Код любви / Code of love

— Расскажешь сейчас, хён? — МинГю прошел через всю комнату, заглянув под стол, где валялась аптечка. ДжиХун в противоположной от него стороне только сокрушенно мотнул головой. Боль в его голове становилась все сильнее, интенсивными толчками ударяя в виски. Он ничего не хотел, кроме как уползти домой и спокойно проспать всю ночь. Но чувство вины было сильнее. Оно пожирало мальчика, как голодный монстр. И честно, ДжиХуна это пугало. Он не испытывал ничего подобного с того давнего страшного случая. Даже спустя все эти годы. Но ему удалось скрывать свои переживания от друзей, и даже СокМина. Это было лишним. ДжиХун верил, что не должен быть для кого-то обузой. Прежде всего для своего дорогого, младшего брата. Он наконец открыл аптечку, не в состоянии больше терпеть боль. Ни физически, ни морально. У него не было сил ответить МинГю, который вопросительно изогнув бровь, ждал объяснений, поэтому сказал только короткое «прости». Еще раз мотнув головой, приводя мысли в порядок, ДжиХун достал йод, вату и бинты, делая все как можно медленнее. Но рано или поздно ему придется вернуться в гостиную. К нему. Розоволосый глубоко вздохнул, чувствуя, как все те же любопытные глаза выжигают в его затылке дыру. Зная сколько раздражения получит от МинГю, если продолжит тянуть, ДжиХун наконец решил открыть рот: — Мне врезали два Богатых, и я… Короче, он повредил руку. Закрыв аптечку, ДжиХун распихал все, что достал, в маленькие ладони, и поспешил ретироваться от излишне любопытного МинГю. Он чувствовал себя невежественным, потому что притащил СынЧоля в его дом без предупреждения, и понимал, что друг заслуживает объяснений. Но он был не в состоянии говорить об этом. Может, позже. Завтра. Но точно не сейчас. Проходя мимо гостиной, ДжиХун кивнул СынЧолю, указывая на дверь, ведущую во внутренний двор. Послушно поднявшись, брюнет последовал за ним. Когда ДжиХун выходил в дверь, то вдруг услышал резкий стук. Обернувшись, он увидел, как СынЧоль, морщась, потирает ушибленную макушку. Мальчик счел это довольно забавным. — Смешно тебе? — надул губы брюнет. ДжиХун закатил глаза. Интересно, как человек, который буквально полчаса назад в сухую разделался с двумя бандитами, может быть таким недотепой? Усаживаясь под деревом на небольшом дворе, ДжиХун разложил на влажной траве все, что принес. Вечер был холодным, и его совсем не спасала легкая одежда, в которую он был одет. Да у него и никогда не было теплого свитера. Он не мог позволить его даже СокМину, не говоря уже о себе. Но пока он не может уйти с этого холода, который уже покусывал его бледную кожу. Отметив, что место рядом с ним еще пустует, ДжиХун поднял глаза на СынЧоля, который неуверенно маячил над ним. — Что? — И как я обработаю твои раны, если ты там мнешься? Поняв, как нелепо он выглядит, СынЧоль нервно усмехнулся. Почесывая затылок, он опустился на землю. Всего в несколько сантиметрах от ДжиХуна. Если тому и было неприятно, то должно быть он был хорошим актером, потому что СынЧоль не заметил на его лице ни хмурого взгляда, ни какого-либо другого проявления недовольства. Опять же ДжиХун никогда не был легким предметом для чтения. Он словно книжка с секретами и тайными кодами, которые СынЧоль легко мог отгадать у других, но только не у этого мальчика. Ему было ужасно интересно. И он не мог перестать смотреть на ДжиХуна. Именно поэтому СынЧоль и не заметил после драки небольшую рану на руке. Он был слишком занят исследованием розоволосого на предмет всевозможных повреждений, чтобы обратить внимание на свою боль. Пока СокМин не указал ему на это. Мальчик оказался сильно встревожен, что даже брата заставил волноваться. — Хён, он же из-за нас пострадал! Ну, вообще-то ДжиХун не просил помогать. Ему на фиг не сдался этот «рыцарь в сияющих доспехах». Он бы сам справился, пусть и с последующими травмами. Без чьей-либо помощи. Особенно от этого придурошного Элиты. Но ДжиХун был не настолько бессердечным, чтобы оставить там парня одного. Они были в минутах ходьбы до дома МинГю, и он предложил брюнету пойти с ними. Только благодаря назойливому братцу он сейчас был на этом маленьком дворе. Один. С СынЧолем. СокМин был занят более «важным» делом, а именно — проверял «не бухает ли где СунЁн в обнимку с фонарным столбом». Предатель. Это действовало на нервы. К горлу подкатывала тошнота. Не зная почему, но, несмотря на прекрасное звездное небо, раскинувшееся на ними, ДжиХун был не в состоянии оценить эту редкую красоту. Черт возьми, он даже не в состоянии пошевелиться из-за того, что они были так близко к друг другу. ДжиХун даже чувствовал тепло, шедшее от СынЧоля, которое было таким притягательным, для замершего до костей мальчика. Но он отогнал эти мысли прочь, не смотря на дрожащие конечности. Засунул в самую глубину своего сознания. Как можнооо дальше. Но когда его пальцы коснулись СынЧоля, ДжиХун ощутил странное покалывание в области груди. Или сердца? Он не мог понять где именно. Ему было слишком не комфортно. Но это мягко сказано. В действительности его мутило. Он никогда не чувствовал ничего подобного, и его это пугало. До жути. ДжиХун попытался не обращать внимание на сильнобьющееся сердце. Но как только он склонился над разбитыми костяшками парня, то просто не смог терпеть. В шоке, мальчик поспешил закончить, по возможности аккуратно бинтуя руку дрожащими пальцами. Завязывая узел, он по старался избегать лишних прикосновений. СынЧоль, который неотрывно следил за ним, заметил эту торопливость. — Все нормально. Я могу закончить сам, ДжиХун-ши, — брюнет закрепил узел, потом запихал его концы в одну из складок. — Даже знать не хочу, как ты узнал мое имя… СынЧоль пожал плечами, не отрывая взгляда о розоволосого. Легкие ДжиХуна просто не могли дышать из-за холодного воздуха и всей этой ситуации, поэтому он поднялся, намереваясь уйти. Пока не почувствовал сильную хватку на своем запястье, заставившую его сесть обратно. — Что за..? И прежде чем он снова предпринял попытку сбежать, СынЧоль попросил его остаться. Где-то около полминуты умолял. ДжиХун недовольно посмотрел на перевязанную ладонь, сжимавшую его руку, и… решил остаться. Прошло только несколько секунд, а мальчику он показались часами. Тишина нервировала, и ДжиХун чувствовал себя жутко неуютно. — Почему ты так сильно ненавидишь Элиту? — выдавил из себя СынЧоль; его адамово яблоко дернулось, когда он нервно сглотнул. — Прости, это слишком личный вопрос для первого знакомства… Наступила длинная пауза, потом ДжиХун встал, разглаживая ладонями складки на помятых джинсах. — Я пойду. Он вернулся внутрь, так и не взглянув на брюнета, который сидел, уткнувшись в свои перебинтованные ладони.

_____

Оба иностранца, МинХао и ДжунХуэй, разговаривали на китайском языке, что еще больше раздражало и без этого нервного ДжиХуна. Было ранее утро, но, конечно, два дебила (МинГю и СынКван) решили вломиться к нему, говоря (крича прямо в уши), чтобы он проснулся. Они должны быть благодарны, что ДжиХуну не хотелось начинать день с трупов, и уже где-то через полчаса вся их компания собралась в доме СынКвана. Розоволосому было плевать на причину их собрания, но к новичкам он отнесся спокойно и решил быть дружелюбным. Они не заслуживают плохого приема. Хотя. — Почему мы тут? И да! Какого фига вы испоганили мне утро? — Ох, ДжиХун, — СунЁн вместе с СокМином вышел из кухни, неся в руках поднос с напитками. — Твоя кровать не единственное место в мире. Будь активнее, ленивец. Через несколько секунд появился СынКван со свежей выпечкой и бесстыдной улыбкой до ушей. Он поблагодарил свою мать, которая улыбаясь ребятам, попросила чувствовать себя как дома. Остальные лишь поклонились со своих мест, выражая благодарность г-же Бу, в полном восхищении блестя глазами. СокМин занял место между СунЁном и ДжиХуном, что заставило последнего понимающее вскинуть брови. Еще одно подтверждение его догадок о брате и лучшем друге. Для него было известным фактом, что СокМин скрывает свои чувства к СунЁну. А так же, что СунЁн увлечен СокМином. Тем не менее, эти двое игнорировали сей факт, все ходя вокруг да около. Этим они жутко подбешивали ДжиХуна, и иногда он грозился сорваться и наорать на них. Но глядя, как они довольны тем этапом, на котором находились, он думал, что стоит оставить все как есть. Если чему-то суждено произойти, то оно произойдет в любом случае. Неожиданно ДжиХун вернулся к воспоминаниям, которых меньше всего ожидал. Он перенесся на несколько дней назад, когда ему перед глазами предстал парень в черном пальто. Мальчик вспомнил, как незнакомец вступился за него, без проблем расправляясь с двумя Богатыми. Его преследователь, способный превращаться из грозы хулиганов в полного недотепу. Тот, кто остановил его на перекрестке, якобы спасая от неосторожного водителя. ДжиХун был уверен, что никто его убивать не собирался, просто парень был чокнутым параноиком. Позже он собрал все воедино и пришел к выводу, что парень в пальто и СынЧоль — один и тот же человек. Почувствовав теплоту в груди, ДжиХун от неожиданности подавился напитком. Хрипя от кашля, он потянулся к коробке с салфетками; его лицо постепенно принимало помидорный оттенок. — Хён, ты в порядке? — взволнованно спросил СокМин. — В порядке, — отмахнулся ДжиХун, принимая от него салфетку. — Я бы ни копейки не отдал за твои мысли, хён, — фыркнул МинГю, забавляясь случившимся. — Я бы и миллион от тебя не принял, говнюк. (прим. — 새끼: произносится как «saekki»). — Говнюк? Что это? — МинХао встрял в диалог, смущенный тем, что услышал слово которое не понимал. Прежде чем кто-то из корейцев успел ответить, Джун дал МинХао необходимый ответ, вызывая дикий смех у остальных. — Это лыжи, (прим. — 스키, произносится как 'sekii') МинХао. Оба китайца так и не поняли, почему все, гогоча, просто рыдали. После объяснения, глаза Джуна округлились, и он расстроенно покачал головой: — Думаю, мне следует больше заниматься корейским… — Все нормально, хён. Ты говоришь лучше с каждым днем, — улыбнулся СынКван. — К тому же, обучение не проходит без ошибок. Так ты действительно учишься. Бу похлопал китайца по плечу, и Джун нежно улыбнулся ему. Удивительно, но ДжиХун счел это… трогательным. Он знал, как трудно было этим двум Богатым сразу после иммиграции учить язык. Поэтому видя, как они упорно трудятся, чтобы просто «соответствовать», он был счастлив видеть их успехи. До тех пор, пока СунЁн не решил обломать момент. — Так как ты познакомился с этим СынЧолем? Ты никогда не говорил о нем. «Ах ты…» — Это просто случайность. Я же говорил. Он кинулся драться с… — Да, да, я в курсе. Ты мог бы и самостоятельно справиться. Хотя, нет, в глубине души ты понимаешь, что не смог бы. «И ты тоже, СунЁн» — Ты знаешь, что сказал это вслух? — Ну, ты… СунЁн рассмеялся, и его глаза казались еще более раскосыми, чем обычно. — А если серьезно, хён? Кто он? Я раньше его никогда не видел, — произнес СынКван с набитым ртом, кусая уже наполовину съеденную булочку. МинГю одарил его презрительным взглядом. СынКван, заметив скривившееся лицо друга, запулил в него остатками выпечки: — Не смотри на меня так. Ты сам сразу хватаешься за людей, как только обчихаешь свои лапы. Джун, находившийся к МинГю ближе остальных, решил, что лучше отсесть от него подальше, прижимаясь к МинХао, который был в ужасе от нового открытия. МинГю стал оправдываться, что это все ложь, отчаянно размахивая руками. Но это вызвало совсем иную реакцию, явно отличную от той, которую ожидал Гю. Оба китайских подростка в страхе отпрянули назад, не отрывая взгляда от ладоней МинГю и стараясь увернуться от них с каждым новым взмахом. — Идиоты.

_____

Была пятница, и ДжиХун не мог дождаться, когда придет домой и завалится спать до следующего понедельника. На этой неделе он работал в две смены, что негативно сказалось на его состоянии. Кроме того, его ум занимали куча ненужных сумбурных мыслей. Доведенный до предела мальчик решил немного развеется и сменить прическу. Теперь его волосы были перекрашены в нежный оранжевый оттенок, увидев который СокМин благополучно свалился со стула. Но отойдя от шока, младший начал беспрестанно дразнить брата, называя его «Тыковка-хён», потому что по его мнению он был похож на тыкву. ДжиХун мало обращал внимание на дурачества СокМина, его мысли занимало то, что случилось, когда он шел домой. Возвращаясь по темной улице, мальчик понял, что идет один, что СынЧоля нигде не видно. Последние несколько лет его мало волновало, что он одинок. Он привык быть сам по себе, и тишина была номером один в его компании. Когда СынЧоль появился перед ним, как бешеный психопат, ДжиХун счел его большой проблемой. Потому что в действительности не мог сбежать от этого сталкера. СынЧоль действовал ему на нервы. Возможно, брюнет думал, что его маскировка отлично работает, но на деле это был полнейший провал. В лучшем случае, ДжиХун смеялся над этим абсурдом. Тем не менее, когда шумный день сменился вечерней тишиной, которую ДжиХун так любил, он почувствовал, что ему не по себе. Не было уверенных шагов позади него. Не было тяжелого дыхания. Не было звуков случайных ударов, сопровождавшихся стонами. Его путь домой проходил в абсолютной тишине, и ДжиХуну это не понравилось. СынЧоль был неприятностью, когда вломился в его жизнь, но теперь мальчиком овладело чувство досады, когда понял, что брюнет оставил его. Хотя, это не означает, что он полюбил его. Конечно, нет. Просто какое парень имел право изменить его привычную жизнь, а после свалить, оставляя после себя кавардак? ДжиХун был зол на него. Пришел, когда захотел, ушел, когда захотел… ДжиХун испустил длинный вздох, зубами терзая нижнюю губу. Не заметив трещину в асфальте, он неаккуратно зацепил ее носком кроссовка и, споткнувшись, полетел вниз. За секунду до столкновения с землей, изгиб его локтя был перехвачен знакомой рукой, выровнявшей мальчика в вертикальное положение. ДжиХун уже хорошо знал эти руки. Худые, но сильные. Костяшки пальцев, вены — это была та же рука, что он лечил тогда, в тот холодный вечер. Обернувшись, ДжиХун, как и ожидалось, встретился с раздражающим его фэйсом. Хотя, на этот раз лицо парня было здорово перекошено. — СынЧоль! — Он самый, ДжиХун. И, может, ты все-таки будешь хоть немного осторожен, — с его лица исчезла гримаса, и ее заменила добрая улыбка. — И да, это, наконец-то, случилось. — Что? — Ты назвал меня по имени. Ни «мусором» или «придурком», как в прошлые разы. ДжиХун почувствовал себя очень неловко. Прямо как тогда, когда держал травмированную руку СынЧоля. Это было слишком похоже. Сердце упало куда-то вниз, к животу, и ДжиХун запаниковал, думая, что, наверно, каким-то образом его проглотил. Это сводило с ума, хотя все-таки он должен был признать, что сейчас это не так шокирует. — Боже, это было всего лишь раз! — ДжиХун почувствовал, как кровь хлынула к его щекам и ушам. Кипя от смущения, он пошел вперед, и СынЧоль двинулся следом, внимательно за ним наблюдая. — Ты знаешь, что через два дня Хэллоуин, — произнес парень, засовывая руки поглубже в карманы кожаной куртки. — Ты не хочешь придти на мою вечеринку в честь праздника? Можешь взять СокМина. — И встретиться с другими из Элиты? Нет, спасибо. Одного твоего присутствия мне более чем достаточно. — Более чем достаточно? Что ж, сочту за комплимент, — игриво усмехнулся СынЧоль, опять вгоняя мальчика в краску. — Как хочешь, — коротко отозвался ДжиХун; его лицо горело от смущения, и почему-то казалось, что сейчас он похож на омара. С тыквенными волосами. Класс. — Подожди, ты ведь спросил это только из вежливости, верно? — Ну, может хён пообщаться неформально с такой молодой тыковкой, как ты? — невозмутимо ответил СынЧоль, в его темно-карих глазах блеснуло озорное веселье. — Заткнись. Чоль хихикнул, стараясь не отставать от маленького парня.