Неведомое ранее

Кагоме очень порадовал этот подарок, полученный от того, от кого она меньше всего ожидала получить. Ей не хотелось его никому показывать, словно это была часть его души, которую тщательно нужно скрывать, но которую он ей доверил. Она бы так и сидела на поляне, если бы не Санго, прилетевшая на Кираре. Спрыгнув с двухвостой кошки, Санго подбежала к Кагоме. — Кагоме-чан, давай вернёмся обратно в деревню? Мы успокоили Инуяшу, так что он тебя не тронет, — Санго взяла подругу за руку и повела к Кираре, ожидающей хозяйку, — Надеюсь, он понял, что перегнул палку. Так они прилетели в деревню, где их ждал Шиппо, в то время как Мироку объяснял Инуяше, почему он не должен лесть в личную жизнь Кагоме, и почему он не имеет право заставлять её держаться подальше от Сещемару, но видимо Инуяша не понимал, или не хотел понимать этого, так как из мирной, поучительной беседы, осталось только название. Мироку орал на Инуяшу, Инуяша в ответ на Мироку, отстаивая свою позицию. Увидев, что Кагоме вернулась, Мироку оторвался от воспитательной беседы с Инуяшей и подошёл к Кагоме. — Инуяше бесполезно что-то объяснять, он ничего не хочет слышать, что отличается от его мнения. Вы сами видели, он не желает понимать то, что происходит, -сказал Мироку, обречённо глядя на Инуяшу, -Кагоме-сама, может вы попробуете с ним поговорить? — Сомневаюсь, что он меня послушает, он слишком упрямый, — вздохнула Кагоме, переведя взгляд на Инуяшу, который всё это время неотрывно смотрел на неё, не скрывая обиды и непонимания, -Инуяша, может поговорим? — Нам не о чем с тобой говорить. Если хочешь поговорить, иди к Сещемару, вы вон как сдружились, что ты даже ищешь встречи с ним, — в голосе Инуяши точно читалась обида, но Кагоме ничего не могла сделать, ведь он был прав. Она действительно ждала момента, когда снова сможет его увидеть, поблагодарить или просто посмотреть на него. Ей было достаточно его увидеть, чтобы быть счастливой, ведь на большее она не могла надеяться, прекрасно понимая, что скоро она лишится и этого. Ей нечего было сказать Инуяше, так как он был прав. — Инуяша, я не могу сказать, что люблю Сещемару, но он мне нравиться. Я понимаю, что если влюблюсь в него, он никогда не ответит на мои чувства, но и ты пойми, что я вольна сама выбирать, с кем мне быть. Ты ведь любишь Кикио, так почему мне нельзя иметь того, ради кого я бы улыбалась. Прошу, отпусти меня, ты ведь делаешь мне больно, стараясь удержать, — говорила Кагоме, едва ли не плача. Но каких усилий ей стоило сдержать слёзы, зная, что она может исчезнуть из этого времени и больше никогда не увидит ни друзей, ни Сещемару, — Я не обижаюсь и не злюсь, когда ты уходишь к Кикио, но прошу, поступи так же, — проговорила Кагоме, но слёзы было сложнее сдерживать с каждой минутой, поэтому она развернулась и побежала к остальным, не желая, чтобы Инуяша видел её слёз. Так наша команда вновь стала искать оставшиеся осколки камня душ. Инуяша всё так же ворчал из-за того, что Кагоме часто сидит со своими книгами, не обращая на него внимания, сколько бы он ни кричал ей. Несколько раз встречались с порождениями Нараку, которые, казалось, становились сильнее, но так и не пересекались с Сещемару, что сильно огорчало Кагоме. Вроде бы, всё встало на свои места, но Кагоме это совершенно не радовало. С каждым днём её всё сильнее тянуло домой, тянуло в её время. Ей было обидно, что когда придёт момент покинуть это время, Сещемару не будет рядом, он ничего не узнает, да и вряд ли его бы это интересовало. В один прекрасный день, странствуя по миру, Инуяша резко остановился и зарычал. В следующее мгновение он свернул с тропы, по которой они шли, и побежал в лес. Не понимая, что мог почувствовать такого Инуяша, все пришли к выводу, что он почувствовал Сещемару. Побежав за Инуяшей, они прибежали к началу боя. Они угадали, и это действительно Сещемару почувствовал Инуяша. Кагоме не могла поверить, что наконец-то смогла увидеть Сещемару. Того, мысли о ком терзали её всё это время. Увидев его, Кагоме не смогла скрыть улыбки, что не смогло укрыться от взгляда как её друзей, так и того, кому предназначалась эта улыбка. Вот тут и закончился бой, так как у Инуяши начался нервный тик, а друзья угорали от своей подруги. Кагоме бы так и смотрела на Сещемару, не переставая улыбаться, показывая всю радость, испытываемую от этой встречи, если бы не Санго. — Кагоме-чан, хватит так пристально следить за Сещемару, — попыталась привести Кагоме в чувство, хотя сама никак не могла перестать смеяться, настолько поразительное было зрелище, а выражение лица Инуяши нельзя было передать никакими словами. К счастью, попытки с третьей, Кагоме всё-таки отвела взгляд, но улыбка так и не сошла с её лица. Хоть больше Инуяше ничего не мешало сражаться с Сещемару, но он решил на этот раз прекратить бой. У него не было совершенно никакого настроения продолжать этот бой, поэтому он вернулся к остальным и уже собрался продолжить путь, как Кагоме рванула с места и побежала к Сещемару. — Сещемару, спасибо, что спас меня тогда, и спасибо за твой подарок, -уже шепотом добавила Кагоме, чтобы её услышал только он, -Надеюсь, мы скоро вновь увидимся, — она понимала, что, возможно, совершает ошибку, но она не могла быть уверена, что будет следующая встреча, поэтому, она решила всё-таки рискнуть. Подойдя к Сещемару, она его обняла. Она была уверена, что он её, если не убьёт в ту же минуту, то оттолкнёт, но он обнял её в ответ, легонько, почти невесомо коснувшись её, — Спасибо, Сещемару, — проговорила Кагоме, перед тем, как вернуться к друзьям, прибывающим в состоянии шока. С того момента, как Сещемару подарил жрице кулон, он всегда знал, что чувствовала она. Он не мог понять, почему с каждым днём жрица становилась всё грустнее, от чего ей было больно. Ему не хотелось, чтобы она страдала, поэтому он старался не пересекаться с ней, как бы сильно ему не хотелось её увидеть. Он хотел помочь ей хоть чем-нибудь, сделать так, чтобы она улыбалась, но он не знал, что ему сделать. Всё это время он считал, что жрица страдала из-за него, не находя других вариантов. Сещемару не знал, кем он является для жрицы, хотя она для него стала по-настоящему важна. Каждый день вдали от неё казался невыносимо длинным, не имеющим конца. Погрузившись в свои мысли, он и не заметил, как к нему прибежал полукровка. Как всегда он начал бой, порядком уже надоевший, но тут прибежали и остальные. Его взгляд невольно направился на жрицу, и лишь сейчас он заметил, что жрица смотрела на него и улыбалась. Улыбалась чистой, искренней улыбкой, предназначенной лишь для него. Хоть внешне по нему нельзя было сказать, но он был рад, что её улыбка была предназначена для него. Собравшись уже уходить, к нему подбежала жрица, остановившись напротив его и поблагодарила за то, что спас и за подарок. Значит, она поняла от кого был подарок и всё равно его приняла. Дальше произошло то, чего Сещемару совершенно не ожидал, жрица обняла его, осторожно, с опаской, но всё же обняла. Хоть внешне он оставался равнодушным, но кто бы знал, сколько ему потребовалось сил, чтобы не улыбнуться ей в ответ, но в одном он не смог сопротивляться, осторожно приобняв её в ответ, наслаждаясь этим моментом, стараясь сохраните то тепло, которое смогло согреть его сердце. Провожая её взглядом, он понял, что избегая встречи с ней, не только он мучился, но и она. Теперь Сещемару точно знает, что каждая встреча одинаково радует обоих, и он теперь будет ожидать этих встреч.