Ты всё ещё веришь в любовь?

      Адриэль нетерпеливо барабанил пальцами по кожаном переплёте руля автомобиля. Парень безнадёжно застрял в грандиозной пробке и его надежды выбраться отсюда хоть когда-то тлели с каждой минутой всё сильнее. Мун в который раз яростно ударил по кнопке сигнала и устало откинулся на спинку сидения. Хоть бросай машину и пешком беги домой к Ариэль, но в идее этой нет ни одного хорошего аспекта. Во-первых, оставлять машину в таком месте это слишком грубое нарушение, за которое может знатно влететь. Во-вторых, до дома сестры довольно далеко и пешком он выиграет незначительно больше времени. В-третьих на улице разошёлся такой дождь, что нагулять воспаление лёгких сейчас кажется проще простого. В общем, до дома сестры ему не добраться быстрее, чем за час-второй, это для обычного человека сейчас просто невозможно. А Адриэль пусть и очень одаренный художник, но всё же не супергерой и сверхспособностями не обладает, так что всё, что ему остаётся это стоять на месте и по десять раз на минуту непонятно зачем нажимать кнопку сигнала, словно это поможет хоть как-то продвинуться в этой бесконечной тянучке.       Схватив довольно дорогой телефон красного цвета, Мун быстро набрал знакомый номер и стал выжидать. Раздались длинные гудки и больше ничего. Абонент по ту сторону провода явно его игнорировал, вот уже в который раз не обращая внимания на его назойливые звонки.       — Чёрт!       Адриэль злобно откинул телефон на соседнее сидение, да так, что тот отпрыгнул и свалился куда-то на пол, но младшему близнецу сейчас было плевать. Он сосредоточенно глядел на дорогу, точно вырисовывал себе какой-то безумный маршрут и отчаянно вздохнул. Нет, даже с грубыми нарушениями правил дорожного движения и отчаянными поступками у него ни одного шанса хоть как-то продвинуться или ускорить процесс этой бесконечной тянучки. Все эти автомобили и их водители сейчас выглядели в глазах Адриэля как стая бесконтрольных сперматозоидов, что бешеным потоком, мешая друг другу и двигаясь крайне нелогично и слепо валили к одной большой цели. Адриэль не мог назвать себя особенно вспыльчивым человеком, но сейчас его бесило всё, вплоть до дождя на улице, звук которого крайне негативно действовал на не без того накалённую нервную систему красноволосого.       Когда и как это всё закончилось Адриэль в своей усталости и злости даже не заметил. Сейчас он свободно мчался по пустым улицам не столь нагруженных движением районов. На данный момент сестра полностью движет его разумом и поступками. Пусть сам Мун пытался остаться спокойным и не фантазировать себе невесть какие беды сестры, но всё же он знатно волновался, что подтверждали его постоянно пересыхающее горло и запотевающие ладошки. Парень ощутил сильное облегчение вперемешку с ещё большим волнением, когда его машина громко и неаккуратно припарковалась недалеко от её дома. Мун на минуту застыл, крепко схватившись за руль. Парень сосредоточенно смотрел куда-то перед собой, в мыслях готовя себя к тому, что сейчас он может увидеть и услышать совершенно всё. Его сестра обладала весьма переменчивым и непостоянным характером, так что никогда не знаешь, чего ждать от красноволосой бестии. Собравшись с собой и своими мыслями, парень больше не медлил и уверенно вышел из машины. Прозрачные густые капли дождя мягко ложились на его шевелюру, одежду и обувь, в мгновение делая их мокрыми и неприятными. Дойдя до квартиры сестры, Адриэль позвонил в дверной замок и внимательно прислушался к происходящему за дверью. Никто не открывал. Набравшись терпения, Мун преспокойно позвонил ещё раз и стал ждать, но никакой реакции не следовало. Не надо иметь особенно острый слух, чтобы услышать, что в этой квартире во всю дурь играет музыка и кто-то там явно казится, словно перед этим пропустил достаточную дозу алкоголя. Но тем не менее Адриэль подошёл к двери вплотную и прижался к ней ухом, чтобы лучше услышать, что там происходит. Всё та же агрессивная танцевальная музыка разрывала квартиру и кто-то, судя по звукам, совершенно один бегал, прыгал и что-то попутно разбивал. Это всё нравилось Адриэлю всё меньше и меньше, поэтому больше не оттягивая времени парень вставил свой ключ в дверь и открыл её. Медленно входя в гостиную, Мун искривился от слишком громко звучащей резкой музыки. Его жёлтые глаза спокойно наблюдали за тем, как его изрядно выпившая сестра допивает из горла коньяк и когда последняя капля упала ей в уста девушка с яростью швырнула бутылку прямо на пол, отчего та разбилась вдребезги и разлетелась по всей комнате. После этого Мун сразу же закурила и пьяными шатающими движениями принялась танцевать, при этом активно вдыхая сигаретный дым. Адриэль устало выдохнул и подошёл к орущему музыкальному центру. Не желая заморачиваться с рядом различных кнопок и команд, парень просто вытянул штекер устройства из розетки и опёрся о стену, скрестив руки.       Реакция Ариэль была незамедлительной. Девушка тут же обернулась и её пьяные глаза расширились в каком-то безумии. Откинув уже догоревшую сигарету куда-то назад, Мун всплеснула руками и широко улыбнулась, подобно увидевшему сладость ребёнку. Неуверенными, кривыми шагами девушка подошла к брату и дыхнула на него перегаром вперемешку с очень неприятным и резким сигаретным дымом. Громко икнув, девушка схватила в руку красную прядь длинных волос брата. Подобно придирчивому покупателю, что выбирает себе ткань, она её пощупала, после чего замерла.       — У нас с тобой от природы роскошные волосы, не так ли, братишка? Но вот скажу тебе, что они — ничто в сравнении с волосами шлюхи-шатенки.       После этих слов Ариэль громко рассмеялась и резко развернулась и продолжила танцевать без музыки. Её изрядно шатало и она еле держалась на ногах, но Мун упорно пыталась танцевать, будто от этого как минимум её жизнь зависит.       — Тебе очень повезло, что я не Самюэль, — наблюдая за всем этим безумием и огорчаясь в сестре всё сильнее, только и выдал младший близнец и устало потёр переносицу. Сейчас он даже не знал, что делать со своей нерадивой сестрой и как прекратить весь этот позор.       — А то что? — Ариэль резко развернулась, от чего её конкретно занесло и девушка едва ли не упала. Еле удерживаясь на ногах, она всё же уловила равновесие и вызывающе посмотрела в жёлтые глаза брата, — он бы убил меня? А может я хочу этого. Или ещё больше я хочу танцевать, — с этими словами Ариэль закружилась, а потом резко остановилась.       Она смотрела прямо на брата. В её помутневших от алкоголя глазах заплескались обида и боль, после чего они сильно расширились и девушка бессильно упала на колени у ног брата. Ариэль громко заплакала. Словно раненное животное, девушка заливалась слезами и всхлипывала так, что наверное слышали и соседи с первого этажа. Сердце Адриэля болезненно кольнуло и брат опустился на колени рядом с сестрой и аккуратно приобнял её робкое тельце, своими холодными губами легко касаясь её шёлковых волос.       — Ну что случилось, моя маленькая? Что же тебя так мучает?       Адриэль не надеялся на какой-то адекватный ответ от настолько пьяной девушки, но его сердце болело и он хотел узнать, кто и что сделал с его любимой сестрёнкой. Ведь это же как ранить надо было, чтобы она дошла до такого. Услышав какое-то бессвязное мычание и новый припадок слёз и истерики, Мун лишь тихонькую шикнул, призывая девушку помолчать и посильнее прижал к себе. Каждое вздрагивание её тщедушного тела болью отзывалось в его душе, но Адриэль терпеливо сносил всё это, лишь посильнее прижимая её к себе и свободной рукой изредка проводя по густым волосам. Сейчас он был счастлив, что не стал ничего говорить Самюэлю. Страшно подумать, что сделал бы Мун-старший увидев сестру в таком состоянии. Точно не стал бы разбираться, в таком случае пострадали бы все, кто имеет хоть какое-то отношение к этой истории. Старшему близнецу чувство жалости неизвестно и ошибок он не прощает.       Громкие всхлипывания за минуту стали лишь тихоньким нытьем, а ещё за пару минут и вовсе превратились в умиротворённое посапывание спящего человека. Отодвинувшись немного от сестры, Адриэль внимательно посмотрел на неё и убедился, что девушка крепко спит. Тяжело вздыхая, Мун поднял сестру на руки и отнёс в её комнату на кровать. Парню не нравилось, что везде валяются осколки разбитых бутылок алкоголя и в доме невыносимо воняет сигаретным дымом. Муг ощущал себя так, словно запрыгнул в дешёвый трактир в порту, где собираются самые отбитые и пропитые злодеи. Заботливо укрыв сестру одеялом, Адриэль прошёл в гостиную и настежь открыл окна. На улице падал дождь и ветер был сырым и неприятным, но находиться в этой квартире и дышать тяжелым от перегара и дыма воздухом представлялось невозможным. Присев возле окна, Мун сам закурил сигарету, вдумчиво глядя в небо. Парень не собирался убирать то, что устроила здесь Ариэль. Пусть он и обладает мягким сердцем, но девушка сама во всём виновата и сама должна разобраться с тем, что натворила. Пусть спасибо скажет, что он не позвонил Самюэлю, иначе это точно был бы последний день её жизни. Младший близнец не первый год знал свою сестру и прекрасно изучил её характер. Так, что мог читать её, как открытую книгу. Ариэль обладает очень живой душой, поэтому как никто склонна к горячим и не очень умным поступкам, она слишком быстро загорается идеей и точно так же угасает. Девушка не может на чём-либо зацикливаться. Дав волю своим эмоциям один раз, она забудет о них на следующий же день. Так что в некоторой степени душа Адриэля обрела покой. Ведь Ариэль уже сделала положенную ей глупость, завтра её заберёт стыд, она задумается над всем происходящем и больше желание сделать что-либо подобное не посетит её душу. Но всё же Мун понимал, что в сердце девушки должна зиять огромная ядовитая рана. Ведь далеко не каждый день встретишь сестру в настолько плохом состоянии. Она же была довольно сильной личностью.       Ночь незаметно вошла в свои владения. Умиротворяющей темнотой она укрыла город, заставляя множество жителей расслаблено спать, а остававшихся бодрствовать наслаждаться тишиной и покоем. Адриэль уснул в гостиной на диване. Отвернувшись лицом к спинке, парень мирно посапывал. Ариэль же проснулась от того, что тяжелый ком застрял в горле и её невыносимо тянуло блевать. Трясущимися от спешки руками, девушка откинула от себя одеяло и на дрожащих ногах поплелась в ванную. Едва успев удержать всё в себе, девушка облегчилась только оказавшись возле толчка. Вальяжным телом распластываясь по полу уборной, Ариэль тяжело дышала, держась за голову. Сказать, что ей плохо сейчас всё равно, что ничего не сказать. Кишки все словно в узел свернуло, головная боль зудом носилась по извилинам мозгов, если такие вообще в наличии имеются. Тело болело и вздрагивало, а мир кружился так, словно она находилась в луна-парке на какой-то безумной карусели страха. Когда девушка закрывала глаза ей становилось только хуже и блевотные массы интенсивнее подпрыгивали к горлу, едва ли не удушая бедную Мун. Поэтому девушка отчаянно смотрела перед собой, пытаясь даже не моргать.        Схватившись за голову, Ариэль опёрлась о дверь ванной и думала лишь о том, как же ей бесконечно плохо и когда это закончится. Пьяные слёзы отчаяния безустанно лились из её широко открытых глаз, а сердце казалось умирало в груди, стуча с каждым разом всё слабее и слабее. Незаметно даже для себя девушка так и уснула в ванной у двери. Проснулась только от легкого стука. Ариэль не помнила, каким образом она оказалась в ванной и как умудрилась здесь уснуть, но это волновало сейчас меньше всего. Головная боль казалось ломала к черту все кости в голове, в ушах звенело до потери рассудка, а тело безжалостно болело и ломило. Поднявшись, девушка открыла дверь и увидела перед собой одного из своих старших братьев. Приложив руку к голове, Мун закрыла глаза и вздохнула. Вроде, она что-то помнит о приходе Адриэля в самом разгаре пьянок, но что успела ему наговорить и что вытворить сумела безнадёжно не помнит, поэтому мысленно приготовилась к чтению нотаций.       — Ну что, очень плохо себя чувствуешь? — вопреки всем ожиданиям красноволосой, спокойно спросил брат, проходя в ванную. Казалось, что эта беседа мало его интересует. Он беззаботно подошёл к умывальнику, открутил холодную воду и принялся умывать лицо, даже не глядя на сестру и казалось не ожидая ответа вовсе.       — Не скажу, что физически мне хуже, чем морально, — облокотившись о дверной косяк, девушка скрестила руки на груди и внимательно наблюдала за братом, пытаясь отыскать в его поведении или выражении лица долю упрёка или огорчения в ней, но ничего подобного Адриэль пока не излучал, спокойно расчесывая свои длинные волосы её собственной щёткой.       — Полагаю, мне не стоит спрашивать, кто привёл тебя к такому состоянию, но я могу узнать хотя бы, что именно этот человек сделал? Я не пытаюсь лезть в твою жизнь, Ариэль, но ты дорогая мне сестра и я не могу спокойно отправиться на работу и делать вид, что мы с тобой в приставку всю ночь играли, когда ты в таком состоянии. Меня тоже безумно болит и я хотел бы тебе помочь.       — Он предал меня, — неожиданно даже для себя сразу же ответила девушка, отводя взгляд куда-то к полу, на её глаза не наворачивались слёзы, она говорила с какой-то холодной отрешенностью, словно это случилось с ней много лет назад и свою боль она давно пережила, — как только в его жизни появилась бывшая любовь он выкинул меня, как надоевшую собачонку. Иначе говоря, мною он просто пытался стереть из своей жизни любовь к одной девушке, словно мел из доски. И мне даже удавалось заменить её для него, пока эта очаровательная шатенка вновь не появилась в его жизни. Тогда он просто сказал мне убираться, мол видеть меня сейчас он не хочет. Конечно не хочет, ему с ней и без меня будет весело, — слёзы всё-таки просочились в глазах Ариэль, но не желая уделять им какое-либо внимание, девушка отвернулась и прошагала в свою комнату, садясь возле окна. Она разыскала пачку сигарет и вновь закурила. Она помнила, что вчера ей это очень понравилось и она не собирается бросать, поэтому сейчас стоит отвоевать у брата право на курение.       — Вчера ты курила, потому что была в депрессии и в неадекватном состоянии, а сегодня чего случилось?       Следуя за сестрой, парень примостился возле неё и точно так же закурил, выдыхая частицу своего здоровья вместе с сигаретным дымом.       — Потому что хочется. Адриэль, мы с тобой очень похожи как душой, так и внешностью и я всегда знала, что тебе можно довериться и раскрыть любой уголок своей души. Я не собираюсь прятаться от тебя и зажевывать запах дешёвыми жвачками, в конце-концов мне уж не шестнадцать лет, чтобы подобной фигнёй заниматься. Сейчас я буду курить, потому что мне хочется, а дальше я попытаюсь бросить. Знаю, Самюэлю моё пагубное пристрастие по вкусу не придётся, ведь даже тебя он пылит по этому поводу.       Выдохнув дым, Адриэль улыбнулся: его сестра очень похожа на него, словно они близнецы, только не телом, а душой.       — Я хочу сказать тебе, Ариэль, что ещё много парней сделают тебе больно. Твоя беда в том, что ты красивая девушка и притягиваешь к себе внимание разного рода парней, как хороших, так и не очень. Но я могу быть спокойным за тебя, потому что с детства ты отличалась очень сильным характером, как Самюэль. И я уверен, что нет проблемы или обиды, с которой ты справиться не сможешь. Ты достойная и красивая женщина, хорошо подумай, нужен ли тебе такой пепел, как тот подонок и достоин ли он твоих страданий? — закончив свою философскую лекцию, парень докурил сигарету, затушил её в пепельнице и там же оставил. Поднявшись, он ободряюще улыбнулся сестре и направился к выходу. Он опаздывает на работу и придётся опять врать строгому брату о новой ночной подруге и невероятных приключениях с ней. Адриэль знал, что старший брат нуждается в нём как в гениальном художнике и творце, поэтому никогда не уволит. Бояться по сути нечего, но художника до безумия раздражало слушать вечные причитания бездушного брюнета.       Проводив брата пораженным взглядом, девушка потушила сигарету и горько улыбнулась: Адриэль ошибается. Сейчас он самоуверенно ушёл на работу, приняв страдания сестры за очередную выходку нерадивого подростка. Ведь ранее девушка постоянно устраивала однодневные истерики в честь всё новых и новых объектов воздыхания. Но Зен это не минутный импульс страсти и вовсе не временный огонёк симпатии. Это нечто более глубокое и чувственное, чем может вообразить себе красноволосый художник. Может, она и обладает огромной силой воли, но её любовь к Зену больше, чем её внутренняя сила, поэтому Ариэль сломалась. Не то, чтобы ей сейчас как-то очень больно, хочется безумных поступков, алкоголя и саморазрушения; девушке просто до противного спокойно. Казалось, что все струны её чувств замерли в глухом онемении. Ничего не хотелось, Желание жить в её сердце тоже отсутствовало, было пусто до тошноты. На ватных ногах девушка поднялась и прошагала в дом, в попытке найти свой телефон. Ей было в неком роде страшно, что вчера в порыве своей зажигательной пьянки она потеряла его или сделала с ним что-то ужасное. Ведь если это так, то ей так и не узнать, звонил ли Зен, писал смс или может отправил голосовое сообщение? Да и если с телефоном что-то случилось ей придётся придти к нему домой, чтобы вновь хоть как-то связаться с ним, чего вовсе не хотелось. А он едва ли придёт к ней, увидев абсолютное игнорирование со стороны девушки. С каждой секундой тревога нарастала в сердце Ариэль всё больше и больше, ведь она уже долгое время призраком лазит по квартире, а телефон всё не находится.       — Да куда же я могла его зарыть?! — в страхе крикнула Мун и в ту же минуту, откуда-то из глубин коридора донесся звук её телефона. Обрадовавшись находке и самому звонку, ведь возможно он от Зена, Ариэль на миг оживилась и бросилась в коридор. Но тут же огорчение накрыло её, а волна безразличия вновь пробежалась по телу. На экране тускло светилось «Лиен». Мун не особо пылала желанием говорить с кем-либо, а особенно с подругой, перед которой вчера была в столь жалком и постыдном положении. Нет, сейчас она определенно не готова к разговорам. Нажав на кнопку отклонения вызова, Ариэль быстро настрочила смс о том, что ей нужно побыть одной и поводов для беспокойства у рыжей нет.       «Тоже мне ангел-защитник нашёлся. Сама же меня бросила исключительно из-за того, что я начала встречаться с её кумиром. Ещё спасибо скажи, что приняла удар этой сволочи на себя». Со злым выражениям лица, Ариэль вновь закурила, подходя к окну. Курить сегодня хотелось ужасно, девушка с жадностью делала каждую затяжку и подолгу задерживала её в груди. Ей нравилась сладкая истома, проходящая по телу от каждого вдоха табака и легкое головокружение да подрагивание ног. Это заставляло на некое время отвлечься от мрачных мыслей, то и дело бороздящих не без того бедную голову.       «Примерно так и умирает в людях добро»       Дни проходили уныло и серо. Зен не звонил, а Ариэль не становилось лучше. Она много курила и мало ела. На новой работе переводчиком ей не хотелось появляться, поэтому в офис она не ходила и от прямых заказов вежливо отказывалась. Растрачивая некогда отложенную на «чёрный» день сумму, Мун безвылазно сидела дома, вновь окунувшись в мир игр. Вечерами к ней приходил старший брат Адриэль, чтобы убедиться, что с сестрой всё в порядке. И тогда Мун пробуждала в себе актёра. Она умело закрашивала косметикой вновь появившиеся от нездорового питания прыщи на коже. Круги под глазами прятала за тональным кремом, а вновь исхудавшее тело за широкими туниками и кенгурушками. Ей сейчас весь мир был безразличен и какая-то забота или попытки поддержки лишь немерено раздражали и доводили до истерики, поэтому Ариэль успешно делала вид, что Адриэль оказался прав и ей всё равно. Она сильная личность и давно думать забыла о этом подонке. Вот только всё это было протравленной ложью, он её мыслей не покидал ни минуты. Она курила вновь и вновь, плакала, много спала и пыталась забыться в играх. Но всё тщетно, Зен с его улыбкой и удивительными глазами упорно отказывался выходить из её мыслей. Мун бессильно сжимала телефон, ожидала хоть какого-то первого шага со стороны любимого, но аппарат упорно молчал. В очередной вечер своей новой преисполненной уныния жизни, девушка сидела у себя в комнате и куря прямо в кровати игралась в какую-то жесткую игру из жанра хоррор. Внезапно идеальную тишину порушил громкий звук пришедшей на телефон смс. Тут же встрепенувшись, девушка выбросила сигарету на пол и схватила телефон обеими руками. Её перепуганные глаза сверлили взглядом несчастный экран, но она не решалась разблокировать его и посмотреть, что там. Сейчас почему-то было особенно страшно увидеть, что это опять не он. Ариэль чувствовала, что это станет последней каплей и нить её выдержки окончательно разорвётся, кинув её в пучины отчаянно-глупых поступков. Набравшись смелости, Мун разблокировала экран и вмиг угасшими глазами увидела смс от телефонного оператора. Какие-то там новые тарифы и потрясающие акции. Мун буквально почувствовала, как в сердце что-то сломалось и весь идеально-сложенный организм дал сбой, включив абсолютное безразличие ко всему происходящему. Подобно запрограммированному роботу, Мун медленно поднялась с кровати и прошагала на кухню. Она взяла табуретку, забралась на неё и принялась искать в самых верхних тумбочках заветную коробочку. Увидев красный крестик, девушка на миг как-то неистово улыбнулась, после чего достала коробку с ним, и вместе с ней слезла с табуретки. Поставив аптечку на пол, Ариэль начала медленно и очень внимательно перебирать всё находящееся в ней. Девушка не была медиком и понятия не имела, что значат все эти названия, но среди них искала одно единственное, которое, она была уверена, поможет ей покончить со всем этим никому не нужным и столь надоевшим спектаклем. У неё был надёжный рецепт от всех человеческих мук и страданий — 700 грамм водки и 20 таблеток димедрола уж точно смогут справиться со всеми её бедами и очистить от пустоты внутри, отправив в абсолютную пустоту. Вот и попал под её взгляд желанный димедрол. Взяв пластинку таблеток, девушка посчитала, что их там четырнадцать, а не двадцать, но безразлично решила, что и этого должно быть вполне достаточно. Отточенными движениями робота, красноволосая нашла в нижних тумбочках на кухне бутылку водки, которая тоже требованиям рецепта не подходила, но девушка посчитала, что раз меньше таблеток, то и меньше водки надо, всё логично. Она итак уже полумертва, так что ей не нужна конская доза, чтобы уж наверняка угробиться. Прошагав в свою комнату, девушка достала злополучную фотографию Зена с той шатенкой, поставила перед собой и принялась медленно выдавливать таблетки из пластинки. Когда последняя таблетка упала на одеяло возле неё, Ариэль внимательно посмотрела на Зена. Как он красив, как счастлив, как внимательно и любяще смотрит на эту прекрасную шатенку.       — Ваше здоровье! — взяв одну таблетку в руку, девушка другой рукой подняла бутылку к фотографии и быстро закинула в рот таблетку, запив её водкой, как водой. Искривившись, девушка на миг зажмурилась, терпя не самые приятные ощущения. Когда ужасный привкус во рту и судорога глотки прошла, девушка взяла ещё одну таблетку и так же подняв бутылку к фотографии выпила и её. Далее она всё делала без особой лирики и эпичности, просто накидываясь таблетками, как маленький ребёнок конфетами "Tic-tac", и запивая их водкой так, словно это обычный сок. Когда же последняя таблетка была проглочена, а последняя капля алкоголя выпита из бутылки, девушка спокойно закурила, глядя уже в окно на приближающие сумерки. На половине сигареты её сердце пропустило глухой удар и ей стало очень плохо. Внезапная тошнота заставила отбросить сигарету и блевать прямо на пол возле кровати. Одышка тут же схватила за глотку, не давая дышать, а крупные капли пота скатились по лицу, подобно каплям дождя падая на пол. В глазах в мгновение всё помутнело, словно яркий свет ослепил всё вокруг и девушка без сознания обмякла на кровати.       Старший брат Ариэль не мог быть до конца спокойным по поводу своей младшей сестры. Пусть и выглядела она весёлой и ухоженной, но всё равно в её поведении, тембре голоса и печальных взглядах можно было уловить душевные страдания, которые все ещё испытывает Ариэль. Видимо, предатель был не последним человеком в сердце Мун, поэтому Адриэль считал своим долгом каждый вечер приходить к сестре и проконтролировать, не успела ли она наделать новых глупостей или не зарождаются ли подобные желания в её душе. Вот и сейчас он устало поднимался по ступеньками к нужной квартире. Он думал, что всё это немного обременительно для него, ведь он мог провести этот вечер с какой-то прекрасной музой в кровати, но приходится всё откладывать, вновь и вновь уныло попивая чай на кухне. Но как бы там ни было, Адриэль правда любит свою сестру и готов о ней заботиться столько, сколько только понадобится. Дойдя до нужной двери, Мун с удовольствием услышал, что за ней весьма спокойно и тихо, видимо Ариэль опять увлеклась книгой или игрой, спокойно сидя себе дома. Уверенным движением парень нажал на белую кнопку звонка и принялся ждать. Ничего не происходило, поэтому Мун вновь нажал на кнопку, настороженно прислушиваясь. За дверью всё так же царило гробовое молчание и совершенно никакой реакции на его звонки не следовало.       «Нет дома, что ли».       Изогнув левую бровь, Мун вынул собственные ключи из кармана и быстро открыл дверь. Проходя внутрь, парень сразу же уловил, что свет нигде не горит и в квартире холодно и тихо, видно его сестра точно решила развлечься сегодня в одном из ночных клубов. Это было в стиле Ариэль, она ведь обожала вечеринки и подобного рода гулянки, но что-то настораживало интуицию младшего близнеца. Он аккуратно прикрыл дверь и включил свет в коридоре. Курточки Ариэль и вся её обувь были в коридоре, что значило она должна быть дома. Не успела же за сегодняшний день прикупить новую одежду или успела? Тем не менее Адриэль мягко прошагал внутрь тёмной квартиры. Открыв дверь в личную комнату сестры, Мун насторожился от того, что здесь слишком сильно несло блевотой с легкой примесью алкоголя. Подняв глаза к небу, парень устало выдохнул и включил свет. Чего он и ожидал. Вот тебе мёртвое пьяное тело на кровати валяется, а возле него на полу бычки от сигарет, блевота и другие не самые приятные элементы.       Скривившись от отвращения, Адриэль подошёл к кровати и тут же его глаза расширились, а сердце зарядило дробь испуганных ударов. Словно обезумев, Адриэль бросился к сестре и принялся трясти её за плечи.       — Ариэль! Ариэль!! Ариэль!!! — парень кричал до надрыва голосовых связок и тряс тщедушное тело сестры до того, что красноволосая голова казалось сейчас отлетит. Но ничего не происходило, а глаза всё не открывались, сомкнувшись казалось на веки. Её тело излучало такое умиротворение и мертвую отрешенность, что душа Адриэля вмиг похолодела. Побледнев до легкого синего оттенка, Мун тут же схватил руку девушки, пытаясь прощупать пульс. Сейчас ему было страшно до холодного липкого пота, которым он неустанно укрывался. Всё более остервенело его длинные пальцы сжимали запястье девушки, пытаясь ощутить легкое постукивание, которое всё никак не улавливалось. Но в один миг под пальцами парня появился лёгкий, едва ли ощутимый удар. Прижав пальцы к этому месту посильнее, Адриэль с облегчением понял, что её сердце всё ещё бьётся и ещё есть какие-то надежды. Схватив с собой пустой пласт из-под таблеток, парень незамедлительно схватил девушку на руки и побежал к машине, наплевав на оставшуюся открытой дверь в квартиру.       Несясь на красное, вылетая на встречную полосу и разгоняя машину до максимальной скорости, Мун на всех парах мчался в больницу. Сейчас не могло быть ничего важнее жизни сестры, которая с каждым ударом пульса слабела в её душе. Адриэлю всё казалось, что последние минуты уже тикают над головой ослабевшей девушки, что заставляло парня лишь сильнее нажимать на педали машины, ощущая неутолимый страх. Только сейчас он по-настоящему осознал, до чего же сильно любил свою сестру и поминутно лаял себя за то, что не смог понять её душу до конца, словно в этом был какой-то смысл.