Дневник астральной путешественницы

После школы начался университет. Вообще я изначально не видела смысла поступать куда-то и хотела заняться чем-нибудь более интересным, например, рисовать или пойти на кулинарные курсы. Но родители сказали, что все это ерунда, и этим денег не заработаешь. Они настояли на том, что у меня должно быть высшее образование, и порекомендовали технический вуз. Заодно и мужа там себе найдешь, говорили они. Нет, конечно же, я понимаю, что им хотелось выдать замуж и поскорее избавиться от меня, но их желанию не суждено было исполниться. Да и вообще... какого черта?.. Если они не исполняют мои желания, с какой стати я должна исполнять их? Но в технический вуз я все же поступила, тогда он казался мне интересным. Я прошла огонь и воду ради этого. Сперва – подготовительные курсы и вступительный тест на право бесплатного обучения на них. У меня почти получилось – я набрала 29 из 30 необходимых баллов, но «почти», как известно, не считается. Затем были сами курсы и местные экзамены, результаты которых тоже чуть не дотянули, зато я неплохо подготовилась к экзаменам школьным. По одному из предметов я, обычный середнячок, вообще разделила третье место с одним товарищем в целом по школе. Правда, первое занял сын местного бизнесмена, который всегда учился плохо, еще раз доказав мне несправедливость этой жизни. Но я его мысленно отбросила, считая, что по праву заслужила бронзу. В итоге после долгих мучений я все-таки поступила. Ездить пришлось во Флоренцию, так как в Д. нет ни одного университета. Впрочем, мне это нравилось, наконец, я снова могла побывать в городе, который не видела почти десять лет. Но уровень образования в Д. по сравнению с Флоренцией – это небо и земля. И даже моя воображаемая бронза нисколько не помогала мне. Первые два года в каждый из семестров я оказывалась в зоне риска, являясь одним из кандидатов на отчисление. Кроме того, за каждый фейл, которые не просто случались, а из которых, по сути, состояла вся моя студенческая жизнь, меня жестоко ругали. Это делала мама, а отец пил, месяцами не появляясь дома. Довольно быстро я разочаровалась в университете. Многие предметы были для меня непонятны, и я сразу поняла, что это не мое. И мужа, как хотели родители, я там не нашла – те ребята, которые меня окружали, были какими-то замученными, безвольными – жертвы тотального матриархата, который так распространен в нашей стране. Запуганные своими матерями и бабушками, они не решались сделать ни шага в сторону, боясь быть расстрелянными. Этим пользовались преподаватели, откровенно издевательски относясь к нам. Атмосфера в университете напоминала Д., от которого я так надеялась хоть на время отвлечься. Впрочем, отвлекаться мне иногда все же удавалось. В дороге. Она была долгой и проходила преимущественно через поля, засеянные всякими растениями. Почему-то мне всегда казалось, что там растет конопля – только этим я могла объяснить такое количество упоротых людей вокруг меня. Взять, например, дядю Густаво. Сколько помню, он с детства относился ко мне как-то чересчур снисходительно, будто я совсем умственно отсталая, даже когда мне было уже 15. Называл он меня при встрече не иначе как «чудовище» или другими подобными эпитетами. Это бесило. А однажды в детстве он решил меня постричь, и я не сразу осознала все возможные последствия, в результате мне было стыдно возвращаться в школу. И еще я вряд ли забуду когда-нибудь его поведение во время одного нашего визита к тете Эмилии. Тогда он напился и, будучи на речке, полез в воду, а потом барахтался возле самого берега, крича: «Тону! Помогите! Спасите!», но это еще полбеды; на обратном пути, когда мы шли по дикой местности вдоль реки, он устал и прилег на землю, говоря, что умирает, и чтобы мы оставили его тут. Я сразу поняла, что он притворяется – умирающим дядя не выглядел, скорее пьяным имбецилом, окончательно пропившим свой мозг. Но беспокойства он тогда доставил нам порядочно. Особенно когда нашел засохший кусок земли и, дабы показать свою силу и мощь, решил разбить его об голову. Кусок земли оказался покрытым засохшей глиной камнем и выдержал натиск дяди, больше того – отправил его в нокдаун. Впрочем, после всех его выкрутасов это уже почти никому не было интересно. Итак, дорога от Д. шла на запад, потом поворот на северо-запад, на юго-запад, и, наконец, на юго-восток, уже в городе. Еще минут двадцать, и вот я в университете. Душные комнаты, странные люди и несколько корпусов, где нужно было успеть перебежать из одного в другой за короткий перерыв между занятиями. Единственное, что мне тут нравилось – столовая. Не зря итальянская кухня ценится во всем мире, вот с этим я абсолютно согласна. До сих пор вспоминаю макароны с жареными сосисками и томатным соусом, ммм… а наша местная университетская пицца вообще была культом, ребята даже создали сообщество, посвященное ей. И вот, несколько часов суеты, духоты и непонятной беготни и к вечеру – домой, в Д. На обратном пути я так уставала, что обычно спала. Дома ждало все то же самое – недовольная мама, пьяный или отсутствующий папа, долбящий и жужжащий сосед и Пат, играющий в комп и иногда со мной. А я... я постепенно стала впадать в детство: брала его роботов, звездолеты и машины и снимала с ними забавные, порой просто упоротые видео, а иногда и его самого, играющего в комп и злящегося проигрышам. Снимала я на мамин телефон, так как мой был старым, и на нем не было камеры. Потом показывала Пату. Он иногда злился на меня, иногда угорал, иногда смотрел, как на сумасшедшую, но игрушки свои давал охотно. А вот мама, узнав однажды, чем я занимаюсь, назвала меня идиоткой и, прежде чем я успела перенести мои работы на комп, все удалила со словами: «Чем бы путным занялась. Двадцать лет, а мозгов нет». Вот так они загубили еще один мой интерес, может быть, проклевывающийся талант кинооператора. На втором курсе произошло перераспределение по специальностям, и я оказалась в другой группе, более слабой. Но даже там я на первых порах, да и потом, периодически в течение всего срока обучения, была в аутсайдерах. В середине курса я познакомилась с двумя девушками, Паолой и Алексией, которые показали мне город, и я, наконец, увидела Флоренцию во все красе, город, который не знала. Мы много гуляли, ходили в кино, в парки и прочие интересные места. Я жила вечерним городом, и мне было радостно. А еще через полтора года, родители вернулись сюда из Д. В то время я уже часто ночевала не у них, а у дяди Алонсо, что позволяло мне не тратить так много времени на дорогу в университет. Но потом дядя устроил ремонт, и мне пришлось вернуться к родителям. Впрочем, до университета я теперь все равно могла добраться пешком, что меня радовало. В самом университете тоже стало веселее – во-первых, после занятий, а иногда и вместо них, мы шли гулять. На скучных парах мы спали или я пробовала себя в качестве художницы, писательницы и поэтессы, работая, в основном в пародийном жанре. Сейчас, вспоминая те свои произведения искусства, я понимаю, что это был полный бред, но, во всяком случае, одногруппники не пресекали это, как делали в свое время родители. Паола рисовала шаржи на преподавателей, что очень веселило меня, и не только меня. И только Алексия иногда пыталась нас образумить, взывая к нашей совести, но у нее редко это получалось – скорее она сама поддавалась нашему настроению. К концу обучения я снова скатилась до уровня аутсайдера и даже попала в группу риска – один из преподавателей никак не хотел ставить нам с Паолой экзамен, причем по тому предмету, который мы не пропускали, откровенно издеваясь над нами. В результате после многих бессонных ночей, проведенных возле его дверей, я сдала экзамен с четвертого раза, а Паола – с шестого. Но даже в этом нам обеим было далеко до нашей однокурсницы Алессандры, которая пересдавала один из предметов двенадцать раз! Правда этот нервный период не прошел для меня бесследно, и в итоге я сильно заболела. Родители помогли встать на ноги, но перед этим чуть не оторвали голову за то, что едва не вылетела почти на самом финише. Правда делали они это постепенно и как раз в период моих метаний, отчего я, собственно, и заболела. В период дипломного проекта я большую часть времени спала, занималась спортом, чтобы укрепить здоровье, но при этом не забывала регулярно работать над дипломом. В результате защитилась на отлично. Хотя это во многом благодаря руководителю, с которым – редкий случай – сразу установились хорошие отношения. Алексии тоже повезло со своим руководителем, а вот Паоле – не очень, но и она в итоге смогла успешно защититься.