Код любви

Приятный запах чего-то вкусного проникал во все уголки чистой кухни; в воздухе ощущался тонкий намек на свежий лук-порей. Когда дело доходит до приготовления рамёна, ДжонХан становится лучшим шеф-поваром в городе, да что там! во всем мире. Он никогда не допускал каких-либо изменений в своем рецепте и всегда использовал одни и те же ингредиенты: пара стручков зеленого перца чили, несколько зубчиков раздавленного чеснока и лук-порей. Увенчав все половинками яиц, он добавил окончательный и необходимый штрих булькающему, красному вареву. Удивительно, но — СынЧоль это точно знал — его рамён всякий раз получался непередаваемо вкусным. И если бы его спросили, чем бы он хотел питаться до конца жизни, он бы выбрал рамён друга. Потому что СынЧоль был уверен, что он ему никогда не надоест. До этой ночи. Сейчас ДжонХан поставил перед ним тарелочку свежеприготовленного рамёна, но СынЧоль не проявил к нему никакого интереса. Он тупо смотрел в тарелку, все больше расстраиваясь. Брюнету хотелось взять и вышвырнуть еду в ближайшую помойку. Но, конечно, не сделал этого, потому что мог обидеть ДжонХана. Тихо вздохнув, СынЧоль поднял ложку и медленно зачерпнул бульон. Его мысли вернулись к розоволосому мальчику, которого он встретил всего час назад.

_____

— Пожалуйста, дай мне пройти… — голос звучал почти шепотом, но СынЧоль услышал его очень ясно. Однако, находясь в полнейшем замешательстве от предыдущего высказывания незнакомца, он молчал, вытаращив глаза и игнорируя просьбу, крепко сжимая худенькое мальчишеское запястье. ДжиХун, чувствуя тесную, неприятную боль в груди, сжав зубы, повторил: — Я же сказал, дай. Мне. Пройти. СынЧоль мгновенно ослабил хватку, ощущая смятение даже после того, как мальчик ушел. В уме брюнета творился полнейший хаос. Ведь не каждый же день на тебя орет совершенно незнакомый человек, обзывая при этом «элитным мусором». Верно? Мальчика уже и след простыл. Будто никогда и не было. Будто СынЧоль всегда стоял тут один. Парень выругался; в его воспоминаниях крепко отпечаталось мальчишеское лицо с выражением сильного отвращения.

_____

— Земля вызывает СынЧоля! Выбравшись из своих воспоминаний, брюнет заметил порхающую перед лицом лопатку. Затем послышался смешок, исходивший от человека, сидящего напротив, с длинными локонами и той самой лопаткой, которую он уже забросил на кухонную стойку. Если бы взглядом можно было убивать, ДжонХан был бы мертв уже несколько минут. К сожалению, очи СынЧоля такой силой не обладали, и без столь нужной способности он мог лишь мысленно поматериться, снова погружая ложку в еле теплый рамён. Зная своего шебутного друга, ДжонХан удивленно приподнял брови: — Кто-то сегодня чересчур задумчив. — Не я. Но ДжонХан остался при своем мнении, недовольный ответом СынЧоля. Блондин покачал головой, и его волосы синхронно и грациозно покачались в такт. Он знал, что СынЧоль не мог так просто расклеиться. Только не рядом с ним. — Что случилось? — Ничего. — СынЧоль, я тебя чуть ли не с пеленок знаю. Выкладывай. — Клянусь, ДжонХан. Это все из-за… погоды. — Брехунчик. И они оба взорвались от смеха. — Ну-ка повтори! — потыкал СынЧоль блондина; его сильно позабавило выданное ДжоХаном словечко. Тот заливаясь смехом, попросил его не трогать, сам тем не менее развязывая шутливую потасовку. У СынЧоля от смеха даже выступили слезы. Постепенно веселье стихло, а рамён на столе окончательно остался забыт. Чувствуя, что ДжонХан все еще беспокоится, СынЧоль слегка улыбнулся: — Со мной все будет хорошо. Обещаю. И эта была первая ложь, сказанная другу детства.

_____

В ночной мгле, словно из ниоткуда послышался слабый крик. Сначала он был тихий, но постепенно наращивал громкость, становясь почти пронзительным. ДжиХун бежал. Он позволил своим ногам вести себя, ускоряясь до предела, несмотря на то, что уже не хватало воздуха, продолжая мчаться вперед. Мальчик знал, что тень становится все ближе, потому что он буквально кожей чувствовал это Нечто. Но он был слишком медленным. Слишком медленным для монстра людоеда. Но ему нужно выжить. Ради СокМина, ради себя, ради его мертвых род… «ДжиХун, мой мальчик.» Мама! Резко затормозив, ДжиХун остановился. Обернувшись, он увидел ее. Ужасная тень исчезла, ее заменила мать, вся в белом. ДжиХун был уверен, что она похожа на Ангела или Богиню, сошедшую с небес. Постойте, может, он в раю? — Я умер? «Нет, дорогой. Ты жив» ДжиХун заплакал. Он понял, что очень скучал по ее голосу, по нежному прикосновению... Он так долго подавлял свою тоску, что сейчас все чувства разом хлынули наружу. ДжиХуну не хватает ее. Как же сильно ему ее не хватает! И он безумно счастлив, что наконец встретил свою любимую маму. Он чувствовал слезы радости, стекавшие с его лица на плечи матери. Но вдруг что-то изменилось. Распахнув глаза, ДжиХун бессильно упал на пол, безмолвный крик вырвался из его дрожащих губ, когда он увидел, как мать тонет в густой, алой крови; ее руки тянулись к нему, а губы кричали его имя. — ДжиХун… ДжиХун… ДЖИХУН-ХЁН! ДжиХун резко очнулся. Он был весь мокрый от пота, рядом маячило обеспокоенное лицо СокМина. Облегченно выдохнув, старший пробормотал «я в порядке» и, лениво поднявшись, ушел в душ, оставляя позади растерянного СокМина.

_____

— Что вы тут делаете, ребята? СунЁн, сидевший за маленьким столом, только махнул в ответ, не обращая внимания на вопрос ДжиХуна. Заметив раздраженное выражение лица старшего, СынКван тихо проскользнул мимо, поднимая с пола небольшой пластиковый пакет и толкая его ДжиХуну. — Я принес вам завтрак! Знаю, ты тут без меня голодал, хён. — Прости-ка, — откашлялся Квон, смещая СынКвана в сторону, чтобы получше видеть своих Нищих друзей. — Вообще-то, это я привел тебя сюда, СынКвани. Так что вы, сопляки, голодали бы без меня. ДжиХун фыркнул. — Но я купил это! На свой СОБСТВЕННЫЙ штрих-код! — взвыл Бу, но потом растерянно оглянулся на трех Нищих друзей. — Простите, никого не хотел обидеть. СокМин добродушно улыбнулся: — Ничего. И СынКван решил закончить свой пафосный диалог Богача: — И это МОЯ машина и МОИ покупки. — Даже спрашивать не буду, почему у человека без прав есть собственная машина. ДжиХун вздохнул, давя улыбку, что грозилась слететь с губ. Хоть эти двое просто не могли нормально общаться, ДжиХун был им искренне благодарен. Да, они чертовски шумные, но он нуждается в них. Без СунЁна и СынКвана его жизнь была бы скучной, и как бы банально это не звучало, они — лучики света в его мрачной жизни. Особенно в этот момент. Ему очень хотелось отвлечься от кровавого образа, что увидел во сне. И что может быть лучше, чем два растущих идиота, жаждущих перегрызть друг другу глотки? Тепло, заполнившее грудь ДжиХуна, вызвало на его губах сдержанную улыбку. Держась впереди, он прибегнул к своему обычному виду насилия: звонко хлопнул обоих по лбу, и закатил глаза перед их сморщившимися лицами. — Я в состоянии позаботиться о СокМине и себе. Спасибочки.

_____

Солнце уже было высоко, когда СынЧоль вышел из комнаты, одетый в свой привычный наряд: рваные, выцветшие джинсы в паре с простой черной футболкой и новыми кедами. Взглянув на часы, что висели в коридоре, он отметил, что сейчас одиннадцать утра. До полудня еще целый час. Потом его осенило, что он еще не завтракал. В подтверждение чего желудок призывно заурчал, и СынЧоль потащился на кухню. Надув губы, он стал исследовать окрестности на предмет чего-то съестного, когда его взгляд наткнулся на мигающую красную лампочку духовки. Там же был приклеен голубой стикер с запиской от мамы. «Хей, сладкий. Мы собираемся отдохнуть на этих выходных! Прости, но ты остаешься дома, но я приготовила тебе вкусняшек! Пригласи ДжонХана или ДжиСу, если станет скучно. Ох, и того мальчика, ВонУ. Мы любим тебя! Мама и папа» Парень только хмыкнул над этим, прекрасно зная о родительских уикендах каждую неделю. Не то чтобы он злился — нет, нет, ни капли. Конечно, он хочет, чтобы родители проводили с ним больше времени, но ему приятно видеть, как они бывают счастливы вдвоем. Видя их улыбки, СынЧоль тоже счастлив. Отправив записку в мусорку, он нетерпеливо нажал на значок «открыть». Дверца с коротким «дзынь» отворилась, и его взору предстали прекрасные, румяные сырные пирожки. Губы СынЧоля растянулись до ушей, он явно остался доволен таким завтраком. Но весь аппетит моментально испарился, как только перед глазами всплыл розоволосый мальчик, с лицом полным отвращения. Может, он не так уж и голоден?

_____

После рассказа СунЁна о встрече МинГю с новыми Богатыми, которые недавно иммигрировали из Китая, ДжиХун не ожидал, что СокМин так загорится. — Еуу, хён! Погода сегодня класс! — Нет. — Но мы так долго не вылезали… — Ты же знаешь, я ненавижу загорать, СокМин, — частично это было правдой. ДжиХуну не нравилось ощущение горячего, даже чего-то теплого. Он предпочитал жаркому лету холодную зиму. Хотя, сейчас это всего лишь жалкая отмазка. Летом-то он и в жарищу гуляет. Особенно не откажется совместить это с порцией мороженного (ага, можно подумать, он может себе это позволить). Но больше всего ДжиХуну не нравилась окружающая обстановка. Видеть эти заброшенные, полуразрушенные дома… Этот удручающий вид вызывает желание уползти обратно домой, под одеяло. Не то чтобы дом, в котором он жил, был лучше, но он хотя бы не грозился развалиться в скором времени. Он ненавидел среду, в которой жил. Ненавидел сам факт, что Нищие должны так жить. ДжиХуну очень хотелось бы «поговорить» с теми, кто за это отвечал, но он знал, что результатом будет ссылка в еще более гиблое место. ДжиХун не мог рисковать. Не мог оставить СокМина. Розоволосый поклялся убить любого, кто посмеет вытащить брата наружу, но… В конце-концов он сам был только мальчишкой, поэтому его грозные намерения ушли на задний план, когда он увидел щенячьи глазки СокМина. — Ох, не делай так, — проворчал он беспомощно. — Это нечестно вообще-то. — Пожалуйстааа, ДжиХун-хён!.. Закрыв глаза, старший обреченно вздохнул. Разве он способен сопротивляться улыбке СокМина? — Хорошо, давай погуляем.

_____

СокМин оказался прав. Погода стояла чудесная — не жарко и не холодно. Освежающе тепло. С ласковым ветерком осень вторглась в душу ДжиХуна. Вместе с СокМином, который резво пятился лицом к хёну, она стала зарождать в его душе надежду. Впервые за несколько лет он почувствовал, что для его любимых будущее может стать лучше. Мальчик счастливо размечтался, пока его брат-дурачок не врезался плечом в незнакомца. В отличие от СокМина, ухватившегося за хёна, другой мальчик, которой выглядел явно нездешним, только ахнул, а на его лице скользнула тень беспокойства. — Боже, вы в порядке? Мне так жаль, — но как только он потянулся к СокМину, чтобы осмотреть его на предмет принесенных увечий, ДжиХун принял оборону и встал между ним и братом. Хоть старший и был меньше СокМина, но он уверенно сместил его за спину, готовый защищать. — Он в порядке, — ответил ДжиХун коротко, желая побыстрее разойтись. Незнакомец будто почувствовал это и коротко кивнул: — Рад слышать. Пожалуйста, будьте осторожны в следующий раз, — он наклонился, подбирая с земли пару бумажных пакетов. Рядом неожиданно послышался сигнал автомобиля, и ДжиХун с СокМином заметили у обочины ярко-красный кабриолет. Тонированное окно опустилось вниз, открывая еще одного молодого парня, с длинными светлыми волосами. Не обращая внимание на двух Нищих, он крикнул: — ДжиСу! Бросив братьям Ли еще один извиняющийся взгляд, парень, названный ДжиСу, пронесся к автомобилю. Вскоре от этих двоих остался лишь дымок умчавшейся машины. Судя по авто и внешнему виду, эти двое должны быть Элитой. Не то, чтобы это важно, но СокМин, этот невежественный дурачок, решил вдруг поджечь фитилек бомбы ДжиХуна: — Эти ребята кажутся милыми. Верно, хён? С одного взгляда СокМин понял, что лучше заткнуться, если ему дорога его бесценная жизнь.