С милым рай

— Дима, я очень скучал, — Крис протянул руку и прикоснулся к экрану, поглаживая Димкино изображение.  — Крис, — выдохнул Димка, прижмуриваясь, как кот, и на самом деле почти ощущая на щеке теплые пальцы, — как долго я тебя не видел…  — Целую неделю, — Крис был возбужден и его акцент усилился, придавая речи необыкновенную чувственность, — Дим, когда мне можно приехать?

***

Как во сне прошел последний экзамен и выпускной. На вечер прощания со школой Димка совсем не хотел идти, но мама настояла, смотрела, нарядная, как ему вручают аттестат, смахивала слезы и гордилась, гордилась своим сыном. Димка даже потом выпил с ребятами дешевого вина, подурачился напоследок, но мыслями был уже далеко от них всех. Наконец настал момент, когда Крис, волнуясь, и путая все языки вместе взятые, сказал Димке, что он взял билет на самолет, завтра вечером будет в Москве, а потом утром и в Абакане. —Ты точно все решил, малыш? Поедем со мной? — Поедем, Крис, точно решил… Мама очень волновалась, ожидая гостя, потратила кучу денег, подзаняв у подруги тети Люды, на разные вкусности, чтобы не ударить в грязь лицом перед иностранцем, дом и двор сияли чистотой, даже отстиранный в крапивном шампуне Тимон благоухал, недоумевая, чего ради весь этот карнавал. Когда высоченный, широкоплечий, невозможно красивый Крис вышел из такси, остановившегося перед домом, Димка задохнулся, потерял дар речи и мог только тихонько шептать. Криса, кажется, это не смущало, он подошел к Димке, завернул его в свои теплые медвежьи объятия, уткнулся носом мальчику в макушку и замер. Димка наслаждался запахом, глубоко вдыхая, и к своему стыду, чувствовал, как по всему телу бегут мурашки возбуждения.  — Идите в дом, мальчики, иначе сейчас все соседи сбегутся, — смущенно улыбалась мама, глядя на этих двоих. Крис с сожалением оторвался от Димки, достал из такси огромный букет цветов, вручил маме, галантно поцеловав руку. Мама, наплевав на европейские церемонии, обняла и расцеловала гостя. Димка был, как в тумане. Если бы не мама, так и стоял бы истуканом. Та по русской традиции сразу усадила гостя за стол, вела какие-то светские беседы, вовлекая в них и Димку. Крис не выпускал из своей большой ладони руку мальчика, все время поглаживая, отчего Димку беспрестанно качало на теплых волнах счастья.  — Я пойду, — наконец сжалилась над влюбленными мама, — посижу у тети Люды, сразу от нее на работу отправлюсь, у меня сегодня ночное дежурство. Димка знал, что мама специально поменялась сменами, днем осталась дома, чтобы встретить гостя, познакомиться, иначе, как она сама сказала, все больные останутся больными, потому что про них она точно думать не будет, будет умирать от любопытства, а ночную смену взяла, чтобы не мешать парням. Димка краснел, как помидор, думая об этом. Мама знает, чем они с Крисом будут заниматься! Как стыдно-то!  — Я очень рад знакомству, — Крис оторвался от Димки, чтобы попрощаться с мамой.  — И я рада! — мама была совершенно искренней. Притворяться она не умела, Димка это точно знал, и был несказанно рад, что его избранник понравился маме, что она приняла и поняла его выбор. Мамочка, спасибо!

***

Целоваться они начали, как только за мамой захлопнулась дверь. Димка делал это впервые в жизни, он никогда не думал, насколько это приятно и возбуждающе. Крис нежно исследовал языком каждый закоулок пересохшего от волнения Димкиного рта, успокаивал короткими поцелуями в губы, периодически захватывая эти самые губы в плен и посасывая. Димка млел от наслаждения, потом перестал стесняться и стал отвечать, как умел, просто бестолково двигая языком и губами. Но Крису это явно нравилось. Он начал постанывать, а его поцелуи стали более настойчивыми.  — Я боюсь, Крис, — выдохнул Димка, когда почувствовал, как умелые пальцы ласкают его до предела возбужденный член.  — Чего ты боишься, малыш? Я точно здоров, я полностью проверился у своего врача, — когда Крис волновался, его акцент был просто ужасающим, — я так люблю тебя, Ди-им…  — Я же никогда… ну… у меня никого… то есть… я… понимаешь… — Димка беспомощно посмотрел на своего викинга.  — Не бойся ничего, — Крис ласково прекратил Димкино бормотание поцелуем, — я не сделаю ничего, что ты сам не захочешь.  — Люблю, тебя, Крис, спасибо, — Димка расслабился, перестав представлять какого размера член у этого громилы и как он сможет войти в его, Димкину, попу… Крис ловко раздел мальчика, тот и глазом не успел моргнуть, как ощутил, что его собственный член находится и блаженствует во рту у этого невозможного викинга, а он сам с наслаждением теребит рукой восставший орган своего партнера. Димка плавился от запредельных ощущений, не испытывал ни капельки стыда, воспринимал все, как должное — чувствовал, как язык Криса прохаживается по всем впадинкам и выпуклостям на члене, как заглядывает в уретру, вызывая бесконтрольный стон, как пальцы любимого легко входят в анальное отверстие, наглаживая, лаская изнутри… Очнулся Димка от своего крика— крика ошеломляющего наслаждения.  — Бэби… май хани… май свити… —Крис тоже излился в руку мальчика и сейчас бессвязно шептал свои ласковые словечки на всех языках, целуя Димку куда-то в область шеи.  — Криии-ии-с…. — Димка не мог больше выговорить ни слова, кроме как шептать любимое имя, — я не думал никогда, что это так…  — Я тебе столько еще всего покажу, — мурлыкал довольный Кристофер, выцеловывая все, до чего мог дотянуться. В эту ночь они все-таки добрались до главного— задыхаясь от наслаждения с примесью легкого дискомфорта, Димка принял в себя немаленький член своего викинга, правда, перед этим, Крис, растягивая Димкино девственное отверстие ласковыми пальцами, довел мальчишку до парочки оргазмов.  — Люблю тебя, май бэби, — нежно гладил Димку по волосам обессиленный Крис, — ты сделал меня счастлив…  — И ты сделал меня счастлив, — Димка обнял своего Криса, — настолько счастлив, что даже страшно… — последние слова мальчик пробурчал Крису куда-то под мышку, надеясь, что тот не услышит. Заснули парни в обнимку, не найдя в себе сил ни помыться, ни разойтись по разным кроватям, любезно подготовленным мамой. Проснувшись утром в крепких собственнических объятиях Криса, Димка почувствовал себя настолько счастливым, а саму ситуацию настолько правильной, что готов был сразиться с целым миром за это свое право. Благо ни с кем сражаться не пришлось. Крис проснулся, повозился немного и придвинулся ближе к Димке, покрывая поцелуями скулы и щеки уже притворявшегося спящим Димки.  — Болит попка? — виновато глядя в глаза мальчику, спросил Крис, поглаживая все потягивающееся спросонья тело Димки.  — Совсем чуть-чуть, — честно признался Димка. — Ты был осторожен, Крис, все в порядке, — Димке как-то хотелось выразить свою благодарность этому свалившемуся на его голову викингу за все, за все…  — Дим, нам нужно улетать завтра, прости меня, не хотел так быстро, хотел, чтобы ты побольше меня узнал, чтобы не боялся, но нам нужно лететь срочно… дела…  — Я не боюсь, Крис.  — Спасибо, любимый… Мама, вернувшаяся со смены, посмотрела на счастливую парочку, покачала головой и сказала:  — Дим, не ходите никуда, будьте дома. Я всем сказала, что приехал твой дальний родственник из Риги, чтобы забрать тебя на учебу к себе, но вы с Крисом сияете, как две новогодние лампочки, соседи не поверят, начнут вопросы задавать.  — Вот плевать мне на соседей! — горячился Димка. — Пойду сегодня, покажу Крису все свои любимые места и попрощаюсь с ними заодно. Пусть думают, что хотят!  — Ладно, сынок, не заводись, — мама не настаивала, — я думала, так будет лучше…

***

 — Дима, почему ты решил уехать со мной, ты же хотел жить в большом городе, получить большие возможности для сделать карьера… Скажи честно, прошу тебя, — спросил Крис, когда они валялись в траве в одном из любимых Димкиных потайных местечек в тайге.  — Крис, глупый ты, — Димка, дотянувшись, снисходительно чмокнул Криса в нос, — с милым рай и в шалаше, это правда…  — Что значит — в шалаше, с милым? Объясни, не понимаю, — начал волноваться Крис.  — Шалаш — это бедный маленький домик из веток, лачуга, хижина, а поговорка эта русская означает, что, если любишь человека — с ним везде хорошо, даже в бедности, даже в нищем маленьком домике.  — Ты правда так думаешь, беби? Правда? Тебе со мной будет хорошо в бедной хижине? Ты меня любишь?  — Ну, конечно, я люблю тебя! Разве ты сомневаешься? Деньги — это очень здорово, но они точно не главное. Мне хорошо с тобой будет в твоем домике в лесу, я теперь это точно знаю.  — О, малыш, о, бэби… — Крис опять начал бормотать свою абракадабру на всех языках, сжимая Димку в крепких объятиях. — Как долго я искал тебя, китти… Потом они любили друг друга снова и снова, Димка подставлялся под таранящий член Криса с таким наслаждением, которого сам от себя не ожидал. Закидывал повыше ноги, раздвигал ягодицы, замирал от наслаждения, когда наполненная тяжелая мошонка любимого звонко шлепала по голой попе. Вот уж не думал, насколько все это возбуждающе…. Потом и не больно совсем было, как-то умело все это проделывал его Крис. Он вообще был таким… Димка с ним столько нового узнал… Узнал, как сладко сжимаются все мышцы, когда его начинает ласкать Крис, узнал, какой у него юркий настойчивый язык, как нежно он умеет ласкать истекающий смазкой Димкин член и его дырочку, узнал, какой вкусный Крис, когда сам неумело вылизывал ему член и мошонку, узнал, как громко они оба могут кричать от оргазма… Да много чего узнал…

***

 — Крис, можно я Тимона с собой возьму? Тимон — не просто кот, он мой друг, мне с ним спокойней будет.  — Если спокойней, малыш, значит, возьмем Тимона. Я согласен на все, если ты будешь хоть чуточку счастливее. Димка облегченно вздохнул, прижавшись к сидящему на крылечке Крису. Может, и правда, зря Димка трусит? Может, его заграничная жизнь будет усеяна сплошь розами? Без шипов, желательно… Димка думал, как разведет в далекой стране огород — а что, свежая зелень и редиска — то, что нужно, как будет поджидать своего Криса с работы— уставшего, голодного, как сделает ему массаж, а потом… м-м-м… дальше лучше не думать, пока мама не уснула… А большой город… Что ж, будет просить своего викинга чаще выбираться в цивилизацию, придумает какую-нибудь причину, что-то подсказывает Димке, что Крис ему не откажет…  — Сынок, что-то здесь не так, посмотри на него, какой он лесоруб! — зловеще округлив глаза, шептала мама, глядя, как неловко обращается с топором Крис, которого она попросила наколоть дров для бани. — Мне страшно за тебя, Дим, столько зла кругом, что-то мне не хочется тебя отпускать неизвестно с кем. Он обманывает нас — колоть дрова он точно не умеет.  — Мам, наверное, у них там в Швеции не топоры вовсе, а навороченные пилы с дистанционным управлением, — Димка любовался своим Крисом, который хоть и неловко управлялся с топором, но красивыми мышцами играл, как на подиуме, — мамочка, нам уезжать через два часа, не пугай меня, пожалуйста, мне и так страшновато.  — Не обращай на меня внимания, сынок, просто сердце щемит, расставаться с тобой не хочет. У меня нет никого, кроме тебя, знаешь ведь.  — Ты обещала к нам приехать, не отказывайся теперь. Будем ждать тебя. Крис меня любит, мам, не переживай.  — Знаю, что любит, — ворчливо сказала мама, обняв Димку, — иначе и не отпустила бы.

***

 — Мальчики, сразу позвоните, прошу вас, — плакала мама, обнимая попеременно то Димку, то Криса. — В Москве осторожнее, люди там— знаете, какие ушлые! Крис! Береги моего мальчика, прошу тебя.  — Мам, все будет с нами хорошо, не беспокойся, — Димка старался держаться, хотя за маму душа— ох, как болела! — Тимону, этому серому поросенку, передай, как я сильно на него обижен! Когда настал момент уезжать, Тимон, как в воду канул, умчавшись по своим важным кошачьим делам, сколько ни кыскал Димка по всей деревне, мелкий засранец так и не показался. Димке из-за этого совсем грустно было, он так надеялся прихватить с собой частичку родного дома. Проводив парней, Димкина мама бестолково сновала по дому, не зная, куда себя деть. Как дом-то сразу опустел! Что она будет здесь одна делать! А как там Димка ее будет в чужой стороне! Ох, неспокойно материнское сердце… Бутерброды забыли! Бедные мальчики голодными останутся теперь. Слышала она, как кормят в тех самолетах —кусок резиновой курицы — и вся еда. А тут бутерброды с копченым салом, купленном по такому случаю у Зубаревых с соседней улицы. Розовым, с дымком… Как жалко, что мальчишки его забыли. Внезапно взгляд остановился на экране включенного телевизора. Фото Криса? Не может быть! Светлана сделала погромче звук. Нет, это невозможно! Нет, не может быть! Сынок, мальчик мой! Димкина мама, как подкошенная, рухнула на стул и схватилась за сердце. Что теперь будет?!