Плохие поступки

             «Роджер» мерно покачивался на рейде. Оставлять корабль на ночь в порту Крюк не рискнул. Слишком велика была вероятность, проснувшись, обнаружить на борту очередных непрошенных пассажиров. Ему была известна репутация Белоснежки, и капитан понимал, что если они с Принцем выпытают у дочери подробности её приключений, то не преминут нанести ему «дружеский» визит. А незваными гостями он на сегодня был сыт по горло. Хотелось отдохнуть.       Переодевшись, Киллиан погасил лампу и забрался под одеяло. Да уж, выдался денёк! Мало того, что полдня потратил на безуспешные поиски Крокодила, так ещё и Спасительнице от него что-то понадобилось.       В окно каюты струился серебристый свет. Киллиан заложил руки за голову, рассеяно наблюдая за танцем пылинок в лунном луче.       Пока Свон была без сознания, он осмотрел свои пожитки и убедился, что ничего не пропало. Возможно, он вовремя вернулся, и она просто не успела осуществить то, зачем пришла.       «А любопытно всё-таки, зачем она приходила? Что искала? Моего общества?»       «Ну да, мечтай!»       Крюк закрыл глаза, заново прокручивая в голове всё произошедшее. Память скрупулёзно воссоздавала самые яркие моменты: аромат её волос, дрожь прижатого к нему упругого тела, украденный им поцелуй. Что ни говори, а его чем дальше, тем сильнее влечёт к этой женщине. Интересно, а что чувствует она? Порой ему казалось, что Свон в глубине души тоже испытывает к нему влечение. Во всяком случае, сегодня она явно была взволнована, хотя ей полагалось бы дрожать от страха.       Услышав тихий шорох, Киллиан открыл глаза и внезапно обнаружил, что в каюте он не один.

***

      Она сидит на краю стола, свесив ноги и наклонившись, словно заметила на полу нечто, заслуживающее внимания.       — Хочешь знать, зачем я пришла? — она оборачивается и сердце пирата пропускает удар, когда он понимает, что она полностью обнажена.       — Это сон, — шепчет Киллиан, не сводя с неё глаз.       — Уверен?       Женщина соскальзывает со стола и выпрямляется во весь рост.       Её фигура кажется сотканной из лунного света. Платиновые сполохи играют на волосах, а в зелёных глазах плещется желание. Заведя руки за голову, она медленно поворачивается, давая Киллиану возможность рассмотреть себя как следует. Обернувшись к нему, соблазнительница опускает руки, скользя ладонями по точёному телу.       — Тебе нравится? — она склоняет голову к плечу, глядя ему в глаза.       — Да, — хрипло выдыхает он, чувствуя, как тесно стало в штанах.       Эмма улыбается и делает шаг в его сторону.       Сердце Киллиана бешено колотится. Дышать трудно, словно воздух каюты внезапно стал вязким. Он видит, как она выходит за пределы лунного луча и медленно приближается к нему. Подойдя, она опирается коленом о койку, глядя на него сверху вниз.       — Хочешь меня? — она закусывает губу и неспешно стягивает с него одеяло.       Киллиан тяжело сглатывает. Разве можно её не хотеть? И пусть на самом деле её здесь нет, пусть это сон, — плевать! Он своего не упустит.       — Молчишь? — рука Эммы поглаживает его бедро. — Мне уйти?       Вместо ответа он хватает её за запястье и опрокидывает на себя, крепко сжимая в объятиях.       — На этот раз не уйдёшь! — шепчет пират и жадно приникает к улыбающимся губам.       Он чувствует, как она целует его в ответ. Её поцелуй глубокий, страстный, а руки блуждают по его телу.       «Когда она успела меня раздеть?» — мелькает мысль, и тут же исчезает, когда Эмма слегка прикусывает кожу на его шее. Её руки ласкают грудь и живот, опускаясь всё ниже. Слегка приподнявшись, она подносит ладонь ко рту и проводит по ней языком, глядя ему в глаза. Не отводя взгляда, Эмма легонько сжимает влажными пальцами стоящий колом член, и Киллиану кажется, что по его телу проходит электрический разряд. Откинув голову, он зажмуривается и сдавленно стонет, когда её пальцы уступают место горячему рту.       Какое-то время он просто наслаждается ощущениями. Нежные губы ласкают напряженную плоть, язык дразнит чувствительную головку, и Киллиан тяжело дышит. Приподнявшись, он кладёт руку на затылок Эммы, подаваясь бёдрами ей навстречу.       «Сколько же мужчин у тебя было?» — проносится у него в голове, и эта мысль воспламеняет его, как огонь — пушечный фитиль.       Сжав золотистые волосы в кулаке, он заставляет её остановиться и садится на постели, притягивая её к себе. Но красавица, похоже, не собирается уступать главенство мужчине. Сжав коленями его бёдра, она жадно целует его и вдруг обеими руками толкает в грудь, опрокидывая на спину.       — Лежи смирно! — шепчет Эмма, облизывая губы.       Откинувшись на подушку, Киллиан смотрит, как она приподнимается, и тянет руку, чтобы прикоснуться к ней. Перехватив его ладонь, она кладёт её себе на грудь и слегка сжимает пальцы. Торжествующе улыбнувшись, Эмма плавно опускается, вбирая его в себя, и Киллиан хрипло стонет, чувствуя, как влажно и горячо у неё внутри.       Качнув бёдрами, Свон упирается руками в его плечи и начинает неторопливо двигаться. Киллиан кусает губы. Кажется, что она издевается над ним, постоянно меняя глубину и ритм. И эта её улыбка…       Словно прочитав его мысли, Эмма склоняется к его лицу, и он в который раз поражается тому, насколько реален этот сон. Он чувствует её каждой клеткой: её запах, касания золотистых волос, её дыхание на своих губах.       — Я получила то, за чем пришла, — шепчет наваждение, и Киллиан распаляется ещё сильнее.       Придерживая её за талию искалеченной рукой, он садится, крепко прижимая Эмму к себе, и резко двигает бёдрами, заставляя её вскрикнуть.       — Вот как? — его ладонь скользит по гладкой коже спины. — А ты уверена, что потянешь?       Вместо ответа, она целует его.

***

      Киллиан проснулся от собственного крика. Сон растаял, оставив в памяти череду громоздящихся друг на друга обрывков звуков и образов. Последнее, что он запомнил: Эмма сдавленно вскрикивает в его объятиях и внезапно исчезает, словно свет ушедшей за тучу луны.       Бормоча себе под нос ругательства, он выбрался из постели, чувствуя, что сердце стучит в висках, а пижаму придётся менять.       «Проклятье, ты что, сопливый юнец?»       Раздевшись, Киллиан взял со стола бутылку и хорошенько к ней приложился. Может, хотя бы ром поможет ему нормально уснуть? Мало того, что эта женщина не даёт ему покоя наяву, так даже во снах от неё нет спасения.       Вернувшись в кровать, Крюк поворочался, устраиваясь поудобнее. Он чувствовал себя абсолютно разбитым. К чёрту такие сны! Всё, что от них остаётся, — это пустота в душе, хаос в голове да влажная постель.