Сумасшедший

Все казалось размытым, замедленным. До Дольчон только потом стало доходить, что происходит не просто нечто странное – это было что-то страшное и пугающее, пробирающее до крупных мурашек и дрожи в коленях. Безмолвие между улыбающимся Чонгуком и ней продолжалось, и не спеша, с опаской, Дольчон стала пятиться назад. На ее лице не было ни капельки крови. Белое полотно – вот и всё. Разум, отключившись, отказывался принимать вероятность смерти Мин Юнги, и все же девушка медленно перевела взгляд на лежащего парня и вскрикнула. Прикрыв одной рукой губы, Дольчон остановилась на одном месте и грузно опустилась на коленки, издавая при этом высокий и невольный стон. Этого не могло быть… что сейчас происходит? Когда Дольчон вытянула одну руку вперед, чтобы дотянуться до Юнги, она увидела дрожащую и размытую ладонь, с трудом узнавая в ней свою. Перед глазами поплыло, грудь неприятно сдавило, а в горле застыл и нарастал колющий комок слез и рыданий. Чонгук деланно улыбнулся и приблизился к полуживой девушке, кладя руку ей на волосы. - Милая, ну не плачь, - улыбался он. – Зато теперь есть только ты и я, и никакого соперника на горизонте не виднеется… Дольчон передернуло так, будто пол под ней провалился. Резко вскочив на ноги и отскочив в сторону, девушка даже не обратила внимания на ее резкое соприкосновение с ножкой стола. Ощущение стягивающих пут заставляло дыхание сбиваться, она практически ничего не видела кроме налитых кровью глаз Чонгука. Схватив со стола первое, что попалось под руку, и выставив вперед, девушка пронзительно закричала надрывающимся голосом: - Н-не подходи ко мне! Еще один шаг – и я… - Вонзишь мне отвертку в горло? Ну, давай, - шатен резко выставил ногу вперед, отчего Долли вновь испуганно дернулась назад. Злодей усмехнулся. – Это будет романтичная смерть. Умереть от руки любимой девушки. Ты так не считаешь? - Ты не Чонгук, - заикающимся голосом объявила девушка и обхватила единственное оружие – отвертку – обеими руками, обходя стол с другой стороны. Шатен загородил собой проход в коридор и ухмыльнулся. - Верно. Я не он. Я лучше. Но лучше – не значит добрее. Сейчас все мысли были об одном – сбежать отсюда. Но как сбежать, как бросить этот некогда светлый дом с телом Мин Юнги? Нервно косясь в сторону седовласого паренька, Дольчон судорожно сглатывала комки слез и топталась на месте. Руки уже устали находиться в напряжении, но отпускать их девушка боялась настолько, что казалось, будто вместе с руками упадет ее душа. Шатен довольно рассмеялся и подошел к девушке, приперев ее к стене и с легкостью отшвырнув ненужную отвертку из ослабленных рук. «Ее страх ее же и погубит», - облизнулся тот, не без самодовольства заглядывая в стеклянные глаза. - Ты в ловушке, - прошептал он. - Как ты мог так сделать? – жалко прошептала она, сдерживая слезы. – Что происходит сейчас? - Как бы мне тебе ответить? – Чонгук задумчиво поджал нижнюю губу, возводя взгляд черно-красных глаз к потолку. – Юнги называл меня пару раз сумасшедшим, Тэхен называл и продолжает называть меня монстром или ночным кошмаром. Но я лишь простой человек, которому нужна небольшая, женская и родная ласка… С этими словами он потянулся к бедру Дольчон, которая как истукан стояла у стенки и с приятным испугом глядела на Чонгука. Когда-то он был ее другом. Но… она до конца не могла понять, что сейчас происходит. Пока его руки противно прижимали к себе тело обмякшей девушки, она неотрывно смотрела на манящую дверь, в которую хотелось убежать. Именно эта дверь тихо-тихо открылась, и точно так же тихо в нее вошел спокойный Ким Тэхен. Немного пригнувшись, парень быстрым движением руки подхватил металлическую балку и прошел на цыпочках на кухню, где возле белой стены Чонгук пытался дотронуться губами до лица Дольчон. Тэхен моментально замер на пороге, совладая с эмоциями, после чего замахнулся и швырнул балку. Металлическая деталь с новым противном звуком врезалась в плечо ничего не подозревавшего Гука, который с яростным воплем отскочил от Дольчон и гневно посмотрел на вошедшего «героя». Хватаясь за свою руку, на которой явно появится синяк, шатен внезапно выпрямился и агрессивно зашипел: - Вся компания в сборе, да? Что ж, рад тебя видеть вживую, малыш Тэ-Тэ. При виде мерзкой улыбочки, Тэхена передернуло, словно он что-то вспомнил. Его взгляд на секунду затуманился, плечи опустились… - Тэхен! Уйди отсюда! – закричала Дольчон, привлекая к себе внимание Чона. И только тут Тэхен заметил Юнги, из чьего виска сочилась струйка крови. Воспользовавшись моментом, Чонгук резко перескочил через стол и подбежал к тумбочке, выхватив оттуда настоящий ствол. - Быстро! К стене! – закричал он, показывая рукой на Тэхена. – Я не стану убивать тебя, малыш Тэ-Тэ, ты моя любимая игрушка, забыл? Но вот ее мне не жалко. Ким быстро подошел к Дольчон, пытаясь говорить спокойным голосом. Надо сказать, у него это получалось даже лучше, чем у самого Чонгука. - Давай поговорим, хорошо? Отпусти Долли и Юнги, тебе ведь они не нужны! - Не нужны, но для полных страданий мне не хватает этой девушки, которую ты так сильно обожаешь, - указал дулом на Дольчон шатен, откидывая пряди челки со лба. – А Юнги я просто-напросто пристрелю перед вашими глазами, когда он очнется. Тэхен-а, будь паинькой. Все телефоны в этом доме не работают, ровно как и не ловит сеть Интернета. Поэтому сейчас вы оба медленно делаете так, как я вам скажу.

***

Тэхен и Дольчон оказались прикованы друг к другу неожиданными наручниками, стоя по обеим сторонам массивного шкафа. Сам Чонгук зачем-то ушел из своей комнаты, где стояли заключенные, и Тэхену не хотелось бы думать о Юнги, находящимся внизу. Дольчон было стыдно и страшно поднять глаза на Кима. Это ведь он говорил ей не ходить сюда, он чувствовал всю опасность, но она, как дурочка, летящая на своих чувствах, поперлась в злополучный дом. И теперь расплачивается этим. Ее руки безвольно поникли, но не упали, пристегнутые наручниками к запястьям Тэхена. Дольчон облокотилась лицом о шкаф, чтобы хоть как-то спрятать взгляд, полный слез отчаяния и стыда. Однако Тэхен начал разговор первым. - Пододвинься ближе, - приказал, а не попросил он с глубоким вздохом. Девушка подняла голову, избегая взгляда в глаза, и робко поддалась вперед, еще сильнее впечатывая себя в стенку шкафа. Тэ сделал то же самое, и сцепил вместе их руки. Стиснув ладонь девушки в своей, он коротко бросил: - Не бойся. Наконец, Дольчон посмотрела на него, и едва она подняла глаза, как ее словно прорвало. Не в силах больше сдерживаться, она жалобно заплакала. - Тэхен-а… это я виновата! Ты говорил мне не ехать, ты хотел меня задержать дома, а я как дура сюда приехала… Я должна была поверить тебе, но я реально думала, что это твои сумасшедшие замашки… Я считала тебя параноиком, прости меня! Оказалось, что это был не ты. Ты пытался защитить всех, а мы… а я… - Если ты будешь плакать, я не смогу нас вытащить отсюда! – перебил ее Тэхен, крепче стискивая ладонь и поглаживая ее большим пальцем. – Какой смысл, что я пришел сюда за вами, если ты в меня не веришь? Мы выберемся отсюда, обещаю. - Тэхен… - Дольчон сплела их пальцы вместе. Парень незаметно скользнул взглядом по их рукам и попытался усмирить внезапно взбесившихся птиц в животе. – Мне очень спокойно с тобой. Обещай, что никогда не бросишь меня одну. Он ничего не ответил, отмечая про себя женскую красоту в едва сочащихся лучах раннего солнца. Лично он так и считал себя маленьким трусом, мелкой песчинкой перед Чонгуком, в душе бушевал ураган страха и боли, но показать это перед девушкой – свыше его сил. Он усиленно скрывал свои эмоции, у него даже не было плана действий, но Тэхен знал – надо бежать. Как? Понятия не имеет! Но самое главное – вначале успокоить Дольчон. - Где же Чимин? – шепнул он скорее для себя, но девушка его услышала. - Лишь бы он тоже сюда не приехал, - умоляюще произнесла она. – Тут стало опасно. В эту минуту послышалось то, что заставило обеих «жертв» вздрогнуть. Сирены.

***

Русоволосый парень раздраженно стучал концом ручки по столу, сидя в незнакомых белых стенах. Ему понадобилось три с половиной часа, чтобы добраться до богом забытой лечебницы, чтобы, наконец, разобраться в тайнах, окружавших их в последнее время. В кабинет вошли профессор Цонг, старая и увядшая женщина и незнакомый Чимину доктор. Едва женщина присела напротив Чимина, он тут же узнал ее, несмотря на слой морщин и даже седины на висках. Что сделало с ней время?.. - Чимин, ты уверен, что это так? – спросил профессор, не торопясь садиться. – Если вдруг твои подозрения ложны, то… - Думаю, миссис Чон может нам рассказать это, - произнес другой доктор, закидывая ногу на ногу. – Ах, да, забыл представиться – господин Хан, лечащий врач Ким Тэхена. А вы?.. - Пак Чимин, его лучший друг, - с выдохом произнес Чимин. – Но… я хотел бы попросить вас. Я хочу поговорить миссис Чон наедине. Женщина заметно встрепенулась, когда два доктора стали выходить из палаты. Мать Чонгука заметно нервничала: либо что-то скрывала, либо просто не была в настроении. Чимин подался вперед и, сложив руки в замок, шепнул: - Вы помните меня, миссис Чон? - Наверное… - неуверенно фальшиво пробормотала та, прижимая к себе сумочку. – Я тебе ничего не скажу, малыш. Чимин вздохнул. Кто сказал, что будет легко вывести семью Чона на чистую воду? Но если он этого не сделает, кто может знать, что произойдет… - Послушайте, - взмолился он. – Чонгук – ваш сын – возможно держит моих друзей в плену в вашем старом доме. Вы должны помнить их: Дольчон, Ким Тэхен, Мин Юнги. Я не уверен, так это или нет, но у них отключены телефоны, а во всех других точках города я и мои товарищи их не нашли. Я не знаю, что случилось с вашим сыном, но от этого зависит жизнь моих друзей. Я думаю, он может их убить! Вы понимаете? Женщина вздохнула, доставая платок. - Он рос обычным ребенком, - прошептала она, утирая капельки слез. – Но, видимо, не всем быть нормальными на этой планете…

***

Чонгук взмыл по лестнице на чердак, метая и круша всю мебель на своем пути. Едва он добрался до чердака, как направил пистолет на двух не менее ошарашенных людей и закричал: - Это ваших рук дело?! Отвечайте!!! - Как бы мы могли вызвать их? – спокойно ответил Тэ, в отличие от Дольчон, которая испуганно бегала глазами по комнате. – У нас нет теле… - Закрой рот!!! Шатен распахнул окно настежь и увидел их – три полицейские машины, знакомая русоволосая макушка, два незнакомых человека (явно, не полицейские) и вдруг… мама… мама?.. На дворе было заметное копошение. Эти люди что-то кричали в рупоры, Чимин испуганно смотрел на самое высокое окно в доме, а двое докторов о чем-то серьезно разговаривали. - Учти, - произнес Чон, обращаясь к Тэ, - девушка умрет, едва менты переступят порог этого дома. Ты знаешь, что нужно делать. Не спеша Чонгук ключом освободил серьезного Тэхена от наручников. На лице парня не было испуга, он старался запрятать его в себя, чтобы не показывать эту слабость перед своим страхом. На ватных ногах он подошел к окну, вглядываясь в взволнованное лицо Чимина. - Не водите сюда полицейских! – крикнул он, когда все замолчали. – Он… он убьет Дольчон. Из только что подъехавшей машины внезапно выпрыгнул еще один мужчина, неистово крича и рыдая. Где-то Тэхен его видел, но не мог вспомнить, где. Лысина на голове у мужчины едва блестела, седина на висках обвисла, а морщинистые руки сложились в трубочку у рта. - Отпусти! – кричал он, пуская слезы. – Пусти мою дочь! Дольчон! Дальнейшие действия произошли очень быстро, удар за ударом. Чонгук настолько испугался, что Дольчон увидели (он в этом не сомневался), поэтому сдуру ударил девушку по лицу, отчего та отлетела к стене. Тэхен, видя такой расклад, ударил шатена по затылку металлической балкой, с беспокойством разглядывая скорчившуюся у стены Долли. Хотелось подойти к ней, обнять, утешить, спасти, но надо было довести дело до конца. Нагнувшись к шатену, Тэхен неожиданно схлопотал резкий толчок коленом в живот, Чонгук повалил тело парня на пол и прижал тонкую шею своими локтями. Полицейские явно решили действовать. Им мешал только Пак Чимин, который стоял на пути к крыльцу и раскинул руки. - Если вы войдете туда, он убьет их обоих! – кричал он. – У него пистолет! - С дороги, парень! – рявкнул отец Дольчон, но тут же получил легкий удар в бок от старшего полицейского. - Нам не нужны жертвы, - произнес он. – Вызывайте «скорую», лейтенант Чен! Я думаю, там уже есть пострадавши. Губы Кима онемели, как и кончики пальцев, но все же он еще видел мерзкую и довольную улыбочку Гука, что душил его всеми силами, которые у него остались (а осталось их много). Горячая кровь с затылка капала на щеки Тэ, но он этого не чувствовал: ему казалось, будто весь мир поплыл… Дольчон судорожно попыталась схватить ствол из кармана Чонгука, но тот резко переключился на нее, хватая пистолет первым и намереваясь стукнуть им девушку. Тэхен схватил шатена за локоть, не давая замахнуться на девушку, и крикнул: - Беги! Беги вниз! Бери с собой Юнги! То ли это характер сыграл, то ли что-то затмилось в разуме Дольчон, но она лишь шокировано отползла к дверному проему чердака и замерла, глядя на то, как Чонгук с остервенелой яростью начинает превращать лицо Тэ в сплошное кровавое мессиво. «Чон Чонгук, выходите из дома с поднятыми руками, иначе нам придется войти к вам!», - послышался строгий голос из окна. Чон замер и направил на побитого Тэхена дуло оружия, отступая назад. - Я не сдамся так просто, - произнес он тихо. Неожиданно кто-то выбил пистолет у него из рук ударом ноги. Оружие перекувыркнулось в воздухе и отскочило аж на лестничную площадку, а перед глазами бледного Гука показалась физиономия Юнги. Он корчился от боли в висках, старался выглядеть серьезно, но его лицо исказилось болью. Видно было, что удар по голове пришелся ему не сладко. Дольчон быстро добралась до пистолета и вскочила, подоспев к Мин Юнги. Ее переполняла радость за то, что он жив, но в то же время… Юнги выхватил пистолет у нее из рук и направил на Чонгука. - Если ты дернешься – я выстрелю, - холодно сказал он. Послышались спешные шаги и шум на первом этаже – полицейские решили все-таки помочь «жертвам». Чонгук с заплывшим от крови глазом коряво улыбнулся, поднимая руки вверх и содрогаясь от безумного смеха. - Ты?! Ты не убьешь меня! – кричал он. – Тебе слишком меня жалко, ты, трус! На чердак вбежали трое полицейских с оружиями в руках. - Чон Чонгук, вы арестованы за убийство госпожи Мун и покушение на жизни молодых людей! – отрапортовал майор, наставляя на шатена дуло. – У вас есть право хранить молчание. - Я не сдамся вам! – закричал Чонгук. Одно резкое движение – и он неожиданно схватил одну из тех банок с прозрачной жидкостью, которые стояли на деревянных полках, и опрокинул на свое лицо. Все произошло слишком быстро. Из банки повалил белый пар, тело Чонгука неожиданно забилось в конвульсиях. Тэхен в судорожном и паническом страхе отполз к окну, вжимаясь в стенку и подтягивая к себе колени; Мин Юнги машинально прижал лицо девушки к своей груди и крепко стиснул, мешая ей оборачиваться и смотреть на ужасающие вещи; Мун Дольчон обмякла в руках парня, зажимая руками уши, лишь бы не слышать приглушенных криков Чон Чонгука. Когда его тело рухнуло на пол, полицейские подошли поближе. На них смотрел голый череп когда-то живого Чонгука с пустыми глазницами, но в воздухе все еще витал звериный крик, как несколько секунд назад.