Психически нестабилен

Попахивает бабским шовинизмом, – язвительно бросила Сабрина Глевиссиг. – Особливо в твоих устах, Филиппа, после того, как ты изменила свою... ориентацию. Я ничего не имею против мужчин. Больше того, я обожаю мужчин и жизни без них себе не представляю. Но... После недолгого обдумывания... В принципе это разумная концепция. Мужчины психически нестабильны, слишком поддаются эмоциям, на них нельзя положиться в критический момент. ©

— Ну че? Идешь на этот раз или нет? — спросила Трисс, от нетерпения накручивая на палец прядь огненных волос. Цири сморщилась и посмотрела в сторону. — Да ну нахрен. Че я там забыла? — Ты за полгода один раз появилась, а скоро зачет. — Ну вот на него и приду. — Ну ты дура. Такой простой предмет, за него «автомат» получить — раз плюнуть, а ты из-за каких-то своих глюков на зачет придешь. — Да не хочу я эту маньячную рожу видеть. По нему ж видно, что он психически нестабилен. — Пф-ф-ф, где и когда ты это увидела? Он даже из себя ни разу не вышел за полгода. — Это-то и пугает. Маньяки они такие — тихие, спокойные, а потом случайно зажмут в темном углу и пиздец. — Не самый плохой экземпляр для зажимания в углу, кстати. Делай, что хочешь, но я что-то сомневаюсь, что из пятидесяти рыл на лекции он будет именно тебя глазами искать — много о себе думаешь. А впрочем, ты права — одна лекция ничего не решает… Цири цокнула языком и потянулась рукой за пачкой сигарет в заднем кармане джинсов, рваных и в облипку. Также на ней были коротенький, видавший виды топ и джинсовая жилетка. Образ довершали модные кеды на платформе, множество цепочек на шее и запястьях и вызывающий макияж. Цири закурила. Трисс закашлялась. — Фу, опять дымишь. Как пацан, чесс слово. Ладно, я пойду, а то до факультета философии еще топать.

***

На первый взгляд лектор кафедры философии Аваллак’х Каомханович производил приятное впечатление: средних лет, всегда опрятный, безупречно вежливый, с тихим, уравновешенным голосом, высокий и изящный эльф, с удлиненными светлыми волосами, которые он носил зачесанными за острые уши, либо же стягивал в хвост. Стоило присмотреться к нему поближе, однако, как можно было заметить, что порой за внешней сдержанностью в его часто прищуренных аквамариновых глазах проскакивало нечто, что настораживало, что-то колючее и насмешливое, что-то, не представляющее прямой угрозы, но неприятное настолько, что Цири достаточно было увидеть это всего один раз, в самый первый — и больше на его лекциях она не появлялась.

***

Он заметил Цири среди всех остальных. При виде ее на мгновение переменился в лице и замер, напрочь утратив всю свою наработанную учтивость. Казалось, даже слегка покраснел, и в холодных глазах его промелькнули негодование и презрение. Быстро взяв себя в руки, он в первый и последний раз в семестре устроил перекличку. Дошел до Цириллы. Вычислив саму обладательницу имени, с секунду смотрел на нее, нахмурившись. Тяжело сглотнув, будто на язык ему попала какая-то гадость, Аваллак’х Каомханович усилием воли заставил себя приступить к лекции и уже через несколько минут, казалось, забыл о причине своего недовольства. Предмет он знал хорошо и рассказывал вполне себе интересно, да и чего греха таить — был весьма симпатичен наружностью. Женская половина аудитории наблюдала за ним с явным любопытством. Мужская спала. Первую половину занятия Цири провела, задаваясь вопросом, чего этот эльфяра так на нее посмотрел. А может, ей просто показалось. На второй половине лекции она просто задремала под монотонный, с легкой занудцой голос Аваллак’ха Каомхановича. Тем более, что поспать было просто необходимо: по ночам Цири редко высыпалась, ибо, как она считала, так можно и всю жизнь проспать. Кроме того, сразу за лекцией по философии следовало первое занятие по медкриминалистике, и вел его не кто-то там, а сам Эредин Бреаккгласович, красавец из красавцев, высоченный, мускулистый, с россыпью роскошных черных волос эльф, от которого обаянием фонило так, что даже представители одного с ним пола порой попадали под его чары. Не все, конечно, и не всегда, но авторитетом он пользовался непререкаемым. Мог взять за шкирку и просто с размаху выкинуть нашкодившего студента за дверь. А главное, Эредину Бреаккгласовичу ничего за это никогда не было. Как-будто для него никакой устав был неписан, никакие правила и ограничения на его не распространялись. Его просто боялись все, боялись и любили. К сожалению, вел он достаточно липкий предмет, но даже такую липкость эльф мог сделать вполне приятной, сдобрив ее своим шармом. В общем, как говорили, ходить на его занятия было одно удовольствие.

***

А сегодня Цири в очередной раз загибала философию. Изначально она не планировала прогуливать. Просто хотела пропустить всего одну-две вводных лекции. Потом — двадцать-две. А сейчас идти, действительно, не имело никакого смысла — на зачет она все равно попадет. Ну и пусть — еще один раз маньячную рожу Аваллак’ха Каомхановича она потерпит. «До встречи с Эредином Бреаккгласовичем еще целых два часа, которые нужно ошиваться где-то. Не страшно. Скажем, столовая подойдет вполне. Там можно разложиться сразу на трех стульях и беспалево подремать». Швырнув бычок мимо урны, Цири зашла в здание и хотела уже прошмыгнуть мимо лестницы в столовую, как столкнулась лицом к лицу с самим обладателем, по ее мнению, нестабильной психики, Аваллак’хом Каомхановичем. «Вот блять! Какого драного эльфа он здесь делает?» — успело пронестись в ее голове. Мимолетно глянув друг на друга ошалевшими глазами, они замерли, не зная, что сказать. Цири, решив включить дурочку, быстро опустила взгляд и пошла в обход, но была остановлена холодным мелодичным голосом. — Что ж вы так проходите мимо, даже не здороваясь, а, Цирилла Геральтовна? Али не признали меня? Цири сбавила шаг, но не подняла головы, продумывая пути для отступления. «Вот зараза, как говорит папа Геральт. Может, просто прикинуться, что я глухая, и съебаться?» — А, это вы, Аваллак’х Каомханович, — пролепетала Цири, вынужденная из вежливости все же поднять глаза, и наткнулась на его насмешливую высокомерную физиономию. — А я вас не узнала сначала. — Вот такой я неприметный, — сказал он, улыбнувшись на одну сторону. Его взгляд вспыхнул на мгновение и снова потух. «А еще мерзкий, и мурашки от тебя по коже». — А что вы тут делаете? — выдала Цири и тут же пожалела. — Хотел и вам задать тот же вопрос. — Но у вас же лекция через, — она глянула на часы, — десять минут. — В самом деле? Спасибо, что напомнили. Вас бы в мои личные секретари записать, Цирилла Геральтовна. — Но вы же опаздываете, — заметила Цири почти жалобно. — И зданием ошиблись. — Да что вы говорите… Цири совсем смутилась. Эльф же наблюдал за ее реакцией со спокойствием богомола, наметившего себе очередную жертву. Наконец, видимо, смилостивившись, он объяснил причину своего появления в не родном ему здании. — Мне нужно было забежать в местный деканат, но сейчас я уже по пути обратно. А коллегам вашим я оставил записку. Пятнадцать минут они подождут, ничего с ними не случится… — А-а-а, — протянула Цири. — А вы, Цирилла Геральтовна, не просветите ли меня, почему я за столько месяцев удостоился чести видеть ваше светлое лице только раз? — А откуда вы вообще знаете мое отчество? — парировала Цири, довольная, что может пока потянуть время и придумать, как объяснить свое полугодичное отсутствие. — А я знаю имена всех, кто меня незаслуженно игнорирует. «Ладно бы он злился, а ведь лыбится, сволочь. В угол загнал, падла ушастая». — А я это, — замялась Цири, — болела. — Полгода? Серьезно же вы болели. Я так полагаю, это что-то с памятью связанное. Цири закусила губу. — Что, не помните, чем болели? Ну так это точно провалы в памяти. Мое имя вы, однако, хорошо помните, что не может не радовать. Произвел, значит, впечатление. Я бы вам предложил прогуляться со мной до, собственно, места проведения занятия. Вы б пока придумали, что мне можно наврать. Я б даже вам помог. Цири совсем растерялась. — А я… не могу сейчас… — Что, у вас есть какое-то важное дело, но вы, разумеется, не помните какое? — молвил он елейный голосом. — Почему не помню. Помню… Отцу надо помочь. Дома. — Понимаю. Что ж, в другой раз как-нибудь. А жаль — погода хорошая. Лето скоро. «Чего ты жмуришься, как кот шелудивый, сволочь?» — Заходите, что ли, не следующей неделе. До зачета еще целых два занятия. «Будто это что-то изменит». Цири не нашлась, что ответить, да эльф ответа и не ждал — развернулся и легкой походкой поспешил покинуть здание. — Вот уродище, — буркнула Цири ему вслед.