Плохие поступки

      В каюте бушевал небольшой шторм:       — Стерва! — Джонс рывком поднял с пола рубашку.       Эта дрянь снова его использовала, на этот раз как мужчину. Получила своё и втихаря отчалила.       «Теперь, небось, станет делать вид, будто ничего не было!»       «Не выйдет!»       Хуже всего было то, что в постели она оказалась на диво хороша. Вчера он никак не мог насытиться ею, прекрасно понимая, что другого раза может не быть. И сейчас, вдруг, на миг пожалел о произошедшем. Легче не знать, чего лишаешься. Вот только лишаться чего бы то ни было в планы пирата не входило.       Набросив плащ, Джонс поднялся на палубу. Деваться ей некуда. Он даже знал, откуда начнёт поиски. Он отыщет Спасительницу и потолкует с ней начистоту. А потом взыщет с неё должок за сегодняшнее утро.

* * *

      К огромному разочарованию Эммы, в кафетерии сегодня царила Бабуля Лукас.       — Доброе утро. Кофе, пожалуйста. — Присев на стул, она запустила руку в карман. — С собой.       Кивнув Свон, миссис Лукас повернулась к кофеварке.       — А где Руби? — будто невзначай поинтересовалась Эмма, пересчитывая мелочь.       — Дежурит в гостинице. — Бабушка протянула ей картонный стаканчик.       «А вот и решение всех проблем!»       Не удержавшись, Свон пригубила обжигающий кофе и блаженно вздохнула.       — Что-нибудь ещё? — старушка бросила пристальный взгляд на Спасительницу и едва заметно усмехнулась. — Сэндвич, например?       — Нет, спасибо!       «Сперва к Руби! Тем более, что всё так удачно складывается».       Когда за Эммой захлопнулась дверь, Бабушка хмыкнула и вновь принялась протирать стойку.       Прихлёбывая кофе, Свон вышла из кафе и свернула за угол, обходя здание. Из переулка на противоположной стороне улицы выскользнула тёмная фигура и последовала за ней.

***

      — Привет, Красная!       Девушка прекратила полировать ногти и вскинула голову:       — Эмма! — воскликнула она с облегчением. — Как ты?       Свон облокотилась о стойку:       — В норме. Послушай, Руби…       — А я как раз собиралась тебе звонить…       Внезапно Лукас потянула носом воздух и осеклась. Её губы искривила усмешка, похожая на ту, которую Эмма только что видела в кафе:       — Насколько я понимаю, тебя можно поздравить?       — С чем?       — Ты пахнешь мужчиной. — Руби принюхалась, ухмылка стала шире. — И я даже знаю, каким конкретно.       Эмма криво улыбнулась:       — Ну да, чутьё у тебя — что надо.       — Не нужно быть оборотнем, чтобы это почувствовать. — Фыркнула Шапка — От тебя просто несёт сексом!       Свон слегка покраснела:       — Кстати, об этом. Хочу снять номер на пару часов. Нужно привести себя в порядок, прежде чем являться домой.       — Тогда выбирай. — Руби широким жестом окинула увешанную ключами доску. — Сама понимаешь, свободных номеров полно. Тебе какой?       — Желательно с ванной.       — Значит, седьмой. — Лукас протянула ключ. — Наш «люкс». Хотя, от прочих разве что ванной и отличается. — Она ухмыльнулась. — Отмокай, подруга.       — Сколько с меня?       — Да иди ты! — отмахнулась Шапка. — Главное, убери за собой, не то Бабуля с меня голову снимет.       — Спасибо! — Эмма повернулась к лестнице.       — А в качестве платы жду от тебя подробного отчёта о прошедшей ночи.       — Может, всё-таки наличными? — хмыкнула Свон, поднимаясь по ступенькам. — А то долго рассказывать.       — Даже так? — протянула Руби ей вслед, — То-то ты ходишь как-то странно! Ну нет, теперь точно не отвертишься! — и услышала тихий смешок.       Проводив Спасительницу взглядом, Шапка посмотрела на одинокий пустующий крючок:       — Спрашивается, какого хрена я вообще тут торчу? — проворчала она про себя. — Откуда взяться постояльцам, когда вокруг города грёбаная магическая стена?       — Доброе утро, красотка. — раздался негромкий голос от входной двери.

***

      В ванной шумела вода, а Эмма в одном белье стояла у зеркала. Хороша, ничего не скажешь! На правой груди небольшая царапина — в том месте, где остриё крюка натёрло кожу, на бёдрах пара свежих синяков, засос на левом плече. И лифчику конец.       «Придётся неделю ходить в водолазке».       «Но оно того стоило!»       Она хмыкнула. Приходилось признать, что это правда. Эмма поймала себя на том, что все мысли о Джонсе так или иначе сводятся к сексу, и с кривой усмешкой оглядела своё отражение.       «Ты мазохистка? Этот псих тебя практически изнасиловал, притом не раз, а ты только и мечтаешь, чтобы он сделал это снова».       И снова правда. Такого с ней не случалось никогда, и Свон чувствовала, что прошедшая ночь забудется очень нескоро. Если забудется вообще. И дело тут не в синяках на теле, — они-то сойдут, в отличие от того следа, что неистовый пират оставил в её душе. И Спасительница вдруг с содроганием поняла, что угодила в ловушку, влюбившись в него окончательно.       — Киллиан… — прошептала она, прислушиваясь к звучанию его имени.       Оставалось только придумать, что делать со всем этим дальше. Далеко в будущее Свон не заглядывала, но одно знала точно — отказаться от Киллиана добровольно она уже не сможет. Пока нет. А там…       И ещё вопрос, как сообщить об этом родителям.       «Мама, папа, это мой парень… Да вы его знаете, он пират, зато трахается потрясающе!»       Эмма поёжилась, представив себе реакцию Дэвида и Снежки. Да уж… разговор выйдет непростой, но рано или поздно они вынуждены будут смириться.       В дверь кто-то настойчиво постучал.       — Руби, не сейчас.       Стук повторился. Заглянув в ванную, Эмма сдёрнула с сушилки полотенце и, обмотавшись, распахнула дверь.       — Ну, чего… Ты?       Джонс решительно перешагнул порог:       — Что, Свон, решила отчалить по-тихому? — процедил он.       Свон непонимающе посмотрела на него:       — Ты о чём? Я ведь оставила записку.       — Какую ещё записку? — пират явно не понимал, что она имеет в виду.       — Обыкновенную. На бумаге! — Эмма продемонстрировала ему испачканные пальцы. — И как вы только пишете этой хреновиной?       Взяв её за руку, он недоверчиво осмотрел чернильные пятна.       — Ты в самом деле написала записку? — совсем другим тоном спросил он. — И что в ней было?       — Ничего особенного. — Она подняла на него глаза. — Просто не хотела, чтобы ты решил, будто я сбежала. Назначила встречу в восемь в доках. Я оставила лист на столе, как ты мог его не увидеть?       Джонс растерянно молчал. Никакой записки он не заметил, возможно, просто потому, что не искал. Но, если Свон говорит правду, это меняет многое. К тому же он, наконец, разглядел отметины на её коже и притянул женщину к себе.       — Кажется, вчера я вёл себя агрессивно.       — Кажется, мне даже понравилось. — Улыбнулась Эмма.       — Знаю, детка, — произнёс пират с ноткой самодовольства и обнял её за талию.— Нужно было быть слепым и глухим, чтобы этого не заметить.       Эмме вдруг захотелось сбить с него спесь:       — Правда, в конце я, кажется, заснула. — Невинно ввернула она, отлично понимая, какой удар должна нанести эта фраза по мужскому самолюбию. — Извини.       Но самомнение пирата оказалось непробиваемым:       — За что? Я вчера, и правда, не знал удержу. Неудивительно, что ты обессилела. — Он усмехнулся. — Кроме того, обладать тобой бесчувственной было очень даже пикантно. — Приподняв подбородок Эммы, он склонился к её губам. — Моя Спящая Красавица!       — Вот как, Спящая Красавица? — Свон откровенно забавлялась. — Ты думал о ней? Или тебя просто заводят беспомощные женщины? — она строго посмотрела на ухмыляющегося Джонса, изо всех сил стараясь не улыбнуться в ответ.       «Ты специально его провоцируешь?»       — Меня заводишь ты. — Он вновь привлёк блондинку к себе, но она отклонилась, уперев ладони в грудь пирата.       — В сознании или без? — Эмма всё-таки ухмыльнулась.       — Как угодно! — прошептал он, поглаживая её спину. — Ты заводишь меня в любом виде.       Руки Спасительницы ослабли. Воспользовавшись этим, Киллиан крепче прижал её к себе и лукаво заглянул в глаза:       — Даже когда строишь из себя недотрогу. — Крюком он потянул полотенце с её груди. — Ты забываешь, что теперь я знаю, какая ты на самом деле.       — И какая же? — поинтересовалась Эмма, выскальзывая из его объятий и демонстративно поправляя полотенце.       Поглядев ей в глаза, Джонс криво усмехнулся и повёл плечами:       — Саднит немилосердно! — Пожаловался он, снимая плащ. Выпростав рубашку из-за пояса, Киллиан задрал её и повернулся к блондинке спиной. — Не посмотришь?       «И кто ещё кого провоцирует?»       Эмма знала, что именно он собирается ей продемонстрировать. Красные полосы на плечах пирата она заметила ещё утром. Но сейчас впервые увидела его спину целиком. И невольно ахнула.       «Это я его так?!»       — Судя по всему, там не осталось живого места. — Не оборачиваясь, хмыкнул Джонс.       Свон заворожённо рассматривала красноватый узор царапин. А ведь она могла бы рассказать, в какой позе находилась, ставя на нём ту или иную «метку». Приблизившись, она осторожно коснулась его лопаток, где отметин было больше всего. Пират вздрогнул, и Эмма увидела, как напряглись мышцы на его спине. Стянув с него рубашку, она поцеловала исцарапанную кожу и глубоко вдохнула его запах. И почувствовала, как желание разгорается с новой силой.       «Запах секса… Вот, что имела в виду Руби!»       Её язык двинулся вдоль припухшей полоски, наполняя рот солоноватым привкусом. Неудивительно, что царапины воспалились. Скользнув губами по шее мужчины, она снова вдохнула его запах и прошептала:       — Я собиралась принять ванну. Ты со мной?       — Ты ещё спрашиваешь? — усмехнулся он, оборачиваясь.       Полотенце полетело на пол.

***

      — Отпусти меня… Киллиан, пусти!.. Вода остывает.       Джонс всё-таки разжал руки, и Свон со стоном наслаждения опустилась в ванну. Вытянувшись, она блаженно вздохнула и подняла глаза на мужчину.        «Кхм… Отличный ракурс».       Усмехнувшись, Эмма поджала ноги:       — Забирайся! Тут хватит места для двоих.       Киллиан осторожно устроился напротив и зашипел, когда горячая вода коснулась расцарапанной спины.       — Сними манжет.       — Зачем? — он удивлённо взглянул на неё.       — Намокнет же.       — Милая, я моряк! Как думаешь, сколько раз он уже намокал?       — Почему нет?       «А то ты не понимаешь!»       — Это зрелище не для дамских глаз. — После небольшой паузы произнёс Джонс.       — Ерунда…       — Нет! — Тон, которым это было сказано, ясно давал понять, что настаивать бессмысленно.

***

      — Иди сюда!       — Нет!       Всплеск. Изящная ступня упёрлась ему в грудь и мягко оттолкнула обратно.       — Я сказала, нет! Потерпи. Я с утра об этом мечтаю и хочу расслабиться!       Пират покорно откинулся на бортик:       — Ну и ладно. В конце концов, в последнее время мне нечасто выпадает возможность понежиться в горячей воде. В Нетландии дело с этим обстояло проще. Горячие источники — единственная стоящая вещь на этом… чёртовом острове…, а если ты всерьёз… намерена насладиться купанием, то… немедленно убери оттуда ногу!       Фыркнув, Эмма задрала ногу на край ванны.       — А вообще, в вашем мире тоже есть свои плюсы. — Продолжал Джонс, рассеянно поглаживая её по лодыжке. — Переговорные трубки, текила…       — Текила?       — Угу, Дженни вчера показала, что тут у вас пьют.       Свон слегка помрачнела. Отметив это, Киллиан сразу вспомнил слова рыжей.       «Она ревнует тебя…»       Забавно. Пирата так и подмывало проверить. Эмме явно не нравилось, когда он упоминал Дженни.       — А ещё эта штука, из которой вода идёт, вроде дождя. — Он поднял взгляд на смеситель. — В лечебнице такая была.       — Душ?       — Как скажешь. Только я не сразу с ней разобрался, спасибо, Дженни подсказала, что да как.       — А что ещё показала тебе Дженни? — в голосе Свон отчётливо прозвучало раздражение.       Киллиан удовлетворённо усмехнулся:       — Не волнуйся, милая. Только это. — Он снова поглядел на душ. — Но горячий дождь, и в самом деле, отличная штука.       — Ага. — Эмма широко улыбнулась и резко повернула кран.       — Ах так! — отфыркавшись, пират утёр лицо ладонью и тряхнул мокрыми волосами. — Ну держись!