Психически нестабилен

Цири вот уже час сидела в столовой, подперев руками голову, и пыталась собраться с мыслями. Ощущение чего-то гадкого, прилипучего поселилось у нее в душе после общения с занудой-эльфом. Даже мысль о предстоящей встрече с любимым преподавателем мало радовала. А вот чувство того, что ей нагадили в душу, не желало покидать ее никак. Вот бы ему отомстить, заставить его покорчиться от стыда, как она сегодня. Что ж, мерзкий эльфяра пригласил ее на следующее занятие, и она придет. И тогда он еще пожалеет, что сегодня не прошел мимо — от греха подальше. — Опять гуляешь? — послышался насмешливый голос за спиной. Цири подняла голову. Йеннифер. Красивая. Вся в черном. Выебистая. Сиськи, как всегда, наружу. Когда наклоняется, видно ее аппетитную жопу в стрингах. И как они могут это носить? Натирает же. Да и эту тонкую полоску из задницы надумаешься как каждые пять минут вытаскивать. — А ты че гуляешь? — спросила Цири, удивившись, что Йен не на паре. — Так я на всех лекциях была, у меня и так зачет будет, на последние можно не ходить. — Вот и мне тоже. Представь, я щас с этим мудаком прямо тут столкнулась. Полгода не попадалась, а теперь вот как не повезло. — С каким мудаком? — не поняла Йен. — С каким, с каким, ясное дело с каким — с философом нашим. — Что, прям здесь? — Угу. — А каким это ветром его сюда занесло? — А я знаю? — Ну и че он те сказал? — Да просил наврать ему, почему меня полгода не было… — А кстати, действительно, почему? Цири пожала плечами. — Не знаю толком. Наверное, потому что Каомханович - мудак. — Хм, — Йен села рядом. — Ну, мудак, может быть, но не более, чем другие. По-моему эльф как эльф. Ниче такого. — Не, ну внешне он, может, и ниче… — Да ну. В чем душа держится. Мужик должен быть брутальный, по-моему. Каомханович в качалку бы записался, что ли. А то дрищ дрищом. — Ой, скажешь тоже. У него типаж не тот, какая ему качалка. Ему б этот, как его. Монокль. — Да на хера ему. У него очки есть и так. — Что, серьезно? Еще и очки?! — А че такого… Короче, философ наш — это не мужик, эт фигня. Выглядит, как пидор. Вот Эрединчик — другое дело. И тело — тоже. Я б руки-то ему под одежду запустила. — Ха! А кто бы нет? — Только ты знаешь, насколько мне известно, Эрединчик со студентками никогда не был замечен. Чего, кстати, про Аву не скажешь. — Что-о-о? — выпучила глаза Цири. — Ну да. А ты не слышала, что ли, эту мутную историю про какую-то цацу, которая его окрутила? Давно это было, правда. Лет десять назад. Как-то там ее звали? Лара, что ль? Ну, вроде да. — И че там у них было? — Ну, все, наверно, и было. Только потом она нашла себе какого-то чувачка покруче. Ну, и все — Ава пошел лесом. Только философ наш не настолько благородным оказался. От расстроенных чувств он хотел ее из универа турнуть, не принимая у нее экзамен. Только девка та была дочка нашего декана Муиркетовича. Естессно, он Аву осадил и выкинул его с нашего факультета. Он же раньше тут ошивался. С тех пор он там — среди гуманитариев варится в собственном соку. И злой, как хрен. Не, ну, спустя столько лет все стало лучше. И зачеты всем ставит. Вот прям всем. Но с бабой его с тех пор не видели. Может, он тупо в голубые записался. Ему самое то. — А я-то думала, мудаками рождаются. — Кароч, — сменила тему Йен, — ты готова к жмурикам идти? — Бляяяяять. Я ж забыла совсем, — ужаснулась Цири. — Эрединыч же давно еще говорил. Неужели это сегодня? — Ага, — сказала Йен невозмутимо. — Сука! Сука! Сука!!! Черт. Цири вспомнила, что именно сегодня, как ее обожаемый Эредин Бреаккгласович и предупреждал, они идут в МОРГ всей группой мертвецов смотреть. А ей отчаянно этого не хотелось. Она же блеванет прямо там, прямо перед ним. А потом хлопнется в обморок в собственную блевотину. Вот позор-то будет. И черт ее дернул пойти по папкиным стопам — в полицаи. Нахера? Пошла бы на менеджера там. Да поздно уже. Жмурики ждут. — Я не пойду, — покачала Цири головой. — Ни за что. Не сегодня. — А че сидишь тогда, чего ждешь? Пока Каомханович придет и тебя спасет от жмуриков? — Фу, блять, скажешь тоже. Уж лучше жмурики, чем пидор этот. — Ладно, — встала Йен, — я пойду тогда, раз ты не идешь. Я просто буду все время на жопу Эрединовскую пялиться вместо трупов и, глядишь, переживу как-то и жмуриков. — Дак он в халате, наверно, будет, на что ты там смотреть будешь? Или ты думала, он будет труп изображать на столе и голый? — Неплохо бы. Мне б наверно тогда даже и дела бы не было, в МОРГе я или где. — Извращенка. Йен ушла. Посидев немного и переварив новости, Цири тоже собралась уходить. Она решила, что таки да: сегодня она никуда не пойдет, а лучше заглянет к Бреаккгласовичу завтра, скажет, что, мол, плохо себя чувствовала, попросит индивидуальное занятие. Авось он согласится. А с ним наедине и мертвяки не так страшны. И тогда можно бы и сиськи показать. И стринги на жопу натянуть. В конце концов, ну чем она хуже Йен?