тут бояться! — он в искреннем изумления развёл руки и посмотрел на приближающуюся девушку, которая как-раз проходила мимо этих подъездов.       — Чёрт, — сорвалось, когда я пригляделся внимательней — это была Кристина. Она шла легко и беззаботно, улыбчивая и красивая настолько, что перед ней дар речи теряешь и не можешь уснуть...       — Слышь, бля, подойди сюда! — приказал Денис.       — Чего? — смущенно улыбнулась Кристина и показала на себя пальцем, как бы спрашивая: «Я?».       — Ты, — повторил Денис.       — Чего? — спросила Кристина и пошла к нему навстречу. Денис выбросил докуренную сигарету и резко выхватил из её рук сумку со сменной обувью (с теми самыми туфлями), и победно ухмыльнулся.       — Сможешь достать?       — Охуел? Отдай! — она обиженно надула губы и бросилась к нему, отнимать сменку.       — Хватит меня лапать! — в конце концов засмеялся Денис и неожиданно сделался серьезным, точно увидел сложный прикол. Кристина тоже посмотрела на него серьезно. И вот они смотрят друг другу в глаза молча, серьезно и... влюблённо?       — Тебе помочь портфель отнести?       — Да нет, — хихикнула Кристина и стала, как провинившаяся ученица, взволнованно скручивать пальцы.       — Пойдем, хоть до дома провожу, — он нежно взял её за руку и подмигнул мне.       — Удачи. И... зря ты с ними связался.       И они ушли. По-прежнему светило солнце, в небе перекликались птицы, радостно шумели дети, а я растерянно стоял с курткой в одной руке и сигаретой в другой. Одинокий, потерянный, будто вся жизнь перед глазами пролетела. Она пролетела. Только что Денис сделал то, о чём я мог только мечтать. Наверное, стоит сказать ему, что девушка, которая мне понравилась — Кристина. И разве он отступит? Да он меня нахуй пошлёт. А если не пошлёт, то разве я смогу повторить его трюк? Я чувствовал, как во мне зарождается зависть, ненависть и злость.       Мне снова хотелось курить...