Плохие поступки

      Тишину палаты нарушало только мерное гудение медицинских приборов. Тихонько приблизившись, Эмма оглядела спящего мужчину и нахмурилась. Пожалуй, после аварии он и то выглядел лучше. Интересно, что случилось с ним на этот раз? Выглядит так, словно его с лестницы спустили. Эмма заподозрила бы в этом Дэвида, если бы Крюк не попал в больницу почти сразу после её признания. И, кстати, кто его привёз? И почему телефон Руби не отвечает?       Эмма смотрела на пирата, вновь испытывая острый приступ дежавю. Тогда, после аварии, дожидаясь, когда Киллиан придёт в себя, она так же разглядывала его, поражаясь, насколько обманчива бывает внешность. Он выглядел так мирно, когда спал, а проснувшись, снова стал самим собой — нахальным развязным ублюдком.       «Подумаешь, рёбра сломаны! Зато всё остальное цело!» — он двусмысленно улыбнулся ей, словно приглашая проверить это утверждение.       Да уж, его интонации способны самую безобидную фразу превратить в двусмысленность. Хотя, в попытках вывести её из равновесия, намёками он, как правило, не ограничивается.       «Могу я получить обратно мой крюк? Или ты предпочитаешь другие насадки?» — вновь прозвучал в её голове хриплый голос.       Эмма закусила губу, чтобы не рассмеяться, и изо всех сил постаралась унять разгулявшееся воображение. Нет, лучше этого не представлять! Не удержавшись, Свон фыркнула и вдруг уловила приближающиеся по коридору шаги. Выйдя из палаты, она торопливо направилась к себе, стараясь не замечать удивлённого взгляда разминувшейся с ней медсестры.

***

      Ещё в коридоре услышав знакомую мелодию, Эмма опрометью бросилась в палату. Надрывался сотовый, оставленный ею на прикроватной тумбочке. С облегчением увидев на дисплее имя, она приняла вызов.       — Руби! Слава Богу, я уже начала волноваться! Что стряслось?       — Мой телефон сел и Бабушка… короче, долго объяснять! Послушай, Дэвид успел добраться до Крюка, разукрасил его как рождественскую ёлку, поломал пару рёбер…       — Три… — машинально поправила Эмма, пытаясь вообразить, что именно разъярённый отец может сотворить с обидчиком дочери. Зависит от того, какие ужасы он себе навоображал.       — Так ты уже в курсе!       — Вроде того. Это ты его привезла?       — Ну да… хотела рассказать тебе сразу, но телефон сел, а потом Бабуля взяла меня в оборот. Только сейчас смогла тебя набрать. Ты говорила с родителями? Как всё прошло?       — Всё прошло… странно… Хотя теперь я понимаю, почему. Послушай, я перезвоню позже, ладно?       — Ну, ладно, — Руби запнулась, — держи меня в курсе, хорошо? Как ни крути, я тоже увязла во всём этом по уши.       Положив трубку, Эмма в задумчивости повертела телефон в руках. Похоже, придётся серьёзно поговорить с родителями. В конце концов, на этот раз Крюк в самом деле пострадал из-за неё.       Свон раздражённо вздохнула. Дело тут в обыкновенной справедливости.       «Разумеется! И никак не в том, что он тебе нравится!» — ввернул ехидный голос, который Эмме всё чаще хотелось заставить заткнуться.

* * *

      — Ничего не хотите мне рассказать? — Эмма пристально посмотрела на родителей, заметно стушевавшихся под её взглядом.       Прошло почти два часа с тех пор, как она позвонила Снежке с просьбой приехать. Родители явно не торопились.       Эмма удивлялась сама себе. Она втайне забавлялась, глядя на Чармингов, которые сейчас напоминали провинившихся подростков.       — Пока вас не было, привезли нового пациента. Крепко избитого и без руки, — она едва подавила улыбку, увидев выражение лица Дэвида.       — Эмма, пойми! — Мэри-Маргарет взяла дочь за руку. — Мы не знали, что с тобой приключилось, и просто пытались это выяснить. И когда мы напали на след пирата…       — Я просто… — Дэвид взъерошил свои светлые волосы, — немного… вышел из себя.       — Да уж, немного… примерно на три сломанных ребра.       Снежка ахнула и прикрыла рот ладонью.       — Я представил, что он мог с тобой сделать и…       — Да ничего он со мной не сделал! — Эмма перевела дыхание. — Может, стоило бы… извиниться?       Мэри-Маргарет обернулась к мужу. Эмме показалось, что вид у неё на секунду стал торжествующим. Дэвид насупился.       — Слишком много чести!       — Милый, мы ведь это уже обсуждали! — Белоснежка взяла Принца за руку. — Так будет правильно!       — Ладно, — нехотя выдавил он. — Но это только потому, что вы обе об этом просите! Где этот… — Нолан запнулся. — Где пират?       — Эээ… Вообще-то он, скорее всего, спит. — Свон отнюдь не была в этом уверена, но её внезапно посетила мысль, что сперва стоило бы поговорить с Джонсом без свидетелей. — Может лучше перенести визит на завтра? Вряд ли Крюк сейчас в состоянии принимать извинения.       — Как скажешь! — Дэвид с видимым облегчением ухватился за внезапную отсрочку.       — Тогда мы, пожалуй, пойдём. Отдыхай, родная! — Снежка обняла дочь. — Доктор сказал, что если всё будет в порядке, то завтра он отпустит тебя домой. Отоспись хорошенько и ни о чём не беспокойся.       Улыбнувшись ей на прощание, Чарминги вышли, оставив Эмму в глубокой задумчивости.       По всему выходило, что пропажу Джонс так и не обнаружил. Тогда то, что он попал в больницу, ей, в каком-то смысле, на руку. Хотя всё зависит от того, как надолго он сюда загремел. Толку от прикованного к постели помощника маловато.       «Прикованного к постели?»       В памяти всплыли кадры с пристёгнутым наручниками к койке пиратом.       «Опять? Любимая игра, я полагаю?»       Эмма тряхнула головой: не отвлекаться! Возможно, Крюк всё же знает, зачем она приходила, и просто не стал говорить об этом Чармингам. Тогда ситуация осложняется. Эмма села на постели. В любом случае, нужно поговорить с пиратом.

* * *

      Остановившись перед дверью в палату, Свон внезапно различила голоса.       — Выдохните и задержите дыхание, — раздался девичий голосок из-за двери.       Эмма заколебалась. Может, стоит зайти позже? Она уже повернулась, чтобы уйти, когда…       — Мистер Джонс, прекратите! — с напускной строгостью произнёс тот же голосок, показавшийся Эмме смутно знакомым.       Помедлив, она тихонько приоткрыла дверь и заглянула в палату. Полуобнажённый Крюк сидел на постели, а рыжеволосая медсестричка, та самая, что болтала с подругой в холле, как раз заканчивала накладывать ему круговую повязку. При этом Джонс с улыбкой заглядывал ей в лицо, а его ладонь легонько поглаживала обтянутую чулком ножку девушки.       «Слишком короткий халат. Разве он должен быть таким коротким?»       Закрепив повязку, рыжая оттолкнула руку мужчины, словно невзначай скользнув его пальцами по своему бедру.       — Можете вдохнуть, — пробормотала она, поднимая на него глаза и заливаясь краской.       Не отводя взгляда, пират втянул носом воздух, напомнив Эмме хищника, учуявшего добычу.       «Уходи! Сейчас же, пока тебя не заметили!»       — Свон?       Поздно! Эмма вздрогнула и шагнула в комнату. Прятаться не имело смысла. Рыжая покраснела ещё сильнее и, покосившись на неё, поспешно поднялась.       — Не вздумайте снова трогать повязку! — она кокетливо погрозила мужчине пальцем. — Я зайду проведать вас позже.       «Позже?»       — Буду ждать с нетерпением! — Крюк послал девушке ослепительную улыбку.       Покосившись на Эмму, медсестра вышла из палаты. Джонс развалился на подушке, выжидательно уставившись на блондинку.       — Чем обязан, принцесса? — он самодовольно ухмыльнулся. — Гляжу, тебя ко мне так и тянет!       — Мечтай! — буркнула Свон. — Я… — она собралась с мыслями, — я просто пришла извиниться за своих. Дэвид здорово перегнул палку…       — В этой лечебнице не так уж плохо! Может я даже подзадержусь тут. Приятно иногда просто поваляться, почувствовать, что о тебе заботятся. Когда ещё выпадет такой шанс!       — Вряд ли тебе понравится здешняя кормёжка. — усмехнулась Эмма. — От неё и местных-то воротит.       — Ха! Во время мёртвого штиля мне случалось неделями питаться одной рыбой, так что не волнуйся за меня, красотка, не помру. Зато тут есть другие лакомые кусочки! — пират облизнулся и подмигнул блондинке. — Эта Дженни такая милашка! И так внимательна ко мне. Так что можешь передать отцу — я не в обиде.       Джонс осторожно пошевелился, устраиваясь поудобнее.       — И кстати, раз уж речь зашла об извинениях… — он провёл указательным пальцем по губам, — я готов их принять.       — Бром прими! — огрызнулась Эмма. — Многовато у тебя энергии для раненого.       Насладившись недоумением пирата, она развернулась и направилась к двери.       — Помни, ты должна мне, Свон! — раздался голос у неё за спиной.

***

      В полутёмной каморке в лавке старьёвщика тихо шелестело колесо прялки. Привычное занятие всегда помогало Румпельштильцхену размышлять. Длинные узловатые пальцы тянули золотую нить, а в голове Тёмного вертелся сегодняшний разговор с Принцем.       Так, значит, Спасительница умудрилась попасться. Это не входило в планы Голда, но если её вылазка увенчалась успехом, то это всего лишь вопрос небольшой отсрочки. Когда она выйдет из больницы, то придёт к нему за своим дурацким заклинанием, и он, наконец, получит недостающий ингредиент. Если же нет… Тогда просто придётся убедить её попытаться ещё раз.       Внезапно, колесо остановилось. Что-то шевельнулось за спиной Голда. Тёмный маг поднял голову.       — Ну здравствуй, дорогуша!

***

      Свон медленно бредёт по тускло освещённому коридору. Кажется, во всей больнице нет ни души. Гулкую тишину нарушают только негромкие женские стоны где-то вдалеке. Ноги несут её туда, откуда раздаются звуки, с каждым её шагом становясь всё отчётливее. Настолько, что их происхождение уже не вызывает никаких сомнений, и всё же Эмма, как загипнотизированная, толкает знакомую дверь. Тихо щёлкнув, та внезапно распахивается, словно крышка табакерки, и Свон замирает на пороге.

***

      Щёлкнула дверная ручка. Тёмная фигура проникла в палату и скользнула к изголовью кровати, на которой разметалась во сне спасительница. Тусклый свет, пробивающийся из коридора сквозь полупрозрачные перегородки, освещал хмурое лицо Свон.       Интересно, что ей снится? Мужчина протянул руку и коснулся белокурых прядей, рассыпанных по подушке. Судя по лицу — что-то малоприятное.

***

      Рыжая неспешно покачивается, оседлав бёдра мужчины. Словно зачарованная, Эмма смотрит, как его пальцы мнут грудь девушки, слышит скрип койки и хриплое дыхание пирата.       Согнув колени, Джонс приподнимается на постели, впиваясь поцелуем в губы партнёрши. И вдруг оборачивается, одаривая Эмму насмешливой улыбкой.       — О, здравствуй, Свон! Входи!       Больше всего Спасительнице сейчас хочется развернуться и уйти, но взгляд серо-голубых глаз словно пригвоздил её к полу.       — Знаешь, тут отлично умеют ухаживать за больными! — он поглаживает по бедру скачущую на нём девушку.       Злость отрезвляет Эмму. Резко развернувшись, она хлопает дверью и почти бегом бросается в свою палату.

***

      Киллиан наблюдал, как Эмма мечется во сне, размышляя, не разбудить ли её. Но тогда придётся объяснять своё присутствие здесь. А это будет непросто. Не скажешь ведь, что всего лишь хотел взглянуть на неё. Киллиан невесело усмехнулся. Она поверит во что угодно, кроме правды.

***

      — Куда же ты, Свон? Ты так и не сказала, зачем приходила!       Они были там. На её кровати!       Рыжая раскачивается и стонет, никак не реагируя на происходящее вокруг неё. И Эмму внезапно охватывает ярость. В несколько быстрых шагов преодолев расстояние до кровати, она хватает девушку за волосы, стаскивая её с пирата. Вышвырнув вопящую девицу за дверь, Эмма оборачивается к Джонсу и видит на его лице всё ту же самодовольную ухмылку.       — И что дальше? — изогнув бровь интересуется он, развалившись на постели.       — Пошел вон отсюда! — вопит она, дёргая его за руку.       Пират перехватывает её руку, рывком опрокидывая блондинку на себя.       — Нет! — она лупит кулаком по его повязке, но мужчина не обращает на это ни малейшего внимания.       — Ты должна мне, Свон! — шепчет он, прежде чем впиться в её губы.

***

      Сон Эммы становился всё беспокойнее. Нужно уходить! Пират попятился к двери, не сводя с блондинки глаз.       — Нет! — простонала она, и Киллиан замер. На долю секунды ему показалось, что она не спит и сейчас попросит его остаться, но миг спустя он понял, что ошибся. Спасительницу по-прежнему мучил кошмар.       — Ненавижу! — всхлипнула Эмма.       Джонс аккуратно повернул ручку двери и шагнул в коридор.       — Какая же ты сволочь, Крюк! — долетел до него тихий шепот.       Сердце пирата пропустило удар. Так значит её кошмар — это он.

***

      Эмма больше не предпринимает попыток вырваться. Словно в оцепенении, она чувствует, как пират торопливо раздевает её, ощущает кожей прикосновения прохладного металла.       — Ненавижу! — всхлипывает она.       Джонс хватает её за подбородок и заглядывает в глаза.       — Врёшь! — улыбается он, касаясь её губ.       Эмма пытается отвернуться, но он держит крепко.       — Отпусти меня, подонок! Тебе ведь всё равно, кого трахать! — По щекам блондинки катятся злые слёзы.       — Так всё дело в этом? — Крюк тихо смеётся, крепко прижимая её к себе. — Не волнуйся, принцесса, для меня ты всегда на первом месте.       Мысли Свон путаются. Ненависть и желание рвут её душу на части. И с каждой секундой, с каждым его прикосновением, ненависть слабеет.       — Какая же ты сволочь, Крюк! — шепчет она, закрывая глаза.

***

      Алый шёлк с тихим шелестом скользнул по стоптанному полу.       — Этот облик идёт тебе, дорогой! Хотя и делает тебя несколько… заурядным.       — Если помнишь, это моё человеческое обличье!       — Ты не так часто показывал мне его! — рука в кружевной перчатке потрепала мужчину по щеке. — В любом случае, Тёмный маг всегда привлекал меня куда сильнее!       Криво улыбнувшись, Голд стиснул тонкое запястье, отводя руку женщины от своего лица.       — Зачем ты здесь? — он пристально поглядел на неё. — Не скажу, что твой визит удивил меня, но хотелось бы выяснить его цель.       — Думаешь, я преследую какую-то цель? Разве нельзя просто проведать давнего друга? Ты неплохо устроился здесь, — она отступила на шаг, обводя взглядом тесную каморку и усмехнулась. — В городке, я имею в виду. Реджина создавала его для себя, но ты и тут навёл свои порядки. Кстати, как поживает моя девочка?

***

      Крюк беспокойно ворочался в постели. Его обуревали противоречивые чувства. Сон не шел. Вылазка в палату Эммы выбила пирата из колеи.       С одной стороны, то, что он ей снится, означает, что принцесса думает о нём, с другой… сон этот явно не был приятным. Что же ей снилось?       «Ненавижу!.. Ты сволочь, Крюк!»       Чем он это заслужил? Каким она видит его?       Не нужно быть провидцем, чтобы ответить на этот вопрос. Беспринципным мерзавцем она его видит, пиратом без чести и совести. Джонс стиснул зубы, удивляясь тому, какой неприятный осадок оставляют в душе подобные размышления.       Может, в самом деле стоит отступить? Как говорится, насильно мил не будешь.       И ему вдруг остро захотелось доказать Свон, что она ошибается. Этой взбалмошной блондинке удалось пробудить в нём чувства, которые сам Крюк считал давно для себя потерянными. И внезапно он понял, что подпустил спасительницу к себе слишком близко.       Со дня смерти Милы ни одна женщина не увлекала пирата всерьёз. Портовых девок и мимолётные «сухопутные романы» он в расчёт не брал. Никто не способен был заполнить пустоту в его сердце. До сих пор.       Киллиан нахмурился. Последняя мысль была неожиданной и почти кощунственной. Думать, что кто-то может заменить Милу, — значит оскорблять её память.       «Мила давно мертва!»       Он вздрогнул. Впервые эта мысль не резанула сердце нестерпимой болью. На смену прежней скорби пришла глухая тоска. Тоска о родной душе, которой больше нет рядом и которую никак не вернуть.       «Тебя больше нет… Но я есть… и есть Она. Прости, любовь моя!»

***

      — Не вмешиваться? И под этим ты подразумеваешь…       — Не нарушать моих планов. Я не могу явиться к Реджине с пустыми руками! — Кора усмехнулась. — И думаю, что сердца её врагов станут неплохим подарком, как считаешь? Тебе лишь нужно уйти в сторону. Не помогай героям! В конце-концов, тебе от этого прямая выгода.       — Не тебе считать мои выгоды! — Румпель смерил её надменным взглядом. — Впрочем, уменьшение поголовья героев мне действительно на руку. Но мне интересно, какое место в твоём плане занимает Эмма Свон.       — Спасительница? О, ей отведена особая роль! — улыбка Королевы стала ядовитой. — За последнее время она, как никто, успела насолить Реджине, да и мне, если уж быть откровенной. И ей предстоит за это поплатиться.       — Не раньше, чем она сыграет свою роль в моём плане! — Голд помолчал, давая Коре осознать услышанное. — Видишь ли, у меня тоже есть виды на мисс Свон.