Плохие поступки

      Утром Эмма чувствовала себя абсолютно разбитой. Очередной кошмар с Джонсом в главной роли всерьёз испортил ей настроение.       Она отчётливо помнила эмоции, охватившие её во сне. Жгучая смесь ярости, возбуждения и… ревности? Ей снова вспомнился пират, ублажающий эту рыжую «вешалку», и Эмма непроизвольно стиснула кулаки. Вот только этого ей не хватало для полного счастья! Будто мало того, что ей никак не удаётся выбросить из головы скабрезные сценки с его участием.       — Вы хорошо себя чувствуете? — проводивший осмотр Вейл заметил состояние пациентки.       — А? Да, отлично! Что скажете, доктор? Могу я, наконец, уйти отсюда?       — Не имею ничего против. — Виктор поднялся со стула. — По-видимому, удар прошел без последствий, хотя за руль я бы на вашем месте ещё пару дней не садился.       Оставшись одна, Эмма позвонила Мэри-Маргарет. Узнав, что родители уже едут, Эмма неспешно переоделась и в задумчивости присела на край кровати. Её тянуло навестить пирата, но гордость с негодованием отвергала эту идею.       «Гляжу, тебя ко мне так и тянет!»       Чёрта с два! Она не побежит, как идиотка, к этому самовлюблённому кретину. К тому же, всё равно придётся идти к нему с Чармингами…       В кармане зазвонил телефон.       — Да? Вы уже на парковке? Спускаюсь!       Эмма сунула сотовый в карман и вышла из палаты.

***

      В палате было неуютно. Привыкший к простору Киллиан задыхался в четырёх стенах, а потому вот уже полчаса неспешно бродил по коридорам, разминая ноги и стараясь не слишком тревожить больные рёбра.       Ночные размышления привели Джонса к простому и ясному выводу: ему нужна Свон. Он желал эту женщину не только физически. Он хотел, чтобы она увидела в нём того, кем он был когда-то, — человека чести. Того, с кем бы ей захотелось быть рядом.       Что, если предложить ей помощь? Поверит ли Эмма, что он всей душой на её стороне? Или снова предаст его в последний момент, чтобы «обезопасить себя»?       У дверей собственной палаты, он едва не столкнулся с медсестрой.       — Мистер Джонс!       — Дженни! — Киллиан широко улыбнулся. Эта рыженькая милашка ему очень нравилась. Пожалуй, не будь все его мысли заняты Свон, за ней стоило бы приударить. Тем более, что она явно на это напрашивалась.       — Я была в кафетерии и подумала… — она запнулась и протянула ему бумажный пакетик. — Это пончик с кремом. — девушка смущённо улыбнулась. — Надеюсь, вы любите…       — Благодарю вас, миледи! — пират взял её левую руку и, чуть склонившись, легко коснулся губами тонких пальчиков. — Обожаю сладкое. И моё имя — Киллиан.       Дженни слегка покраснела и вдруг застыла, глядя ему за плечо. Обернувшись, Джонс встретился глазами с появившейся из-за угла Эммой.

***

      Эмма как раз завернула за угол. В паре метров от неё какой-то темноволосый тип в больничном халате целовал ручку всё той же рыжей медсестре.       «И что они все в ней находят?»       — Благодарю вас, миледи! — произнёс знакомый голос. — Обожаю сладкое. И моё имя — Киллиан.       На секунду Свон сбилась с шага, и в этот момент мужчина вдруг повернулся.       — Свон? Уже покидаешь эту обитель страждущих? — не выпуская руки девушки, пират улыбнулся Эмме. — Зашла попрощаться?       — Отвяжись, Крюк! — буркнула она, торопливо минуя парочку.       Эмма всеми силами старалась не ускорять шаг, затылком чувствуя устремлённые ей вслед взгляды.

***

      Дженни высвободила руку и обернулась вслед Эмме.       — Знакомая?       — Да, пересекались. — Пират проводил блондинку взглядом.       — Она была у тебя, когда ты спал. Я видела, как она выходила из палаты. — В голосе девушки отчётливо прозвучали ревнивые нотки.       Киллиан удивлённо взглянул на неё, и в тот же миг Дженни пожалела о сказанном.       — В самом деле? — по лицу мужчины скользнула торжествующая улыбка.       Рыжая помрачнела. Всучив пирату бумажный пакет, она отступила на шаг.       — Мне нужно идти. Всего хорошего, Киллиан!       Джонс смотрел ей вслед, пока тонкая фигурка не скрылась за поворотом, а потом распотрошил пакетик и с любопытством заглянул внутрь.

***

      Свон вылетела в холл, едва не столкнувшись с родителями.       — Эмма! Что-то случилось?       — Что? Нет, просто… — она перевела дыхание и взяла себя в руки. — Просто я хочу поскорее отсюда убраться.       — Но мы собирались… — Снежка удивлённо посмотрела на дочь. — Ты ведь сама настаивала…       — Разумеется! — ответила Эмма чуть резче, чем следовало бы. — Давайте поскорее покончим с этим, ладно?       Развернувшись, она зашагала обратно по коридору. Недоумённо переглянувшись, Чарминги последовали за ней.

***

      Крюк валялся на постели поверх одеяла и дожевывал пончик. Увидев делегацию, он от неожиданности едва не поперхнулся последним куском.       — Ого! Венценосное семейство в полном составе. Чем обязан?       — Мы здесь из-за того, что произошло вчера, — тихо сказала Белоснежка. Она выглядела подавленной.       — Пойми, мы очень испугались за Эмму, — продолжила она, тщательно подбирая слова. — Сделали неверные выводы и… — она умолкла и незаметно подтолкнула Дэвида в спину.       — В общем, приношу свои извинения, — пробормотал Нолан, не глядя на пирата. — Я тогда… погорячился.       Киллиан издевательски ухмыльнулся.       — Должен признать, сегодня ты куда учтивее, приятель!       — Я тебе не приятель, — набычился Дэвид. — И ещё раз напомню, приблизишься к Эмме — пеняй на себя.       — Ничего не могу обещать, она сама постоянно ко мне приближается. Может, вам её под замок посадить?       — А может, ещё пару рёбер тебе сломать? — огрызнулся Нолан.        «Вот ведь самовлюблённая скотина!»       Эмма стиснула зубы.       «Спокойно! Не реагируй на него»       — Дэвид, не кипятись! А ты, — она повернулась к Джонсу, — прекрати его подначивать! В конце концов, он перед тобой извинился!       — О, теперь я чувствую себя намного лучше!       — Крюк, нам, правда, жаль! — Белоснежка сжала локоть мужа и виновато взглянула на пирата.       — Что ж, извинения приняты. — Джонс выжидательно уставился на Чармингов. — Это всё?       — Это и так больше, чем ты заслуживаешь! — буркнул Принц и осёкся, получив ощутимый тычок под рёбра.       — Прекрасно. — Джонс осторожно переместился в сидячее положение. — В таком случае, Свон, могу я задать тебе один вопрос? Наедине. — Увидев выражение лица Нолана, он усмехнулся. — О, ничего непристойного, уверяю!       Снежка пристально посмотрела на Эмму. Та едва заметно кивнула.       — Ждём тебя на парковке. — Мэри-Маргарет потянула мужа за локоть. — Всего хорошего, Крюк.

***

       Когда за родителями закрылась дверь, Эмма обернулась к пирату.       — И что за вопрос?       Он спустил ноги с кровати и встал во весь рост, поморщившись от боли в рёбрах.       — Что это за балаган? — его голос прозвучал так резко, что Эмма вздрогнула от неожиданности.       — То есть?       Джонс шагнул к ней. Эмма отшатнулась, но он перехватил её руку.       — Зачем всё это, Свон? К чему эти извинения? Чтобы в очередной раз показать, какие вы, герои, все из себя благородные?       — Так было… справедливо. — Эмма отвела взгляд и попыталась высвободить руку, но он только крепче сжал пальцы. — Обещаю, если ты сейчас же не отпустишь меня, тебе станет очень больно!       — Я рискну! — процедил он. — Значит, по-твоему, справедливость — это «прости, мы увлеклись, с кем не бывает»? Думаю, твой отец не считает себя виноватым. Более того, готов спорить, он пришел сюда только потому, что Белоснежка его заставила. А она сделала это лишь для того, чтобы очистить свою совесть.       — А если и так?       — А если так, то грош цена таким извинениям! И мне на них плевать. Так что это было, Свон? Урок смирения для Прекрасного Принца?       — Именно! — огрызнулась Эмма. — Поскольку умение признавать свои ошибки и отличает героев от… — она запнулась.       — Ну, договаривай! — пират прищурился. — Отличает героев от негодяев, вроде меня?       — Ты сам это сказал! — выпалила Свон. Накопившееся за последние двое суток раздражение прорвалось наружу.       Джонс оторопел. Эмма почувствовала, что он слегка ослабил хватку и высвободила руку.       — Я ответила на твой вопрос? Тогда мне пора, у меня встреча с одним парнем, — она сделала многозначительную паузу и улыбнулась, — и я не хочу заставлять его ждать!       Что-то мелькнуло в глазах пирата. Эмма заметила, что его улыбка поблекла, и почувствовала себя отомщённой.       Когда она закрывала дверь, он по-прежнему стоял на том же месте, не сводя с неё взгляда.       В этот раз поле боя осталось за ней.

***

      Парк встретил Эмму холодным ветром и шелестом безлистых ветвей. В этот промозглый осенний день скамейки на аллее пустовали. Все, кроме одной.       — Мама! — Генри вскочил на ноги и бросился ей навстречу. — Я соскучился! Как ты?       — Я в порядке, малыш! — Эмма крепко обняла сына и поцеловала в макушку. — Ты как?       — Тоже в порядке. — Он шмыгнул носом. — Только немного замёрз.       — Тогда, как насчёт большой чашки горячего какао?       — Здорово! С фирменным пирогом Бабушки! — мальчишка подхватил со скамейки рюкзак и вскинул его на плечо. — И ты расскажешь, что с тобой случилось.       — Видишь ли… — Эмма замялась. — Это не так-то просто объяснить.       — Почему? Мы же напарники!       Фигура в роскошном платье неожиданно возникла на их пути. Немолодая холёная женщина с высокой причёской и надменным выражением лица заступила им путь. Казалось, ледяной ветер, треплющий переливчатый шелк, нисколько её не беспокоил.       — Кора?!       — Мисс Свон!       Алая Королева пренебрежительно изогнула губы, и Эмма почувствовала, как её тело наливается свинцовой тяжестью. Рядом безмолвным изваянием застыл Генри.       — Семейная прогулка, как мило! — язвительно произнесла Королева. — Только вот, у вас нет прав на этого ребёнка! Насколько мне известно, вы отказались от него при рождении. И другая женщина стала ему матерью.       Кора подошла к застывшему Генри и положила руку ему на плечо:       — Я всего лишь восстанавливаю, как говорят в вашем мире, «статус кво». Считайте это торжеством справедливости! — произнесла она и исчезла вместе с мальчиком.       Обретя способность двигаться, Эмма бросилась к тому месту, где секунду назад стоял её сын.       — Нет! Генри! — Яростный вопль спасительницы вспугнул стайку воробьёв. — Верни моего сына, ты, старая сука! Верни его, слышишь?!       Накричавшись и обретя, наконец, способность мыслить более-менее здраво, Эмма схватилась за телефон.       — Кора похитила Генри! — выпалила она, едва на другом конце сняли трубку.       — Как? — выдохнула Мэри-Маргарет. — Когда?       — Только что! Прямо из парка! Обездвижила меня и… — Свон запнулась. — Даже не знаю, как Реджине сказать…       — Что будем делать? Мы не знаем, где её искать.       Эмма стиснула трубку, другой рукой нащупывая в кармане куртки металлическую бляху.       — Думаю, я смогу это выяснить! Ждите моего звонка.