Gas Station

— Готово? — спрашивает Тайлер, сидя на новом барабанном стуле Джоша и скрестив ноги. — Почти, — бормочет Джош, заканчивая приготовления. Он продолжает подстраивать всё под свой рост и всё проверяет. — Готово! Думаю, это всё. Он встает и отходит назад, чтобы взглянуть на свои сияющие красные барабаны со стороны. Они не совсем вписываются в интерьер его темного и скучного подвала. — Хорошо, начнем, — говорит Тайлер. — Что? И Тайлер, улыбаясь, протягивает Джошу пару новых красных барабанных палочек. — Я знаю, что у тебя есть палочки, но я просто не мог не купить эти. И сделал это, пока ты укладывал барабаны в машину. — Вау, спасибо, конечно, но не стоило этого делать. Джош только познакомился с этим парнем, а тот уже оказал на него большое влияние. Он, радостно глядя на палочки, берёт и распаковывает их. Подходит к установке, но просто не знает, с чего начать. — Просто представь, что ты в доме своих братьев или в магазине, ну, что-то такое, будто меня здесь нет, — доносится голос Тайлер сзади. Джош хотел поправить его. Он здесь, он так чертовски здесь,, но у Джоша нет выбора. Он садится и наступает ногой на педаль бас-барабана. Это было громко, но Джошу понравилось. Он начинает играть простую мелодию, подстраиваясь под установку. Постепенно Джош всё больше вливался. Чем больше он играл, тем увереннее становился. Руки работали быстро, а ноги точно знали, куда нажимать. Он чувствовал ритм даже в кончиках своих пальцев. Время от времени он менял ритм, но темп не сбрасывал. Через несколько минут Джош остановился. Он заметил капли пота на лбу. Повернулся к Тайлеру, который так и стоял, широко улыбаясь. Тайлер только собирался сказать что-то, но Джош перебил его. — Спасибо. Тайлер делает несколько шагов вперед. — Да, я просто подумал, что палочки понадобятся и… Джош снова перебивает его. — Не за палочки. Джошу не нужно было уточнять, Тайлер всё понял. Тайлер улыбается. Джош ещё никогда не был настолько счастлив. — Ты чертовски хорош, — усмехается Тайлер. Джошу нужно было это услышать, для него это много значило. — Ну, думаю, я нашёл то, что мне было нужно. *** — Так как именно вы записываете альбом? — спрашивает Джош, засматриваясь на последний кусочек пиццы. — Не знаю, думаю, как только у нас бывает достаточно песен и представлений о их звучании, мы просто собираем всё это вместе, — говорит Тайлер, пожимая плечами. — Хм, — Джош берет последний кусок. После игры на барабанах Джош попросил Тайлера остаться на ужин, так как он живет один и… он не был готов попрощаться. — Какой насыщенный день, — вздыхает Джош, пристраиваясь на диване. Они сидят в темноте, смотря телевизор с теперь уже пустой коробкой из-под пиццы. Свет от телевизора отражается на лице Тайлера, разноцветные блики прыгают по его бледной коже, это завораживает Джоша. Каждый раз, когда Джош пытается игнорировать свои чувства, но мысли о «а что, если я просто…» смущают его. Ему уже надоело чувствовать себя виноватым. Тайлер не отвечает на комментарий Джоша, вместо этого он откидывается назад и прикрывает глаза. — Знаешь, я обычно не делаю этого, — бормочет он, а его голос едва слышен из-за шума телевизора. Джош смотрит на Тайлера, его глаза все ещё закрыты. Джош сглатывает, он напряжён. — Что ты не делаешь? — он спрашивает осторожно, боясь следующих слов Тайлера. Тайлер открывает глаза и смотрит на Джоша. — Не дружил, — с грустью отвечает Тайлер. Джош опустил глаза, в это было трудно поверить. Всё, что ему осталось сделать — это рассказать. — Я тоже, — вырывается невольный вздох. — Тогда, думаю, что мы друзья? — бормочет Тайлер, подвигаясь ближе. Джош делает паузу. Вопрос хоть и глупый, но приводит в себя. Никто никогда не делает этого, не спрашивает, друзья ли они. Джош испытывает чувство безопасности от вопроса, как будто они дали друг другу какое-то взаимное обещание. — Да, определенно, — усмехается Джош, и Тайлер улыбается ему в ответ. Возможно, чувства Тайлера ранили когда-то, может у него был друг, который бросил Тайлера ради кого-то другого или что-то вроде того. Джош не хотел делать выводы, но и спросить он не мог. В комнате тихо, Джош возвращается к просмотру телевизора, только вот он его так и не смотрит. Он думает о парне, который сидит рядом с ним, только его присутствие заставляет Джоша нервничать. — Может, отвезешь меня домой? Я собирался сесть на автобус, но уже темно, — спрашивает Тайлер. Джошу бы быть сдержаннее, но любое проведенное время с Тайлером — это хорошо проведенное время. — Да, конечно. *** — Как долго у тебя уже эта машина? — спрашивает Тайлер, сидя на пассажирском сиденье маленького автомобиля Джоша. Немного старого, с отколупливающейся чёрной краской по краям, но, в целом, уютного. И едет нормально. — С тех самых пор, как мне стукнуло восемнадцать, мне подарили её сразу после того, как я получил права, — с гордостью отвечает Джош. Тайлер сидит тихо, задает вопросы почти каждую минуту. Джош отвечает на все. Ему нравятся ночные поездки, ярких огнях уличных фонарей, освещающих дорогу, это вызывает чувство удовлетворённости. — О, просто поверни здесь направо, хан*, — говорит Тайлер, стараясь привлечь внимание Джоша. Стоп, он правильно услышал? Тайлер только что назвал его… В голове Джоша резко появляется голос, злой, ужасный голос. Что-то внутри щёлкает, внутренняя ненависть. Ненависть, которую он как не хотел, так и не нуждался, но которая так крепко засела в его голове. Это был его отец. — Не называй меня так, — зло произносит Джош, его руки крепко сжимают руль. Он чувствует, что Тайлер в замешательстве. — Что? — Не называй меня так, - повторяет Джош, скрипя зубами. Воспоминания о словах отца наполняют мозг Джоша. Плохие воспоминания так и рвутся. Он ничего не мог поделать, его воспитывали в доме, полном невежества. Но он не собирался позволить своим чувствам взять верх. Он ненавидел их, он должен был остановить их. Привязать к дереву и сжечь. Именно в этот момент Джош заплакал, не зарыдал, не всхлипывал, просто заплакал. Слёзы стекают по его бесчувственному лицу. Он продолжает ехать, как будто ничего такого не происходит. — Джош, — он слышит шёпот Тайлера рядом с ним, его утешительный голос, — Джош, всё в порядке? — протягивает руку, мягко кладя её на плечо Джоша. Он мог отмахнуться от неё и закричать, сказать Тайлеру уйти и больше никогда с ним не разговаривать. Или он может держать его. Но он не сделал ни того, ни другого. Вместо этого он остановил машину перед домом Тайлера и просто сидел. — Мне жаль, — шепчет Джош, закрывая глаза. Тайлер ещё не вышел из машины, они просто сидели в тишине. Он убрал руку и опустил взгляд. — Я не хотел, чтобы ты чувствовал себя некомфортно, — бормочет Тайлер, и на Джоша вдруг накатывает огромная волна вины. — Ты ничего не делал. Это была моя вина, — Джош начинает вытирать слезы. Звук отстёгивания ремня безопасности. Джош хочет остановить его, но так ничего и не делает. Тайлер открывает дверь и медленно выходит. Но, прежде чем он закрывает его, он наклоняется. — Спокойной ночи. *** До дома Джош добирается намного быстрее. Он чувствует себя ужасно после этой ситуации с Тайлером. Он не хотел портить их дружбу, он не мог ничего с собой поделать. То, что он чувствовал сегодня, то, как бешено колотилось его сердце каждый раз, когда Тайлер стоял слишком близко, всякий раз, когда их глаза встречались, он терялся и не знал, что делать. И, в итоге, он просто оттолкнул Тайлера. Он расстроил Тайлера, а Тайлер этого не заслуживает. И он поклялся, что никогда не позволит этому голосу вернуться. Потому что он так любил Тайлера. *** В ту ночь Джошу приснилось, как Тайлер поцеловал его, и он проснулся, чувствуя себя ужасно.