Розовая пыль

— Ты всегда умела удивлять, Реджина, — улыбался Дэвид, прогуливаясь по алее с Миллс под руку. — Ты насчет Эммы? Ну да, несколько неожиданно, может, даже и для меня, — улыбалась в ответ женщина. - Дэвид, поверь, я ничего не успела осознать. Твоя дочь — самое лучшее, что могло произойти со мной. — Ты же не будешь мне говорить о любви с первого взгляда? — лукаво спросил Нолан. — И это меня спрашивает тот, кто верит в Истинную любовь? Ты пошел против всего мира ради того, чтобы быть с тем, кого выбрало твое сердце. — Ну, ты родилась Королевой и могла иметь кого угодно. А выбрала агента ФБР, и не бросила после того, что с ней произошло. — Дэвид, мне абсолютно все равно, как это выглядит со стороны, кто и что об этом думает. Я люблю Эмму всем сердцем, всей душой, мне ничего не надо, кроме нее и Генри. Она мой Спаситель, с ней я обрела свой счастливый конец. О чем еще могут мечтать такие, как мы??? Только о том, чтобы иметь в жизни что-то настоящее. А настоящее ни за какие деньги не купишь. — Реджина, я безмерно благодарен тебе за все, что ты даешь Эмме. Я рад, что моя девочка рядом с таким человеком, как ты. Для нас с Мэри-Маргарет большая честь - стать членами вашей семьи. Ты же понимаешь, что Эмма единственный наш ребенок, и все, что есть у нас, принадлежит ей. — Я понимаю, и, поверь, все, что есть у меня, тоже принадлежит Эмме, — улыбалась Миллс, — я перевела все свои активы на нее через несколько недель после знакомства. — Ты продолжаешь удивлять меня, — кивал в ответ Нолан. — Кто сейчас управляет «MILLSINVEST»? — Сидни Гласс. — Он неплохо справляется, я смотрел котировки неделю назад. — Прекрасно справляется, надо было давно передать ему управление, но ты и сам прекрасно знаешь, как это бывает — впряжешься, и невозможно остановиться. — Не хочешь подумать о слиянии? Я передам «N.O.M.A.R» под твой контроль, — предложил Дэвид. — О нет, Дэвид, это, конечно, весьма приятное предложение, но, пойми правильно, ты уже дал мне все, о чем я даже и не мечтала. Эмма — это все, чего я хочу. Моих денег нам всем хватит на много поколений вперед. Ты создал «N.O.M.A.R» практически из ничего. Ты — настоящий гений, герой, и ты — прекрасный человек, что гораздо важнее всего остального. Ты стоишь любых денег — этому меня научила твоя дочь.

***

— Мистер Голд, Директор, могу я попросить Вас съездить со мной… Я бы хотела навестить… Джонса. — Эмма умоляюще смотрела на начальника. — Нам надо предупредить Реджину. Учитывая состояние Эммы, Миллс крайне неохотно согласилась с такой идеей, однако решила не препятствовать. — Мне поехать с тобой? — аккуратно спросила она. — Нет, не надо, мы с Директором ненадолго, — успокоила Эмма жену.

***

— Расскажите нам все, Директор, от начала и до конца, пусть Киллиан и Руби тоже услышат. — Свон сидела между двумя могилами, глотая слезы. — Ты точно готова к этому? — Я давно готова, тем более после рассказа Дэвида половину мозаики я уже сложила. — Несколько лет назад АНБ при разгроме одной из лабораторий по производству амфетамина арестовало сумасшедшего гения-ученого Джекилла Хайда. Тот давно находился в розыске, но вместо того чтобы отправить его в исправительное учреждение для таких же «гениев», они закрыли его в одной из своих лабораторий перспективных исследований, где и занялись разработкой нового стимулятора для солдат, в рамках одного из своих незаконных проектов, совместно с Минобороны. Через некоторое время к проекту подключили «Greenair». В итоге и была создана «Розовая пыль». И вот здесь они совершили первую ошибку, привлекая в проект Ребекку, одержимую желанием потопить Миллс любой ценой. Второй их пробой — это использование Уолша. Эмма слушала молча, иногда кивала головой, как бы подтверждая правильность собственных догадок. — Это Уолш подсунул мне ваше досье, Эмма, естественно, по указанию Спенсера, прекрасно понимая, что я, скорее всего, клюну на такое резюме агента, с более чем подходящей биографией и выдающимися качествами. Спенсер с помощью прирученной Сенатской комиссии специально засунул его в бюро, чтобы Уолш, по возможности, шпионил за мной, заодно сливал агентов, срывая мне операции, тем самым дискредитируя агентство, устраивал мелкие пакости, будучи постоянно в курсе дел. Одновременно с этим вы, Эмма, находились под постоянным наблюдением Уолша. Оставалось только дождаться удобного момента для расправы. Это мой просчет, очень большой просчет. Я обязан был все предвидеть еще с того момента, как его утвердили на должность, фактически без моего согласия. С чего вдруг Сенату заниматься подобным назначением, пропихивая на должность своего человека? Они только и ждали момента, чтобы подставить меня и посадить Уолша в мое кресло. И только благодаря самоотверженности наших агентов удалось избежать негативного сценария. На каждом этапе их плана было гнилое звено, что в итоге привело к провалу всей операции. — Мистер Голд, что Вы сделали с Уолшем??? — осторожно спросила Эмма. — Ответ на этот вопрос вы знаете, агент Свон. — Во время операции на Гаити в вас стрелял снайпер по указке Спенсера, и вы чудом остались живы. Учитывая его склонность к получению садистского удовольствия от мучения тех, кого он казнил, могу допустить, что он даже наслаждался тем, что вам пришлось перенести после ранения, особенно с учетом поведения Уолша по отношению к вам. Я не знаю, был ли у них план «Б» на случай провала операции в Штатах. Скорее всего, был. Осмелюсь предположить, что вы, Эмма, были самой важной частью резервного плана. Я долго сопоставлял все события, произошедшие в Университете Кабула и во время нашей операции в Штатах, сравнивал поминутно, и пришел к выводу, что Спенсер попросту не успел дать отбой снайперу. Они увезли вас, даже не будучи уверенными в том, что вы живы. Значит, они все-таки получили команду любой ценой заполучить вас. Вы были их последним козырем. Возможно, это и спасло вам жизнь. Торгуясь потом с вашим отцом, понимая, что тот пойдет на все ради вашего спасения, Спенсер мог отобрать у него управление компанией и поставить мир на колени, даже не устраивая переворотов. Представляете, что может сделать маньяк, имеющий доступ к управлению, скажем, системой энергоснабжения? Если человек одержим жаждой власти, он так просто не отказывается от своих планов. Как правило, такие люди идут до конца в своей одержимости. — Мы же ничего не сможем доказать, да? — обреченно спросила Свон. — Прямых доказательств и улик нет. — То есть, настоящий убийца уйдет от наказания, и мы опять вынуждены будем ждать удара? — Эмма, я уже слишком о многом Вас просил. Это по моей вине мы сейчас сидим здесь. Поэтому я осмелюсь на последнюю просьбу. - Свон подняла глаза на Директора. — Просто живи, люби, расти сына. Об остальном мы с Дэвидом позаботимся. Один мудрец когда-то сказал, что самое действенное средство, сдерживающее преступление, заключается не в жестокости наказания, а в его неизбежности.

***

— Я рассказал все Эмме, кроме того, кто тогда был с ней в борделе. Как считаешь, может, стоит сказать правду? — Голд вопросительно посмотрел на Миллс. — Боже! Конечно же нет. Посмотри на нее, она такая счастливая, ей не нужны сейчас никакие стрессы. — Реджина отрицательно кивала головой. — Теперь ты понимаешь, что некоторые вещи не должны быть проговорены? — Хватит меня воспитывать Голд, я не собираюсь возвращаться в прошлое и совершать старые ошибки. Ладно, ладно, я буду тебя слушаться. — Реджина смягчила тон, чтобы Голд, наконец, расслабился.

***

— Мэлани, я только хочу знать почему? Деньги? Я мало платила? Почему не сказала, если тебя что-то не устраивало? — Нет, платила ты хорошо, более чем. Но я бы никогда не получила из твоих рук то, что мне было обещано. — И что же это? — Грин пообещала мне передать «MILLSINVEST» в управление после захвата. Думаешь, легко всю жизнь считать чужие доходы, наблюдая, как всем заправляет богатая избалованная сучка? — злобно шипела Фисент. — Я тяжело работала. Кому как не тебе об этом знать, — вздохнула Реджина. — Поэтому передала компанию первой попавшейся смазливой блондинке? Ты хоть можешь представить, что я чувствовала, увидев эту девицу в твоем кресле? — Ну, допустим, я передала компанию не просто девице, а своей будущей жене. — Миллс наслаждалась, увидев, как расширяются глаза Фисент. - Во-вторых, моя жена — дочь Дэвида Нолана. - Реджина наблюдала, как у Мэл перехватывает дыхание. - Ну и, напоследок, я хочу тебя кое с кем познакомить. В этот момент в камеру вошел Голд. — Разреши представить тебе моего отца и по совместительству Директора ФБР Рупперта Голда, — уверенно отчеканила Миллс, глядя на потрясенную узницу. — Ты думала, что отсидишься по незначительной статье за корпоративный шпионаж в частной тюрьме со всеми привилегиями? А учитывая твои деньги, и с полным комфортом. Так вот, мой отец обеспечит тебе самые «лучшие» условия. Ты получишь пожизненное за госизмену и подготовку к госперевороту, поскольку твоя «подруга» напрямую участвовала в заговоре, а ты была ее сообщницей. И никакая Ребекка Грин, никакие адвокаты тебе не помогут. Тебя даже судить не будут. С этого момента ты — государственный преступник, тебя никто не найдет, ты исчезнешь. Остаток своей никчемной жизни ты проведешь либо в секретной тюрьме ФБР, где сдохнешь под пытками, или, в лучшем случае, в Гуантанамо. Прощай, Мэлани, и, подыхая, помни, на что обрекала меня, сдавая Грин и китайцам, — с ненавистью прошептала Миллс, покидая камеру. Стук ее каблуков заглушал только дикий отчаянный крик.

***

— Этого разговора никогда не было. Сейчас я говорю не как глава ФБР, а как отец, но при этом, я не перестаю руководить ведомством. Ты прекрасно понимаешь, с каким врагом мы имеем дело. Из всех участвующих в операции агентов чудом выжила только Эмма. Спенсер всех слил и обрек на адские мучения. — Голд, я готов на все, абсолютно на все, я пойду до конца, — уверенно ответил Нолан. - Тебе не придется брать на себя все бремя ответственности. — Дэвид, ты же понимаешь, что доказать что-то законным путем и довести все это до обвинения мы не сможем. — А кто тебе сказал, что меня интересуют законные методы? Этот человек отобрал у меня единственную дочь на долгих 28 лет. Он уничтожил десятки жизней, осиротил сотни семей. Я не буду говорить, что пережили мы с Мэри-Маргарет, но он обрек моего ребенка на страдания. А потом попросту решил казнить. Почему я не должен поступить так же? Ты очень могущественный человек, Рупперт, но и у меня есть немалые возможности. — Дэвид, ты хороший человек, тебе не стоит переходить на темную сторону. У меня достаточно ресурсов. Как отец я прекрасно понимаю твои чувства, я уже был на грани потери ребенка, но я и близко не могу представить, что пришлось пережить тебе. Поэтому позволь себе сейчас просто насладиться моментами общения с дочерью и внуком. Не отравляй душу желанием расправы. Время - самый хороший судья, оно все расставит по местам.

***

Через несколько месяцев, в один из солнечных дней, когда история с «Розовой пылью» стала понемногу забываться, а виновные пребывали под следствием, либо были осуждены, на выходе из центральной штаб-квартиры АНБ «Форд-Мид» одиночным выстрелом в голову был застрелен глава агентства Альберт Спенсер. Выстрел был произведен из снайперской винтовки CheyTacМ200 с расстояния 1886 метров. Со времен убийства Мартина Лютера Кинга, Президента Кеннеди и покушения на Рейгана, Америка не знала таких дерзких по своему исполнению преступлений. Президент ввел в действие секретный протокол, приведя в готовность все спецслужбы страны до момента поимки убийцы.

***

— Хорошая работа, Робин. — Спасибо, Директор. — Вернешься в МИ-6? — Пока нет таких планов. У меня остались незавершенные дела. Я в любом случае найду Грин, и она ответит за все. — На днях Реджина сказала мне, что месть — это не выход, а вход во тьму. — Об этом надо было думать, когда мы впервые спускали курок. Теперь такая дилемма передо мной не стоит. Мы заключили сделку. Ты выполнил свою часть, я - свою. Мы в расчете. И я очень благодарен тебе за то, что ты поручил это именно мне. Но с Ребеккой я должен закончить сам. — Помни — я всегда готов помочь, если понадобится. — Сэмпэр Фай, командир (Samper FI! -всегда верен-девиз морских котиков)! — Робин встал и кивнул головой. — Сэмпэр Фай, капрал. Увидимся.

***

— Смотри, Генри, какой снежок красивый. Скоро Рождество. Ты уже придумал, что мы подарим мамочке??? — Эмма стояла у окна, разглядывая начинающуюся за окном метель. Генри было почти девять месяцев, и Свон шутила, что ползать, ходить и переворачиваться они учатся одновременно. Терапия хоть и медленно, но приносила результаты. Эмма уже могла стоять и понемногу ходила. Левая рука восстанавливалась намного медленнее, чем нога, но пальцы обрели частичную чувствительность, и она могла чувствовать крошечную ладошку сына. — После Рождества мы возьмем мамочку и поедем жить в Калифорнию. Там намного теплее, и снежок бывает редко. Немножко подлечимся - и вернемся домой. — Эмма продолжала делиться с сыном планами, наблюдая, с каким упорством малыш пытается засунуть в рот мягкую игрушку. — Парень, а ты очень настойчив, — смеялась Свон, схватив игрушку зубами с другой стороны.

***

Реджина стояла на террасе второго этажа своего поместья, с улыбкой наблюдая за Эммой и Генри. Свон быстро отжималась, а малыш крутился вокруг нее, пытаясь то ли помочь, то ли помешать. Потом все-таки забрался к Эмме на спину и ухватился маленькими ручками за шею. Эмма сразу же снизила темп, чтобы Генри случайно не свалился. Такую картину Миллс наблюдала каждое утро. Генри не мог дождаться, пока Эмма вернется с пробежки, чтобы делать с ней зарядку. Свон уже не хромала, руку удалось практически полностью восстановить. На весь процесс понадобилось почти три года…

***

— Реджина, я бы хотела с тобой кое-что обсудить. Только ты не волнуйся, — несмело начала Эмма. Миллс мгновенно напряглась. — Когда в последний раз я произнесла подобную фразу, мы говорили о браке и о ребенке. Теперь мы женаты, и у нас есть ребенок, — задумчиво говорила Реджина. - Ты же не хочешь мне сказать, что… — Да, — тихо продолжила Эмма, - я думаю, мы могли бы подумать о сестричке для нашего мальчика. — Нет!!! Эмма, нет!!! — почти выкрикнула Миллс. От неожиданного вскрика вздрогнул даже сидящий неподалеку Генри. Эмма явно не ожидала такой реакции и на мгновение застыла на месте. — Ок, я поняла, не стоило мне даже начинать этот разговор. Просто я не ожидала, что ты не захочешь от меня детей, — разочарованно прошептала Свон. — Прости, что расстроила тебя. Не переживай. — Стой, Эмма, ты все неправильно поняла. — Реджина подскочила к жене и мягко обняла. - Извини за такую реакцию, я просто сильно испугалась. Я очень, очень хочу, но я… боюсь. Эмма, я не могу так рисковать. А что, если во время беременности или родов с тобой что-то случится? — Глаза Миллс мгновенно наполнились слезами. — Ну, такое может произойти с любой женщиной, — робко пыталась возразить Эмма. — Вспомни, что пришлось перенести тебе. — Вот поэтому я и боюсь. Тем более ты после такого ранения. Я не могу тебя потерять… — Реджина, что бы ни случилось, я не приму такого решения без твоего согласия. Мы должны прийти к этому вместе. Я буду ждать, когда ты будешь готова.

***

— Вот интересно, как у них так получается??? — шептала Мэри-Маргарет, разглядывая близнецов. — Когда мы впервые увидели Генри, у нас был тот же вопрос. У него были такие же глаза, как у Эммы. А у этих двух красоток такой же жгучий взгляд, как и у Реджины. — Лейси не переставала улыбаться. — Волшебство какое-то. Как в сказках. В палату медленно вошел Голд. — Я тоже верю в сказки. У них всегда счастливый КОНЕЦ.