Ненавистный телохранитель

      Вечер того же дня       18:24       Оливия выключила воду и наступила на мягкий коврик. Легонько потрепав волосы полотенцем, она обернулась в него и посмотрела в запотевшее зеркало. Девушка придумывала хитрый план по избавлению себя от телохранителя, но каждый был либо уже банальным за десять лет, либо очень скучным.       Слейд был в своей комнате, ожидая, когда Оливия соберётся, и они поедут к её подруге Элизабет. Девушка ему не нравилась, но приходилось терпеть и её нелогичные вопросы, и выходки Ливи, иначе он потеряет работу. Слейд твёрдо решил, что справится с поведением Оливии, и она не сможет избавиться от него, пока он того сам не захочет. — Конг!       Услышав крик девушки, Слейд мигом вскочил с кровати и бросился в ванную комнату. — Оливия? Что случилось?       Девушка стояла посередине комнаты. — Конг, мне нужна помощь. — сказала она. — Я слушаю.       Тяжело вздохнув, Оливия поправила полотенце и подняла взгляд на мужчину. — Молодильное яблочко. — Чего? — не понял Слейд. — Красное.       Хемминг сощурился. — Армия красных… — А? — Пизд*ц, ты! — возмутилась Лив.— Женские дни у меня! — Бл*ть. А от меня ты что хочешь? — спросил Слейд. — У меня закончились прокладки. — выдохнула девушка. — По-твоему, я сейчас должен пойти и купить их тебе? — Я не хочу залить два этажа кровью. — Почему сама не сходишь? — Каким образом? Пока дойду, вся… — Понял. — перебил Слейд. — Только побольше! — попросила Оливия. — И потолще! Подлиннее! — Отлично, — пробурчал мужчина, выходя из ванной. — Взрослый мужик идёт за бабскими памперсами.       20:19       Слейд сидел на полу, задумчиво наблюдая за четырьмя девушками в милых пижамах. Они кружились по всей комнате с подушками, различными вкусностями и настольными играми. Пока, наконец, все не сели в круг. — Сначала играем в «правда или желание»! — одна из девушек, Синди, радостно захлопала в ладоши. — Если действие не выполняется или нет ответа на заданный вопрос, стопка виски ждёт. — произнесла Лидия, с хитрой улыбкой на лице потерев ладони о свои бёдра. — Слейд, вы с нами? — спросила мужчину Элизабет. — Нет, спасибо. — ответил он, смотря в синие глаза Ливи.       Девушка редко красилась, яркие глаза и светлые волосы позволяли ей обходиться без косметики. Можно сказать, что Оливия — идеальная девушка. Красива, очень умна, поддерживает стройную фигуру. Но характер у неё, конечно… — Слейд, ну пожалуйста!       Трое девушек стали трясти мужчину за плечи, уговаривая сыграть за компанию. Благодаря их громким возгласам и мольбам, уши заложило, и мужчине пришлось согласиться. — Ну, начнём! Думаю, с мужчины! И потом по часовой стрелке!       Бутылочка закрутилась, горлышко показало на Элизабет. — Что ж, — девушка хитро улыбнулась. — Слейд, правда или желание? — Правда. — Сколько длились твои самые долгие отношения?       Не этот вопрос Слейд ожидал услышать, Оливия закрыла рукой лицо, а другие девочки с волнением смотрели на мужчину. — Год и три месяца. — ответил Слейд. — Шутишь? — оживились девочки. — Почему вы расстались? — спросила Синди. — Так сложились обстоятельства. — Давайте продолжим, — предложила Оливия. — Ты следующая, Лиза.       Бутылка показала на Синди. — Ух! Правда или желание? — Правда! — восторженно ответила Элизабет. — Когда ты последний раз удовлетворяла себя?       Все уставились на Лизу. Девушка оглядела всех, а затем молча выпила содержимое рюмки. — Очередь Лив!       Бутылочка указала на Лизу. — Желание. — сразу сказала Оливия. — Я знала! Поэтому… Спой мою любимую песню! Жасмин Томпсон! — воскликнула Элизабет. — Я не все слова помню. — улыбнулась Оливия. — Неважно. — сказала Синди.       Девочки нашли нужную мелодию и включили её. — У воды, под ивовыми прутьями сидит одинокий старик, думая об иве, — начала петь Лив. — Он и его жена во времена прежней счастливой жизни посадили зёрнышко, которое выросло, пробившись среди тростника. Летом и зимой, снежными декабрями они сидели у воды, жались к тлеющим уголькам, тоскуя по жизни, которая у них когда-то была… Мистер и миссис мечтали о вербе, вырезая свои имена на своей иве. Если бы она заговорила, любовь бы вернулась, любовь, которая звучала глубоко в душе…       03:02       Оливия проснулась несколько минут назад, она всё это время ворочалась, не могла уснуть. Приподнявшись, она посмотрела на своих подруг; те мирно посапывали, крепко спали после выпитого ими алкоголя. Девушка укуталась в одеяло и спустилась вниз на кухню. Там был Слейд. На полу. В одних трусах. Отжимался. Оливия приоткрыла рот и тихонько проскользнула к кухонному столу. Мужчина был вспотевшим, энергии в нём было много, передышка ему явно было не нужна, чему Ливи сильно удивилась. Наконец, Слейд поднялся. Его крепкая, широкая спина моментально очаровала Оливию. Мужчина обернулся, на его лице отражалось удивление. Он подошёл к столу и сел напротив Лив. — Почему ты не спишь? — спросил он, потирая лоб.       Оливия слегка наклонила голову набок и улыбнулась. — Этот вопрос ты должен задать сам себе, — Слейд ничего не ответил. — Бессонница? — Нет. — Тогда в чём дело? — Не привык жаловаться. — Ты вообще спишь? — спрашивала Оливия. — Тебя не должно это волновать. — суровым голосом произнес Слейд.       Лив молчала. Да, ей должно быть все равно. Она всегда была равнодушной к окружающим, не считая Элизабет и отца. Именно его она вспомнила после того, как Слейд произнёс последнюю фразу. Так ответил Джон своей дочери на вопрос: «Почему мама до сих пор не пришла?». Его Оливия задавала отцу каждый день на протяжении трёх лет. Затем, быстро повзрослев, Ливи поняла, что её мама больше никогда не вернётся.       Оливия начала засматриваться на тело своего телохранителя. — Слушай, — сказала она. — Как такой мужчина, как ты, красивый, мускулистый, остался девственником?       Она ехидно улыбнулась. — Господи, Оливия…       Слейд засмеялся, его глаза светились, они были полны уюта и теплоты, Лив улыбалась, она была рада услышать смех Слейда. Но, к сожалению, не собиралась сдаваться. Девушка была настроена решительно и была готова сделать всё ради своей свободы. — Ну, а все-таки… Почему ты расстался со своей девушкой? — Оливия сощурила глаза. — Обстоятельства. — повторил мужчина.       Лив пробежалась глазами по телу телохранителя и остановилась на большом шраме около пупка. Её взгляд поднялся выше, она увидела небольшие круглые затяжки. Также они были на плечах, иные шрамы тянулись до лопаток и поясницы. Слейд наблюдал за взглядом Оливии, блуждающим по его искалеченному телу. — Огнестрельное ранение. — пояснил он. — У тебя много проникающих ран. Как ты… — Выжил?       Лив подняла глаза, чтобы снова взглянуть в медовые глаза. — Только не надо жалости. Это меньшее, что я пережил.       Суббота       13:27 — Бл*ть! Не понимаю!       Оливия уже час ломала стол своей головой. Она сидела на кухне с кружкой чая, готовилась к зачёту по французскому языку. Он давался ей не легко, поэтому Ливи вечно находилась в муках, беря в руки учебник и свои конспекты по этому предмету. Напротив сидел Слейд, что-то изучая, иногда поглядывая на Оливию. — Vous pouvez le faire, Olivia. — Что? — девушка подняла глаза. — Ты справишься, Оливия. — без эмоций ответил Слейд.       Глаза Лив округлились. — Конг знает французский? — Почему ты так удивлена? — мужчина нахмурился. — Ну… Скажем так, ты должен знать высшую математику… Физику… — Лив загибала пальцы. — Историю… — Если человек служит, это ещё не значит, что он должен знать только названные тобой предметы. К тому же, языки не менее важны.       Оливия состроила щенячьи глаза и протянула свои конспекты Слейду. — Я телохранитель, а не репетитор. — сказал он, отодвинув тетради. — Конг, ну пожалуйста! — девушка заныла. — Bien, Olivia. — вздохнул Слейд. — Правда? — Лив соскочила со стула от радости. — Вау. Ты, оказывается, не безнадёжная. — он ухмыльнулся и подошёл к ней.       Следующие пару часов Оливия внимательно слушала Слейда, правда, иногда ужасно глупила, от чего её телохранитель готов был закопать себя в землю. В доме стояли крики, смех и мольбы о пощаде. В конце концов Слейду удалось объяснить непонятную девушке тему. Она превосходно выполнила всю грамматику и аудирование. После тяжёлой работы Лив сложила все тетради с учебниками и грохнулась на диван через его мягкую спинку, из-за чего голова была на сидении, а попа и ноги свисали над полом.       Дверь дома открылась. Джон Палмер приехал с соседнего округа после долгой работы. Увидев свою дочь в такой позе, он ничуть не удивился. — Привет, пап. — пробормотала Оливия, всё ещё не сдвинувшись с места. — Привет. — мужчина снял куртку и прошёл в гостиную. — Сэр. — Слейд пожал Джону руку. — Как прошли эти сутки? — спросил Палмер у Слейда. — Более менее. — ответил тот. — Выглядишь уставшим. Оливия, ты приготовила обед? — обратился Джон к дочери. — И сядь уже нормально. — Je suis fatigue, papa. — сказала Лив. — Чего? — Она сказала, что устала, — пояснил Слейд. — Ваша дочь питается одними овощами и фруктами, между приёмом пищи пьет чай для улучшения метаболизма. — Этим она похожа на свою мать.       Джон и Слейд прошли на кухню. — Оливия знает, где она пропадает десять лет? — поинтересовался Слейд. — Мы говорили об этом, но моя дочь отказывается верить в настоящую причину того, почему я нанимаю телохранителей. Говорит, что я параноик. — Джон улыбнулся и посмотрел на Оливию.       Девушка поднялась и снова плюхнулась на диван, включив телевизор. — Ей двадцать два года, но ведёт себя, как ребёнок. — В нужные моменты она думает по-взрослому, правильно мыслит и поступает, — уверил мужчину Слейд. — Иногда ей просто нужно снова окунуться в детство, которое длилось не так долго, как хотелось бы. — Ты чертовски прав, Слейд. Скажи, как складываются ваши отношения с Оливией? — Буду честен с вами, сэр. Мне не просто с вашей дочерью, хотя прошло всего двое суток. — признался Слейд. — Скоро День Благодарения, — Джон внимательно посмотрел на мужчину. — Я знаю, что твои родители уже несколько лет не живут в Лихтенштейне. Надеюсь, ты захочешь отпраздновать с нашей семьёй. — Не думаю, что… — Я настаиваю. — Хорошо, сэр. — согласился Слейд.       Понедельник       16:00 — Новое задание? — спросил Слейд у Лив.       Девушка, как обычно, сидела за кухонным столом с зелёным ароматным чаем. Как ни странно, всё, что касалось письменной, от части устной работы, Оливия делала здесь. Кухня была чистая, необычайно просторная, что очень нравилось девушке, и она могла спокойно, ни на что не отвлекаясь, работать. — Ага, пишу рецензию на любимую книгу. — ответила Лив. — Рей Брэдбери? — Слейд взял в руки книгу. — Один из моих любимых писателей. Отныне и вовек… — «Где-то играет оркестр…» моя любимая. — Оливия с улыбкой подпёрла голову рукой и принялась дальше что-то писать в своей тетради. — Помню, когда впервые прочитал эту книгу. Хотел бы я оказаться на месте того журналиста в Саммертоне. — Правда? Я — нет. — Почему? — с интересом спросил Слейд. — Главный герой был неким предзнаменованием в городе, таком уютном и сказочном, где нет детей, а взрослые не умирают, даже не стареют… — Он решил узнать причину, помнишь? Взялся за расследование загадочного городка. — И перед ним встал выбор: остаться или уйти, — Оливия тяжело вздохнула. — Я не люблю выбирать, это сложно. Особенно, если брать ситуацию того журналиста. Для него Саммертон — город, напоминающий про его счастливое детство. Он там встретил настоящего друга, любимую женщину. Тихая, размеренная жизнь — это же мечта. Только она призрачная, ощущается как сон. И вроде всё в этом городишке рядом, но и так далеко одновременно. Непростой выбор у главного героя, учитывая ещё то, что Саммертон хотят снести и построить на его месте автомагистраль. — Вижу, тебя сильно затронула эта повесть. — произнёс Слейд. — Где-то играет оркестр. Лето плывёт вперёд. Здесь никому не спится, и больше никто не умрёт… — наизусть рассказала девушка одно из четверостиший. — Слышится стук сердечный, бьёт в барабан луна, рядом проходит Вечность… — продолжил Слейд. — Но поступь её не слышна. — вместе закончили они, смотря друг другу в глаза.       22:11       Слейд стоял под тёплым душем, совершенно не думая о пакостях, которые прокручивала в голове Оливия. Девушка решила снова начать испытывать своего телохранителя, но уже более простыми способами. Пробравшись в котельную, она нашла нужный кран и повернула его в обратную сторону. Через долю секунды послышался громкий рёв Слейда. Оливия отключила холодную воду, и на мужчину полился страшный кипяток.       Утром, во вторник, будильник Лив зазвенел в шесть утра. Он резко оглушил девушку звонкими сиренами. Да так, что она упала с кровати, и потом несколько часов оставалась глухой.       После института Оливия приготовила наивкуснейший обед. Правда переборщила с острым перцем. Слейд, мысленно проклиная Лив, битый час глотал воду, как обезвоженный удав.       Вечером Оливия ожидала всё, но не взять своё полотенце, обмотать его вокруг себя и понять, что оно испачкано в густом кетчупе.       Ночью Слейд встал выпить воды и нашёл девушку на полу в коридоре в крови. На самом деле, в красной гуаши, но это уже другая история       В среду утром мужчина вытащил всю обувь и носки Лив на улицу. Девушке пришлось босиком идти по грязи до ворот дома.       В институте Оливия заперла Слейда в каком-то неизвестном кабинете, который давно никто не использовал. Она вернулась домой одна, за что влетело и ей, и Слейду от Джона Палмера.       Четверг       День Благодарения       11:08 — Отец! — Лив вбежала в гостиную с радостными криками.       Джон в полной тишине сидел в большом кресле, пока на него не набросилась Оливия. — Господи, милая… — девушка чуть его не задушила. — В чём дело? — Я заняла первое место в конкурсе на лучшую рецензию о любимой книге! — закричала Ливи.       Она бегала вокруг кресла, хлопая в ладоши. — Я горжусь тобой, Оливия, но ты бы не могла поспокойней радоваться? Подо мной кресло прыгает. — Джон засмеялся. — Что я пропустил? — Слейд зашёл в зал и удивлённо посмотрел на прыгающую Ливи. — Первое место, Конг! ПЕРВОЕ!!! — завизжала девушка.       Лив подбежала к своему телохранителю и начала со смехом трепать его за щёки. — Ты такая колючка, Конг. Не пора ли побриться? — Мне и так нравится. — мужчина осторожно убрал руки Лив от своего лица. — Выглядишь так, будто у тебя нет денег на бритву. — Уж лучше я обрасту, чем буду оставлять по всей ванне волосы. — ухмыльнулся Слейд. — Да, иной раз мне кажется, будто я захожу в джунгли, а не в ванную комнату. — засмеялся Джон Палмер.       Девушка закатила глаза и, нарочно задев телохранителя плечом, ушла в свою спальню.